Глава 44. Прежняя жизнь
24 июня 2020 г., 11:48
После Великих Магических Игр жизнь Хвостатых Фей конкретно изменилась. Не в плане, что кто-то резко перестал пить, или жрать все сковородки, или раздеваться направо и налево. Наконец волшебники могли вновь сыпать на своего любимого Мастера тонны заявлений и взысканий от заказчиков, мэров городов, других личностей. Наконец они могли наслаждаться выбором заданий, которых была просто невообразимая куча на доске и у Миры под стойкой. Нацу выбирал первое попавшееся, утаскивал с собой Люси, за ними привычно следовали Эрза, Грей и Венди; Эльфман продолжал поднадоевшую, но любимую шарманку про мужиков; Наб, кажется, уже почти выбрал задание, но тот же Нацу сорвал листок прямо перед его носом, оставив ни с чем.
Акира сидела на барной стойке, закинув ногу на ногу, и со скучающим видом наблюдала за друзьями. Она бы тоже, наверное, на задание какое-нибудь отправилась — хоть на один день, самое простое, с которым даже Аска справится, — но Альзак и Биска сплавили на девушку ту самую Аску. Не сказать, что аловолосая была против понянчиться с маленькой милашкой, у которой глаза большие и всегда заинтересованные, что бы не происходило. Просто у нее вопросы были слишком… личные, наверное. Для ребенка это в порядке вещей, но Акире уже порядком поднадоело отмахиваться от удивленных взглядов друзей.
«А почему Люксус отдал тебе свою одежду вчера вечером?» Не надо вдаваться в подробности и понимать, почему Люксус. Не может девчонка просто выговорить имя полностью и ладно. Благо, Дреяр еще не услышал собственное исковерканное имя, теряясь на заданиях или отдыхая дома, не желая появляться лишний раз в гильдии. Но надо было видеть вытянувшиеся лица Джета и Дроя, когда до них дошел смысл вопроса. Почему-то все вдруг решили, что блондин отдал что-то из ряда неприличного, а не дурацкую шубу. Холодно было, вот и все.
«Это Люксуса?» Хватило же Акире ума надеть забранную в победе над Дреяром толстовку. Ответ тот же: холодно. В последнее время погода совсем не желала быть июльской, заставляя людей одеваться, как зимой. Тогда даже Гажил железкой какой-то подавился. Чтобы Дреяр — да одежку свою раздавал? Хотя раздал-то только аловолосой, а она пропахла им так, что ее собственный запах фиг различишь. В отличие от Нацу и Венди, Редфокс уже начал подозревать что-то.
— А почему ты больше не катаешься на Люксе? — не без труда и помощи сев на стул, спрашивает Аска и тянет ручки к Мире, требуя стакан сока. Штраус тихо хихикнула, чтобы подруга не услышала, но Акире уже было абсолютно плевать. Устами младенца истина глаголет. Так и доглаголет, что все вскроется.
— Потому что он старый пер… — осекшись, Акира прикусывает себе язык. Не хватало еще от любимой Биски в лоб получить за новое ругательство в лексиконе дочери, — Старый и немощный, — а почему нет-то, собственно?.. Его еще долго не будет, она успеет придумать, как прощение себе вымолить.
Мира хихикнула уже громче, поставив перед Аской стакан и быстро отвернувшись, чтобы не получить угрожающий и испепеляющий взгляд подруги. Старый пердун, значит. Ему будет интересно послушать, как собственная девушка обзывает. Правда не факт, что после этого она выживет. Или не пострадает. Некоторые замашки у парочки все же остались, и теперь Штраус старается закрывать на все глаза, понимая, что в действительности блондин скорее сам убьется головой о стену, чем причинит еще раз боль кому-то из ближних.
— Но ведь дедушка тоже старый! И он меня катает! — возмущается Коннел. К тому времени их разговор уже был услышан заинтересовавшимися личностями, неожиданно вернувшимися с задания, — Значит, это ты толстая!
— Чего? — от такого заявления Акира чуть не навернулась лицом вперед. С ее-то фигурой она легче Люси, вообще-то.
— Толстая-толстая-толстая!
Гильдия разразилась хохотом. Громче всех звучал смех Дреяра, стоявшего в дверях, и Бикслоу, которого Эвергрин избивала веером за такое отношение к девушкам. Она бы и Лаксуса спокойно побила, да вот получать потом не особо желанием горит. Несколько секунд Акира ошеломленно смотрела на Аску, уже выпившую весь сок, а потом перехватила девчонку, аккуратно уложила на ковер и начала безжалостно щекотать. Толстая она, как же.
Тем временем Лаксус спокойно прошел к Мире, поинтересовался местоположением старика, залпом выпил уже подготовленное пиво и облокотился локтем о стойку, наблюдая за зрелищем. Остановившись, Акира откинулась на пятки и поправила сползшие рукава, насмешливо вскидывая бровь. Аска была вся раскрасневшаяся, все еще смеющаяся, довольная результатом нехитрой проделки. Вот что значит родиться в Хвосте Феи. С пеленок в таких делах толк знаешь.
— А девчонка не промах, — ухмыляется блондин, когда Акира поднимается на ноги и поднимает Аску на руки, чтобы усадить на стойку и оттереть загрязнившуюся одежду.
— Ты ее прошлых вопросов не слышал, — буркает волшебница, заставив Коннел поднять руки.
