История, похожая на сон

***

— Осторожно! Стайлз хватает девушку за руку, притягивая к себе. Машина проезжает мимо и, благодаря открытым в ней окнам, слышны отборные маты водителя авто. Девушка, блондинка с зелёно-серыми глазами, растерянно рассматривала своего героя. Вспохватившись, убрала руку из чужой хватки. — Ты как? — Спасибо, мальчик, — её голос звучит слегка громко, но юноша списал это на шок. — Не думаю, что между нами такая большая разница в возрасте, — улыбнулся, — меня зовут Стайлз. — Кейт, — кивает блондинка, — мне двадцать шесть. — А мне двадцать один, — улыбка Стайлза стала шире, он всплеснул руками, — и я, кстати, будущий врач! — О, как это мило, — смеётся она, — но, знаете, Стайлз, мне уже пора. Была рада познакомиться. — Я тоже, — похлопал по её плечу, — больше не пытайся попасть под машину. Брюнет подмигнул ей, тут же оборачиваясь на окрик: — Стиллински! Кейт тоже обернулась. В конце улицы стояли несколько подростков. Может, и не подростков. Рыжая девушка, которая держала руку парня в шарфе, а рядом с ними стоял загорелый мужчина с хмуросведенными бровями. — Боже, мне пора, — вздохнул Стайлз. — Спасибо ещё раз, — говорит Кейт, переводя внимание обратно на парня, — я тебе как-нибудь отплачу. — Оо, — юноша забавно округлил рот, а потом покачал головой, — извини. Если это было приглашение на свидание, то у меня уже есть любимый человек и, к сожалению, вряд ли от этой любви избавиться так просто. Его взгляд снова направился к знакомой толпе. Кейт проследила и поняла на кого он смотрел. — Ничего, — улыбается, — я, конечно, не свидание имела ввиду, но, похоже, в современном мире вся благодарность может быть сведена к этому. — Не всегда, — пожимает плечами, — только если человек тебя заинтересует с первого взгляда, — снова посмотрел на толпу, — ладно, прости, но я пошел. — Удачно провести время. Кейт развернулась и пошла к пешеходному переходу, ведь рисковать ещё раз, переходя в неположенном месте, больше не собиралась. На секунду, она вновь посмотрела в сторону спасителя. Юноша уже дошёл до друзей и извинялся перед ними за то что ждали. Почему-то ей не понравилось выражение лица Стайлза. Будто он в чём-то смирился и это «что-то» явно не любовь к бровястику. Это что-то другое. Но нет. Ей нельзя в это вмешиваться. Увидев зелёный, девушка слилась с толпой, переходя дорогу. — Постарайся больше не сталкиваться с этой девушкой, — вдруг сказал Дерек, провожая взглядом блондинку. Стайлз обернулся на новую знакому и пожал плечами: — Почему? Вполне приятная девушка. — Запал на неё? — тут же спохватилась Лидия. — Что ты! Нет, конечно. Хотя, она довольно интересная. — Ведьма. — Боже, — Стайлз удивлённо, в прочем как и Айзек с Мартин, уставились на Хейла, — ты обзываешь совсем не знакомую девушку? — усмехнулся, — ревнуешь? — От неё пахнет травами, — тяжёлый вздох, — этот запах немного на тебя, Стайлз, попал. И так пахнут только ведьмы. Не в переносном смысле, как вы подумали. — Надо же! — воскликнул Стайлз, — я познакомился и спас настоящую ведьму! — Больше с ней не общайся или она может наложить на тебя заклятие или проклятие, — сказал Дерек. И они все молча пошли в кафе.

