Некромант

Сегодняшняя ночь отличалась от остальных, в первую очередь тем, что Рубин осознал себя, он был в той же пещере, где и уснул, неподалёку лежали ученики, мерно сопя. Стандартные методы выхода из этого состояния не помогли, пальцы на всех конечностях были в порядке и шевелились нормально, крылья так же выворачивались во все стороны с такой же болью. – Пора начинать думать, – сказал земляной, мотнув головой, – если не удаётся выйти из осознанного сна, значит этот сон наведённый, нужно только найти наводчика. Земляной сосредоточился, создавая в своём разуме что-то вроде купола, которых охватывал всё его сознание, после начал припоминать все те способы, которые использовала Заря, чтобы защитить разум своих братьев от такого вот вторжения. Первым делом вокруг земляного дракона закружилась относительно небольшая змея, после рядом с ним засияло небольшое солнце, освещая все тёмные углы и закоулки, а после стены исчезли, точнее, стали прозрачными и некромант тут же увидел её, обычная, для этого мира, ночная тёмно-пурпурного оттенка, блестящими "звёздочками" на крыльях и чешуйками у глаз, похожих на слезинки. Поняв, что раскрыта, она попыталась взлететь, но змея, быстрее мысли свилась вокруг неё, лишив дракониху всякой возможности двигаться. – Опять самка, и почему я не удивлён, – как-то устало проговорил Рубин, подойдя к ночной, – ну и что тебе надо в моём сне? – Ничего, – напряжённо проговорила та, на удивление не пытаясь вырваться, – просто хотел понять тебя получше. – Таким способом? – недоверчиво уточнил Рубин, – у вас тут все такие или я попал в какой-то уникальный отрезок времени? – Второе, – смерилась со своим положением ночная, – не подумай ничего плохого, просто я не доверяю... – Я знаю, – оборвал её земляной, уже вспомнивший о последнем подарке сестры и активно использующий его, – ты ночная, чтица мыслей и пророк, – он усмехнулся, –можно сказать, Ведун в юности, твоё имя Луновзора, тут ты в качестве преподавателя астрономии, чтения мысли и видавства, друзья... неважно, характер... тоже, а вот, – он словно что-то нашёл и, вытащив прямо из воздуха свиток, показал его пленнице, та, при виде обычного пергаментного свитка, обёрнутую в чёрную кожу, слегка вздрогнула – Ну и ну,– усмехнулся земляной, – Мракокрад, а вот это уже интересно, – он опустил лапу со свитком и уставился на ночную, – так что там было после... а понятно, ледяные, болезнь, драка, – земляной глубоко вздохнул, схватившись за голову и мотнул головой, – да не беспокойся ты, я просто хочу узнать, что тут произошло, не буду я использовать эту информацию против вас, кроме того, я против дракомантии в целом и использовании его в частности, ну ладно, – он отбросил свиток в сторону и одним движением развеял как змею, так и миниатюрное солнце, ночная встала и присела рядом с Рубином, – ты извини за это, просто я не привык, когда в моём мозгу капается кто-то, кроме Зари. Земляной усмехнулся, не став уточнять, что капается в мозгах она в прямом смысле этого слова. – Да ладно, –отмахнулась Луновзора, – сама не лучше, даже не познакомилась нормально, а туже же, в мозгах копаться, – она мягко улыбнулась и уточнила. – А как ты узнал обо мне? – Нууу... – Рубин задумался, подбирая слова для объяснений, – это же мой сон, тут практически всё принадлежит мне, с помощью кое-каких примочек Зари я могу видеть и твои сны. Луна кивнула и задала следующий вопрос: – А почему я не могла прочесть твои мысли, да и в доступном мне будущем тебя нет, можешь сказать, почему так? – Я некромант восьмого ранга, – оскалился земляной в хитрющей ухмылке, – для того, чтобы прочесть таких как я, нужны поистине сильные чтецы, вот Мракокрад мог бы прочесть мои мысли, а вот будущее моё, как и всех из моего мира, увидеть невозможно, в моём... – он тяжко вздохнул и открыл мысли, начав обдумывать нужные моменты жизни. – Смотри, пока можешь. Он прилёг и, положив голову на каменный пол, начал думать. – Ну ладно, пойду я. – примерно через час очнулась ночная дракониха, – увидимся ещё вне сна. Земляной отмахнулся, убирая барьер с разума. Ночная исчезла, а Рубин вновь пошевелил пальцами задних лап, удивительно, но вновь ничего не случилось. – Ну что опять, – недовольно простонал он, недовольно пнув