***
Крокус — город красивый, с ним даже столица Эдоласа не сравнится. Все волшебники Хвоста Феи, стоило разобраться с правилами участия в Играх и осознав, что нельзя находиться на улицах после полуночи, тут же разбежались кто куда исследовать чудесный город. Акира даже пикнуть не успела, как осталась на площади один на один с Венди, такой же удивленной быстрым развитием событий, и в итоге девушки решили прогуляться вместе. Все лучше, чем одной бродить по незнакомым улицам. А такая компания даже лучше. Эрзе не особо нравилась идея бродить, поэтому она забрала все вещи союзников по команде и отправилась в отель, освобождая друзей от ненужной ходьбы в ненужное пока что место. Даже ноющие от боли в теле после заклятия Уртир уже куда-то удрали, позабыв об ужасных ощущениях. Пожалуй, Акира никогда не перестанет удивляться согильдийцам. Хотя, если посмотреть на Мастера, который сам как ребенок, удивление тут же спадает. Каков отец — таковы и дети, верно? Девушки решили прикупить путеводитель по Крокусу, чтобы осмотреть все интересные места, и даже Чарли не была против потратиться на это — постоянно взлетать над городом ей не особо хотелось и нравилось. И теперь, пока Чарли и Венди обсуждали с продавцом, какой путеводитель лучше — их оказалось великое множество, — Акира вдруг почувствовала внимательный взгляд откуда-то сбоку. Опасность не чувствовалась, потому, вероятно, это был кто-то из своих. И не прогадала, пусть и не ожидала увидеть волшебника в ближайшее время. — Н-да, ничего за три месяца у тебя не выросло. Только один человек может говорить такие двусмысленные фразы в свете последних событий. Акира поворачивает голову, чтобы увидеть вернувшегося с затянувшейся тренировки Лаксуса. Прежний характер, фиолетовая рубашка, шуба на плечах. Он и не только телом вернулся, что радует. Девушка смеривает его таким же оценивающим взглядом, специально останавливаясь на уровне ремня, и ухмыляется. Каков Лаксус, таково и его ближнее окружение. Акиру вполне можно считать одной из приближенных, по крайней мере, до событий Фантазии. — У тебя, видно, тоже. С кем поведешься, как говорится. Лаксус хмыкает, подходит ближе и заглядывает в витрину магазина, за которой Чарли теперь уже во всю спорила, что одна карта лучше другой по каким-то там причинам. Несмотря на то, что он все равно держит дистанцию, Акира заметила, что парень еще сильнее вытянулся. А вот это уже обидно. Ей что, скоро с Леви бухать за долю мелких?! — Проверить хочешь? — юноша вскидывает по-привычному надменно бровь. — Не хочу портить впечатление, — улыбается спокойно волшебница. Благо, только один Грей уже не мог испортить впечатлений, но и ему простительно — знаете ли, тяжело ходить в одежде, когда тебя учили махом раздеваться в любой ситуации. Лаксус уже позволял себе пускать в свойственной его манере шуточки. Прогресс, должно быть. И поскольку Лаксус на полном серьезе думал, что Акира говорит совершенно о другой вещи, он даже не допустил мысли, что девушка может говорить о полученных на занятиях знаниях. Но все же до него этого доходит, ведь Акира, как бы не старалась вывести его из себя когда-то, никогда не говорила подобные вещи. И маг даже немного раздражен, потому что, серьезно, Акира, ты говоришь про отсутствие у него мозгов, когда он столько сделал для гильдии и еще сделает? — Я думал, сюда пока только команда от гильдии отправилась, — решив перевести разговор, говорит Дреяр, — Только не говори, что ты в нее как-то затесалась. — А вот и затесалась, — она так резко оборачивается и несильно пихает его указательным пальцем в грудь, что парень даже среагировать не успевает. Стоит, как громом пораженный, и вообще-то ожидает какого-нибудь заклинания за неудачную шутку, — А вот ты никуда не затесался, дорогой мой. Что-то в его ухмылке давало понять, что она далеко не права. Но вот Венди покупает наконец путеводитель под недовольное бурчание Чарли, и от Лаксуса след простыл в ту же секунду, как дверь в магазинчик открывается. Акира стоит, все еще указывая теперь уже куда-то пальцем. Взял и сбежал. Не до конца характер вернулся, значит. Может, оно и к лучшему. — Прости, что так долго. — Пустяки, я еще не успела поцапаться с кем-нибудь. Венди согласно кивнула, улыбаясь во весь рот, и Акира с позволения девочки взяла путеводитель и прочитала список достопримечательностей. Ну, если поторопиться, можно будет большую часть осмотреть — времени до полуночи навалом и тележка в придачу. Вернув карту, девушка привычно закинула руки за голову и зашагала в сторону какого-то музея в честь всех королей и королев Крокуса. День обещает быть веселым. Может, снова на Лаксуса наткнется?***
