Иллюзия случайности

K.Will — Please don't

***

28 ноября, 6:22, Дэгу, Квартира Ким Тэхёна Утро выдалось совершенно неприветливым. Противный дождь тарабанил по стеклу всю ночь не давая уснуть, отчего сейчас Тэхён и вовсе не был похож на самого себя. Лицо, бледнее, чем обычно, впалые щёки, и отрешённый взгляд. На секунду он задумался, стоит ли вообще появляться в участке, а затем брови его свелись на переносице: он вдруг вспомнил ещё одну причину своей бессонницы. Убрав упавшие на глаза волосы, юноша взял в руки телефон, набирая номер и тут же скидывая звонок. Со вчерашнего вечера его преследовало непонятное чувство, что отдавало сейчас глухими ударами, словно кто-то нарочно зажимал его голову в тиски. Неужели он чувствует вину? Да, был не прав, и уже признал, но он же не заставлял Чонгука вылезать из машины посреди пустой дороги, так что мальчишка виноват сам. И снова в груди неприятно заныло. Нужно было заставить его вернуться, довезти его в безопасности обратно, но гордость и обида от затронутых чувств и, попытка выудить из него не самые приятные, а даже болезненные воспоминания, не позволили сделать этого. Заваривая некрепкий кофе, Тэхён поглядывал на мобильник, гипнотизируя его, чтобы тот, наконец зазвонил. Но, тот всё продолжал молчать, и эта нагнетающая тишина начинала его, скорее раздражать, нежели как обычно, успокаивать. С другой стороны, если бы с Чоном что-то случилось, ему бы уже сообщили. А значит, волноваться незачем, так ведь? Тэхён дёрнулся, чувствуя, как руку обожгло. Он ругнулся, быстрее подставляя её под поток холодной воды и устало вздыхая. Из-за идиотских мыслей, заполнявших его, словно назойливые мухи, он теперь совершенно рассеян. Не хватало ещё волноваться из-за какого-то парня: уже не маленький, и бегать за ним с платочком, чтобы сопли подтирать Тэхён точно не нанимался. Так и не позавтракав, он накинул тёплую куртку поверх спортивного костюма и переобувшись в ботинки, покинул свою квартиру. Наверное, впервые с тех пор, как он перестал нуждаться в деньгах, появилась дорогая одежда, машины, да и вообще всё, чего только могла желать душа — ему стало это надоедать. Он тупо пялил на свою машину, сжимая руки в кулаки, а после пнув ногой по дверце, развернулся, шагая к выходу с парковки.