***

Прошло 3 года с тех пор, как закончились разные разборки. Стая Маккола разбрелась, но всё также продолжала собираться вместе. Однако, Стайлз заметил, что его из этой стаи мягко вычёркивали. То они забудут про его день рождения. Тогда Стайлзу действительно было немного не приятно, но он продолжал улыбаться. То забудут пригласить на какую-нибудь заварушку. Стайлз потом выслушивал от всех, что они боялись за него, не хотели отвлекать от учёбы, не хотели, чтоб он пострадал. Стайлз опять улыбался. То забудут пригласить на вечеринку. Лидия тогда долго клялась, что поставила рассылку этого смс-приглашения на все свои контакты в телефоне. Всё и пришли. Кроме Стайлза. Никто даже не заметил. А Стайлз продолжал давить из себя улыбку. Вечером, закрывшись в своей комнате, рыдал в подушку молча. На сердце скребли кошки. То забудут сказать о каких-либо новостях в своей жизни. Например, что Лидия и Пэрриш расстались, а девушка теперь помолвлена с Лейхи. Нет, Стайлз не знал. Нет, Лидия, ты не говорила этого ни по телефону, ни по Скайпу. Но Стайлз за вас рад. Например, что Скотт и Малия тоже скоро сыграют свадьбу. Да, бро, рад за вас, а приглашение будет. А, оно почтой добирается до меня. Скотт так и не попросил прощения за то, что не верил. Поверил Тео, когда Стайлз был ему почти-братом всю жизнь. Был рядом, когда Скотт страдал от астмы. Когда того обижали хулиганы и на зло кричал гадости, чтобы привлечь их внимание на себя, а потом пытался оправдывать свои побои перед отцом-шерифом, который тогда ещё часто пил из-за смерти жены. Стайлз был рядом со всеми друзьями в разные их моменты жизни, пока не появился Тео. И так проходило время. Года. А теперь его друзей нет рядом, когда они так нужны. Стайлз получил награду — друзей нет. Стайлз стал самым молодым человеком, окончившим медицинский — друзей нет. Стайлз провел первую операцию и пусть лишь как ординатор-помощник — друзей нет. Стайлз оплакивал первого умершего пациента — друзей нет. На звонки, смс не отвечают. Стайлз стал полноценным врачом, закончив рано ординатуру — друзей нет. Стайлз перевёлся врачом в больницу в БеконХилс — их снова нет. Нет. Нет. Нет. Нет. И нет. Их просто нет. Когда они всё же встречаются, их эмоции на новости Стайлза немного скупы. — …и он умер. — Ох, ладно. Это, наверно, тяжело. А вы слышали про… Так постоянно. Стиллински пытался не отчаиваться. Он пытался разговорить Дерека, но тот молчит. Хмуро смотрит, сводит брови в «боже, Стайлз, заткнись», поджимает губы и пожимает плечами, помешивая ложечкой кофе. А ведь Стайлз любит этого идиота. Этого хмуроволка. Он понял это, когда мог потерять. Когда тот истекал кровью, но послал его спасать друзей. Юноша думал, что их отношения стали намного лучше, но после того раза, когда Стайлз понял вдруг свои чувства, отношения эти упали словно до тех, что были когда они только познакомились. Хотя и того хуже: в те времена Дерек мог язвить, нарычать, прижать к стене, ударить головой об руль… Сейчас же тому будто вовсе все равно. Болтает — ладно. Будто разговоры, — монологи, — Стайлза были для него фоновым шумом. Старым радио, которое все никак не хотело издохнуть. От этого становилось тошно. — Стайлз, — шепчет шериф, прижимая к груди сына, — все взрослеют, всё меняется. — Я… Я надеялся, — всхлипывая, пытается дышать, — надеялся, что ничего не изменится, но всё… Всё просто пошло прахом… Они теперь… Меня будто не существует… Вспоминают иногда, но чаще, когда что-то нужно… Это… Это так больно… А Скотт… После случая с… Как будто я… Как будто я испорчен и больше не его почти-брат.! — Боже, Стайлз… Семья Стиллински обсуждала тот случай в библиотеке. Они тогда долго совещались. Хотя, это было решением Пэрриша поднять разговор. Потому что кое-что ему не понравилось. Ведь в библиотеку можно было попасть лишь с помощью ученической карточки, а Донован не был учеником. К тому же, было зарегистрировано лишь два входа на время смерти юноши. Стайлз уже догадался:

