Это не сон

      Несколько дней спустя... —Может тебе всё-таки встретиться с ним?—спросила Дженнет, допивая ягодный морс. —Я не знаю...—Атанасия смущённо опустила глаза—В тот самый момент...Когда он...—щеки снова предательски зарумянились—В общем ты поняла! Мне было так стыдно, но в то же время так хорошо... Мы ведь друзья. —Были до этого момента,—перебила её подруга.       Атанасия ничего ей не ответила. Несколько ночей её мучали бессонницы. Постоянно девушке снился один и тот же сон, после которого она долго не могла прийти в себя. Но говорить Дженнет, что именно это был за сон принцессе было стыдно. Она и так упала в её глазах, только слепой не заметит те засосы, а уж рассказывать ей про эротические фантазии, из-за которых девушка не может уснуть... Не о таком должна думать настоящая леди! Она всегда просыпалась ночью, сжимая руками край ночной сорочки, её женская сторона целиком и полностью просила продолжения, которого принцесса вовремя так и не получила. Но она не винила именно себя, ведь Лукас даже не объяснился перед ней тогда. Более того, колдун так не пришел и не извинился. Но он же не мог забыть? Такие вещи не забываются... —Извини, но отец уже должен был послать кучера в это время. Мне нужно идти,—Дженнет на прощение обняла принцессу и вышла из комнаты.

***

      Девушка вновь проснулась на пышной перине посреди ночи. Руки, как всегда, находились внизу, сжимая ткань сорочки. Резко вскочив с кровати на пол и отдышавшись, Атанасия попыталась вспомнить свой сон.       "Руки колдуна мягко хватают ее за бедра... Он тяжело дышит... Вдалбливается в нее всем телом... Она кричит его имя...Лукас..."       Лукас! Посмотрев на кровать, принцесса красочно представила те вещи, что творились в её сне. Как ей вообще могло такое присниться? Как ей вообще мог сниться Лукас?! Неужели она влюбилась в него? Её тонкие пальчики отчётливо помнили все изгибы и касания колдуна. Смотря прямо на воздушную перину, Атанасия чувствовала прикосновения парня: его долгие объятья, руки, блуждающие по девичьему телу, обжигающие поцелуи на внутренней части бедра. Правда, иногда парень заигрывался, и поцелуи переходили в лёгкие покусывания. Колдун имел небольшие и острые,как ум, передние зубки. Перед тем, как сделать Атанасии приятно, он всегда скалился и пошло ухмылялся. Правда, и умом и острыми клыками он пользовался только в самый подходящий момент. Но укусы эти для принцессы отдавались лёгким покалыванием между ног. Воспоминания нахлынули, будто обливая кипятком и без того пылающее тело девушки. Принцесса нервно перебирала оборки на сорочке, то и дело прикусывая губы. Лёгкие срочно нуждались в кислороде. Атанасия подошла к двери, выходящей на балкон и резко открыла её. Холодный воздух прошёлся по босым ногам, слегка приподнимая подол ночнушки. Девушка смотрела во все стороны, восторженная видом:на темном небе сейчас расстилались тысячи звёзд. Одни холодного оттенка, другие теплого, все разного размера и яркости. Особенно Атанасии нравились красные звезды. "Будто вижу его глаза"—думала принцесса, смотря вдаль.       Но неожиданно две яркие, налитые кровью, звёздочки начали расти. Они становились все больше и больше, пока два, уже красных глаза, не появились прямо перед лицом Атанасии. —А я думал, что ты спишь...—тот же баритон, напоминающий мурчание. Нет сомнений, это Лукас. —Что ты здесь делаешь?—оглядев весь путь приближения, Атанасия поняла, что он начинается на ветке одного из деревьев—Ты наблюдал за мной?! —Немного...—парень встал ногами на каменную плитку и приблизился к принцессе. Она могла чувствовать его теплое дыхание на своих губах—Я бы хотел поговорить с тобой...       