Через ненависть к любви

Ужас Британии, один из самых могущественных волшебников за последнее столетие, человек, победивший Смерть, сидел на своём троне, схватившись за голову, и тихо шипел неясные слова. Не каждый змееуст или змея уловили бы смысл, не то что обычный человек. А причина его странного поведения проста до безобразия — он похитил мальчишку Поттера. Похитил, запер в собственной спальне и не знал, что теперь с ним делать! Прошло то время, когда Том был им одержим и жаждал смерти. Всего-то потребовалось восстановить свой разум и укрепить тело, чтобы спала пелена бессмысленной ярости, ушла жажда мести и желание исполнить старое пророчество. Он осознал, и всё встало на свои места. Смешно до обидного. За что боролся, на то и напоролся. И теперь, желая исправить собственные ошибки и перевоспитать своего врага хотя бы в кого-то нейтрального, он начал с того, с чего начинать не стоило. Да, казалось логичным убрать мальчишку подальше от влияния Дамблдора, но что делать дальше — он не придумал. Отсутствие плана — совсем на него не похоже. Но оно случилось! За первоначальной целью Том не разобрал последующие, не менее главные. Хорошо, что после ритуала возрождения волос он лишился, иначе повыдирал бы их сейчас, покрывая себя всеми нецензурными выражениями, что только знал, как в магическом, так и в маггловском мире. В последнем так ему равных не было. Там, где он рос — выражались всегда очень грубо. — Хос-с-я-я-и-ин… Голос любимицы Нагайны отвлек Тома. Он вскинул голову и выпрямился. — Что? — Мальч-ч-и-иш-ш-шка прос-с-с-ну-улс-с-с-я… Проснулся. По коже пробежали неприятные мурашки. Только благодаря сонным чарам удалось успокоить мальчишку и тем самым дать себе время попытаться что-то придумать. Обычно, в дуэлях он всегда был атакующим, но теперь защищаться пришлось уже ему, когда в голову очень метко полетели подсвечники, пара напольных ваз и даже стулья. Не будь у него наготове чары защиты — сотрясение мозга было бы обеспечено. Жуткий грохот заставил почти подпрыгнуть на месте. Звук доносился из комнаты, где проснулось гриффиндорское чудовище. — Будь здесь, Нагайна, — предупредил любимицу Том, беспокоясь, как бы ей не досталось от Поттера, после чего покинул тронный зал. Будет импровизировать на ходу. В прошлом у него отлично получалось. Так и сейчас должно помочь.

***

Очень вовремя он зашёл в собственные полуразрушенные покои. И благодаря вовремя поставленному щиту книга не попала ему в лицо. — Поттер! Уймись! — Хреном подавись! — прорычал тот, схватившись за ещё одну книгу. Как же повезло, что на мальчишке ещё был магический надзор, запрещавший колдовать вне школы, иначе точно камня на камне от дома бы не оставил. — Какого чёрта ты меня похитил?! Вторую книгу Том поймал, словив секундное удивление в глазах Поттера. Велик был риск получить в лицо, а не словить книгу, но лорд этого избежал. Не то инстинкты в нём играли, с укреплением тела лишь усилившиеся, не то прошлое, когда в школьные годы он являлся таким же ловцом, как и мальчишка сейчас. — Другого выбора у меня не было, — уже спокойнее ответил на вопрос Реддл, так и не положив книгу «Защита разума». — Мне нужно с тобой разобраться в одной важной вещи. Взгляд Поттера превратился в алмазное сверло, которое буравило дыры в лице мужчины. Но он хотя бы замолк, и на том спасибо. Поттер понял, что если бы Тёмный лорд желал его убить здесь и сейчас — давно бы это сделал, ничто бы ему не помешало. При том, что Гарри сейчас практически беззащитен. Мебель не в счёт. — Ну и? — Я присяду? — взгляд Реддла остановился на собственной постели, разворошенной, но чудом уцелевшей. И подумать только, он опускается до просьбы-разрешения, только бы не вызвать очередную бурю в мальчишке, энергии которого хватило бы на десятерых. — Ну, рискни, — ответил