Мечислав Стиллински

И

Тео Рейкен

Сразу стало понятно, что Рейкен пропустил Донована ради убийства Стайлза. А когда тот спасся, повернул случай себе на пользу. Стайлз хотел рассказать об этом друзьям, когда все закончилось, но… Опять это «но». Стиллински-младший начал чахнуть. Пока однажды к нему не пришла СМС от Дерека. Тогда всё завертелось немного по-другому. Кино. Кафе. Боулинг. Просто катание на машинах. Иногда даже на перегонки. А могли рвануть к лесному озеру или поляне для пикника. Юноша просто светился от счастья, поглащая внимание со стороны любимого, как человек из пустыни, что спустя месяцы вышел к оазису. Дерек же продолжал быть молчаливым. Вечно сводил хмуро брови. А потом… Всё ещё немного изменилось опять. У них в странные отношения записался секс. Просто однажды Дерек не отпустил его домой, прижимая к спинке сидения в грубом поцелуе. Тогда же они залезли руками друг другу в штаны. Конечно, Стайлзу было не ловко: первый раз, как никак, но Хейл даже не давал времени смутиться этим своим напором. Так их отношения перетекли в новый уровень. О котором никто не знал. Хейл молчал при встречах о этом, поэтому Стайлз тоже решил молчать: мало ли почему тот молчит, может, пока не хочет говорить, ведь все готовятся к свадьбе Скотта и Малии. До того, что лучший бро Маккола пахнет загорелым мужчиной, никто не придал значения. А потом юноша задумался. С его СДВГ этого было трудно не сделать. Особенно, когда все мысли были только об одном горячем теле. Дерек ни разу не сказал, что они встречаются. Что любит. Что, хотя бы, симпатичен. Они ходят в разные места только как друзья. Ни за руку не подержать, ни прижаться, ни в щёчку поцеловать. Да, альфе это могло не нравится — розовые сопли и всё такое, но ведь он мог сделать хоть что-нибудь. Например, не отвечать на флирт жгучих брюнеток или модельных блондинок, когда рядом Стайлз. Или же, например, хоть раз поцеловать с нежностью, а не так, будто пытаясь оттяпать кусок мяса. Дерек же не целовал его даже просто чмокнув в губы. Не обнимал без необходимости, то есть секса. А ещё явно затыкал, когда Стиллински готов был сам сказать заветные три слова. Губами затыкал. Но от этого лучше не становилось. И Стайлз просто бросил идею сказать о своих чувствах после третьей попытки. Он погрузился в работу, в лечение пациентов, спасение жизни, хотя в БеконХилс не так часто был занят хирург. Если Дереку Хейлу нужен был просто секс от него, то пусть так и будет. Потому что он больше не намерен был страдать от действий мужчины, его отношения. Это всё только подорвало масла в огонь в его гнев, когда друзья забивали на него, несясь драться со сверхъестественной фигнёй, угрожающей чужим жизням, а Дерек просто их поддерживал в решении не впутывать во всё это дорогого им Стайлза, который отказал в укусе и Питеру когда-то, и Дереку, и Скотту. Хотя Маккол тогда предлагал вроде как чтоб не обидно бро было, что его оставили пыль глотать. И вот опять. В городе маньяк, а Стайлз влез в это дело по чистой случайности. Взгляды стаи говорили, что не очень верят в эту «случайность». Сердце опять облилось кровью. Опять. Опять. Опять. Это уже постоянное состояние Стайлза. Маньяк оказался вампиром, который хотел напасть на девушку, пока оборотни были далеко. А