Холмс, ты зависишь от меня. Шерлок, ты попал.

      Джим ходил по комнате туда-сюда. Он был вне себя.       Бывает такое странное состояние, когда нельзя сказать, что это — гнев ли, страх за ближнего и самого себя, горе, паника или что-то ещё. Просто какая-то смесь из всего и одновременно пустота.       Телефон издал свистящий звук, оповещая о новом полученном сообщении. Мориарти нервно выглянул в окно. Вдоль улицы пулей пролетел мотоцикл. Кажется, за рулём была женщина. Но Мориарти не мог определить точно.       А женщина, с чёрными как смоль волосами, спрятанными под париком, не знала, мимо чьего дома она проехала.       Он кинул быстрый взгляд на телефон. Экран всё ещё не погас. Он сморщился и отбросил шторы. Отворил окно, впуская в дом ночную свежесть. Мужчина прикрыл глаза и шумно вдохнул воздух.       Его квартира состояла из двух комнат, кухни, уборной и ванной комнаты. Она была записана на некого Ричарда Брука, которого почти никто не знал. По крайней мере, о нём не знал Шерлок, а это уже немало.       Пока не пришло его время, но вдруг…       Если станет скучно…       А скучно уже станет.       Даже эта Кэли. Какая же она… обычная, глупая, заурядная… Не-е-е-ет, с ней придётся делиться… Шерлок — лучшее развлечение, как же не хочется ни с кем делиться. Месть, родственные узы, благородная месть… Как же это ску-у-учно, как банально!       Телефон уже почти упал со стола, танцуя по его поверхности из-за очередного звонка. Он звонил последние двадцать минут.       Мориарти оторвался от рассматривания улицы (какое интересное занятие, учитывая, что он жил здесь не первую неделю), и раздражённо посмотрел на телефон. От падения его отделял центр тяжести, неуверенно стоящий посередке между «лежать на месте» и «упасть».       Последние семь сообщений были от Кэли. Как и последние семь звонков. Стоило дать номер новой SIM-карты… или она сама узнала… А, это сейчас совсем неважно!       Мориарти нахмурился, фыркнул и бросил телефон на кровать. Спустя минуту он отправился за ним вслед. Некоторое время он занимался изучением потолка со странным (точнее, дурацким) флористическим рисунком.       Он нервно глянул на телефон. Тот молчал. Молчал целых пять минут. Джим скрипнул зубами и ввёл пароль. Сообщения оказались на редкость содержательными.       «Дорогой Джим.»       «Я.»       «Ни черта.»       «Не.»       «Нашла.»       «По крайней мере, ничего, что тебя заинтересовало бы.»       «Джон меня проводил.»       «Он очень мил.»       Джон? Джон Ватсон? Этот дружок Шерлока? Мориарти раздражённо выдохнул. Снова. Ответ пришёл в голову сам по себе.       «Когда планируете свадьбу?»       Ответ не заставил себя ждать.       «Думаю, в эту субботу можно. Надеюсь тебя там не увидеть. Целую.»       Мориарти отбросил телефон в сторону и сел. Может, стоит его тоже прикончить?       Молчание затягивалось.       Кэли ухмыльнулась, помешивая ложечкой какао. Она была из той категории женщин, чьё обаяние может продаваться в промышленных масштабах и при этом ничуть не убавляться (да, странное сравнение, но так оно и было). По крайней мере, она такой стала. Будь она дурнушкой, это совсем не помешало бы ей считаться обворожительнейшей женщиной. Что-то похожее, кажется, уже было… Отличие — Кэли была отнюдь не дурнушкой. На вкус Мориарти точно.

***

      Утро пришло в 10.00 вместе с собаками из соседского коттеджа. Чёртовы псины облаяли все окна, до которых только достали. Конечно, потом, как обычно, придёт записка от хозяев с извинениями, но желание прибить троих ходячих будильников не уменьшалось.       Планов совершенно не было, поэтому Ребекка решила прогуляться в одиночестве и немного… порепетировать. Вспоминать то, что совсем недавно вновь всплыло — прошлое, карьера в театре и вообще… более ранние годы, на это не было времени. Хотя, пожалуй, пока игра не началась, а театры не открыли занавесы, можно было предаться некоторым мыслям.

