От нуля и далее

Обычно Раф и Изабель трахались как кролики. С тех пор как зеленый девственник познал прелести секса, от «дырки удовольствий» (так звала ее Изабель) его было не оторвать. Все более-менее прочные и гладкие поверхности в микроскопической двухкомнатной квартире в занюханном мексиканском городишке внесли свой вклад в то золотое время. И ведь они не отказывались. Как и Изабель. С другой стороны, Раф бы не стал настаивать и лезть в штаны против ее воли – кто он такой, чтобы заявлять свои права на чужие половые органы? Поэтому когда Изабель предупредила, что в ближайшие три-четыре дня ее лучше не трогать, он примирительно поднял руки. - Так плохо? – сочувственно поморщился он, наблюдая, как Изабель держится за живот. - «Начнешь трахаться – пройдет», «родишь – пройдет» - пиздеж. Как болела, тварь, так и болит. А все чтобы рожать придурков вроде нас с тобой. - Херово. - Не то слово, - она растворила шипящую таблетку в стакане и выпила его залпом. – Хорошо мужикам. У вас одна проблема: каждое утро решать, в какую штанину его засунуть. Большую часть своей жизни Раф не носил штанов, поэтому кивнул молча. И когда Агата в одно субботнее утро пришла в мастерскую бледная и кислая на вид, он снова мог только сочувственно поморщиться. - Зачем мне это? Я же не хочу детей. Раф сам не понимал, на кой хер посылать такое ведро дерьма девочке двенадцати лет. - Когда-нибудь захочешь. А пока это… тренировка, - он дал внучке таблетку тайленола, стакан воды и один из своих любимых журналов про мотоциклы. - Лучше бы я разбила кому-нибудь нос. Или мне разбили нос. - Уже завтра станет легче, принцесса. И тогда разобьешь носы всем придуркам в округе. - Только не тебе. Ты хороший. - И у меня нет носа. - И это тоже.