юноша так рядом. Поэтому, когда существо замахнулось, выпуская свои когти, Стиллински прыгнул, отталкивая девушку. Ему задело плечо. А вампира уже прижимала стая. Оценив, что ущерб вполне излечим одной мазью да пластырем, брюнет подошёл к особе, которой не повезло так. Ну, а ещё ему надо было удостовериться, что та жива, хотя бы относительно здорова. — Стайлз? — Кейт? Они пялились друг на друга, пока рядом не раздалось тактичное покашливание, а Стайлза не схватили за грудки: — Какого чёрта?! — возмутился он. — Это ты мне скажи! — рычит Хейл, — с какого ты тут вообще оказался?! Ты должен был быть дома и уже спать! — Тебя так волнует моё расписание?! Я, вообще-то, хотел помочь! — А кто тебя просил о помощи?! — То есть вы бы спасли её, если бы меня рядом не было?! Дерек толкнул его и Стайлз просто свалился на асфальт, разодрав ладони до крови. Кейт пыталась что-то сказать, но на неё тут же зарычали. Было очень обидно, что так с ним поступал Хейл. Бросал, швырял, даже не потрудился выяснить не ранен ли тот. Сразу было понятно, что тому плевать. Ах, Стиллински, ты просто идиот, если считал, что Дереку мог понравится. — Стайлз, ну почему ты полез! — уже взвился Маккол, — ты же всего лишь человек и мог пострадать! Который до этого не раз выручал всех, спасал, делал всё, чтобы выжить и выживал. — К тому же, ты работаешь, — добавила Лидия. Ага, в больнице, где не так часто нужно было делать операции, ведь их город был достаточно спокойным, если не считать нечисть и убийства. Мёртвым то он точно не мог помочь скальпелем. — И мы бы справились, потому что у нас есть поддержка в виде Лиама и остальных, — подал голос Лейхи. Только он что-то не видит этой поддержки. Стайлз сжал руки. Ему хотелось выть. Всего-то человек. Который не раз доказывал, что способен бороться на равных. Он медленно, слегка пошатываясь, поднялся и, несмотря на всё ещё скандинирующих о его ошибках друзей, побрёл в сторону дома. Краем глаза, заметил, что Кейт тоже поднялась, зло посмотрела на ребят и побежала догонять спасителя. Надо же… От него не отвернулась только ведьма. — Ты в их стае, — после пятиминутного молчания прошептала она, — не понимаю, почему они так относятся к тебе. Он тоже не понимал. Ведь та причина по которой он мог быть им ненавистен уже давно исчерпала всё, что только можно. Отец был не прав, говоря, что это из-за возраста, что взрослеют все. Это было по другой причине. — Потому что я тот, кто совершил ошибку и за это им меня не простить. На самом деле, он был даже не уверен какую: смерть Эллисон или Донована. Из-за какой ошибки всё в их взаимоотношениях так изменилось? — Расскажешь? Что-то в голосе Кейт дотронулось до струн души юноши и слова, быстрым потоком озорной речушки, полились из него. Девушка молча слушала про приключения Стайлза. Иногда кивала. Иногда клала свою руку ему на плечо, нежно сжимая. Иногда качала головой. Иногда испуганно вглядывалась в лицо юноши, пытаясь найти ложь, но её там не было. На истории с Ногицунэ, побледнела, то открывая рот, то закрывая, а потом, сжимая кулаки, смотрела на ночное небо. Услышав историю про Донована и Тео, поджала губы, однако, не перебила, давая ему высказать всё, что накипело, всё, что друзья даже не сочли нужным узнать. Когда рассказ подошёл к концу на самых последних событиях, они как раз подошли к дому Стайлза. Стиллински удивился, извинился, что, по привычке, пошёл к себе, а не соизволил проводить даму до её дома. Кейт отказалась, чтоб её провожали. — Знаешь, — качает головой, — твои друзья утратили возможность ценить то, что у них есть, — посмотрела в карие глаза, — то есть