Через ненависть к любви

Получив от хозяина приказ украсить дом к Рождеству, Бени вытаращил глаза в изумлении. Его не просили об этом столько, сколько он себя помнил. Но быстро справившись с эмоциями, понёсся выполнять. Два дня назад Гарри сообщил в письме, что точно готов вернуться. Рождество в Хогвартсе, конечно, здорово встречать, но очень мало студентов оставалось в школе, предпочитая праздновать в кругу семьи. Том и сам помнил, как становится тихо в Рождественские каникулы в школе. Только за это он мог радоваться празднику. Тишина и покой для него были прекрасны. А теперь сам, на добровольной основе, впускал в свой дом комок концентрированного хаоса по имени Гарри Поттер и ожидал, что из этого получится. Праздновать Рождество с кем-то, пожалуй, для них обоих было в диковинку. Разве что Гарри на Рождество не звал кто-то из друзей. В своё время и Реддла приглашали в гости, но он упорно отказывался, считая ниже своего достоинства сидеть в обществе чистокровных, которые одним своим видом будут напоминать, что он сиротка, у которой нет семьи, нет денег, нет связей, абсолютно ничего. Скажи он прошлому себе, что однажды будет праздновать Рождество в компании мальчишки-полукровки, который одним только своим существованием ставил его жизнь с ног на голову — он сам получил бы парочку проклятий за такое известие. Отношения с Гарри улучшились, да и дела пошли в гору. Нужный человек встал на пост министра Магии и теперь он, Волан-де-морт, властвует в тени, медленными, но верными шагами поднимая Британию с колен. Всё складывалось так удачно! Впервые так хорошо. Настолько, что он едва не позабыл о необходимости встретить Поттера на вокзале. Поезд прибывал уже через десять минут. Совсем скоро! Чтобы не пугать обычных людей не совсем человеческим лицом, Том использовал чары гламура, максимально приближенно к той внешности, что была дана ему при рождении. На вокзале стояла совершенно обычная суматоха. Дети самых разных возрастов в зимних мантиях, налегке, без чемоданов, громкой и болтающей стайкой быстро продвигались к выходу с платформы, где их ожидали родители. Гарри нашёлся одним из последних. Он так же озирался вокруг и искал, кто же его встретит. И отыскал. Но увидев лицо того, кто за ним пришёл, первое же, что отразилось в глазах — это страх. Он хорошо помнил это лицо! Тома Реддла из дневника! Но буквально через две секунды страх, как ветром сдуло. Он понял, что это Том. Его Том. Просто… он нашёл способ вернуть себе старую внешность? — Привет, Гарри, — улыбнулся тёмный маг, подходя ближе. — Давно не виделись. — Привет, — с удивлённой улыбкой парень коснулся ладонью его лица, будто проверяя, не маска ли это. — Обалдеть! — Не радуйся особо, — с тихим смехом, мелодичным и очень приятным для слуха, Том перехватил руку парня. — На мне чары гламура. К сожалению, вернуть свою старую внешность не так просто. Но я ищу способ. — Всё равно я обалдел, — улыбнулся тот, будто пытался очаровать, и коротко посмеялся. — Думал, ты придёшь в шапке и с шарфом на пол лица. Ну что, идём или как? — Вот уж, лишние проблемы мне, — почти фыркнул тёмный маг и вдруг кинул заклинание на багаж парня, делая его размером со спичечный коробок. Гарри был заинтригован. Сейчас для него всё в новинку. Он покорно ждал и наблюдал за действиями Тома, его будоражило ехать на Рождество к кому-то кроме Рона. Пройдя через стену, они оказались в магловском вокзале. Рождественская атмосфера присутствовала абсолютно везде. Звучала музыка, горели яркие огни, всюду слышались разговоры о праздничном столе, подарках и других прелестях, и не встретишь почти никого, кто шел бы угрюмым. Очень заразительна атмосфера праздника. Сразу в голову лезли мысли о подарках, рождественской ели, разноцветных магических гирляндах, но Гарри с трудом представлял как это будет в случае их с Томом. Даже звучало… уже не странно, но будоражаще. — Я тут подумал, — начал вдруг разговор Том, когда они покинули вокзал, — тот сюрприз, что я обещал тебе, может сойти и за подарок на Рождество. — Как знаешь. Я сейчас просто плыву по течению, — пожал плечами Гарри, улыбаясь той же очаровывающей улыбкой. — Происходящее непривычно для нас обоих. Стоило выйти из