Вдвоем они прошли в спальню. Атанасия очень сильно волновалась и смущалась. Пару секунд назад ей снился прекрасный в объективном понимании сон, где она и Лукас делали то, чего приличные люди не делают минимум до свадьбы. А сейчас девушка без всякой осторожности ведёт взрослого парня к себе в покои. Более того, когда Атанасия села на кровать, Лукас на правах хорошего друга решил сесть рядом. Казалось, его недавняя ситуация не волновала, лицо колдуна не выражало эмоций смущения. Ему все равно? Да. Но принцесса думала так до определенного момента. —Прости меня, Атанасия,—Лукас сел немного ближе, чем следует, поэтому не смотреть на него было для девушки дурным тоном. Сквозь неловкость она смотрела прямо ему в глаза и боялась думать насколько сейчас румяными выглядят её щеки—Я пойму, если ты больше не захочешь меня видеть. Это будет самым большим подтверждением того, что я тебе противен. —Нет, это не так!—громко протороторила она, инстинктивно сжав ноги вместе. —Хмм... Тогда поцелуй меня, Атанасия. —Что?!—девушка раскрыла глаза в удивлении:"Мне послышалось?". —Поцелуй меня, если испытываешь хоть что-то,—от изумления Атанасия открыла рот, но тут же прикрыла его ладошкой—Ты нравишься мне...даже больше...думаю, если ты всё-таки поцелуешь меня,то на этом мы не остановимся. Я терпел с того самого дня, а ты вновь и вновь приходила ко мне во сне, полностью обнаженная, полностью моя...—Лукас рассказывал все это абсолютно спокойно, лишь тихо ухмылялся и отводил взгляд, скрывая небольшое смущение. Именно в этот момент девушка поняла, что с ней сидит действительно сформировавшегося мышления человек, который не стесняется так открыто говорить о своей похоти. В отличии от Атанасии, для которой стоило больших усилий признать, что Лукас ей не безразличен—Пожалуйста, не бойся меня. Ты же знаешь, что я не причиню тебе вреда,—на секунду Лукас остановился—только истинное удовольствие,—а потом искренне улыбнулся.       Выдохнув, Атанасия переместилась за спину колдуна,так, что ее голова находилась на уровне его шеи. Волосы парня были зачесаны в высокий хвост и завязаны лентой, которую девушка благополучно развязала. Теперь по его спине, как шелковые нити, спадали черные пряди. Переложив их на плечо, принцесса аккуратно приблизилась к мужской спине и обняла Лукаса, скрестив руки на его туловище. Кожей, цвета арахиса, парень почувствовал мокрое касание. Атанасия провела дорожку от уха до ключицы,как вампир в некоторых местах посасывая кожу. Ее розовый непослушный язычок вычерчивал мокрые круги на шее, но до губ и не спешил добираться. Это немного раздражало Лукаса, он со всей силы терпел, чтобы не наброситься на девушку и не выебать, как говорят моряки в грязном порту. Но он не моряк,хотя, даже если бы таковым и являлся, то все равно бы не стал насильно заставлять Атанасию. Но ему все же безумно хотелось оказаться в ней, настолько сильно, что черные штаны уже давно натянулись под тяжестью мужского достоинства. —Я не умею...—девушка упала головой на его плечо. Дыхание ее стало сбивчивым, а сердце вот-вот готово было выпрыгнуть из груди от надвигающегося смущения. —Хах,—только и выдавил из себя Лукас, схватив Атанасию за подбородок и притянув к себе. —А?—Не успела она ответить, как ее накрыли горячие губы парня. Он немного прикусил их, отчего Атанасия издала непроизвольный стон. —Доверься мне,—Перевернувшись всем корпусом, Лукас повалил девушку на кровать, закрывая собой путь отступления. И вновь его влажные губы коснулись невинной Атанасии. Он грубо сминал их,попутно облизывая. Сгусток эйфории зарождался глубоко в его сознании и разбивался на маленькие атомы радости от прикосновений к желанной девушке.       Атанасия же вновь задыхалась от нехватки воздуха. Как и в тот раз, только вот сейчас в её голове и мысли не возникло все это прекратить. Она сдалась, побежала в руки пошлости, оставляя за собой отца. Интересно, чтобы он сказал, узнав о чувствах дочери. Лукас отстранился от нее, но лишь на секунду, дабы посмотреть на реакцию, а затем продолжил терзать и без того опухшие губы. —Раздевайся,—твердо сказал парень.       