ледяного, тот отлетел к стене и, проделав в нём изрядную дыру, улетел за облака. – Ну что ты так неуважительно, – послышался довольно знакомый голос, который явно принадлежал самке. – Он ведь спал, не сопротивлялся, а ты его в луну. – Тут три луны, – напомнил некромант, поворачиваясь в сторону голоса. – И не напоминай, – лениво протянула радужная, сидящая на троне, который был выращен из дерева в форме этого самого трона. – Лиана? – неверяще уточнил Рубин, посмотрев на уши самки, точнее на то место, где они должны быть. – Ты-то что здесь делаешь, неужели королевой быть надоело? – Вот ещё, – отмахнулась та, недовольно посмотрев на потолок, уходящий прямо в крону дерева, выглядела и в прям не очень. – Так, у нас не так много времени, как я думала, – она начала говорить очень быстро, – ждёшь меня там, где сейчас, амулет используй как можно быстрее, постарайся не использовать свою силу. Всё, просыпайся. Рубин резко поднялся, открыв пасть, чтобы задать вопрос, но тут же заорал от невыносимой боли в голове и во всех без исключения конечностях, как и во все прежние дни после пробудки, он одним движением вогнал когти себе в бок, разбив несколько чешуек, среди них одну зачарованную, с абсолютным исцелением. – Что это было? – недовольно уточнил ледяной, потирая глаза. – Абсолютное исцеление, – с удовольствием потянулся земляной, – невероятно редкое заклинание, которое лечит всё, что только можно, в радиусе десяти метров, – он посмотрел на ледяного и добавил, – кроме тупости. – Заметно, – добавил тот, окинув земляного ледяным взглядом. Рубин встряхнулся и быстро зашагал по коридорам, кощунственным казалась одна мысль о том, что можно встретить королеву радужных вот так, без хоть каких ли бы приготовлений, так что нужно было спрашивать разрешение и место для создания кое-каких напитков. – Куда спешишь? –Пристроилась к земляному Анемона. – Хочу место найти, чтобы позаниматься алхимией, – ответил Рубин, чуть замедлившись. — Тогда пошли, – махнула хвостом Анемона. – А откуда? – слегка удивился некромант. – Неужели химия тут уже есть? – Разумеется, – ненатурально оскорбилась морская, – тут пытались химию преподавать, только учитель оказался не слишком нормальным, пришлось отменять, если не ошибаюсь, то его кабинет так и должен был остаться. До нужного кабинета они дошли быстро и, как ни удивительно, молча. – А зачем тебе вообще сюда надо? – уточнила Анемона, когда они вошли в нужную комнату. Рубин застыл и удивлённо посмотрел на лапу, которая уже тянулась к колбочке, поставил лапу на пол и задумался. – Правда, а зачем мне это? – удивлённо протянул он, потерев грудину. Правда, он ведь не испытывал никакого пиетета перед королями и королевами. Нет, уважать-то он их уважал, но вот почему у него возникла навязчивая идея сварить что-то, только вот что? – С тобой всё в порядке? – Толкнула его в бок Анемона. – Да всё с ним в порядке, – послышался скрипучий и весьма неприятный голос, – просто не может осознать того, что его защита не абсолютна. Земляной резко повернулся в сторону голоса и увидел её. – А ты постарела, – ничуть не удивившись, сказал земляной. – Кто она? — Морская перевела взгляд с невероятно старой радужной на земляного. – Разреши представить, – нормально развернувшись к появившейся, начал тот, – королева радужных Лиана, дважды отвоевавшая своё место. – Бывшая королева, — поправила его Лиана, – и четырежды, а не дважды. Королева и в прям постарела, постарела на столько, что удивительно, как она вообще ходит: чешуя обесцветилась, став даже не белой, а какой-то мутновато-прозрачной, крылья обвисли и волочились по полу, как и хвост, удивительно, но у этой радужной были уши, кулона впрочем тут и не было. – А что она... вы тут делаете? – уточнила Анемона, посмотрев на радужную. – Отбываю наказание, – недовольно "проговорила" та и подошла к земляному. – Расскажу позже, а пока... Она резко схватила Рубина за левый рог и с силой разломала его. Земляной даже сделать ничего не успел, лишь понял, что произошло и зарычал от боли, схватившись начавший кровоточить рог, морская же ошарашенно застыла, не зная что и делать, а старуха вывалила прямо на пол то, что находилось в рогу, как ни удивительно, но там оказалось много чего, Лиана схватила