Поттер, что с его уст звучало практически как приглашение, а сам сел в кресло, которое, как и кровать, чудом осталось целым. Сверло из взгляда никуда не делось, и с ним приходилось мириться. Том тяжело вздохнул, когда сел. Разговор предстоял не из легких. Всё, что было связано с Поттером, так или иначе проходило по сложному пути, и не всегда удачно. А вернее — всегда неудачно для Лорда. Лишь в его силах эту ситуацию изменить. Исправить ошибки. Добиться расположения мальчишки. Его веры! — Я… — то, что хотел сказать Том, шло вразрез с его принципами, он никогда не прибегал к подобному шагу, считал, что не способен на такое (по крайней мере искренне), но всё когда-то случается в первый раз, — хотел принести свои извинения. За всё, что с тобой случилось по моей вине. Первейшая эмоция, которую испытал Гарри — полнейший шок. Он ожидал услышать всё, что угодно, но только не извинения. Ему всегда казалось, что Реддл такого слова не знает вовсе. — Чего это ты вдруг? — недоверчиво прищурился. — У меня было много времени, чтобы восстановить душевное равновесие, привести себя в относительный порядок и осмыслить всё то, что творил последние четверть века. Ты пострадал от моей руки, как и многие другие. — Пострадал — это ещё мягко говоря. Ты сделал меня сиротой. И не только меня. А ты сам знаешь, что это такое. Как у тебя вообще рука поднялась? — лицо рассекло оскалом чистой злобы. С каждым словом голос становился всё громче, в итоге превратившись в крик: — А потом ещё пытался убить меня несколько раз! И теперь, ты думаешь, если ты принесёшь свои извинения, я тут же растаю, всё прощу и всё забуду?! Да чёрта с два! Мальчишка вскочил и схватился за подсвечник, и уж его Том перехватил иначе. Предчувствуя взрыв, он быстро оказался рядом, навис над Гарри тёмной горой и до боли вцепился в его руку, не позволяя больше кидаться тяжёлыми вещами. И вырваться не позволил, крепко к себе прижав. — Успокойся! — прикрикнул, чтобы озлобившийся мальчишка, что сильно дергался и рычать начал, услышал его. Но крики мало помогали. И тогда Том прибегнул к магии. Она окутала Гарри, словно тёплое одеяло. Поттер замер в сильной хватке, ощущая что-то странное, но не понимая, что именно. Многое в магии было ему не ясно и потому он не мог дать объяснение происходящему. Испуг — это первое, что Гарри испытал, и лишь позже пришло иное чувство. С ним будто что-то хотело соединиться, что-то теплое… и совсем не враждующее. Стало так… приятно. — Такими были мои цели. Я шёл к власти, уничтожая всё, что стояло на пути. Меня не волновали чужие жизни. Я презирал недостойных. И до сих пор презираю слабаков. Мир жесток и таким в нём не выжить, — проникновенно стал говорить Том, перехватив лицо мальчишки. Его бледные руки, длинные паучьи пальцы с острыми ногтями, смотрелись неестественно на загорелой коже. — Но сейчас всё может измениться. Война может остановиться. И первый шаг я вижу в тебе. Ты должен понять — я не желаю твоей смерти. — Если не смерти, то тогда чего? — вдруг спросил Гарри, с трудом веря ушам. Может, он всё ещё спит? Или же тёмный маг внушает ему сейчас что-то, что заставит встать на его сторону? Вот это больше на него похоже. Но даже если и так, вопрос о том, зачем это — оставался открытым. — Союза, — ответил Том быстро, не дав себе возможности выдать несколько иное… желание. Не просто союз. Он жаждал заполучить мальчишку Поттера. Жаждал связать его с собой. Пророчество исполнить в иной форме. Не убить, а полюбить. И ни один не сможет жить без другого. От услышанного слова «союз», разгон в голове от картинки себя в длиннополой чёрной мантии с капюшоном и тёмной меткой на предплечье, в окружении таких же жутких соратников, пляшущих по велению палочки Реддла, до ещё одной картинки себя, в свадебном платье, фате и рядом с безносым