— Интересно, здесь где-нибудь продают духи с запахом цветов из королевского сада? — смеется Акира, когда Венди признается, что запахи кругом просто умопомрачительные и ни с чем другим не сравнятся. Мысленно аловолосая была с ней солидарна. Пахло в саду и правда изумительно. До полуночи еще четыре часа, они успеют дойти до конца цветочного лабиринта и вернуться обратно в отель. На худой конец, у них есть молнии, воздух и Чарли, если найти выход будет проблематично. Акира усаживается на землю, опираясь на руки, и наблюдает за любопытной Венди. Чарли, пусть и тоже любуется, так же устала и села рядом. Тишина, спокойствие… Интересно, что значила та ухмылка Дреяра? И встретился ли Нацу с Саблезубыми Тиграми случайно? Надо полностью отдохнуть перед началом Великих Магических Игр. Акира не сразу заметила, что Венди пропала из виду, и поднялась на ноги, чтобы проведать, в какую сторону девочка отошла. Немного пройдя, она вдруг увидела Марвелл, лежащую без чувств на траве. — Венди! Ударилась, может, или оступилась. Акира бросилась вместе с Чарли к Хвостатой, схватила ее за плечи и начала легонько тормошить. Вместо этого рядом из-за ничего свалилась искид, а потом Акира подняла взгляд вверх, чтобы увидеть нападающее нечто черного цвета, и… …загорелся браслет, ярко так, будто хотел кому-то выжечь глаза, и в следующее мгновение Акира так же проваливается в темноту, чувствуя устрашающую усталость, как когда-то на острове. Сил хватает только сжать маленькую ладошку Небесной в своей. Кажется, кто-то запрыгнул девушке на грудь, но тяжесть быстро спадает, а Акира окончательно теряет связь с действительностью. Через какое-то время кажется, что кто-то ее поднял и куда-то несет. Акира пытается шевельнуть пальцами, щелкнуть ими, чтобы хоть что-то наколдовать, но сил совсем нет. Кажется, она слышит голос Уоррена прямо над собой, и, похоже, именно он ее несет. Значит, бояться нечего. В голове пусто, в теле — дикая слабость. Она не сравнится с той, что Акира чувствовала в Эдоласе, но почти превосходит ситуацию на острове Тенрю. Круговорот мыслей и вопросов, связанных с неизвестным маленьким существом, вскружил и так не способную здраво мыслить голову.***
К ним сразу же после испытания, как объяснила Люси, прибежала вся участвующая команда. В отличие от Венди, Акира быстро пришла в себя и могла уже говорить, пусть и чувствовала непонятную усталость в теле. Это даже не было полное истощение магической энергии, как Полюшка объяснила случай Венди. Это было… как попытка поглотить, но существу что-то помешало. Как-то так объяснила знахарка, которая сама ничего не понимала. — Все же да? — слабо улыбается Акира, попытавшись подняться, но Нацу жестко пресек попытки, заставив ее лечь обратно, — Эльфман, Люси, вы же поучаствуете вместо нас? Штраус, заменивший ее на состязании, был удивлен просьбой, но согласился. Таким образом команда теряет только поддержку Нацу от Акиры, но преобладает физическую силу на случай подобного соревнования. Люси с готовностью сражаться кивает. Вскоре заходит Полюшка и требует покинуть лазарет, чтобы пострадавшие могли отдохнуть. Потом несколько секунд смотрит на Акиру, которая все же села в кровати, и качает головой. Не нравится ей затея, но придется из-за их чертовой связи. — К тебе гость. Почти сразу же заходит Лаксус, старающийся видом показать свое безразличие — не при чужих же говорить, что волновался. Садится на соседнюю кровать, провожая взглядом вновь ушедшую Полюшку. Акира вопросительно вскинула бровь, расправляя одеяло на коленях. Он успел вернуться до Игр и его тут же лишили возможности участвовать, хотя в этом никого нельзя было винить. Требовалось же наличие всех пятерых волшебников, чтобы можно было зарегистрировать команду, а Лакса рядом в тот момент не оказалось. Но почему-то он не выглядит опечаленным или рассерженным этим событием. — К вам еще Фрид с ребятами хотели попасть, но старуха только меня пустила, — объясняет блондин, чуть выдвинувшись корпусом вперед, сложив перед собой руки в замок, — Ты знаешь, кто это был? — Какой-то маленький зверек, наверное, — пожимает плечами Акира. Точно то же самое она рассказала друзьям, когда зашел об этом вопрос, и все пообещали любым способом поквитаться с нерадивыми врагами, — Не удивлюсь, если завтра выяснится, что это какая-нибудь гильдия так познакомиться захотела. Она одета была в больничную пижаму со стандартным вырезом на груди, но никто так и не заметил, что на шее больше не блестит цепочка от кулона. Лаксус подозрительно нахмурился, увидев это, и даже огляделся в ожидании увидеть кулон где-нибудь на полке или тумбочке. Мало ли, сняла, чтобы отдохнуть от украшений или еще что-нибудь. — Лакс, — слабо зовет Акира и поворачивает наконец к нему голову. Она тяжело вздыхает, собираясь с силами на какой-то очень важный для нее разговор. Парень возвращается вниманием к ней, — По всей вероятности, он забрал мой кулон. Я бы попросила Нацу или Гажила, но ты чувствуешь мой запах лучше остальных. Лаксус моргает раз, другой, стараясь понять, что от него требуют. В любом случае, он обязательно поможет — просто обязан после своих проступков, — но никакое драконье чутье не может учуять безделушку с чужим запахом. По крайней мере, если целенаправленно шататься по Крокусу в два часа ночи и вынюхивать, чтобы на утро вернуться ни с чем. Если же Акира права, и нападение было дурацким приветствием, то на арене рано или поздно появится воришка. — Я тебя понял, — поднявшись и поправив шубу на плечах, произносит Дреяр, — Отдыхай и не волнуйся больше о пустяках. Акира как-то по-детски наивно и энергично закивала головой, улеглась в кровать и свернулась в комочек, выложив правую руку с браслетом на подушку. Украшение отсвечивало молниями при лунном свете, напоминая о ярком своем свечении несколько часов назад. Лаксус несколько минут постоял, потом подошел к ее кровати, укрыл одеялом, подоткнув со всех сторон, чтобы не было холодно, и молча вышел, будто ничего не делал. Аловолосая не сдержалась и приоткрыла один глаз, чтобы увидеть исчезнувшую в проходе шубу.