Первый вальс.

POV Третий Рейх       Франция устроила торжественный прием, не знаю уж по какому поводу. Но факт остается фактом. И, на сколько я мог видеть зал, пригласила она всех стран. Я имею ввиду буквально всех, так как за недолгое пребывание здесь успел натолкнуться на Британскую Империю, Испанию и Империю Цин и заметить в толпе Речь Посполитую. Прием даже еще не начался, а тут уже яблоку негде упасть. Я обычно на такие мероприятия не хожу, но сегодня меня чуть ли не силком сюда притащил сын. Видите ли, он соскучился по своему лучшему другу, хотя, наверное, будет точнее сказать по своему парню, но не хотел отрывать его от важных дел. И вот тут подвернулась такая возможность, ведь этот молодой человек сообщил Германии, что будет на этом приеме. ФРГ тогда решил и меня с собой притащить, чтобы я развеялся, и чтобы познакомить с ним, хоть он и не сказал этого вслух.       Так вот. Так как выбора мне практически не оставили, я надел свою старую военную форму и все-таки пришел. Сейчас я, стоя в самом дальнем от затевательницы всего этого дела углу, ожидал начала банкета, чтобы он скорее закончился, и я мог со спокойной душой пойти домой. Меня начало поглощать раздражение, ведь в зале было довольно шумно и многолюдно, а я предпочитаю тишину и одиночество. И вот началось. Франция поприветствовала всех пришедших и попросила всех стать друзьями на этот вечер. Дальше я уже не слушал, ведь последняя фраза меня чуть ли не взбесила. Ага, как же, все станут друзьями на этот вечер и забудут все, что делали с их народами и потомками или предками!       После речи Француженки свет в помещении стал приглушенным и заиграла какая-то классическая мелодия. Но даже она не спасала меня от ненависти и отвращения ко всему миру. И когда я уже был готов взорваться и плюнуть на эту затею, рядом раздался до боли знакомый голос:       - И чего мы тут стоим?       Я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Было совершенно непредсказуемо, что обладатель этого голоса подойдет ко мне. Но я точно знал, кому он принадлежит и, повернув голову, я только убедился в своих догадках. Слева от меня стоял Союз и насмешливо смотрел на меня единственным глазом. На нем были обычные для него армейские ботинки, китель, штаны военного образца и светло-коричневое пальто поверх всего этого. Не стоит, правда, забывать и о его постоянных аксессуарах: коричневой шапке-ушанке и черной повязке с серпом и молотом на правом глазу.       - Тебе-то какое дело? – Небрежно бросил я. К сожалению, его такое никогда не останавливало.       - Ну, мало ли. Может ты влюбился и боишься пригласить ее на танец… - Ответил он, переведя свой взгляд на толпу. Нет, он что, пытается меня окончательно выбесить?       - Я ничего не боюсь! – Прошипел я сквозь зубы.       - … или ты просто танцевать не умеешь? – Продолжил русский, будто пропустив мой комментарий мимо ушей.       Я промолчал, смутившись. Нет, я, конечно, умел танцевать, ведь это было обязательным для принца, но только в теории. Мой отец не брал меня на балы и приемы и никогда не разрешал мне присутствовать, когда они проходили у нас. В результате, практика у меня, если и была, то только на уроках танцев. А во взрослой жизни мне было все время не до этого. И я естественно забыл все это.       Славянина явно удивило отсутствие едкого комментария в его сторону. Поэтому он удивленно и слегка настороженно взглянул на меня. Я отвернулся и почувствовал, как от смущения и стыда к моим щекам начала приливать кровь. Было не ловко вот так молчать. Брови СССР поползли вверх, а взгляд приобрел оттенок крайней степени удивления.       - Постой, ты и вправду не умеешь танцевать? – Ляпнул он, находясь видимо в не большом шоке.       - Ну, когда-то умел, но сейчас вряд ли вспомню хоть одно движение, - нехотя признался я, все еще смотря в противоположную от Совета стенку.       Между делом на фоне уже прошли насколько композиций и приглашенные успели станцевать не один танец и выпить не один бокал пунша. На нас никто не обращал внимания. Но, мельком глянув на лицо моего собеседника, я заметил, что его не много сбил с толку мой ответ. Я впервые вижу Союза таким растерянным, ведь обычно у него на все есть ответ и решение. Он никогда не выглядел так, будто зашел в тупик. Но предложение, которое он выдал после пары минут молчания, совсем выбило меня из колеи, ведь он спросил:       - Может тогда потанцуешь… Ну, со… Со мной…       Я шокировано хлопал глазами, а мой взгляд был направлен точно в глаза бывшего друга, а его – в мои. Неловкость между нами достигла своего апогея.       - Я тебе все ноги отдавлю, - попытался отшутиться я.       - Ничего страшного, - не вышло.       - Я не хочу позориться перед всеми, - сдался я.       - Так это не проблема! – В его взгляде я заметил непонятный мне блеск. Что это с ним происходит?       