Избавление

      Тимуру понадобилось полчаса под холодным душем, чтобы прийти в себя. Больше всего на свете он хотел никогда больше не видеть Рафаэля, но был честен с собой и знал, что уже завтра это желание исчезнет.       Ночью он подскочил в кровати, проснувшись от пугающе натурального сна с участием Рафаэля. Испытанное вечером повторялось в снах снова и снова. Руки Рафаэля, его волосы, губы, глаза… Всё это сводило с ума.       Тимур всегда считал, что у него нормальная ориентация. До сих пор мысль о том, чтобы проделать то же самое с другим парнем, вызывала отвращение, и это в его понимании было правильно. Но почему-то с вампиром этого не было. Что это? Последствия укуса? Психическое отклонение? Извращение? Казалось, что он, Тимур, стал участником какой-то игры, а правила ему не объяснили.       Юноша посмотрел на часы. Три часа ночи. Он повалялся в постели, пытаясь уснуть, но каждый раз богатое воображение подкидывало ему образ Рафаэля, его наглую ухмылку и аристократичные черты лица. Тимур сел в кровати, окинув взглядом скованную полумраком комнату. В углу так и стояла стопка изувеченных книг, которые по какой-то причине вампиру не понравились. Юноша включил тусклый свет, уселся на пол и стал вкладывать вырванные страницы в переплёты. Он помнил содержание этих книг, но решил как-то систематизировать то, что их объединяет. Сомнительно, что Рафаэль успел бы прочитать всё за полчаса, но должны быть какие-то фразы, которые бросились ему в глаза.       «Хищник», «монстр», «беспощадно», «не испытывает жалости», «нежить», «оживший мертвец», «не выносит солнца» — вот, что их объединяло. Именно эти стереотипы и боролись в сознании Тимура с теми фактами, которые он узнал сам, ощутив всё на своей шкуре. То, что шокировало его сразу — человеческое поведение — оказалось не иллюзией. Рафаэль действительно не был беспощадным, жалость тоже была ему не чужда. А ещё он — не оживший мертвец, а живое существо, такое же, как и любое другое. Вампир сам сказал, что он урождённый, а значит они размножаются так же, как и все млекопитающие, а не обращают в вампиров умирающих людей.       «Это ведь прорыв!»       В голове у парня что-то как будто щёлкнуло и встало на свои места. Приходила ли его начальству мысль, что «крысы» могут быть просто другой цивилизацией? Люди верят в зелёных человечков и Шамбалу, дядьку в облаках, рай и ад, готовы строить капсулы, чтобы спастись от конца света и всемирного потопа, но вампиров до сих пор, как в средневековье, считают бывшими мертвецами.       «В некоторых книгах даже обращение в летучую мышь упоминается, хотя это же ведь вообще бред сумасшедшего. Здравый смысл же должен быть во всём этом. Чисто логически… Как они должны превращаться? Сказки какие-то…»       Бред, заключил Тимур на эту тему. И то, что он узнал о размножении, тоже казалось более логичным. Вампиры не трупы. Они рождаются младенцами, растут, живут неопределённо долгий срок и, наверняка, так же умирают. Вот о чём нужно говорить с Рафаэлем, а не о том, может ли он зайти в жилище человека без приглашения и спит ли в гробу. И так ясно, что нет.       Почему-то именно этот поток размышления дал Тимуру необходимый покой. Он сел за письменный стол, записал все свои выводы в блокнот и лёг спать теперь уже с чистой душой. Поступок вампира и его извращения перестали так пугать. В конце концов, у всех свои тараканы в голове.       В семь утра перед учёбой Тимур уже набирал номер начальника, чтобы отчитаться о проделанной работе. Он был горд собой и настроен продолжать исследования.       — Да! — рявкнул в трубку Сергей Сергеич. Тимур усмехнулся. Старый добрый начальник не изменился…       — Это Тимур. Есть данные, но у меня не так много времени, на учёбу спешу.       — Выкладывай. То, что ты жив-здоров, уже хорошая новость.       Улыбнувшись в трубку, парень кратко рассказал о том, что был вынужден переступить через запрет приближаться к вампиру. Так, мол, и так, стечение обстоятельств. Тимур поведал и о Маше, и все свои выводы с листа зачитал. Скрыл лишь ненормальный интерес вампира именно к нему.       