***

28 ноября, 9:03, Дэгу, Полицейский участок Сам не понимал на что злился, почему вдруг взбесился, но теперь тихо шагая по почти что безлюдной улице, шаркая ботинками, и до невозможности натянув капюшон, закрываясь от любых внешних раздражителей, все его мысли были лишь о том, чтобы бы было, если бы всё случилось иначе. Если бы всего лишь раз принял совершенно иное решение? Только вот в какой момент всё перевернулось с ног на голову? Когда именно он перестал быть нормальным? Ещё тогда, когда его оставили под дверью приюта, когда впервые встретил Намджуна или же, когда потерял его? Телефон загудел, вырывая его из собственных раздумий, но почему-то совершенно не среагировав, он остановился перед таким привычным и, родным что ли, зданием полицейского участка. Оно не было новым, и у кого-кого, но у Тэхёна оно точно не вызывало чувства доверия. Для него полиция оставалась всё той же прогнившей системой, которая способствует коррупции, при этом вытирая ноги о простых граждан. Полицейские, которым плевать на сохранность страны, они пекутся лишь о том, как бы по полной мере набить карманы. Стиснув зубы, и снова принимая как можно более равнодушное выражение лица, Тэхён поплёлся внутрь. Быстро ткнув пропуск охраннику, спустился на лифте на пару этажей вниз и, стоило ему покинуть тесную кабину, как волнение накатило новой волной. Во рту пересохло, отчего он закашлялся, быстро закрываясь руками, пытаясь не смотреть даже в сторону комнаты, порог которой ему предстояло сейчас переступить. Он словно вернулся на несколько лет назад, когда, ступая по точно такому же тёмному и холодному коридору, чувствовал лишь собственное бессилие, да грубые толчки в спину. Перебарывая отвращение к этому месту, он всё же нажал на ручку двери, но так и застыл в дверном проёме, сверля взглядом пустое место младшего. — Где Чонгук? — наплевав на все банальные правила приличия, он стоял как вкопанный, пока Чимин и Юнги посмотрели сначала на него, а потом одновременно переглянулись и на их лицах появилась ехидная улыбочка. — Я спросил что-то смешное? — не понимал он слишком весёлого настроя этих двоих, да и что эти придурки знают? Юнги кивнул головой, вынуждая Тэхёна повернуться, как его тут же обдало жаром. Нет, конечно это была лишь метафора и, заживо он точно бы не сгорел, но этот взгляд… Совершенно никакой, смотревший на него как на пустое место. В одной руке Чонгук держал стопку бумаг, что норовила вот-вот развалиться, а голова была склонена набок, прижимая ухом телефон. Помимо всего прочего он ещё как-то умудрялся придерживать зубами стаканчик с кофе, и такая картина только позабавила Тэхёна, который тут же отодвинулся, пропуская парня в комнату. — Ты в порядке? — а в ответ лишь игнор, автоматически переводя вопрос Тэхёна в разряд «неуместных». Под пристальным взглядом всех, но только не Чона, он опустился на своё место, сразу прячась за большим монитором, словно черепаха в панцирь. Время близилось к обеду, но ничего полезного они ещё не сделали, перебирая какие- то старые дела, да перекидываясь парочкой слов. Рыжей стервы, как мягко нарёк девушку Тэхён, нигде видно не было, неужели она так быстро всем надоела, что её уже и попёрли отсюда? Парень всё также сидел в своём небольшом укрытии, пока Чимин не толкнул Юнги в бок, зовя на обед. Тот кивнул, радостный от того, что выберется наконец из этого подземелья, быстро сгребая куртку и кивая Чонгуку. К удивлению Тэхёна, тот остался сидеть на месте, вежливо отказавшись и вновь зарываясь в бумаги, которые приволок ещё с утра. И теперь, оставшись с ним один на