Но я не успел и слова сказать. Меня крепко, но аккуратно взяли за руку и потянули прочь из зала. Я не особо сопротивлялся, так как был поглощен мыслями о том, насколько же большие и теплые руки у этого русского. Но уже через несколько минут мы стояли в дальнем углу сада, окружавшего летнюю резиденцию, где собственно и проходило это недоразумении, названное банкетом. Был уже поздний вечер и можно было увидеть серебристый диск луны и рассыпанные по всему небу крупинки звезд. В этом огороженном густой зеленью высоких кустов закутке не было слышно ничего: ни музыки из оставшегося позади зала, ни пения птиц, ни голосов людей. Даже ветер сюда решил не залетать. Около одной из зеленых стен стояла скамейка с резными подлокотниками, которая смотрела прямо на небольшой пруд у противоположной изгороди.       - Как ты узнал об этом месте? – Оглядывая все это великолепие, спросил я у советского гражданина.       - Это история для другого раза, - ответил он, с улыбкой наблюдая за моей реакцией.       - Смотри у меня. Я запомню, что ты должен мне историю, - предупредил я его.       Ответом мне был веселый смех Советского Союза. Я даже сам невольно улыбнулся.       - Ладно, - все еще улыбаясь, начал коммунист, - мы здесь не для этого.       Вслед за своими словами он достал из кармана свой телефон. Я, не понимая, что происходит, вопросительно взглянул на него. И тут мне напомнили, зачем мы здесь:       - Ты в тишине собираешься танцевать? – Я лишь вздохнул.       Через несколько минут поиска чего-то в телефоне, Совет ухмыльнулся. Он слегка поклонился, переведя решительный взгляд на меня, протянул мне руку и сказал:       - Третий рейх, позвольте пригласить Вас на тур вальса!       От такой официальности я немного прифигел. Никогда бы не подумал, что кто-нибудь вроде СССР может сказать такое на полном серьезе. Да еще и таким изящным способом. Небось сам Российская Империя постарался. Я неуверенно вложил свою ладонь, обтянутую белой перчаткой, в его. Коммуняга резко, но аккуратно притянул меня к себе. Вопреки наличию у меня идеальной осанки, я сильно ссутулился оттого, что вторая рука славянина легла на мою талию.       - Спину ровно, псина сутулая, - мой партнер по танцам провел рукой вдоль моего позвоночника, чуть надавливая, заставляя расправить плечи и выпрямить спину. И в результате прижаться еще ближе к нему, что было самым смущающим.       Но показывать мое замешательство не хотелось от слова совсем. Поэтому я лишь нахмурился и сделал сосредоточенный вид, положив руку ему на плечо. Союз лишь посмеялся. Из давно позабытого мной телефона раздалась приятная мелодия какого-то вальса.       - Расслабься, - с неугасающей улыбкой сказал Совет.       Я искоса поглядел на его лицо. Советский Союз все так же улыбался, добродушно глядя на меня. Я, немного подумав, все-таки расслабился в его сильных руках. Русский улыбнулся шире и наш танец начался. Я старался не ошибиться и не покалечить коммунисту ноги, поэтому все время смотрел вниз. Мой бывший враг, освободив правую руку, которая была сцеплена с моей, приподнял мое лицо за подбородок.       - Будь увереннее, у тебя неплохо получается. Теперь давай попробуем не глядя на ноги, - сказал мужчина с мягкой улыбкой, глядя мне прямо в глаза.       Его глаза. Его добрый и теплый взгляд был направлен прямо на меня. Я не мог отвести глаз от него. Таким я его еще никогда не видел: русые волосы от каждого его движения колыхались, как на ветру; медового цвета глаз блестел при свете луны; пухлые губы были растянуты в теплой улыбке. СССР все кружил меня в танце, вальс все лился и лился. Я почти не дышал во время этого действа. Мне почему-то все время казалось, что, если я хоть что-то сделаю не так, все это просто исчезнет. После нескольких кругов я обнял Совета одной рукой за шею, положил голову ему на плечо и прикрыл глаза, просто наслаждаясь моментом. Мы будто плыли по небу, танцевали будто на облаках.       И вот вальс кончился. Советский Союз остановился и выпустил меня из объятий. Я с вопросом посмотрел на него.       - Полагаю, закончим на этом, - коммуняга отошел на пару шагов, еще раз поклонился и развернулся, уже собираясь уходить.       - Постой! –Не удержался я, схватив удаляющегося революционера за руку. Советский гражданин оглянулся и посмотрел на меня с вопросом во взгляде, - может… Еще один тур?       Вопрос в глазах моего бывшего врага сменился на теплую улыбку, а я лишь больше смутился, наблюдая за этим превращением.       - Если ты так настаиваешь, - вернулся в исходную позицию Совет, - тогда еще один раунд, мой милый.       - Милый? – Я тоже приготовился к танцу, - не слишком ли ты спешишь?       - А слово «мой» тебя не смущает, - усмехнулся коммунист.       - Да мне это даже нравится. Жду предложения встречаться… - Сказал я и, немного подумав, добавил, - ну, или руки и сердца.       Ответом мне был его веселый смех и согласие начать встречаться.