Он даже приподнялся и сел на колени, чтобы Атанасии было удобнее стягивать сорочку. Та тоже взяла пример у Лукаса и приподнялась на локтях. Увидев на себе похотливый взгляд, ее руки сами собой потянулись к пуговицам. Девушка ведь могла ничего не делать, ведь Лукас все равно бы раздел её сам. Но его глаза, прожигающие темную дыру в сердце Атанасии, вели её на такие поступки. Когда из под одежды уже виднелось приличное декольте, девушка встала на колени и стянула с себя сорочку. Чистый белый свет падал на такую же чистую и белую кожу принцессы. Она была потрясающей везде: впалый живот, худые руки и небольшая грудь с розовыми сосками. Ее же Атанасия сразу попыталась прикрыть, но сильные руки Лукаса вновь повалили ее на мягкую перину. Он сцепил ее ладони над головой, тем самым оголив грудь. Парень так жадно смотрел на нее, будто хотел напрыгнуть. От смущения даже уши девушки покрылись красным оттенком. Как же ей хотелось прикрыться в этот момент, но колдун не давал ей этого сделать.       Ее грудь вздымалась вверх от тяжёлого дыхания, будто прося потрогать её. Лукас поцеловал ее губами и облизнул набухший сосок. Изо рта вырвался тихий стон. От наслаждения Атанасия прикусила губу, еле сдерживая себя. Хотя кого она пыталась обмануть. Уж слишком соблазнителен был этот звук в своем проявлении. Лукас понял, что девушке это понравилось и, обхватив губами красную бусинку, стал слегка её покусывать. После укуса он сразу же зализывал сосок и в это же время медленно водил рукой меж её бедер. Не выдержав, девушка застонала ещё раз, но немного громче. —Да, делай это почаще,—так отметил её стоны Лукас. Услышав это, принцесса сильно покраснела, но, почему-то, ей снова захотелось застонать.       "Такая милая"—подумал Лукас. Он бы мог и дальше любоваться ей. То, как она реагировала на его слова доставляло парню истинное удовольствие. А тем временем рука между ног девушки стала слабо поглаживать чувствительное место."Так мы и до утра не закончим"—Лукас притянул Атанасию к себе и засунул два пальца прямо в ее ротик. —Оближи,—сказал он.       И Атанасия послушно стала водить языком. Сначала по одному пальцу, потом по другому. Когда парень их вытащил, от рта до его руки тянулась длинная ниточка слюны. Другая его рука, та, что удерживала запястья, сейчас переметнулась вниз, быстро стягивая с девушки белье. —П-подожди...Мне кажется...—но не успела она договорить, как в её лоно вошли сразу два пальца. Атанасия вскрикнула, а затем посмотрела на парня. Он понимал, что девушка уже достаточно мокрая, но ему хотелось ещё немного подразнить ее. Уж слишком Лукасу нравились девичьи стоны.       А Атанасия и не сдерживалась. Она охотно отвечала на его ласки, двигаясь тазом вперёд. Ей хотелось большего. Довести себя до оргазма таким образом девушка могла и сама. Но ей все равно было приятно, что это делал кто-то другой. Девушка все чаще извивалась под его телом. Она настолько сильно двигалась, что кровать ни на секунду не переставала скрипеть. Иногда она даже думала слышат ли её другие жители дворца. Один раз девушка остановилась и сжала губы, в комнате стало намного тише. Но недовольный взгляд Лукаса её совсем не обрадовал. Внезапно тот ущипнул ее за левый сосок, обращая на себя внимание. Тогда девушка вскрикнула и все вновь восстановилось. Но в отличие от Атанасии, парень молчал. Только изредка он издавал утробный рык, но мгновенно приходил в себя. Его основным занятием было любование девушкой. Он так властно смотрел на нее, не из-за отсутствия каких-либо эмоций. Наоборот, ему нравились её крики. То, как она хватается рукам за спинку кровати, сжимая её до хруста в пальцах, то, как она с лёгким румянцем на щечках смотрит на него, а открытые губы сами собой просят очередной страстный поцелуй.       