В подтверждение ее слов Аска начала сыпать вопросами на Лаксуса. Лаксуса, который уже через минуту этих вопросов спокойно испарился в молниях, оказываясь на втором этаже, помахал оттуда рукой и скрылся в кабинете деда. Акире осталось только прошипеть тихонько, чтобы девочка не услышала, «Старый пердун» и сесть напротив ребенка. Почему сидеть с ней стало так сложно, хотя всего несколько недель назад было одно удовольствие? Может, дело и правда… в Лаксе? В их отношениях?
***
— Как задание? — уже вечером, когда семейство Коннел воссоединилось и отправилось домой, а в гильдии осталось все так же шумно и громко, интересуется Акира. Они сидят на втором этаже в темном уголке, чтобы не лицезреть погром внизу, и девушка уже как-то привычно сидит, закинув ноги на колени блондина, — Больше недели не было вестей. — Так связи нет, — пожимает плечами Бикслоу, куколки вокруг затараторили «нет», будто это самое лучшее слово, — Глухомань полная. Лаксус откинулся на спинку дивана и отстукивал пальцами известный только ему ритм на ноге волшебницы. Хотя что-то знакомое в этом было. Сама того не заметив, аловолосая начала тихонько качать головой в такт, поняв, что ритм принадлежит одной из песен, которую Дреяр любит переслушивать. Во всем этом была какая-то непонятная и несвойственная Громовому уютность. Эвер хихикнула, толкнула под ребра Фрида, внимание которого было направлено на книгу. Фолианты у Леви на редкость занимательные. Эльфман закричал что-то о мужиках, обожающих полет, и в этот момент на второй этаж в прямом смысле прилетел Уоррен. Кана заржала, заулюлюкала и тут же замолкла, наверняка отыскав новую бутылку. А может и бочку. Лаксус окинул нежданного гостя коротким взглядом и даже бровью не повел. Что он может сделать, когда на второй этаж теперь может зайти каждый желающий имбецил с умственным развитием, как у Аски. Нет, даже хуже — Аска в корень зрит при необходимости. Подумать только, ребенка хвалит, до чего докатился-то. Следом за Уорреном прилетел Макс. В последующий раз послышалась Альберона, заявляющая, что женщины тоже летать умеют, и прилетела. Аккуратно плюхнувшись пышной грудью прямо на лицо Макса. Повезло парню, что еще сказать. Однако, за всем этим только Акира и не наблюдала, увлекшись покачиванием головой и собственными мыслями. Надо бы, думает, заглянуть в Архивы страны. Может, там есть информация о Собирательной магии, которая еще и боль при любом удобном случае передает. Или об увеличении магии, ведь постоянно кажется, что волшебница может гораздо больше. Чего только стоит Рев Громового в ее исполнении, который оказался никем не замечен. — По-моему, о вас уже все знают, — предполагает Эвергрин, отвернувшись от кучки тел и подперев голову. — Только Мира, — встрепенувшись и придя в себя, сообщает Акира, — Еще Гажил, возможно. И теперь Аска. — Кстати, об этой девчонке, — небрежно спихнув ноги с колен и развернувшись всем корпусом, начинает блондин. Акира как-то слишком нервно сглатывает, — Это с чего вдруг я старым стал? — Ну так… тридцатник стукнул уже в этом году, — попытавшись отсесть, сообщает аловолосая. На другом конце дивана сидит Бикслоу. Он не сдвинется, — А потом… ну много чего. При ребятах, что ли, рассказывать? — У меня от них секретов нет, — на это Фрид обнадеживающе хмыкает и старательно делает вид, что не видит возможной гибели подруги. Акира сглатывает еще раз, прикидывая, как бы сбежать. В молниях нельзя — одежду Бикса спалит случайно. Лаксус придвигается ближе, намереваясь схватить аловолосую, но с первого этажа слышится громкий отборный мат, произнесенный главным стариком гильдии, и парень с тяжелым вздохом выползает из-за стола к перилам, чтобы проверить состояние Макарова. Фея пользуется возможностью и быстро телепортируется к себе домой. Сюда не заявится. Венди в соседней комнате чутко спит, а Чарли и подавно — не приемлет присутствия мужчины ночью в доме, где маленькие девочки спят. Почему старый? Акира сама ответа на этот вопрос толком не знает. Переодеваясь в пижаму, девушка на самом деле ломала голову, стараясь понять, почему Лаксус может быть старым. Тело подтянутое, спортивное; импотентом не является, с легкостью поднимает тяжести даже не из-за магической силы, а благодаря физической. Нет, ну есть один ответ, только он до смешного парадоксальный. Только старики, обливаясь слюнями на молоденьких, не лезут к ним. Наверное, если Акира так и скажет в следующий раз, то сбежать не получится. Как с «Эдо-Дреяр целуется лучше». Самолюбие будет подбито, эго разозлено, совесть и прочие качества, помогающие не творить беспредел, отключатся. Хотя… она же не против. Наверное. Почти. Всего капельку, потому что в случае, если каким-то чудесным образом Эрза узнает, или еще кто-то, чтящий неприкосновенность подруги, будет сложно. Но на Эрзу управу можно найти. В лице Джерара. Только его бы сначала найти, а то любит теряться в неизвестности, появляясь в особо нужные моменты, будто тенью постоянно рядом ошивается.