того, кем ты являешься и кто ты для них. Они даже не знают, что у тебя на душе. Не думал, чтобы уйти от них так далеко, насколько это возможно? — Думал, — честно признался он, — но один… Не смогу. Я хочу кого-то, кто будет для меня моим спасением, моей частичкой… Чтобы… Пережить всё это… Ведь это нереально тяжело… Отец? Отец — это совсем другое… Да и дел у него в непроворот. Он же шериф… — Тогда я сделаю тебе один подарок, — улыбнулась ведьма, — ты сказал, что хочешь свою частичку? Что ж. Она будет у тебя. Твоё спасение, — она резко приподнялась на носочках, чмокнув ошарашенного Стайлза в губы, — ты поймёшь. Чуть позже. Ты поймёшь, что я тебе подарила и только тебе решать: сохранить подарок или нет. А там уже, может, я навещу тебя. И Кейт просто пошла дальше по улице, помахав, не оборачиваясь, рукой в знак прощания. — Подарок? — прошептал Стайлз, прикасаясь к своим губам кончиками пальцев. Он достал ключи, отворил дверь в дом и вошёл, сразу направляясь к себе в комнату. Думать не хотелось. Вообще ни о чём. Стайлз даже был рад, что отец на дежурстве. Вопросов было бы не избежать, а лгать да выкручиваться нет сил. Желания тоже. У него вообще отбило желание что-либо делать. В прочем, после разговора с Кейт у него немного прояснилось в душе, а камень упал с плеч. Хоть кто-то его выслушал, понял, принял, поверил. От этого хотелось улыбнуться. Широко, чтоб скулы заболели. Как не делал этого давно. С тех пор, как понял мотивы Дерека таскаться с ним по разным местам. Когда из него будто вышибли остатки воздуха. Открыв дверь в комнату, Стиллински испуганно взвизгнул, хватаясь рукой за сердце: — ОМОЙБОГ, Дерек! — отпустил руку, окидывая оборотня с лёгким прищуром. Тот стоял у открытого окна, сложив руки на груди, — зачем ты влез ко мне в комнату? — мужчина не отвечал, продолжая сверлить взглядом, — если отчитать, то сейчас у меня нет сил. Пожалуйста, уйди. Дерек прижался задницей к подоконнику, а взгляд стал ещё темнее, если такое вообще было возможно. — Она тебя поцеловала. Это был не вопрос. Просто констанция факта. — И? — тоже скрестил руки на груди, — Дерек, тебя это не касается. К тому же, мне не нравится, что ты здесь находишься, а я хочу спать. Очень сильно. И… У меня просто уже нет слов. Уголки губ Хейла дёрнулись, что можно было бы счесть за улыбку. Да, ведь редко когда у Стайлза нет слов, чтоб что-нибудь сказать. Чаще всего тот молчит или во сне, или во время секса. Хотя молчать во время соития, так сказать, — имя мужчины не считалось за разговор, — стало его привычкой после осознания, что он не нужен своему партнёру, как кто-то больший, чем просто любовник и любимая секс-кукла в любое время. — Ты понимаешь, что ты меня сейчас… Как бы сказать.? Немного напрягаешь… Стоишь тут, молчишь и смотришь на меня, как на добычу. Это напрягает. На добычу. На очень вкусную, свежую добычу смотрел Дерек. А Стайлзу было не по себе от этого проникновенного взгляда. — Ты прав, — поднимает свою пятую точку с подоконника, подходя к юноше. Стайлз уже хотел спросить в чём прав, как чужие губы властно прижались к его. Он опешил, широко раскрывая глаза. Как и рот. Чем тут же воспользовался мужчина, проникая в него языком. Руки стали блуждать по хрупкому телу. То по бокам, пояснице, спине, лопаткам, то падая до ягодиц, нежно сжимая сквозь грубую ткань джинс. Стайлз уже совсем как-то поплыл. Он так давно хотел прикоснуться к Дереку. Ведь они не виделись почти три недели, пока тот ловил этого вампира. Даже успел соскучиться по прикосновениям, хоть и знал, что нельзя надеется, лелеять внутри себя надежду на лучшее в их отношениях. А надежду