какую-то гусину и кинула его в пасть, тут же проглотив. – Что это было? – наконец пришла в себя морская. – То, что Рубин не смог понять смысл слов "ответ у тебя в голове"... – Вот именно, в голове, – прошипел земляной, более-менее придя в себя, – а не в рогу, или в роге, – он задумался, но мотнул головой, поморщившись, – в общем, слишком мало конкретики. – Не важно, – отмахнулась как-то незаметно помолодевшая радужная, её крылья поднялись, чешуя приняла привычный ядовито-зелёный цвет, глаза так же стали тёмно-зелёными, многочисленные складки кожи как-то исчезли, а голос стал привычно мягким, мурлыкающим и мелодичным. — Говорю только я, вы только по мере необходимости. Радужная пристально оглядела присутствующих и начала неспешно собирать на стол рассыпанные по полу предметы. – Начну с главного, первое, всем известно, что такое "антихрупкость"? – Рубин кивнул, Анемона подумала и помотала головой. – Принцип антихрупкости – это, когда попытки уничтожения ведут лишь к укреплению объекта разрушения, в этом заключается кардинальные отличия двух миров, Пиррия стабильна и в нём редко происходят изменения, в землях драконов же идёт вечная борьба между природой и драконом. Приведу простой пример, есть дракон, не важно какой, просто есть, есть животное и есть хищное растение, дракон отращивает против зверя когти, клыки, чешую и крылья, против хищного растения укрепляет иммунитет. Тут звери и растения начинают меняться, у первых удлиняются и укрепляются когти и клыки, кожа становиться прочнее, у вторых становится сильнее яд и укрепляются стебли с корнями, дракон также усиливается, но приобретает ещё и огненное или ледяное дыхани. Звери вновь адаптируются, шерсть становится огне- и морозостойкой, к тому же они обретают способности, растения также усиливают яд. Дракон вновь приспосабливается, на этот раз перестраиваются внутренние органы, даруя дракону возможность выжить даже с отрубленной головой, а под влиянием яда организм меняется, увеличивая или уменьшая естественную температуру тела до нескольких сотен градусов, превращая кровь в яд и усиливая уже полученные способности. В общем, вы меня поняли? – Она закончила собирать и вновь осмотрела слушателей. Рубин кивнул сразу, он и так это знал, Анемона неуверенно кивнула, уточнив при этом: – То есть, первые усиливаются, чтобы убить вторых, вторые усиливаются, чтобы убить усиленных первых, первые вновь усиливаются, чтобы убить так же усиленных вторых и так по кругу, я верно поняла? Лиана кивнула и продолжила: – Так вот, этот мир не такой, он постоянен и драконы тут занимают доминирующее положение в пищевой цепи. Тут самым страшным для дракона является драконья гадюка, известная у нас, как чёрная песчанка, да и то не такая огнестойкая, так что тут не к чему адаптироваться и в этом заключается некий парадокс, привыкший к постоянной угрозе мозг не может найти тут угрозу и сходит от этого с ума, со временем он начнёт потреблять больше ресурсов и... – Стоп, стоп, стоп, – прервал её земляной. – Ты хочешь сказать, что тут недостаточно суровые условия для меня? – Вот именно, – недовольно окрысилась Лиана. – Ты не можешь адаптироваться к мягким условиям этого мира. Со временем если не будет достаточной угрозы, твой мозг перегорит, кровоизлияние в мозг и никакая регенерация тебя уже не спасёт, хотя может и сможешь выжить, но маловероятно, надеюсь, ты понял, что жить тебе тут не больше десяти дней, или сколько там у тебя амулетов? – Девять, вчера случайно использовал сразу два, – Рубин тяжко вздохнул и уточнил. – Ну и как мне вернуться? Лиана с хитринкой посмотрела на Рубина и щёлкнула по медальону на шее земляного. Тот удивлённо посмотрел на него и, подняв, начал осматривать, словно впервые его увидел, невероятно ровно срезанная половинка самого обычного кругляша из белого металла, на котором сделана дырка, через которую продета до отвращения обычная верёвка. – Ну и что это значит? – Перевёл земляной взгляд на радужную. – Почитай книгу «Прогулка меж мирами» , конкретнее тринадцатая глава, так же вспомни о маске всезрящего и обрати внимание на слухи в районе ледяного королевства, говорят, там завелись здоровенные пауки. Радужная оскалилась и медленно исчезла, оставив на столе золотой кругляш. Рубин