один, юноша чувствовал неловкость, взявшуюся откуда-то и так раздражающе давившую изнутри, будто была способна раздавить все его органы в одну большую лепёшку. «Стояло бы извиниться?», — закусывая губы думал Ким, осторожно поглядывая на Чонгука, которому, казалось и вовсе было всё равно, что он там себе думал. Мало того, он ещё и сидел к нему спиной, так что увидеть лицо младшего было не то что трудно, а прямо-таки невозможно. Чонгук поднял голову, словно был уверен, что за ним точно наблюдают, резко оборачиваясь и натыкаясь на изучающий взгляд. Он застыл на секунду, не отводя глаз и тут же переменился в лице, вновь хмурясь. " И чего уставился? — пронеслось в его голове, — сам же сказал отстать, а теперь разглядывает, словно фигуру в музее.» Переглядывание затянулось. И если бы не дверь, хлопнувшая непозволительно громко, кажись они бы ещё долго вот так бы сидели. Тэхён очнулся первым, выпрямляясь и прокашливаясь куда-то в сторону. Чонгук стыдливо отвёл глаза, даже не смотря на девушку, чье присутствие сейчас явно мешало. Но, только ей, кажется, было плевать. Суён села возле Чонгука, умещая руку на его плече и заглядывая в то, что он внимательно изучал. Тэхён напрягся, содрогаясь всем телом, хотя казалось это был совсем безобидный жест, тем более от этой надоедливой липучки, но почему-то именно сейчас его бесило подобное. Он со злостью смотрел на то, как она невзначай придвигается к нему ближе, а Чонгук и не против совсем, словно и не замечает что этой Суён стало как-то слишком много. И, что это? Тэхёну стало смешно от самого себя, он что, сейчас ревнует? Кого и к кому, позвольте спросить? Сопливого мальчишку к девушке, по виду больше напоминавшей работницу древнейшей из профессий? Да это ж просто в голове не укладывается, бред, да и всё. Эти двое начали о чём-то переговариваться. неужели специально делают всё, чтобы побыстрее вывести его из себя? Карандаш в его руке с треском разломался надвое. На него тут же уставились две пары любопытных глаз. — Чего психуешь? — Суён повернулась к нему лицом, наконец убирая руку с Чонгукового плеча, чем знатно порадовала Тэхёна, который тут же выдавил из себя что-то похожее на улыбку, при этом еле как выдавливая из себя каждое слово. — Не твоё собачье дело. — Хамло. — она тут же задрала подбородок, хмыкая. Тэхён даже не смотрел на неё, следя за Чонгуком, который, кажется, даже не удивился подобному, при чём со стороны обоих. Поэтому он просто продолжил работать, стараясь не вмешиваться в чьи-то разборки. Когда вернулись Чимин и Юнги каждый занимался своим. Пак поставил на стол пакет с закусками, приглашая присоединиться всех, но его попросту не услышали. Он помахал рукой в воздухе — и снова ничего. — Что это с ними? — он повернулся к Юнги, мостившему уже свою задницу на уютный диван и прислоняясь головой к стене. — Оставь их, снова погрызлись, не иначе. — добавил тот, не заботясь слышит его кто-то или нет, намереваясь немного отдохнуть, но получил слабый пинок от Чимина. — Чего расселся? Вставай, дел ещё невпроворот! — Каких дел, Чимин-а? Мы сделали всё, что могли: закроем как самоубийство и ладно. — С каких пор ты стал таким похуистом? — не унимался Пак, складывая руки на груди. — С тех самых, как всё у нас пошло по одному замечательному месту, а учитывая наше, не самое лучшее положение, предлагаю отсидеться по тихой и не высовываться. Поняв, что до Юнги сейчас не достучаться, Чимин переключился на остальных. К Тэхёну можно было и не пытаться лезть, отношения у них так себе и, даже не смотря на то, что Пак в прямом смысле его начальник, парня