подогревало осознание, что Дереку приревновал его к Кейт. Даже если это было маловероятно. Сейчас же не был так уверен. Особенно, когда Хейл поднял его за бедра, прислонив к двери, заставляя обнять себя ногами, а руками вцепиться в плечи. Горячие ладони гуляли под рубашкой, оглаживая. Дыхание у обоих сбило. А Стайлз просто отпустил ситуацию. Ему вдруг захотелось это сделать вместо того, чтобы отстраниться, прекратить всё, расставить все точки на «й». Потому что Дерек не мог ревновать Стайлза к Кейт, а так, от его действий, в его голове всё разваливалось, пока сердце болезненно сжималось. Надо было остановить. Сказать: «Хватит». Чтоб Хейл убирался к чертям собачьим и больше не возвращался, не делал больно. Но все эти мысли будто ветром сдуло. Просто захотелось расслабиться. Отдаться. В последний раз. Они перенеслись на кровать. Юноша оказался под брюнетом, который, с треском, разорвал одну из любимых рубашек Стайлза, откидывая рванину куда-то за спину. Следом за порванной рубашкой полетели футболки обоих. Потом штаны и боксёры. Они жадно глотали воздух в перерывах между кусачими поцелуями, когда Дерек вошёл в него. Сначала слышался стон боли. Начав вколачиваться в податливое тело, находя нужный угол, Дерек начал слышать стоны удовольствия, ловя их своими губами. На пике оба оказались довольно быстро и одновременно. Стиллински казалось, что он в бреду. Ему было так хорошо, как никогда до этого раньше. Пусть даже внутри всё собиралось в противный комок нервов. Он должен был попробовать. Хоть что-то сделать. Сейчас или никогда. — Я люблю тебя, — прошептал Стайлз в губы Дерека. Тот вздрогнул, посмотрев с удивлением на юношу. — Извини, мне пора, — Хейл встал с кровати. Под растерянный взгляд Стайлза, тот нашел все свои вещи, быстро надевая на себя. — Что-то случилось? — всё же выдавил из себя юноша. — Я должен быть со стаей, — ровно проговорил Дерек, будто не он только что рычал-стонал от удовольствия, — всё же надо поговорить об этом вампире и, если не забыл, сегодня полнолуние. Надо проверить, чтоб больше ничего не случилось. — Да. Да, конечно, — кивнул Стиллински, забравшемуся на подоконник мужчине, который посмотрел на него, будто ждал пока юноша закончит речь, — я всё понимаю. Удачи. Кивнув, Дерек исчез. А Стайлз прикусил губу до крови, чтобы не закричать от обиды и бессилия. Он встал, закрыл окно. Знал ведь. Знал, что всё так обернётся. Не нужен был он Хейлу со своей идиотской любовью. Зато теперь решён вопрос. Поставлена точка. Ещё б поставит её в душе. В сердце. На собственных чувствах. Говорить, а главное кричать, уже совсем не хотелось. Поэтому, схватив грязное постельное, отправился в ванную. Смывать свой позор. Свою слабость. Смывать свои следы отчаянья. Он ведь и так хотел уйти из этих отношений. Которые выматывали неопределенностью. Какими-то не понятными действиями. В прочем очень даже понятными. Ему хотелось хоть какого-то тепла, когда все оставляли его. Один за другим. Холодная вода немного остудила пыл. Но жаль не смогла пробрать до души, чтоб заморозить на фиг все чувства. Может, найти того вампира и попросить об обращении? Ведь, у вампиров, вроде, есть какая-то кнопка с выключателем чувств. Ну да, придётся мучаться от жажды и прочие минусы, зато сейчас виден один жирный плюс: меньше боли, страданий и чувств. Вернувшись в комнату, Стиллински понял, что сон ему не повредит. Хотя боялся не уснуть. Опасения не сбылись. Стоило голове коснуться подушки, сразу же отправился в темноту. Кошмары ему не снились со времён Ногицунэ. Потом снова появились после смерти Донована. Зато, теперь опять будет без снов.