Несколько минут говорил лишь он, но мужчина по ту сторону телефона его перебил.       — Слушай, парень, ты бы не обнадёживался так сильно. Не давай ему приближаться к себе. Он опасен, понимаешь?       — Я знаю, Сергей Сергеич. Я предельно осторожен.       — Они умеют входить в доверие. Ты не можешь знать, что у этого… на уме. Ты должен выжить, понял? Слушай! А может, тебя оттуда забрать от греха подальше? Опасно становится.       — Нет, я справлюсь. Это шанс узнать больше. Дайте мне время.       — Ладно, парень. Но учти, что ты не боец, а исследователь. Ты подошёл опасно близко к «крысе».       — Он не… — Тимур осёкся на середине фразы и глубоко вздохнул.       — В общем, будь осторожен. На всякий случай будем держать иркутский филиал в боевой готовности. Они там к тебе ближе всего.       — Хорошо, Сергей Сергеич. Буду предельно осторожен.       — Отбой.       В трубке ещё пару секунд раздавалось какой-то шуршание, а потом связь оборвалась. Тимур схватил рюкзак, оделся и выбежал из квартиры. Пора на учёбу.       В подъезде он случайно столкнулся плечом с молодым высоким мужчиной в классическом костюме.       — Извините… — бросил он, пробегая мимо.       — Ничего, — послышался сзади приторно-сладкий голос. Но Тимур уже спешил на автобус.       В универе он снова торопливо упал на сиденье рядом с Ритой.       — Препода нет ещё?       — Нет, тебе повезло. Опаздываешь, — улыбнулась девушка.       — Так вышло. Блин, ручку забыл.       Рита молча положила перед ним свою.       — Спасибо. Ты прелесть, — ответил ей улыбкой Тимур.       — Не буду спорить. Интересные у тебя знакомые, Тим. Такой мужчина шикарный. Приехал, увёз в неизвестном направлении… Ты случаем не из этих?       Рита подёргала бровями с таким выражением лица, будто вчера вечером наблюдала за Тимуром и Рафаэлем в бинокль из соседнего дома. Парень даже растерялся. Он очень надеялся, что щёки не залились краской.       — Э… нет, ты что? Я разве похож?       Девушка рассмеялась, легонько шлёпнув парня по ладони.       — Да ладно тебе. Я шучу. Не думала, что ты так воспримешь.       — Просто неожиданно. Может, погуляем сегодня? Кофе попьём где-нибудь.       — Типа свидание?       — Ну… вроде того.       — Пойдём, — кивнула Рита.       Она улыбалась так мило, что Тимур, как зеркало, не мог не улыбаться в ответ. Увы, дальше пришлось думать только об учёбе, потому что зашёл преподаватель, но изредка юноша с девушкой перекидывались фразами. Тимуру было с ней легко, хотя она больше воспринималась как подруга.

***

      Встреча была назначена на шесть, а до неё все разошлись по домам. Тимур бы и сразу пошёл гулять с удовольствием, но понимал, что девушке захочется навести красоту, а раз уж и у него выпало свободное время, то тоже не лишним будет переодеться поприличнее.       «Вот почему все воспринимают Рафаэля как шикарного мужчину? У меня вот самого есть шанс тоже стать хоть на треть таким же шикарным?»       Тимур уставился на себя в зеркало. Джинсы, рубашка — обычная одежда «на выход». Повседневная была и того проще. Как одевался Рафаэль ежедневно? В элегантный, безупречно сидящий на его фигуре костюм и блестящие лаком ботинки. Тимур уныло махнул расчёской по волосам и решил смириться с тем, что увидел в зеркале. Он вовсе не был страшным или неопрятным, нет. Просто не такой, как вампир, и, может, это к лучшему.       За десять минут до выхода из дома в дверь позвонили. Тимур уже начал торопиться, поэтому машинально открыл дверь, даже не проверив в глазок, кто там. Решил, что соседи или в крайнем случае Рафаэль. Его хотя бы можно выпроводить если что. Но это был не вампир. Вернее, не тот вампир. При одном взгляде на стоящего за порогом мужчину было понятно, что это не человек. Колкий взгляд, бледная кожа, тонкие черты лица и длинные светлые волосы, стянутые лентой внизу затылка. Тимур подавил в себе желание попросить это существо показать зубы и торопливо отвел взгляд в сторону. Если все вампиры обладают гипнозом так же, как Рафаэль, то нельзя смотреть ему в глаза. Да даже если не смотреть, то ясно, что дело дрянь.       