магловской части города, Том аппарировал, предупредив заранее Гарри. И это первая аппарация в жизни парня. При переходе на другую локацию, живот слегка скрутило. Довольно неприятно, но не критически. И первое же, что он увидел перед собой — имение Тома, которое было украшено гирляндами! — Ух ты… — прошептал парень, разглядывая во все глаза. Даже пестреющая разными красками Нора не могла сравниться с этим потрясающим особняком. Взыскательный вкус виделся в каждом сантиметре. — Нравится? — Том оказался позади и осторожно положил руки, не скрытые перчатками, на плечи парня. — Да, — тихо ответил тот и положил свою ладонь поверх руки мужчины, желая нежностей. Том ощутил уверенность, прикосновение парня словно сигналом стало, и он осторожно обнял того со спины. Объятья всегда казались Реддлу чем-то нелепым, смешным и бестолковым, но сейчас, в этот самый момент, он словно получал странную, прежде незнакомую, силу. И черта с два он так просто избавится от приятного чувства, выпуская Поттера из своих рук. Близкий контакт оказался не так отвратителен, как всегда представлялся, и получить его больше, чтобы проверить, какие ощущения получит собственное тело — стало целью. Возражений у Гарри точно не было. Он продолжал стоять так как и был, и тоже положил руку сверху, сохраняя тепло между двумя ладонями, понемногу остывающими на холодном воздухе. Снег бесшумно падал на землю, накрывая их невесомой вуалью. — Пойдём, — немного хрипло ответил Том, прерывая между ними приятное молчание, — ты замёрзнешь. — Угу, — кивнул тот, снова улыбнулся, и уже сам потянул к дому. — Не терпится посмотреть, как там внутри. В самом доме оказалось в несколько раз лучше. Не только гирлянды радовали глаз, но и зимняя обстановка! Потолок был зачарован, точно как в Хогвартсе, показывая, как падает снег. Так же снежные чары коснулись некоторой мебели, которую словно присыпало снегом, а на стеклянной поверхности отражались морозные узоры. Рождественские атрибуты виделись тут и там, и рождественская ель, огромная нарядная ель, макушка которой доставала до самого потолка! Но главным украшением всего этого праздничного великолепия было сияющее, восторженное лицо Гарри, с любопытством и очарованием оглядывающего всё вокруг, касающегося пальцами всех поверхностей, и наслаждаясь тем, что видит и ощущает. — Чары продержатся неделю, но при желании их можно обновить. Я вижу, что ты в полном восторге, даже спрашивать не буду. Мне приятно видеть твоё улыбающееся лицо. Будто решаясь на что-то, парень застыл на несколько секунд, а после, молнией подлетел к Тому и обнял его, едва не сбив с ног. Магия вспыхнула между ними, окатывая странной и горячей волной, сдерживающей их вместе. Чары гламура, лежащие на тёмном маге, спали в один миг. Красивое лицо сменилось уродливой маской полузмея, в глазах которого отразилось искреннее изумление с легкой неловкостью. Он затормозил и не сразу обнял пылкого юношу в ответ. Его никогда не обнимали, он попросту не позволял такого, а тут… Их тепло почти обжигало, и будто растапливало ледяные глыбы в душе. Тёмные волосы на макушке щекотали подбородок, но это совсем не раздражало. Недостатков Том не находил, даже при желании. Прервавший их домовик едва не получил Круциатус в лоб. Писклявое и дрожащее «Хозяин» подняло волну гнева. Том в раздражении повернул в его сторону голову, одним лишь взглядом приказывая докладывать, в чем дело. И не дай Мерлин отвлекли его по пустякам. — М-мистер… мистер Лестрейндж, сэр, прибыл. Говорит, что дело срочное... Разумеется, Гарри его тут же отпустил, горя всеми красками смущения. Вряд ли пожиратели знали об их отношениях, объятия выглядели бы для всех очень и очень дико. Даже друзья Гарри бы потеряли челюсть, если бы застали их вместе. — Гарри, — обратился Том к нему с тихим вздохом. — Возможно, мне придется покинуть тебя до позднего вечера, извини. Отдохни после поездки и не забудь поесть. Парень кивнул, очень надеясь что на лице не отразилась грусть. Но Том заметил, и ему совсем не хотелось оставлять Гарри на попечение домовика. Лестрейндж очень невовремя заявился! — Только будь осторожен, — единственное, о чём попросил Гарри, прежде чем устало рухнуть в кресло.