лысым Томом в качестве жениха у алтаря некой церквушки, составил всего долю секунды. Не в силах сказать хоть слово, Гарри уставился на Тома. — Но нам требуется время, — продолжил Реддл, понимая, какой это шок для парня, услышать от злейшего врага о союзе после похищения. — Ты должен хотя бы попробовать мне поверить, я не стану тебя держать. Можешь уйти прямо сейчас. Я дам тебе ключ-портал, который перенесёт обратно в тот детский двор. Гарри впал в состояние, которое магглы называли зависанием. Да, убивать его не собирались, но он отказывался в это верить, подозревая изощрённый план. В случае с Реддлом — правильно делал. Но всё же убить его не пытались, даже здоровью никто не угрожал, он спокойно выспался. А тот контакт магий и вовсе не оставлял равнодушным. Но вопросы оставались. Допустим, Гарри и вправду сейчас уйдёт — дальше что? Пожалуй, это сейчас было главное — разобраться в будущем. — А что потом? — Время покажет. Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, — чуть усмехнулся Том, — это один из моих изощрённых планов, я использую тебя в угоду своих целей. Нет. Это не так. Моё… раскаяние, — само слово не ложилось на язык, слишком уж необычно звучало, — настоящее. Можешь рассказать Дамблдору о том, что случилось. А когда будешь готов вновь со мной увидеться — используй ключ-портал, что возьмёшь с собой. Гарри снова недоверчиво посмотрел на Тёмного лорда. Принцип действия портала он знал, и счёл очень странным, что ему собираются выдать ключ-портал на руки. Гарри ведь мог пронести с собой кого-то ещё, уж Реддл не мог этого не знать. Получается следующее: либо Том не предполагал такой подставы от Гарри, либо же доверял ему. Оба варианта сомнительны. Но если вдруг представить, что ему всё же решились довериться в порядке эксперимента, то у Гарри возникла другая идея. Больная начисто. — Я всё ещё не верю. Но есть план. Может, мне пожить у тебя? Стоило предложить, чтобы увидеть выражение лица Тёмного лорда. Сильное удивление, с примесью недоверия и робкой надежды. — Ты ведь понимаешь, что сейчас предлагаешь? На добровольной основе. — Предлагаю тебе исправить ещё одну неприятность, возникшую из-за тебя, всё правильно, — ответил Гарри. Внешне он был спокоен, но внутри всё дрожало от адреналина. И он с трудом верил в то, что предлагал. Ему начисто отшибло мозги! Но чем больше думал об этом — тем больше резона находил. — Видишь ли, мои родственнички не слишком рады мне и мечтают сплавить куда подальше. А после пропажи на неопределённый срок мне будет очень трудно объяснить, где я был, что делал и почему вернулся. Так что если и пропадать, то сразу и совсем. Магглы. Ну конечно. Стоило догадаться, что Гарри отнюдь не доброту от них получал. Все они одинаковые. Трусы и завистники, вымещающие свою злость и свой страх через грубую силу на тех, кто лучше их, и на тех, кто особенный. И без того не прекрасное лицо Тома исказилось от ненависти. — Хорошо, Гарри. Я дам тебе кров. Можешь сам выбрать себе комнату, первый или второй этаж, на твоё усмотрение. — Второй, — быстро ответил Гарри, не ожидая, что Том согласится на его сумасбродную, на первый взгляд, идею. А представив, как они будут вместе сосуществовать, парень и вовсе смутился. Дико всё это выглядело. — И мне будут нужны мои вещи. Странно звучит, конечно… — Об этом не волнуйся. Сегодня вечером уже будут у тебя, — заверил Том и наконец отпустил мальчишку, которого довольно долгое время обнимал. Несмотря на потерю физического контакта, магия продолжала обволакивать, словно живая, и не желала отпускать мальчика в отличие от хозяина. Очень неожиданный финт от собственной магии. Откуда такая тяга — Том не представлял. С Поттером вообще мало что было понятно. Просчитать его шаги казалось практически невозможно. Но начало положено — уже хорошо.