Мужчина оглядел Тимура с ног до головы, будто не самый удачный музейный экспонат, и снисходительно улыбнулся.       — Вечер добрый.       — Здрасте… Вам кого? — осторожно спросил юноша.       Единственное, чему он мог порадоваться, так это тому, что в кармане джинсов он всегда носил серебряный нож, да и предстал перед очередным красавчиком с обложки журнала не в домашней одежде, а так называемой «парадной». Если даже сейчас на него ТАК посмотрели, то что было бы тогда?       — Тебя. Тимур? — с непроницаемым выражением лица спросил незнакомец.       — Да. А вы? Мы разве знакомы?       — Мы виделись сегодня утром.       — Не помню такого.       — Я не удивлён, — скучающе произнёс вампир. — Меня зовут Граф Габриэль Арисон.       — Как-как? Граф? — удивлённо переспросил юноша.       — Именно. Пригласите войти?       — Извините, я тороплюсь. У меня встреча назначена.       — Я не надолго, — чуть улыбнулся мужчина, но от улыбки этой могло разве что стать жутко.       Этот вампир был полной противоположностью Рафаэля, как внешне, так и в плане ощущений, которые вызывал. Рафаэль хоть и был порядочной занозой, всё-таки не заставлял Тимура дрожать, кровь от него не холодела в жилах. Даже немного наоборот… Этот же вампир действительно был похож на тот образ, который описывали в разорванных вчера книгах. Хищник без эмоций и сожалений.       — У Рафаэля изменились вкусы… Я представлял тебя по-другому.       — А, так вы его друг? Что вы хотели?       — Это вряд ли. Просто хотел посмотреть на нового любовника графа Авельсона.       — Ч-чего? — аж поперхнулся парень. — Любовник? Вы там с ума посходили? Я не любовник его!       — А кто?       — Да чёрт его знает! Мы просто знакомые!       — Ну-ну… — усмехнулся мужчина. — Когда ты сбил меня вчера на улице, от тебя разило именно как от любовника. Вынужден сделать выводы. Хотя, признаю, был весьма удивлён. У графа давно не было фаворитов.       Тимур мысленно взвыл. Неужели эти хищники настолько тонко чувствуют запахи человека?       «От меня… пахло сексом? Или этот опальный граф просто догадался?»       — Это не те выводы. Я ему не любовник. Слушайте, как вас там… Габриэль? Я не силён в ваших понятиях. Давайте, вы пойдёте и у него сами спросите. Я тороплюсь.       Тимур хотел поскорее избавиться от общества этого существа, поэтому положил ладонь на дверную ручку, намереваясь закрыть дверь.       — Да-да, спрошу. Только вот беда, он не хочет говорить со мной, — заявил вампир, крепко перехватив запястье юноши и глядя ему прямо в глаза. Тимур отводил взгляд, но тут не удержался и испуганно посмотрел в ответ. Всё становилось плохо. — Может, ты поможешь мне? Прямо сейчас.       — Как?! Я не знаю, где он!       — Позови его по имени. Давай. Как ты там его называешь? Только кричи громко, — жёстко сказал Габриэль, сдавив запястье парня, как в тисках.       У Тимура побелело в глазах, ноги на мгновение подкосились от боли. Он совершенно явно услышал, как хрустнула какая-то кость в руке.       — Вокруг город, тупой ты белобрысый ублюдок! — прошипел парень. — Не буду!       — Кричи, — повторил абсолютно безжизненным, металлическим голосом вампир. Он застыл статуей в одной позе и молча смотрел, как Тимур корчится от боли.       — Нет! Отпустите!       Снова хруст и волна нестерпимой боли. Тимур не сдержал болезненного вскрика, обессиленно опускаясь на колени. Мысленно он пообещал себе, что ни за что не будет кричать. Он сам не знал, почему не хотел звать Рафаэля в такой ситуации. Наверное, это всё глупая гордость и понимание, что ему никто ничего не обязан. А ещё осознание, что никакой это не друг Рафаэлю, а сдавать кого-то ради своей шкуры не по-мужски.       За красной пеленой в глазах Тимур успел лишь увидеть неестественно выгнутое запястье и фигуру Рафаэля за спиной у незваного гостя. Запястье наконец отпустили. Тимур рухнул на колени, убаюкивая сломанную руку. Ему стало дурно, а картинка перед глазами расплывалась. Габриэль отвернулся, и, прежде чем потерять сознание, последним усилием воли Тимур схватил из кармана джинсов тот самый серебряный нож и вонзил его в маячащий перед глазами лаковый ботинок на ноге вампира.