Но когда Атанасия была на пике своего удовольствия, парень вытащил из нее пальцы, полностью мокрые. Поднеся к своим губам, он облизнул их, почувствовав женский вкус на своем языке. Приятный мускусный аромат ударил в ноздри. —Ах, почему?—принцесса умоляюще посмотрела на него. —Оо, ты недовольна?—Лукас ухмыльнулся. Он схватил ее за руки и придавил к кровати—Ты ведь понимаешь, что я могу просто привязать тебя и оставить так на всю ночь, голую, неудовлетворённую. Представь, как ты будешь звать меня утром, умолять, чтобы я вошёл в тебя,—шептал он—Ты ведь думала об этом? Думала, как я буду двигаться в тебе, пока ты кричишь мое имя. Я прав? —Откуда ты это знаешь?—Атанасия уставилась на него, будто крольченок на волка. С незнанием. —Твои сны, как думаешь, нам бы могло сниться одно и тоже?—уголки губ парня медленно поднялись.       "О нет... неужели мы занимались этим во снах?! Он делал это с помощью своей магии! Так вот почему он сидел тогда на дереве. Он колдовал!"—принцесса обдумывала всю ситуацию со скоростью света. С одной стороны да, это подло, Лукас пользовался ей для утешения своей фантазии. Но с другой ей было так хорошо...в этих снах. А сейчас они стали явью. Именно этого она хотела. Потянувшись, Атанасия мимолётно поцеловала колдуна в уголок губ. —Ты слишком развратен. Ты это понимаешь?—она улыбнулась. —И тебе это нравится,—Лукас улыбнулся ей в ответ—Ты хочешь сделать это наяву? —Конечно,—Щеки девушки вновь покраснели—С тобой... —Не волнуйся, тебе понравится.       Приподнявшись, парень одним движением избавился от всей своей одежды, и та спокойно очутилась на полу. Раздвинув белые ножки, Лукас одним движением вошёл в нее. От неожиданности принцесса взвизгнула, сжимая руками простыню. Это было не больно, скорее неприятно. С момента входа Лукас не сдвинулся, он шептал Атанасии ласковые слова, целовал. Но через несколько минут он двинулся в ней ещё раз, вызывая уже другие, ранее неизвестные ей ощущения. Парень двигался все сильнее, сжимая до крови губы, но один стон из него всё-таки вылетел. Лукас так увлекся, для него все время превратилось в сплошной круговорот, где только стоны его очаровательной Атанасии превращались в прекрасную симфонию умиротворения. Черт, как же ему нравились эти звуки. Только ради них стоило вернуться в этот проклятый дворец. Парень знал, что стоны эти ещё не раз будут звучать в его голове. Когда голос Атанасии уже стал хрипеть от частых криков, Лукас нарастил темп. Большим пальцем он стал мягко поглаживать клитор девушки, принося той более горячие ощущения. —Лукас!Я, ах...—то, как Атанасия крикнула его имя, приятной болью отдалось внизу. Не выдержав, парень обхватил ее ягодицы и излился внутрь, зарычав. В голову будто ударили искры, а ощущение внутри подарило девушке долгий чувственный оргазм. Она издала протяжный стон и без сил впечаталась в кровать, тяжело дыша. —Я люблю тебя,Лукас,—Атанасия поцеловала его в краешек губ. —Я тоже люблю тебя, Ати,—Колдун тоже решил поцеловать девушку, но уже более распущено.       Сегодняшний день подарил ему спектр чувств и эмоций. Для парня открылись новые, неизведанные им рамки, способствующие его пониманию и осмыслению своего же отношения к принцессе. Он знал... Он всегда знал, что любил Атанасию, но все это время боялся признаться себе в этом, мастерски скрывая чувства к девушке за саркастичной ухмылкой. Но сегодня он наконец-то открылся, поступил наперекор сомнениям и не зря. Смотря на круглое личико принцессы, лежащей рядом с ним, Лукас осозновал, насколько же он сейчас счастлив. Вскоре, с детской улыбкой на лице, парень лег на воздушную перину, засыпая. Следом за ним заснула и Атанасия, но она ещё долго всматривалась в красивое лицо парня, прежде чем окончательно провалиться в сон.