Древний Египет: Проклятие Лотоса.

Верхний и Нижний Египет отличаются сильно. Как будто две совершенно разные страны. Нижний Египет был суровый край. Край египетских храмов, жрецы имели здесь просто невероятную власть, занимая в здешних провинциях почти все руководящие должности. Если и в провинциях Верхнего Египта мало кто осмеливался им перечить, разве, что люди обличённые властью фараона, то здесь в их руках было всё, — и власть, и суд над жизнью и смертью. Несколько раз мне даже попадались воины легендарной Храмовой Стражи. И молва, о них не лгала. Чёрнокожие двухметровые гиганты в лёгких доспехах стражей одним своим видом внушали страх. На границы Нижнего Египта постоянно накатывали орды диких племён, сжигая и грабя всё на своём пути. Потому Нижний Египет был гораздо беднее и малочисленнее. Местным жителям порой приходилось несладко. Корпус Храмовых Стражей нередко были их последней надеждой на спасение. К утру я набрёл на оазис. Я принялся исследовать оазис, обошёл озеро по кругу и оказался по ту сторону скалы. Прямо у воды, на песке пальмовыми веточками, окрашенными в золотой цвет была выложена прямоугольная фигура. Посередине возвышался песчаный холмик и оттуда, изнутри, из-под песка раздавался странный удивительно мелодичный звук, напоминавший то ли лёгкое шуршанье, то ли стрекотание, то ли шелест. Меня подобная штука, понятное дело, очень заинтриговала. Я шагнул к песчаному холмику. И вдруг мелодичный звук, словно почуяв моё приближение, разом угас, а пески холма разверзлись и на меня бросился огромный скарабей. Проклятая тварь цапнула меня за мезинец левой ноги. Я вскрикнул. Больше от неожиданности, чем от испуга или боли и, чисто, машинально растоптал мерзкую букашку гигантского размера прям здесь на месте. Выругался и перевёл дух. — Кто бы ты ни был, осквернитель, стой или будешь убит на месте без суда! Голос не был громким. Но это был голос человека, уверенного в себе и в том, что он говорит, привыкшего, чтобы его слушали и не привыкшего повторять дважды. Я замер. Самое интересное то, что я понимал речь, говорившего! Я обернулся. Их было трое. Храмовые Стражи. Двухметровые гиганты, как с картинки, мощные, поджарые, они медленно приближались ко мне. Огромные бугры мышц переливались под чёрной лоснящейся кожей. Воины были свирепы и огромны. Тот, что обращался ко мне, среди них был старшим. Это чувствовалось сразу. Ему было немногим больше тридцати, его тело и лицо было покрыто множеством шрамов, что говорило, что он бывалый и опытный ветеран. Его череп был абсолютно гол, а глаза, словно, у песчаного льва, горели жёлтым цветом. Он стоял на месте, сложив огромные руки на груди, и ждал, пока двое других не скрутили мне руки, связав их за спиной верёвкой.