особо не колышет. Склонившись над Чоном, Чимин упёрся руками в стол, пробегаясь глазами по множеству статей, каких-то исписанных листов и тому подобного. Кажется, он не совсем понимал, чем же занят его сотрудник, лениво переворачивая пальцами несколько бумажек. Не дожидаясь, пока ему зададут вопрос, Чонгук повернулся к Паку. — Я тут подумал, что эта «V» была написана на той бусине не спроста и, пусть, никаких отпечатков на ней обнаружено не было, но я решил поискать. — Нашёл что-то? — даже как-то удивился Чимин, явно не ожидая такого рвения от новичков. — Я провозился почти что весь день, хотя толком ничего и не нашёл. — он опустил голову, — вылезают какие-то дурацкие рекламы фильмов, магазинов и прочей ерунды, но я сомневаюсь, что что-то из этого как-то связано с нашим делом. Тэхён, всё это время пытаясь незаметно прислушиваться к их разговору, облегчённо выдохнул. Но, кажется, получилось громче, чем он предполагал, на что Чимин закатил глаза, ободряюще похлопывая Чонгука по плечу, а после присаживаясь на самый краешек его стола, при этом лицом развернувшись к Тэхёну. — Раз уж у нас есть улика, то мы не можем оставить её без внимания. Нужно узнать, что это значит, поэтому сейчас мы выберем тех, кто возьмёт на себя это ответственное задание. — его хитрый прищур не сулил ничего хорошего, особенно если при этом он в упор смотрел на Тэхёна. Юнги даже не шевельнулся. Всё равно на девяносто девять и девять процентов был уверен, кого он выберет для подобного. Издеваться над собой Пак точно не станет, подставлять Юнги тоже как-то не комильфо, знаете ли, а вот трое других — пожалуйста. И, если в случае с Чонгуком он мог ещё сжалиться, то из бесячего Тэхёна и прилипалы он намеревался выжать все соки. Но, как-то что-то Юнги прогадал, приоткрывая глаза и поджав губы, смотря на слегка охреневшего Кима и смирившегося со своим участием, Чонгука. И если, по мнению Мина, Тэхён был слегка охреневшим, то сам Тэхён ощущал себя знатно так приохуевшим. Знал бы только Чимин, что сейчас предложил ему искать самого себя, точно бы распсиховался, руша всё вокруг. Благо, о такой его стороне, никто из присутствующих не догадывался, поэтому бросив несколько косых взглядов на Пака, он выскочил за дверь, прикладываясь лбом к сырой стене. Нужно успокоиться и, наконец-то начать действовать. Плана, как такового у него пока не было. Всё, что он мог решить на данный момент, так это то, что ни при каких обстоятельствах он не должен позволить Чонгуку раскрыть его. Пусть гоняется за мнимым призраком, пока Ким будет искать того ублюдка, который посмел с ним так играть. И, когда он его найдёт, то накажет, будь здоров. Этого Тэхёну было не занимать. Из минутного транса его вывел голос, да так что Тэхён дёрнулся — не послышалось ли ему? С ним всё-таки решил заговорить сам Чон Чонгук. Он даже не слышал того, что говорил парень, наблюдая лишь за тем, как сосредоточен его взгляд, как двигаются губы, слегка подрагивают ресницы. Он не знал, зачем подмечал все эти детали, но зачем-то они точно были нужны. И, кажется, только вчера он сам проводил между ними черту, разделяя на два полюса, которые никогда не встретятся, а сейчас не мог оторвать глаз, желая слушать и слушать, пока бы не закончились все слова на свете. Чонгука начало подбешивать, что на него продолжают пялиться, словно он был говорящей куклой на ярмарке, а потому пришлось приложить немало усилий, чтобы Ким снова начал моргать. — Если не хочешь мне помогать, то я разберусь сам. — было последнее, что сказал Чон, перед тем, как развернуться в сторону лифта.

