Расследование в дистанционном режиме

      Это было обычное серое утро, то самое утро, когда всё небо застлано тучами, не пропускающими ни лучика солнца, а на душе так же паршиво, как и за окном. Всего пару часов назад по комнате гуляли солнечные зайчики, играясь с мебелью, залитой светом, и осторожно избегая столь пугающие тени, и вот облака уже нависли над и без того грустной картиной российского города. Окна были закрыты невзрачными шторами, что добавляло грусти в атмосферу и наполняло комнату теменью. Иван уже ушёл на кухню, чтобы подготовить силы к предстоящему дню, оставив Андрюшу в спальне. В тёмной комнате раздавались робкие шажки. Чьи-то крохотные лапки топотали по накрытому пыльным ковром полу. Маленькая тушка скреблась по направлению к кухне, пофыркивая и отплёвываясь. Чуть приоткрытая дверь пропускала частичку тусклого света в спальню, погружённую в мрак. Еле протиснувшись в щель, маленький комочек пополз по узенькому коридору, то и дело натыкаясь на обувь. Прокрадываясь сквозь газеты и коробки, он кидался то в свет, то в тень, пусть и грань между ними была очень размыта. Обойдя своеобразную полосу препятствий, наш страдалец наконец проник на кухню.       Единственный луч света, пробившийся сквозь настил облаков, позолотил рыжую шёрстку хомячка. Тихонов сидел за столом, уткнувшись в ноутбук, при этом лениво похлёбывая кофе. Если бы Андрюша обладал даром речи и имел бы представление о подходящих условиях для долговечной работы техники, он бы точно обратил внимание своего хозяина на неразумное использование ноутбука. Однако так как Андрею не дано ничего из вышеперечисленного, тот просто обогнул стол и ловко вскарабкался на колени Ивана. Тихонов, казалось, этого и не заметил, будучи погружённым в свои мысли. Пальцы правой руки застыли на клавиатуре где-то между словами «сеньор» и «принтер», в то время как левая рука судорожно держала горячую чашку, то и дело перебирая пальцами, чтобы не обжечься. Такое состояние хозяина для хомячка было не в новинку, но реакция была всё та же: Андрюша бросал на Ивана озадаченные взгляды, почёсывался и теребил того за рубашку. В мордочке хомяка роились противоречивые мысли: «Как же так? Раньше всегда на меня всё своё внимание обращал, холил да лелеял, даже кормил иногда, а сейчас что? Как начал работать, сразу про меня позабыл? Нет, какой же всё-таки наглый народ — люди…» Спустя пару мгновений Тихонов вздрогнул, чуть не выплеснув добрую половину содержимого кружки на клавиатуру, обернулся в сторону Андрея, нервно улыбнулся и пробормотал:       — Ох, я тебя даже не заметил. И давно ты тут ёрзаешь?       На такое наглое обращение хомячок даже не нашёл, что ответить. Сейчас ему больше всего хотелось полупить хозяина своими маленькими, пушистыми и мягкими лапками. Ивану хоть бы хны — знай себе просматривает сайты, выискивая какую-то информацию. Поняв, что тут ему ловить нечего, Андрей спрыгнул на пол по уже проторенному маршруту: стол — колени — пол. Легко преодолев препятствие в виде ножек стула и ножек Ивана, хомячок прыжками побежал обследовать убежище. Инвентаризацию жилища он начал со спальни. Мягкая, мятая и узенькая кровать, круглый, выцветший на солнце коврик, тумбочка, набитая всяким хламом, пухлый диван, стоящий напротив телевизора — и всё это обёрнуто в невзрачного цвета обои и вымощено дощатым полом. Распахнутое окошко, слегка прикрытое полупрозрачными старыми шторами, впускало в комнатушку рассеянный свет солнца, едва просачивавшегося сквозь дождевые тучи, и добавляло немного радости в жизнь обитателей. По правую сторону от окна располагался письменный столик для ноутбука и ещё не до конца протёртым чаем. На диванчике лежала какая-то подозрительно большая и увесистая открытая книжка, к которой Андрюша незамедлительно пробрался. Со страниц книги на него смотрел Тихонов. Много Тихоновых. Вот тут он улыбается, а здесь он унылый, а тут он тоже улыбается, но с болью в глазах, а вот фото, на котором Иван окружён незнакомыми людьми. На этой фотографии он и правда выглядел счастливым. В этом маленьком окошке он ещё мальчуган, а здесь — совсем малыш, с раздражением смотрящий куда-то в сторону. Хомяк нашёл фотоальбом.       