осмотрел всё вокруг магическим зрением, использовал поиск жизни и, не обнаружив Лиану, начал смеяться, нервно и не нормально. – Ну и что это значит? – недовольно уточнила морская, взяв в лапу шарик и осмотрев его. Земляной ответил не сразу, с начала он минуты две истерично смеялся, после встал, поднял свой рог и попробовал пристроить его на место. – Это была Хранительница этого мира, – недовольно скривился он от того, что рог отказывался возвращаться на место. – Это такая должность, при котором дракон обязан вмешиваться в происходящее в мире и предотвращать те или иные события, которые вредят миру на прямую, к примеру, Мракокрад или война были не её делом, так как мир от них не очень то и страдал, – он положил рог на стол, к остальным вещам, – а вот падение метеорита там или большой прорыв плана должна предотвращать именно она, – земляной ещё раз хихикнул. – Ну и чего в этом смешного? – Нахмурилась Анемона. – Понимаешь в чём дело, – Рубин тяжело вздохнул, – Хранители мира, в отличии от остальных хранителей, не могут вмешиваться в ход событий на прямую, вот у хранителя из моего мира, его Ночь звать, есть последователи, те, кто выполняют его указания, они называются Детьми ночи, сам же Ночь не может даже полноценно проявиться в реальном мире, не говоря уже о вмешивании в события, Хранитель мира может лишь направлять события таким образом, чтобы предотвратить катастрофу, вот и тут, она лишь направила меня в нужную сторону, не сказав почти ни о чём, – он замолчал, в очередной раз тяжко вздохнув. – Постой, — наконец поняла Анемона, – ты хочешь сказать, что текущая ситуация серьёзнее ситуации с Мракокрадом? — Не исключаю этого варианта, – кивнул земляной, – но сейчас лучше заняться книгами. – Показать библиотеку? – уточнила морская. – Нет, – земляной оскалился, – всё нужное у меня с собой. Он поднял маленький, другой в такое маленькое место просто не поместился бы, идеальный полупрозрачный куб тёмно-пурпурного цвета. – Но тут нет книг, – указала морская на очевидный факт. — В этом камешке, возможно, больше книг, чем в вашей библиотеке, – усмехнулся Рубин и слегка надавил на куб с двух сторон, чуть подождал, перевернул и вновь надавил, после чего положил камешек на стол. – Смотри. Над кубом поднялся туман и собрался в облачка с небольшими пояснениями, Рубин, не глядя, ткнул когтем в один из них и туман сгустился, собравшись в сотню таких же сгустков. – Это хран знаний, – начал пояснять земляной, тыча когтем во всё новые сгустки, – они созданы, чтобы хранить знаний, воспоминания, энергию, тут около пяти тысяч книг, – он тяжко вздохнул. – Кажется, тут мы на долго. – А что тут ещё есть? – уточнила Анемона, уже как-то иначе посмотрев на предметы на столе. Рубин отложил в сторону куб и начал объяснять, разворачивая предметы: – Это сжатое хранилище кулонов. – Земляной развернул плотно скатанный черный кусок материи и слегка надавил на центр, тот вздулся, став похожим на футляр, – это амулет абсолютной защиты. – Коготь ткнул в небольшую бусинку жёлтого цвета, – создаёт вокруг съевшего его алмазную крепость, то есть купол, который невозможно пробить ничем ни с той стороны ни с другой, только действует эта штука не больше минуты, а после дракон лежит день без сил и даже пошевелиться не может, это полностью восполняет все резервы энергии, – коготь указал на чёрную бусину, – предположу, что лиана съела зелёную бусину, она полностью восстанавливает тело и омолаживает. – Это застывшая капля из источника жизни, возвращает к жизни любого умершего, если смерть произошла не более часа назад, – Рубин указал на драгоценный камень в виде абсолютно прозрачной слезы – Это, – Коготь указал на последний предмет, простой крошечный белый вытянутый цилиндр, – мел для ритуалов, не знаю уж зачем. – А кто вообще поместил туда эти вещи, а главное, как? – резонно заметила Анемона. – Моя сестра, только она могла сделать нечно подобное так, чтобы мы этого даже не заметили – земляной оскалился в ухмылке, снял с кончика лежащего на столе рога цепочку и пристегнул его к ещё целому, благо, такая возможность была,– иди сюда, покажу, как работать с храном и поможешь, а то сам я тут надолго задержусь. Анемона пододвинулась ближе, а Рубин обнял её крылом и начал объяснять.