***

На самом деле, Чонгук и понятия не имел, за что хвататься дальше. Он нарыл кучу бесполезной информации, которую теперь стояло бы использовать вместо туалетной бумаги. Но, сдаваться он не собирался, пообещав самому себе, что точно доведёт это дело до конца. Он не хотел показаться слабаком перед коллегами и, пусть таковым его считали многие, даже собственный отец, что порой задевало сильнее, он всё же боролся и за своё место под солнцем. Наверное, скорее на зло родителям, чем из собственного интереса он поступил в полицейскую академию, ведь при всех своих заслугах, его отец, уважаемый полицейский, имевший не плохие связи в высших кругах, никогда не видел в Чонгуке кого-то, способного бороться со злом. Это больше всего и раздражало. Пускай наибольшим желанием Чона-младшего и было стать величайшим шеф-поваром всех времён и народов, а мать так и подавно пророчила ему карьеру аналитика — менее беспокойную и хлопотную — он сделал то, чего от него ожидали меньше всего. Он завёл двигатель, выезжая со стоянки, как вынужден был резко затормозить, потому что дверь внезапно открылась, впуская в салон ещё одного человека. Не сказать, что Чонгук был прямо-таки рад, восседавшему рядом человеку, но то, что теперь на душе стало спокойней, это точно. Тэхён откинулся на спинку, машинально пристёгиваясь, пока Чонгук заново заводил автомобиль. — Я же сказал, что это не обяз… — Чонгук мельком посмотрел в зеркало заднего вида, начиная неловкий диалог, хотя в глубине души он надеялся, что и диалога-то никакого не будет, как его снова перебили. — Не хочу чтобы этот недомерок меня снова отчитывал. — отчеканил Тэхён, выдавая лёгкий смешок. Под «недомерком» он скорее всего имел ввиду Чимина, потому что Юнги вёл себя со всеми примерно одинаково — ему было абсолютно насрать. Но, всё же и Чонгука это заставило немного улыбнуться. Хотя з другой стороны, даже когда Чимин и устраивал им выговоры, Чонгук не злился на него. Понимал, что работа у них и без того нервная, к тому же учитывая последние события… А Пак всего-то и хочет чтобы всё было в порядке, да налажено как часы. — Куда мы? — снова спросил Ким, понимая, что всё вроде бы становиться как обычно и, даже без извинений, между ними понемногу начинает таять глыба недопонимания. — Не знаю. — честно ответил Чонгук, только сильнее сжимая руль. — Значит, едем туда-не знаю-куда? — Тэхён глядел на сосредоточенное лицо Чона, замечая как от такого пристального разглядывание, щёки младшего начинали загораться, словно рождественский фонарик. — Что с тобой? — Я думал… — начал заикаться Чонгук, прикусывая губы, и пытаясь скрыть нервозность, — над тем, что случилось вчера… Тэхён замер. Надеялся, что подобный разговор обойдёт его стороной, но нет, этому несносному мальчишке приспичило зачем-то об этом вспомнить. — Нет, давай не будем… — Извини меня. — закончил Чон, даже ни разу не взглянув на Тэхёна. Ким отвернулся к окну, закрывая глаза и вновь злясь. Но, уже на самого себя. Теперь чувство вины давило с двойной силой, уже не просто шепча, а прямо-таки вопя во всю глотку, в его голове, что он снова поступает как беззаботная и бесчувственная мразь. — Я не должен был спрашивать тебя, ведь тебе должно быть было больно вспоминать… чтобы там ни случилось… — голос дрожал не так уж и сильно. Как можно искренне Чонгук пытался донести свои мысли, но попросту боялся повернуться и посмотреть на Тэхёна. А вдруг опять злится? — Как бы там ни было, я прошу у тебя прощение и… — Всё, хватит! — Тэхён вскрикнул, прижимая собственную ладонь ко рту Чонгука, закрывая его, на что парень лишь непонятливо выпучил глаза, пытаясь и вовсе не потерять управление. — Твои извинения делают только хуже. — и снова немой вопрос в глазах напротив, — Не ты должен извинятся, и не тебе должно быть стыдно! Я, это я придурок, которого стояло бы научить хороших манер, но уж извини, я такой, какой есть! Продолжая глубоко дышать, Тэхён смотрел на Чона, ожидая какой-либо реакции, но единственное, что он почувствовал, так это то, как что-то холодное и мокрое прошлось по его руке. Он быстро отпрянул, смотря на ладонь и делая вид, что его тошнит, вывалив язык наружу. — Ты меня только что лизнул? — он ошарашено моргал глазами, молясь, чтобы это всего лишь оказалось плодом его больной фантазии. — Надо ж было тебя как-то отцепить, а то ты и прощение просишь так, словно хочешь убить! — засмеялся Чонгук, наконец в состоянии дышать нормально. — Нет, но ты всё-таки меня лизнул! — не унимался Тэхён, наиграно вскидывая руки, будто бы был слишком возмущён. На что Чонгук снова показал язык, отворачиваясь обратно и внимательно следя за дорогой, а то со всеми этими манёврами и в аварию угодить легко. — Спрячь его обратно, ты что собака? — а вот и прежний Чонгук. Всё тот же ребёнок и, о боги, кто бы знал, как Тэхён был рад видеть его таким, а не обиженным, и почти безжизненным, словно грозовая туча.