Оставаясь один на один с темнотой

Прошёл месяц Стайлз понял, что с ним не всё в порядке. Стоило уточнить, что не всё в порядке во всём. Отношения с друзьями стали как-то ещё хуже. И теперь он мог с лёгкостью сказать, что до этого были цветочки. Что ж, видимо пошли ягодки. Смс полностью прекратились, лишь иногда, когда нужны была информация медицинского характера или просто какая-то информация. Не касающаяся Стайлза. Дерек вовсе продолжал делать вид, что ничего не произошло и не происходит. Будто той ночи с признанием не было. Вообще никаких ночей между ними не было. Лишь в редкие моменты сбора в лофте позволял себе криво усмехнуться. Юноша предпочитал не смотреть в глаза, боясь увидеть там хоть намёк на насмешку. Тогда бы точно не выдержал. И либо бы попер на него с кулаками, либо с рябиновым порошком, который всегда храниться в кармане куртки. — Ребят, почему вы мне не сказали, что Джексон вернулся с Итаном? — спросил Стайлз на одном из таких собраний в лофте, — или что Дэнни каким-то чудом оказался в вашей заварушке и получил травму. Вам напомнить, что я — врач и часть вашей стаи? — С Дэнни все хорошо, — сказал Айзек. — А Джексона ты не выносишь, — кивает сама себе Лидия. — Да и зачем тебе вообще волноваться? — спрашивает Скотт, — у тебя ведь работа, спасение жизней. Операции, в конце концов. — Эм… А он ещё, разве, в стае? — тихо спрашивает Лиам. Очень тихо, чтоб слышали только оборотни, но Стиллински все равно услышал. За улучшенный слух он знал на что грешить. Как ножом по сердцу. — Ладно, — пожимает плечами Стайлз, забирая сумку с медицинским оборудованием, — мне ещё на плановую операцию идти. Нет времени препираться, надо ещё доехать. Никто не понял, что это ложь, потому что теперь он мог контролировать сердце. Жаль, что пришлось многое потерять за этот дар. Ну или приобрести. И уходит, пока стая кричит в догонку «Пока». Стиллински садится в свой любимый джип, вздыхая. Рвотные позывы давали о себе знать ещё с начала разговора, но надеялся, что сможет продержаться достаточно, чтобы ни один оборотень не слышал, как будет блевать в кусты за ёлочкой, стоит отъехать на расстояние. Что ж. Молодец. Продержался. Почти до города. Но всё же, не смог сдержаться ещё дольше. Он чувствовал в последнее время тошноту, вялость, как меняется рацион. Как улучшился немного слух, который до этого не сильно спал из-за приключений, а когда-то и хороших криков Мартин под ухо. Обояние тоже стало лучше. Не на столько, чтоб отличить эмоции или ещё что-либо, но он мог почувствовать что отец ел на обеде, что готовит, что испорчено в магазине, а что свежее. А ещё понял, что научился управлять своим сердцебиением. Только после этого беспокойство начало сжирать изнутри. Даже попросил Мелиссу помочь с несколькими процедурами, но под грифом «ОЧЕНЬ СЕКРЕТНО». Диагноз не совсем утешительный, однако уже вполне ожидаемый.

Беременность

Он, двадцати двухлетний молодой человек, смог совершить невозможное. Мелисса тоже была удивлена, но согласилась молчать. К тому же, она знала о ссорах между Стайлзом и стаей. В прочем, теперь не будет вообще ничего связанного со словосочетанием «Стайлз и стая». Выблевав половину своего желудка, Стиллински отправился обратно к машине, замирая. На капоте сидела девушка. Она что-то мурчала себе под нос, болтая ногами. В руках шуршала пачка чипсов, что даже с не очень острым нюхом после такого тяжёлого захода очищения желудка, Стайлз смог определить с каким вкусом эти чипсы и еле подавить рвотные позывы. Не хотелось возвращаться обратно к тому дереву. — Давно не виделись, — говорит он, подходя к ведьме. — Ага, — кивает Кейт, — смотрю, ты уже понял про подарок. — Да, — Стайлз сел рядом с ней, — только скажи: тогда Дерек решил это сделать потому что сам захотел или из-за заклинания? — Сам, — предлагает чипсы, протягивая пачку. Юноша не отказывается, понимая, что больше не чувствует признаков для беспокойства о рвоте, — я почувствовала