***

      Ещё с детства Ребекка, или, как её называла мать, Бекки увлекалась кино и театром. Её отец обожал театр. После казино он был его главной страстью. Даже когда дела были плохи — а было и такое время, — он всегда раз в неделю ходил на какой-нибудь спектакль. Кэли всегда аплодировала громче всех.       Первым дебютом можно было считать выступление в роли Винни Пуха перед родителями, лет в семь. Это были первые зрители. Первая сцена. Первые аплодисменты. В десять лет мистер и миссис Блэк окончательно уверились: талант. И отдали девочку учиться актёрскому мастерству. Тогда она окончательно отдала предпочтение театру.       «Живые лица, живые эмоции!» — говорила она. — «Так, протянешь руку — и ты уже как бы тоже немного участвуешь, тоже как будто заглядываешь на ту сторону!»       Умственное развитие шло полным ходом, опережая ожидания. Девушка довольно рано начала бегло читать, да и увлечение театром в наши дни — такое редко встретишь у нынешних детей в столь раннем возрасте. Её интеллект подавал большие ожидания, находясь на планке явно выше среднего, а ловкая актёрская игра всегда легко это скрывала. Так что, на первый взгляд, она не казалась слишком умной, иногда даже глуповатой.       Спустя девять лет случилась та самая трагедия, которую она никогда не сыграла бы снова. А за год до неё произошло знакомство с Шерлоком.       Вы скажете: «Как же, она сказала Джиму, что познакомилась с Шерлоком, когда её мать убила какого-то там сильно уважаемого джентльмена!».       Она сказала: «Мы с Шерлоком подружились». Но она не сказала когда. Да и зачем ей выкладывать Мориарти всё на блюдечке с голубой каёмочкой, а?       Вернёмся к знакомству. Произошло оно немного забавно, если можно так выразиться. Кэли сидела в казино своего отца, когда услышала у входа какой-то шум. На тот момент ей почти исполнилось восемнадцать лет, до дня рождения оставалось около недели. Девушка осторожно выглянула. Подумав, она захватила бильярдный кий и тихо стала подкрадываться к источнику шума.       Источником оказался молодой человек, примерно 18-19 лет. И застала она его, мягко говоря, в необычной позе. Парень растянулся вдоль стены и с лупой с большим интересом изучал фундамент казино. Каштановые кудри спадали на землю, пачкаясь о мокрую грязь.       Справедливости ради, стоит упомянуть, что Холмс застал Ребекку в не менее интересном состоянии. Когда он обернулся, девушка чуть присела и замерла, замахнувшись кием.       — Нет, я в курсе, что ты не сделаешь мне ничего плохого, но знаешь… мне так спокойнее.       — У вас тут нет собаки.       — Нет. Тут только я.       — Это не вопрос, а утверждение, не мешайте мне, пожалуйста, мисс.       — Не стоит ссориться с человеком, у которого в руке деревянная палка, — усмехнулась Кэли.       Шерлок оторвался от увлекательнейшего рассматривания жидкой чачи и встал, зажав пинцетом клок шерсти.       — Меня зовут Шерлок.       — У тебя на пальто прикреплён значок, я умею читать.       — В таком случае, приятно познакомиться, мисс Блэк. — Сказал он, окинув девушку взглядом и заострив внимание на её волосах.       — С чего ты взял, что я «Блэк»? Цвет волос далеко не всегда совпадает с «цветной» фамилией*, — неловко пошутила она.       А про себя подумала: «Интересно, он поведётся на то, что я якобы глупая и ничего не поняла? Конечно, легко догадаться, что я Блэк, почти весь город знает, кому принадлежит наше казино. И почти все знают, что у хозяина есть дочка, которой хотят передать права на заведение. Я довольно похожа на отца, да и какая молодая девушка будет здесь ходить… БИНГО! Значит, я дочь хозяина. Но, всё же, странно, что он догадался, никто прежде так быстро это не делал…»       — Это слишком лёгкая задача. Ты видишь, но не замечаешь, всего доброго, — с этими словами он быстрым шагом удалился.       «Ну и проваливай. Позёр.»       Однако это была не последняя встреча. Буквально через неделю Ребекка, прогуливаясь в парке, обходя подальше толпы людей и вычурных дам с собачками, услышала голоса. Где-то рядом явно шла жаркая перепалка.       — Шерлок, ну разве не очевидно…       — Нет, Майкрофт, раскрой глаза! Она наелась какой-то дряни и от этого издохла.       Кэли передёрнуло, однако один из голосов показался ей знакомым. Пройдя немного по тропинке, она свернула и наткнулась на двоих молодых людей, которые, вероятно, спорили о причине смерти несчастного кота, валявшегося у их ног.       — Да, именно поэтому у неё бок запачкан кровью. Браво, Шерлок! При отравлении всё именно так выглядит!       — Я перебью, но вы оба не правы.       Джентльмены обернулись. В глазах Шерлока промелькнуло узнавание.       — Добрый день. Во-первых, это не кошка, а кот. А во-вторых, бедное животное, вероятно, сначала съело нечто ядовитое, а после подралась с кем-то. От этого раны на боку. Если бы вы, господа, чаще гуляли в этом районе или, возможно, в принципе выходили бы на улицу, то знали бы.       Тот, кого называли Майкрофтом, хотел было что-то сказать, но Шерлок его опередил.       — При нашей первой встрече вы не проявляли каких-либо чудес интеллекта, мисс Блэк.       — Ребекка. Я не привыкла с первой встречи тыкать в нос тем, что я якобы умнее, в отличие от некоторых. Тем более… я просто видела эту кошку. Поэтому знаю её судьбу. Она соврала. Животное она видела в первый раз, просто спохватилась, что сболтнула лишнего.

***

      В диалоге от абонента «Д.М.» пришло 3 смс.       «Мне скучно.»       «У меня есть идея.»       «*сообщение удалено*»       «Тебя проводят.»       — Проводят? Что…       В дверь постучали.       — Мисс Блэк. Вас ждёт машина.       Кэли фыркнула и снова опустила глаза на телефон.       «Ты совершенно не умеешь приглашать на свидание.»       Она надела на себя белую рубашку, джинсы и, на ходу накинув куртку, вышла во двор.       — Адрес.       — Прошу прощения…       — АДРЕС. Я привыкла ездить своим ходом.       — Мы не имеем права…       — Вы едете впереди, я за вами. Или проваливаете.       Неизвестному мужчине в сером костюме и чёрных очках, словно он вылез из людей в чёрном, пришлось повиноваться.