Почесав пузико, хомячок усвоил для себя, что его хозяин может быть очень даже многограрен, просто в карантинных условиях это проявляется довольно редко. Быстро спрыгнув на пол, Андрюша побежал дальше исследовать местность. Выйдя из спальни, он попал в коридор, который всё время так пугал хомяка, ведь именно там обитал странный близнец Андрюши, так грозно наблюдающий откуда-то из другого измерения. И вот опять, присев на холодный пол, хомячок разглядывал себя, похожего на него, как капля воды, но совсем другого и неприятного. Чужак вёл себя точно так же, как и Андрей: отойди он в сторону, двойник — за ним, стоит ему помахать лапкой, и близнец делает то же самое.       — Копия! Жалкий плагиат! Да как ты смеешь подражать мне, хомяку Андрею?! Я — один такой, единственный и неповторимый, в меру упитанный, в меру воспитанный милый пушистый хомячок! А ты — лишь муляж, слепок… И не рыпайся там! — агрессивно нападал Андрей, получая ту же монету взамен.       Вот Андрей уже сделал выпад в сторону соперника, как вдруг тот с не менее угрожающим видом тоже приблизился к хомяку. Движимый чувством самозащиты, он отпрянул, но тут же обратил внимание на то, что и оппонент поспешил ретироваться.       — Вовсе не понимаю его тактики. Чего он добивается? Хочет ослабить мою бдительность, завести в ментальную ловушку? Не тут-то было, проклятый гринго! * — выкрикнул Андрей, хоть в действительности это и звучало больше как ребяческий писк, когда мальчишки дерутся на палках, оповещая друга, куда тот или иной боец ранил другого.       На шум и возню пришёл даже хозяин собственной персоной, явно пребывавший в недоумении и вместе с тем в негодовании — эти два чувства никак не могли перемешаться и всё плескались, то и дело перетягивая инициативу друг у друга. Ловко подхватив хомяка под передние лапки, Иван поднял его в воздух, и последнее, что смог увидеть хомячок, так это то, что и наглеца-подражателя тоже кто-то взял. Дерущихся мальчишек позвали домой на обед. Победно усмехнувшись, Андрюша разок ради приличия укусил хозяина за указательный, по привычке, палец. Резкая сильная боль заставила Тихонова быстро опустить хомяка на пол, но тот не желал отцепляться, будешь, мол, знать, как захватывать сзади. Наконец Андрей ослабил хватку, и тогда Иван уже куда осторожнее взял его. На этот раз обошлось без повреждений, и в таком позорном виде хомячка доставили на кухню. Он сидел на столе, насупившись, так как не успел записать свои наблюдения. Минута прошла в неловком молчании и игрой в гляделки, как вдруг из комнаты пронзительно раздался звонок. Неуклюже поднявшись, Иван поплёлся отвечать. Вскоре до чутких ушек хомяка донеслись обрывки разговора Ивана с кем-то.       — Да, нашёл… Приехал из посёлка Грызунск… Снимает квартиру…       Быстро преодолев расстояние между кухней и спальней и даже не обратив внимание на вновь объявившегося наглеца-близнеца, Андрей оказался у дверей спальни и куда отчётливей услышал речь хозяина и даже еле-еле уловил фразы человека из трубки, пусть и о смысле разговора хомячок догадывался лишь по интонации.       —…А его невесту зовут Маргарита, она работает швеёй и даже устроила небольшой бизнес, — закончил начатую фразу Тихонов. — Винсент, кстати, тоже не промах: он со своим приятелем рисует дизайны локаций, персонажей для игр, они вроде даже фирму открыли, которая специализируется на этом.       — Хорошо, Иван, продолжай искать, если обнаружишь что-то интересное, сообщай мне. В два конференция, код вышлю за некоторое время до начала, не опаздывай.       — Понял, Галина Николаевна, до свидания, — пробормотал Иван, поглядывая на хомяка и прикидывая расстояние между Андреем и новой наволочкой для дивана, заменившей предыдущую, которая была доставлена прямиком в мусорку в тяжёлом состоянии: изгрызенная и исцарапанная.       