wilted flower.

Осень, пора для эстетики и романтики. Но в этот осенний вечер я сижу, забившись в угол и трясусь от страха. Отец опять напился, он опять ругается с мамой, а я ничего не могу сделать. От этого мне противно самой от себя. Почти каждый день он напивался до потери сознания, а я до сих пор не могу понять, почему мама с ним не развелась. Столько лет, которые они прожили вместе? Разве это стоит каждодневных страданий и слёз? Слышу, как что-то с грохотом падает на пол и разбивается. Посуда, опять он взялся за неё. Молюсь, чтобы с мамой ничего не случилось. И молюсь, чтобы этот подонок наконец-то подох где-то в канаве. Дыхание само собой затаивается, когда слышу, что шум прекратился, но тишина продолжалась недолго и последовали тяжёлые шаги в мою сторону. Слышу, как он опирается руками об стену, не может нормально стоять. Тихо открывает дверь, и я лишь вижу его тёмный силуэт в дверном проёме. Отец проходит ко мне ближе, шатаясь из стороны в сторону. – Милая, почему ты плачешь? – он садится на корточки напротив меня и нежно шепчет, что было неожиданно от него. – Кто тебя обидел, скажи папочке, он разберётся. Его руки перебирают мои рыжие пряди, он гладит меня по голове и проходит пальцами по щекам. Страшно, страшно думать, что он сделает. Ведь он такой непредсказуемый. – Ты что... – его взгляд становится свирепым, а глаза наливаются кровью. – Курила?! - только эти слова покидают его рот, как я уже чувствую жгучую боль на щеке. От сильного и непредсказуемого удара я падаю на локти, сильно ударяюсь и стону от боли. Смотрю на него исподлобья, хочется накинутся на него и убить. Жестоко убить, чтобы он почувствовал, как нам было плохо все эти годы. Как мы страдали день изо дня, как боялись его прихода. Он уничтожил нас, как личность. – Ты ужасна. Я же говорил, надо было тогда делать аборт, но нет, дети – это всё, нельзя их убивать! – он кричит, нет, он орёт, безумно орёт. Наверное, соседи давно вызывали полицию, хотя они привыкли к этому и даже не трепыхнулся. Но на мгновение он затих, наклонил голову вперёд и поник. А после развернулся и ушёл прямиком из квартиры. Быстро вскакиваю с пола и бегу на кухню, надеясь, что с мамой всё хорошо. Но только я одолеваю порог комнаты, то вижу, что мама лежит без сознания в луже собственной крови. Её голова пробита, а рядом лежит разбитая ваза, которую я подарила ей на День рождения. Паника, не знаю что делать. Но быстро прихожу в себя и бегу к телефону. Дрожащими пальцами набираю 911. Голос молодой женщины, яркий свет, мигалки. Всё как в тумане, ничего не помню, совсем. *** Что-то холодное и мокрое касается меня. Неприятно, жмурюсь и открываю глаза. Сразу яркий свет и белые стены бьют по глазам. Понимаю, что нахожусь в ванной. Я что, опять заснула? Тяжело вздыхая выбираюсь из ванны, но резкая боль в ногах даёт понять, что всё не так просто. Мои колени были все в ранах и синяках. Это опять его выходки, очередные раны из-за него. Он мой мучитель, так он сам представился, до сих пор не сказав своего имени, как бы я не просила. Всё началось с того, что я зашла на сайт. Ничего такого, сайт с обычными новостями, но только сама лента не обновлялась с 23 апреля 2002 года*. И последняя статья была о смерти подростка, подробностей не было от слова совсем. С того рокового дня и стала происходить чертовщина, которую я не могла объяснить научными явлениями. Знаете, я никогда не любила мистику, а тем более не верила в потусторонний мир, чудеса и тому подобную детскую хрень. Я лишь жила не такой уж и хорошей жизнью, да ещё в добавок какие-то призраки. Всё начиналось с маленького; сбои техники в доме, больше всего безумно глючил компьютер. Я даже хотела отдать его в ремонт, но из-за нехватки денег передумала. А после стало до жути страшно. Сны. Безумные сны, в которых меня окружали люди в длинных, чёрных мантиях, они злобно хихикали и кричали: «Выколоть глаза, а после утопить!». Каждый раз, когда я проваливалась в Царство Морфея лишь этот сон и был, как заезженная пластинка. Но с каждым разом голоса людей искажались и это пугало вдвойне. Я попросту перестала спать, чтобы не видеть этот чёртов сон. А дальше ситуация только ухудшалась. Как обычно я играла в видеоигру, как она свернулась и на рабочем столе вместо обычных обоев с деревьями, которые я так привыкла видеть была надпись: «Есть красота в твоих страданиях!» В тот момент я поняла, либо я схожу с ума, либо это и вправду, какое-то нечто не из этого мира. Каждый день он стал общаться со мной через программу «World», точнее просто морально унижал, пугал. Я боялась отвечать ему, поэтому удаляла документ, но его это не останавливало. Дальше он стал пугать меня уже не в компьютерном мире, а в реальном. Я чувствовала жёсткие холодные прикосновения на теле. Он даже как-то смог разбить окно, после чего я получила от мамы, и я чувствовала его ухмылку. Даже сейчас, пока я курю сидя на подоконнике чувствую его взгляд на себе. Я знаю, что он где-то в комнате, возможно даже в паре сантиметров от меня. Эти мысли пугали ещё больше, наверное, так же, как и его действия. Смотря на свои синяки и раны, которые безумно болели я вслух задаюсь вопросом: – Просто, интересно, почему я? – выдыхаю дым и слабо усмехаюсь. Я знаю, что он не ответит, тогда зачем я так стараюсь, не знаю. Тишина такая, что можно даже услышать, как тлеет сигарета. – Ты сделала свой выбор, когда зашла на тот сайт, – тихий, немного грубоватый голос раздаётся по комнате. От испуга я поворачиваю голову, но никого не вижу, только тёмная комната, которая немного освящена лунным светом. Слезаю с подоконника, оглядываю все углы и решаю задать ещё вопросы. – Кто ты? Почему я тебя не вижу? – слышу, как у меня дрожит голос, мне страшно, вдруг он взбесится. Но в ответ слышно только тихий смех, который где-то совсем рядом. – Слишком много вопросов, тебе не кажется? – он хмыкает. – На сегодня достаточно. – Нет, стой! Я, наверное, глупо выгляжу. Говорю в пустоту, увидь меня мать, точно подумала бы – срехнулась. Но я была рада, что он наконец заговорил. Такими темпами я смогу узнать его побольше и найти способ от него избавиться.