его присутствие в твоём доме и что он проезжал мимо нас на своей машине, пока мы болтали, — берёт чипсинку в руку, — я поняла, что вы… Кхм… — замялась, — вместе. Но ты так болезненно смотрел на него, а потом ещё твой рассказ… И я подумала, что могла бы тебе дать то, что ты хочешь, ту частичку. Ты это заслужил. — Это заклинание опасно? — Нет, — откусывает чипсинку и грустное выражение лица в миг слетает с неё, и в этот момент она становится похожа на подростка, — всего лишь перестраивает твои органы не надолго, чтобы позволить выносить потомство. После рождения ребенка, всё пройдёт и вернётся на свои места, — задумчиво закусила губу, — хотя есть шанс, что кое-что всё-таки изменится. — Например? — Стайлз с интересом наблюдал за ведьмой. — Например, в твой запах добавятся новые нотки, — стала загибать пальцы, — тебе может достаться немного оборотнических штучек. Например, как самую каплю силы, острое зрение, насчёт слуха неуверена, регенерация. Только вот слабая. — О… Ого… — куснул ещё чипсы. Хоть немного наполнить живот, — могу уже сейчас сказать, что слух стал лучше. Не сильно, но вылечился, ведь он пострадал из-за криков банши, — Кейт кивнула, принимая к сведению, — регенерация, да, слабая. Порез на пальце зажил за секунду, а на ладоне два дня заживал. Хотя был глубокий. Зрение… Не сказал бы, что стало прям супер, но тоже, как и со слухом, исправилось полностью. Мне это в моей работе очень даже не плохо помогло. Это уйдет, когда я рожу? — Нет, — качает головой, — останется теперь на всю жизнь. Есть ещё что-нибудь? — Могу контролировать сердцебиение. Кейт удивлённо посмотрела на него, роняя из рук охапку чипс. Затем отряхнула крошки с джинс, не сводя взгляда с собеседника. — Уверен? — Только что соврал оборотням, а они не поняли. — Этого не должно было быть, — в ужасе смотрит на свои ладони. — Что-то не так? — Да, — её глаза наполнились слезами, — я, видимо, напортачила в заклинании… — Оу… — Если хочешь, — неуверенно начала она, — то я могу обратить заклинание вспять и тогда твой организм вернётся в норму. Но зрение и слух останутся! — тут же добавила поспешно. — Типо аборт? — качнув ногой, спросил Стайлз. — Типо аборт, — согласный кивок. Юноше очень захотелось стукнуть ведьму по голове. — Неа, — ведьма посмотрела в карие глаза, — если мне не суждено быть с Дереком Хейлом, то пусть у меня, хотя бы, будет ребёнок от него. Ведь я не смогу ни с кем переспать, потому что… — Любишь его до беспамянства? — горькая усмешка, — знаешь, — посмотрела вдаль на трассу, — у меня недавно тётя умерла. Жила в глуши. Там остался дом. Если хочешь, то можешь перебраться туда. Ребёнка можем записать на меня. Буду мамой только на бумаге, а по факту крестной сделаешь? Стайлз кивнул, широко улыбаясь. — Только… Почему ты мне помогаешь? И такой… Подарок… — Ты узнал, что я ведьма, но не отвернулся от меня. А ведь многие сразу же после этого чуть ли не крестились на меня, лишь бы ушла подальше. Мою маму как-то даже отдали на съедение монстру, потому что она была ведьмой. К ведьмам ведь не только ходят за заклятиями да отварами, но и для того, чтобы бояться их… — О, я понял, — кивнул Стайлз, — но для меня ты не монстр, — улыбнулся, — а ещё ты будущая крестная для моего чада! Так что не смей грустить! И обнимает её. — Завтра в пять утра я приду за тобой и поедем в ту глушь, согласен? — Да. — Я встречу тебя у дома. Поедем на моей машине. — Хорошо, — кивнул Стайлз, — но я хочу ещё зайти к Дитону, Друиду, если ты не против. — Не против, — пожимает плечами, — но зачем? — Спрошу по поводу лжи. Вдруг знает. — Было бы не плохо, если б знал, — Кейт опускает голову, — а то чувствую себя виноватой очень. — Не бери в голову, — смеётся он, — это даже классно! Теперь они не смогут прикопаться ко мне, даже если поймают до отъезда. — Верно, — улыбнулась она. На этом они разошлись, приехав в город. — Папа, нам нужно поговорить…

Стайлз ни за что не пожалеет о своём решении