Андрюша же, напротив, и не думал заниматься вандализмом, он лишь большими блестящими глазками разглядывал хозяина и обеспокоенно попискивал, проводя взглядом Ивана, вновь куда-то ушедшего. Не успел хомячок прийти в себя, как из-за дверного проёма показалась сначала миска с чем-то ароматным, затем рука, а после и сам Иван. Тот быстро мастерски поставил миску, присвистнул, позвав питомца, и вновь юркнул за дверь. «Завтрак подождёт, я должен немедленно закончить опись помещения», — важно подумал Андрей и неторопливой походкой отправился в коридор, тут же наткнувшись на оставленную Тихоновым бутылку с минеральной водой. Злобно визгнув, хомяк обошёл препятствие и огляделся. Коридор как коридор, ничего примечательного: большая широкая входная дверь, вешалка с различными пальто, куртками и ветровками хозяина, пакет с множеством пакетов внутри, обувные коробки, газетки, используемые как половик, и… двойник?! Быстро подбежав к нахалу, Андрей уже было замахнулся, как вдруг понял, что это привлечёт внимание и помешает ему закончить инвентаризацию. Плюнув и пригрозив бесстыднику пухлым кулачком, хомячок мельком оглядел ветровку с ещё не отлипшими крошками сухариков, обнюхал их и затопотал куда-то вправо. Навалившись на дверь, Андрюша кое-как приоткрыл её и очутился в ванной. Аккуратная плитка, душ, унитаз, раковина и урна — всё по фэн-шую. Не став долго задерживаться в этой комнате, хомяк направился на кухню, где сидел его хозяин. Осторожно пробираясь через завалы обуви, Андрей проник в комнату. Тихонов дремал, оперевшись руками об стол и положив на них голову. Незаметно прыгнув на стул, а затем и на стол, хомячок прильнул к Ивану и засопел.

***

      Рогозина сидела возле компьютера и ждала ответа от невесты Винсента. Несколько минут монитор показывал окно со звонком, где одиноко сидела одна-единственная Галина Николаевна и смотрела на саму себя. Вот уже четверть часа она ждёт Маргариту на онлайн-беседу, а та всё ещё не удосужилась заявиться. Галина Николаевна украдкой поглядывала в экран — томительно тянется время; если и дальше так пойдет, дело может затянуться надолго. Наконец Маргарита подключилась к видеозвонку с характерным щелчком и несколько секунд молча смотрела в экран.       — Здравствуйте. Почему вы задержались? — с явно читавшимся укором спросила Рогозина.       — Извините, — виновато, но немного отрешённо сказала Маргарита. — Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя для беседы. Ещё раз извиняюсь за неудобства…       — Я соболезную вашей утрате, но давайте лучше перейдём к делу, — тактично кашлянув, произнесла Рогозина. — Для начала расскажите о вашем женихе. Каким он был человеком?       — Он был особенным человеком, — ответила Маргарита с улыбкой, но в её голосе проскользнули печальные нотки. — Он был очень добрый и понимающий. Мы с ним много времени проводили вместе и у нас были очень хорошие отношения. Ради меня он даже оставил родной дом. У него было полно друзей и знакомых заказчиков, и вдруг это… — Маргарита произнесла это с усилием и содрогнулась.       — Так, — произнесла Галина Николаевна, перебирая пальцами. — А вот про родной дом, пожалуйста, поподробнее.       — Дело в том, — со вздохом сказала Маргарита, потупя взгляд. — Что мой отец был против нашей с Винсентом свадьбы. Он строго следил за мной, не давал мне с ним даже видеться. В конце концов мы решились — почти налегке, не имея почти ничего за душой, кроме тех денег, что нам удалось скопить, мы поехали в большой город, где отец нас вряд ли когда-либо найдёт.       — То есть, я правильно понимаю, что Винсент уехал, оставив имущество в посёлке? — бросив вопросительный взгляд на девушку, спросила Рогозина.       — Да, так и произошло. Слишком много времени на раздумья у нас, увы, не было.       — Как опрометчиво, — хмыкнула Рогозина. — Есть ли у Буракова здесь какие-либо родственники?       — Его родители умерли уже давно, и у Винсента осталась только сестра. Она помогла нам найти недорогую квартиру неподалёку — такой души человек! — улыбнулась Маргарита.       — Сестра… А есть ли у вас те, кого вы подозреваете?       — Пожалуй, да, — после некоторой паузы уверенно сказала девушка. — У Винсента был напарник в его деле, и в последнее время они очень не ладили. Насколько мне известно, партнёр хотел отобрать себе компанию, даже угрожал.       — Понятно. Спасибо за информацию, можете идти, — кивнула Рогозина.       Распрощавшись с Маргаритой, Галина Николаевна дала Андрею данные напарника Винсента. Холодов уже ожидал ответа от некого Платона Бобрика. Слишком долго ждать не пришлось — вскоре на экране появился опрятный молодой человек, лицо которого выражало крайнюю степень блаженства.       — О, Павлик! Сколько лет, сколько зим!.. — воскликнул было Платон.       — Я не Павлик, — буркнул Андрей. — Я Андрей Холодов из федеральной экспертной службы.       — В самом деле? Тогда извиняюсь, видимо, я ещё не до конца проснулся, — смущённо брякнул Бобрик. — А по какому поводу звоните?       — Где вы были в ночь с первого по второе мая? — сразу перешёл к делу Холодов.       — Вы знаете, — протянул Бобрик, отводя взгляд. — Я застрял в Испании с семьёй из-за вируса. Так хочется на родину, понимаете…       — Да ладно, пап, вчера же сам за ужином сказал «ну эту Россию!» — неожиданно раздался звонкий детский голосок.       — Так, а ну тихо! — прикрикнул Платон. — У меня дела. — Кхм, насколько я знаю, вы с Винсентом открыли компанию, и у вас были некоторые разногласия. — А, вы об этом! — удивлённо воскликнул Бобрик. — Было дело однажды, повздорили… Сейчас же мы всё уладили, порешили, что мы после всей этой лабуды с карантином оформим компанию на его счёт, всё-таки его идея, его инициатива. Я нашёл себя в семье, среди детей и жены.       Сумбурно закончив разговор с Бобриком, Андрей позвонил Рогозиной и коротко сказал:       — Это точно не наш человек, Галина Николаевна. Он в Испании.       — Так, хорошо… — вздохнув, произнесла Рогозина. — Работаем дальше.

***

      Как всегда, блаженный сон Ивана нарушил телефонный звонок. Подняв голову и случайно пихнув рукой хомячка, Тихонов схватил телефон.       — Иван, собирайся. Тебе нужно будет в ближайшее время съездить в родной дом Винсента. Координаты я вышлю тебе, а за ключами зайди к его сестре, её телефон тоже пришлю тебе.       — Понял, Галина Николаевна, — скрывая раздражение, ответил Иван.       Ворча, Тихонов начал лениво собираться, мимоходом протирая глаза. Андрюша уже понимал, что хозяин куда-то уходит, и посмотрел на Ивана жалобными глазками. Тогда Тихонов окликнул его:       — Что, Андрюш, хочешь в село?       Хомячок подошёл ближе к краю стола и потряс лапками.       — Кажется, я тебя понял, — сказал Иван, осторожно беря Андрея на руки, помня о предыдущем опыте.       Хомяк так и сел.       — А как же завтрак?..       Если бы Иван умел говорить по-хомячьи, он бы упрекнул своего питомца за несобранность, но тот просто накинул куртку, схватил ключи, как вдруг телефон снова затрезвонил.       — Ну кто ещё по мою душу?.. — простонал Тихонов, отвечая на вызов. — Алло.       — Здравствуйте! — чуть ли не крикнула трубка. — Помните меня?       — Господи, Макар, вас тут не хватало, — сквозь зубы провыл Иван.       — Ну почему же, я могу помочь. Прояснились ли какие-либо подробности? Есть ли подозреваемые?..       — Послушайте, пожалуйста, у меня совсем нет времени, я еду в родной дом убитого, — попытался отмазаться Иван.       — Возьмите меня с собой, пожалуйста! — задыхаясь от восторга, воскликнул Карандасов. — Я и правда могу быть вам полезен! Участвовать в раследовании — моя мечта с самого детства!       — Ладно, ладно! — неожиданно для самого себя перебил Тихонов. — Ладно… Только не отвлекайте меня в процессе. И последите за моим хомяком.       Положив трубку, Иван выдохнул. Казалось, хомячок понял своего хозяина, выразив своё согласие урчанием. Подхватив питомца, Тихонов закрыл глаза, сосчитал до десяти, а затем вышел из квартиры и захлопнул дверь, позвякивая ключами.