Gracious

      — Прекращай суетиться, Гэвин, ты выглядишь прекрасно.       — Ты уверен?       Гэвин в сотый раз дёрнул и поправил свой галстук перед тем, как оставить в прежнем виде. Темно-серый костюм смотрелся на нём достаточно элегантно, но ему всё равно казалось, что тот как-то изменился за время путешествия с вешалки на тело: складки просто появлялись в совершенно не правильных местах.       За его спиной раздался вздох.       — Да, Гэвин, я уверен.       Рука Самюэля коснулась его плеча, быстро что-то смахнув. Этот жест должен был успокоить, однако где-то на подсознании Гэвин чувствовал, что его бойфренд был бы более внимателен к нему, если бы действительно хотел приободрить. В конце концов, в костюме он должен выглядеть красивее. Лучше, чем обычно, как минимум. Но Самюэль держал руки при себе.       Это заставило Гэвина нахмуриться. Наверное, он опять накручивал себя. У Самюэля впереди важная встреча, а не просто длинная ночь с потягиванием шампанского и парадом красивых костюмов и лиц. Не то чтобы Рид привык к последнему. Блейзер всё также странно топорщился на плечах, а слаксы смотрелись отвратительно на его ногах.       По крайней мере, ему нравился цвет — угольный. Он подчёркивал его глаза, как утверждал продавец. Самюэль же только сказал, что это «милый» цвет, он не потрудился сказать что-либо о самом Гэвине.       «Опять ты начинаешь», — Рид стиснул зубы. — «Не испорти это ради него».       — Ты готов? — Самюэль позвал его, стоя в дверном проёме спальни и, какая ирония, по-прежнему играясь с запонками.       — Думаю, да.       — Хорошо, машина уже ждёт внизу.

***

      В голове не укладывалось, что Самюэль нанял настоящего шофёра, чтобы отвести их на мероприятие, вместо того чтобы довериться автоуправлению Астона Мартина. Серьёзность всего этого напрягала, а ведь Гэвин только начал верить, что привык к такому стилю жизни. Он же просто детектив, чёрт побери!       Но если и было что-то, что он мог понять, так это амбиции. И амбиции Самюэля привели его на грандиозное торжество размахом в миллиарды долларов. Организованное самим дьяволом во плоти — Элайджей Камски.       Жуткий дискомфорт Гэвина просто мерк перед этим, и он бы соврал, если бы сказал, что ему не польстило то, как настойчиво Самюэль приглашал пойти вместе. Поэтому он справился с волнением, как чемпион, или, по крайней мере, умудрился скрыть эти ощущения, чтобы не раздражать Самюэля.       Самюэль нуждался в его присутствии. Нуждался в поддержке. Ну, или Гэвин просто убедил себя в этом, когда его вытащили из машины за предплечье с быстро брошенным «мы на месте». Разве такая херня не выглядит романтично в фильмах?       — Ты должен быть готов к длинной ночи. Основная цель — сделка с Киберлайф, но там будут и другие люди, с которыми я хочу поговорить, — напомнил Самюэль, всё ещё крепко удерживая его за руку. — Возможно, я не смогу быть рядом всё время.       — Ага, конечно, — Гэвин кивнул, совершенно не удивлённый такими словами.       Краем глаза он заметил странный взгляд Самюэля перед тем, как стоически посмотреть вперёд.       Гэвин объяснил себе это нервозностью и промолчал.       Их быстро отметили в списке и затем направили в роскошное лобби, которое Гэвин мог описать только как «барокко, атакованное современностью».       Основной дизайн был достаточно распространённым — помпезная европейская дворцовая комната c преобладающим количеством золотых и красных цветов, с высокими потолками, хрустальными люстрами и обильным числом деталей для того, чтобы ввести в замешательство андроида. Но что действительно отличало это место ото всех остальных, так это массивные стеклянные структуры, торчащие из стены, — гигантские геометрические формы, которые, кажется, пронизывали стены здания насквозь перед тем, как остановиться и зависнуть в воздухе.       Гэвин не мог не накинуть им пару очков за старания. Это был наименее навязчивый авангардный гибрид из тех, что он видел, а за последние годы он насмотрелся на большое количество разных безвкусиц.       — Ты ведь знаешь, как это важно для меня? — голос Самюэля раздался внезапно, вырвал Рида из размышлений. Гэвин заметил ещё один странный взгляд.       Он скривился.       — Конечно знаю.       Рид чётко осознавал это всю прошедшую неделю. Самюэль приложил все усилия для этого, с его стороны странно спрашивать об этом сейчас. Гэвин никогда не давал поводов для сомнений, что он не относится серьёзно к его бизнесу, поэтому он был почти оскорблён вопросом, ведь по факту всё было совсем наоборот.       Ему не дали шанса озвучить свои мысли: Самюэль опять потянул его вперёд, не произнося больше ни слова.       Они торопливо прошли мимо небольшой группки гостей, которые приехали примерно одновременно с ними. Все одетые в блестящие ткани и лениво осматривающиеся с неприкрытым восхищением. Вскоре они оказались в приёмном холле — одном из наиболее больших пространств, где Гэвин когда-либо был за свою жизнь.       Не понадобилось много времени, чтобы оттуда добраться к центральному залу. Улыбка расцвела на лице Самюэля, как только он подошёл к первой группе людей с большими именами, отпуская Рида ради рукопожатия с кем-то.       Гэвин только разгладил отпечаток его ладони на своём костюме и нацепил своё самое приветливое выражение лица.

***

      Два часа спустя Гэвин был только на втором бокале шампанского. Самюэль оставил его давным-давно и сейчас приходилось прилагать максимум усилий, чтобы самостоятельно справляться со скукой и ощущением, что он не на своём месте.       Нежная мелодия скрипки начинала разъедать его барабанные перепонки, а в холле не нашлось ничего интересного после третьего обхода.       Всё, что ему удалось выяснить, — здесь было много золота. И стекла. И высоких окон.       Нет, Гэвину нравились высокие окна, но он затруднялся понять, зачем они нужны, если их всё равно завешивали тяжёлыми шторами. Но вот что он точно знал, так это то что он некультурная свинья и его единственное занятие сейчас — скрывать это как можно тщательнее.       Он прошёлся, переставляя одну ногу за другой.       Они даже не находились в доме Камски. Это был какой-то роскошный отель за пределами городами с огромным фонтаном перед ним и километрами сада позади. Как оригинально. А как только Гэвин привык к масштабам всего, наскучили и стеклянные скульптуры.       Он поднёс бокал ко рту и сжал покрепче челюсти после маленького глотка. Господи, он вежливо улыбался грязным бизнесменам большую часть часа, дискомфорт от этого начал проявляться. Именно физический дискомфорт. К другому он привык, особенно потому, что прекрасно представлял, как близко его бойфренд подошёл к тому, чтобы стать таким же грязным бизнесменом.       Работа Гэвина не предполагала такой практики. Он начал по-настоящему скучать по весу своего значка и кобуры. Если бы только Тина видела его сейчас. Наверное, она бы расхохоталась или (что более вероятно) пожалела бы его. Он жалел себя уже сейчас и знал, насколько сильно это было связано с тем, что Самюэль оставил его в первые пятьдесят минут пребывания здесь.       — Сэр?       Голос был достаточно близко, чтобы он повернулся на вопросительный тон и встретился лицом к лицу с мужчиной в форме официанта. Он обращался к Гэвину.       — Мне нужно, чтобы вы прошли со мной, сэр.       Дерьмо.       Дерьмо-дерьмо-дерьмо. Он действительно настолько выделяется? Он знал, что его шрамированная рожа не особо вписывалась в такое место как это, но необязательно же быть такими засранцами.       — Мой бойфренд…       — Я знаю, сэр. Вы мистер Рид, верно?       Гэвин вытаращился на него, как сова, и тупо кивнул.       — Тогда я попрошу вас пройти со мной, — его тон был достаточно вежливым, но Гэвин-то знал лучше.       Никто не может точно сказать, что ожидать от этих зализанных ублюдков. Самюэля выгнали отсюда? Или присутствие такого деревенщины, как Рид, уже оскорбило кого-то?       