Looking at You

– Эй, Тони, можно мне… – Иисусе, – тарелка, которую Тони держал в руках, разлетелась осколками по всему кухонному полу, выскользнув из его пальцев. – Боже, Стив, извини за это. Извини. – Я не хотел напугать тебя, – сказал Стив, нахмурившись. – Ты в порядке? Тони замотал головой. – Все хорошо. Просто немного потерялся в своих мыслях, вот и все, – он наклонился, начиная разбираться с беспорядком. – Чего хотел? – Давай помогу тебе убрать. – Я сам, – отмахнулся Тони от него. – Чем могу помочь, Капитан? Что хотел? – Ну, я подумал, может, ты мог бы посмотреть руку Баки? – обнадежено спросил Стив. – Она замирает, или не гнется, или еще что, и это немного причиняет ему боль. Я сказал ему, что ты был бы счастлив помочь ему с этим. – Счастлив помочь… – Тони прочистил горло. – Это хорошо. Но я занят, так что пошли его к Беннеру. У него все равно есть доступ ко всему в мастерской. – Я надеялся, что посмотришь его руку в этот раз ты. Брюс не то чтобы тяготеет к механике, как ты, а я хочу, чтобы у Баки было все самое лучшее. – Я занят, Стив, – Тони вытер руки о штаны и поднял брови. – Беннер в любом случае умнее, он найдет поломку быстрее, чем получится у меня. Прости. Я просто не могу прямо сейчас. Извини. – О, ладно. Тогда я отведу его к Беннеру, – Стив бросил на него странный взгляд, но все равно развернулся и ушел, а Тони опустился в кресло, сев на свои ладони, чтобы было не так очевидно, как они дрожат. – Прости, Клинт, эм, ребята, я не подумал, что вы здесь, – Тони резко развернулся и направился прочь из комнаты. Клинт насупился ему вслед. – Тони. Это не проблема. Иди сядь вместе с нами. – Я не хочу вторгаться, – Тони примирительно выставил ладонь вперед. – Я вернусь позже. Наташа сузила глаза, глядя на него. – С каких пор тебе есть дело до того, вторгаешься ты или нет, просто войди и сядь. Это не без причины назвали общей зоной, Старк. – Брось, – Сэм послал ей острый взгляд. – Тебе не нужно говорить все как оскорбление. – Прошу прощения? – Наташин голос поднялся на тон, и Тони громко кашлянул. – Эй, все нормально. Давайте без ссор, ладно? Никаких нервов, никаких оскорблений, никаких обид. Я знаю, она не имела в виду ничего такого, все в порядке. Все, что мне надо было, – это мой планшет, он здесь на журнальном столике. Я просто заберу его. – Вот, Тони, – Сэм кинул ему планшет и Тони поймал, но с трудом, и сунул под руку раньше, чем кто-нибудь заметил промашку. – Ладно. Хорошо, спасибо, ребята. Увидимся. Еще раз извините, – он развернулся и ушел, пытаясь хоть немного замедлить дыхание прежде, чем все это превратится в паническую атаку. Он ненавидел, когда они ссорились. Вижн сидел, обвив рукой Ванду, в боковой комнатке, где Тони иногда читал, и Тони резко затормозил, попятившись за дверь, пока бормотал: – Извините, ребята, извините, я не хотел помешать. Ванда метнула взгляд на него и не ответила, но Вижн улыбнулся. – Каждый дюйм этого здания твой, Тони, тебе не нужно извиняться за то, что входишь в комнату. Тони с трудом попытался не передернуться, когда – человек? существо? – Вижн заговорил, но не то чтобы ему удалось, и Ванда уловила это, с любопытством подняв бровь. – Почему он вздрагивает, когда ты говоришь? – спросила она у своего парня или кем они там себя считают. – Разве не он тебя создал? Тони попытался не реагировать на то, что она говорит о нем не с ним, но он знал, что облажался, когда Вижн обеспокоенно посмотрел в его сторону. – Я не совсем уверен. Я сделал что-то, из-за чего тебе не по себе? Или, может быть, я… – Я просто пойду, – перебил Тони. – Извините еще раз. Я не имел в виду… извините. Он умчался раньше, чем они спросили еще что-нибудь. – Тони. – Мать твою, – Тони вцепился в стол, чтоб не отпрыгнуть подальше, когда Баки материализовался рядом с ним. – Что? – Беннер недоступен сегодня, а Стив говорил, что ты посмотришь мою руку? – голос Солдата всегда сбивал с толку мягкостью по сравнению с абсолютной опасностью, витавшей за его плечами. – Я сказал Стиву, что занят, – огрызнулся Тони, считая назад от десяти, пытаясь вернуть под контроль свой сердечный ритм. – Я вроде как ожидал, что он передаст тебе. – О, – моргнул Баки. – Извини, Стив правда не говорил мне ничего такого. – И? – повысил голос Тони. – Меня бесит, что ты разгуливаешь по моей мастерской, как у себя дома! Это мое пространство! Здесь никого не должно быть, пока я… – он захлопнул рот, увидев шок на лице Баки. – Извини, – пробормотал он, отступая и тяжело сглатывая. – Извини. Я просто на нервах. Не твоя вина. Извини. Я просто… Я не могу сегодня. Я не могу иметь с этим дело сегодня. – Тогда ладно, – бледно-голубые глаза Баки немного сузились. – Ты в порядке, Тони? – В полном, – отозвался он автоматически и направился к дверям. – Все в норме. Извини за это… Я не могу помочь тебе сегодня. Извини, мне жаль. Я позвоню Беннеру. – Хорошо, – Баки все еще пялился на него. – Спасибо тебе. – Эм… – Тони застыл. – Что? – Я сказал, спасибо. За то, что позвонишь Беннеру для меня. Я ценю это. – О, – Тони не знал, что сказать, и не хотел торчать здесь с широко раскрытыми глазами, так что развернулся и ушел. Наконец скрывшись в своей комнате, уставившись в окно, Тони поднес стакан виски к губам с благодарным вздохом. На его тумбочке стояла обрамленная фотография почти годичной давности, когда Мстители воссоединились и были приглашены назад в Америку как герои вместо тех времен, когда половина была беглецами, а остальные – париями. Это было великолепное фото, правда. Каждый улыбался и махал. Стив обнял одной рукой плечи Тони, а другой – Баки, и толпа аплодировала и пронзительно кричала, когда Железный Человек и Зимний Солдат пожимали друг другу руки и позировали для фотографов. Новостные станции считай что объявили праздник: Мстители вернулись и крепче, чем когда-либо, мир спасен, все так, как должно быть. Он хранил фото там, чтобы каждую ночь, ложась спать, он мог напомнить себе, почему все это было ненапрасным. Он хранил фото там, потому что ему нужно было это знать, потому что весь его самоконтроль уходил на то, чтобы видеться с командой и не разваливаться на части. Он хранил фото там, потому что требовались все силы, чтобы пережить каждый божий день, и не то чтобы Тони чувствовал, что у него много этих самых сил. Со смешанными чувствами он отсалютовал своему отражению. – Извини, – прошептал он. – Извини, что продолжаю делать это с нами. Мне так жаль, что я не выше этого.