В любом случае он послушно отошёл от стены и проследовал за официантом-лакеем-кем-то, пока тот вёл его через холл, сквозь толпу и оживлённую болтовню.       Он не нервничал: Самюэль мог заставить его мучиться, но он смотрел в дуло пистолета слишком много раз, чтобы испугаться последствий социального промаха. Или к чему там его эта костюмированная обезьяна ведёт.       Живот скрутило только от мысли, что он расстроит Самюэля, но Рид засунул это чувство куда подальше с новым глотком шампанского.       Они остановились перед дверью, искусно вписанной в общий декор, и официант мягко забрал его пустой бокал перед тем, как провести в комнату. Как только он оказался внутри, дверь щёлкнула позади него, отрезая от звука скрипок, и Гэвин остался в маленькой приватной лаунж-комнате.       Без единой догадки о том, что делать дальше, он огляделся, присматриваясь к окружающим вещам.       Место определённо было маленькое, потолки опущены до привычной высоты, в комнате помещался только длинный бар и несколько кресел вокруг стеклянного стола. Всё выглядело настолько же дорогим, насколько и остальной отель, не хватало только каких-либо стеклянных декораций, чтобы вписаться в общий стиль.       Также здесь не было никого, кроме Гэвина, насколько он мог видеть. По крайней мере, он так думал, до того как у бара раздался голос.       — Добрый вечер, мистер Рид. Рад с вами познакомиться.       Гэвин обернулся к новоприбывшему, собираясь заявить, что произошла какая-то ошибка или потенциально защитить себя, и резко уронил челюсть.       Он разинул, затем прикрыл свой идиотский рот.       Потом открыл его ещё раз, потому что прямо, блять, там, возникший откуда-то из-за бара, стоял чертов хозяин сборища.       Грёбанный Элайджа Камски.       Абсолютно неожиданно Рид почувствовал себя очень глупо из-за засунутых в карманы рук, как у настоящего придурка.       Какого черта здесь забыл Камски??       Окей, этот вопрос можно вычеркнуть: это было мероприятие Камски, логично, что он здесь находится.       Но что тогда тут делает Гэвин? В одной и той же комнате, наедине друг с другом.       Во рту стало сухо.       Он смотрел всё ещё озадаченно (но не нервозно), как мужчина обошёл массивную стойку из красного дерева, подошёл к одному из кресел и опустил ладонь на его спинку, при этом выглядя охренительно элегантно. Элайджа одет в бордовый костюм-тройку, белую рубашку и тонкий чёрный галстук, его длинные волосы собраны в пучок, который никак не вписывался в эту обстановку.       Окей, возможно, Гэвин немного нервничал.       — Взаимно, — он наконец-то нашёлся с ответом.       Часть его отчаянно надеялась на то, что это просто графа в расписании этого мероприятия, а он лишь первый явился, остальные тоже скоро подтянутся. Пока Камски обходил кресло и с комфортом в нём устраивался, продолжая смотреть на Гэвина, это ощущение пропало.       Несколько капель пота скатились по шее Рида.       У него не было никакого конкретного мнения об этом человеке. Конечно, он создатель проклятия всей жизни Гэвина (Коннор), но никто же не мог всерьёз винить его за всё говно, связанное с девиантами.       Камски только несколько месяцев назад восстановил свою должность в Киберлайф, намного позже того, как осела пыль после революции, и, насколько Гэвин понимал, он был просто человеком, владеющим бизнесом. Собственноручно созданным бизнесом, который ему хватило умений реализовать, а не стать очередным жадным кровососущим ублюдком, способным благодарить только своё эго и связи за успех. Рид мог уважать такое. Он сам твёрдо верил в тяжёлую работу и амбиции, в конце концов.       Так что вполне естественно, что он чувствовал капельку давления, находясь наедине с таким человеком.       «Он также является причиной, по которой Самюэль срывался на тебя всю прошлую неделю, поэтому даже, блять, не смей испортить всё», — мягко напомнил ему мозг.       — Надеюсь, вы хорошо проводите время на моём мероприятии? — c нажимом произнёс Камски, и Гэвин машинально кивнул.       — Конечно, — вежливо ответил он, или так вежливо, как только смог.       Камски продолжал смотреть на него поверх сложенных домиком пальцев, одна лодыжка лежала на его колене. По мнению Рида, никто и никогда не выглядел более по-домашнему комфортно, чем Элайджа сейчас, посреди всей этой роскоши.       Время тянулось, а Гэвин изо всех сил старался не хмуриться. Эта ситуация начинала выводить его из себя.       — Вы знаете, почему вы здесь, мистер Рид? — внезапно резко спросил Камски.       Гэвин в ответ тихо хмыкнул.       — Я не совсем здесь как функционирующая единица, — «о да, хорошая работа, — продолжай огрызаться, балбес». — Или вы спрашиваете об этой комнате в частности?       — Комната, как вы могли догадаться, для приватности, — мужчина переплёл пальцы. — Ваш партнёр, мистер Бриджес, надеется на очень амбициозный контракт с моей компанией. Невзирая на это, я действительно верю, что это будет очень выгодная сделка для обоих наших предприятий.       — Ага, это мой Самюэль, — из тех, всегда предприимчивых людей.       — Безусловно, — Камски подвинулся, чтобы сделать небольшой глоток из стакана с виски, который он оставил балансировать на краю подлокотника.       — Хотя я нахожу очень любопытным тот факт, — неторопливо произнёс он, растягивая слова, пальцами водя по краю стакана, — что ради заключения сделки, он даже пообещал мне взамен ночь с вами.       Тишина.       Мелодия скрипок просочилась сквозь стены, как паразит, и дополнила тяжёлую атмосферу зловещим грохотом.       — …что?       — Вы меня слышали, — Камски уставился на него, как хищник, без толики жалости. — Мистер Бриджес пообещал мне ночь с вами как часть делового соглашения.       Акцент на слове «ночь» разбил душный воздух, как кувалда, и ударил прямо в грудь Риду.       На мгновение он прекратил дышать.       Эти светло-голубые глаза сверлили дыру в его душе, ищущие и ожидающие, но когда он открыл рот — оттуда не вылетело ни единого слова. Он только нахмурил брови в недоумении.       — Я не понимаю…       Он попробовал снова, но только столкнулся с глухой стеной прямого взгляда Элайджи.       Нутро выкручивало, интуиция говорила, что что-то здесь не так, а он бесполезно барахтался в сомнениях. Он потерял равновесие в момент, когда переступил порог, а теперь Камски заявляет ему что-то, что мозг никак не мог осмыслить.       Гэвин знал, что не может сравниться с большинством гостей здесь — он был на неизведанной территории — но он не мог быть настолько не в теме, чтобы только сейчас понять, какие игры здесь ведут. Камски вообще понимал, что буквально оклеветал его бойфренда, заявляя, что тот практически продал Гэвина, как какой-то товар?       Это должно быть шуткой, так?       Так почему же никто не смеётся?       Рид продолжал пялиться в немигающие глаза Камски, но так и не заметил в них насмешки. Холодный пот начал капать с его шеи, и он почувствовал как ускорилось сердцебиение.       Не было никакого панчлайна, испуганно шептал разум, он продолжал ждать его, но тот всё не звучал. Окружающие его предметы и комната начали расплываться, и Гэвин почувствовал, как вcё внутри болезненно сжалось, интуиция вопила, перекрывая гулкий шум крови в ушах.       Рид знал, когда люди лгут. Он работал детективом уже много лет и был способен определить, когда подозреваемый врёт. Были небольшие трюки, подсказки, которые выдавали, вне зависимости от того насколько крепким был человеком.       И Гэвин почувствовал себя плохо, потому что не видел ни единого признака лжи у Камски.       Неважно, как бы он не присматривался, как бы долго он не пялился.       Он почувствовал, как начинает дрожать.       Этого не могло быть. Рид продолжал повторять себе, что Элайджа не может говорить правду. Он просто издевается над ним. Точно, в этом дело. Самюэль бы никогда не сделал такого с Гэвином, он бы не...       Ты ведь знаешь, как это важно для меня?       Мир Гэвина рухнул.