***

28 ноября, 16:47, Дэгу, Полицейский участок Чимина словно током прошибло, а перед глазами звёздочки поплыли, стоило губам Юнги сомкнуться на его шее. Он обхватывал руками шею Мина, притягивая его ближе, так словно он в любой момент мог раствориться. Руки Юнги были повсюду, будто бы у него их было не две, а четыре, а может и все шесть. Во всяком случае, так казалось Чимину, который сейчас не то что соображать, дышать нормально не мог. Его зажимали в какой-то тесной и пыльной кладовке, и он даже не был против, лишь бы рядом был Мин, его губы и руки. Юнги стянул с Чимина футболку, припадая губами к загорелой коже, выводя языком незамысловатые узоры и оставляя мокрые следы. Улавливая протяжные стоны, он лишь расплывался в победной улыбке, Чимин кайфовал, а значит и Юнги тоже, которому для полного наслаждения было достаточно только их. Пошло причмокивая Юнги опустился ниже, хватая зубами кромку выглядывающего нижнего белья. Чимин закатил глаза, когда его бёдра грубо сжали, хватая Юнги за затылок и притягивая, впиваясь в его губы и толкаясь бёдрами вперёд. Юнги выдохнул, проходясь языком по ровному ряду зубов и улыбаясь в поцелуй. Он принялся расстёгивать джинсы любовника, пока руки Пака блуждали под его футболкой. Юнги прервался лишь на секунду, позволяя стянуть с себя ненужную вещь и возвращаясь к излюбленному делу. Он потянул джинсы вместе с боксерами, оголяя накачанные бёдра, сжимая их длинными бледными пальцами, да так что под ними сразу выступали синяки. Юнги поднёс свои пальцы ко рту Чимина, на что тот беспрекословно взял их в рот, медленно обсасывая, наблюдая за реакцией Юна. А какая собственно могла быть у него реакция? Ему хотелось поскорее выебать этого сладкого мальчика, наказать за все его подколы и поддразнивания. И сейчас, наблюдая за всем тем безобразием, что вытворял Чимин с его пальцами, вызывало у него слишком неоднозначную реакцию, в виде сочившегося во всю, естественной смазкой, члена, сейчас упирающегося в бедро Паку. Наконец, Юнги приставил пальцы, нащупывая колечко мышц и проталкиваясь внутрь. Чимин прошёлся по плечам Мина, полосуя кожу ногтями, закусывая свои блядские пухлые губы, тут же чуя над своим ухом шипение парня. Чимин насаживался на пальцы, желая получить большего, но Юнги дразнил его: то ускоряясь, то снова замедляясь, с каждым движением прикусывая его плечи, сразу же зализывая. Юнги добавил третий палец, растягивая Чимина, второй рукой вцепляясь мёртвой хваткой в его выступающие рёбра, вновь возвращаясь к губам. Прошло мгновение, как Мин подхватил его, по новой втискивая в стену, заставляя Чимина ухватиться за какой-то шкаф, смахивая на пол ненужные коробки, тряпки и всякое барахло. Он вошёл резко, быстро, отчего дыхание перехватило совсем, а в глаза словно туман пустили. Юнги облизывался, подобно коту, получившему своё, толкаясь ещё, и ещё, заполняя собой всего Чимина до краёв, отчего внутри бабочки порхали, норовясь вот-вот и пробить рёбра, настолько сильным было желание обоих. Чувствуя жар, Мин откинул голову назад, телом наоборот прижимаясь ближе, замедляясь, но врываясь в тело Пака всё грубее с каждым последующим толчком. Чимин открыл рот, замирая, словно время остановилось, тут же чувствуя облегчение, хмуря брови и прикусывая мочку Минового уха. Юнги медленно вышел, кончая на бедро Пака, аккуратно опуская того на ноги, которые теперь казались ватными, не желающие твёрдо стоять на земле. Руками Чимин всё ещё крепко держал Юнги, не желая отпускать его хотя бы на сантиметр от себя, шепча на ухо всё, что только приходило на ум. — Когда ты говорил о вознаграждении, — заплетающимся языком проговорил Чимин, — я надеялся на мягкую постель, а не душную кладовку. Ты чёртов обманщик, Мин Юнги. — он слабо толкнул его в грудь, убирая со лба прилипшие волосы. — Но, ты ведь остался доволен, моя плюшечка? — жаркое дыхание Юнги проходилось по его щеке, вдыхая родной запах. — Не называй меня так, знаешь ведь, что я ненавижу это ебаное прозвище! — Чимин вскрикнул, тут же отхватывая от Мина по ляжке. — Меня конкретно бесит, когда с твоего прекрасного рта вылетают такие мерзкие слова, нужно будет как-то научить тебя обходиться без брани. — А сам-то ничем не лучше! Слышал ведь, что думают о тебе окружающие? Как сказала та прилипала — шепелявый матершинник? — Чимин рассмеялся, роняя голову на плечо Юнги. — Ты доиграешься, Чимин-а, что скоро нормально стоять, не то что сидеть не сможешь! Я начну вести гребаный дневник и записывать все твои проколы, чтобы в один прекрасный день, наказать тебя по полной программе! Наконец отлепившись друг от друга, они начали неспешно одеваться, теперь подкалывая друг друга, а так и не скажешь, что ещё несколько минут назад один стонал под другим.

***

28 декабря, 19:23, Дэгу, Уличное кафе — Не думал, что ты ешь в таких местах, — Чонгук набивал рот лапшой, быстро работая палочками, в то время как Тэхён лишь ковырялся в миске, смотря куда-то сквозь неё. — Я не из привередливых, знаешь ли. — слишком быстро ответил Тэхён, шмыгая носом и отправляя в рот уже остывшую еду. Чонгук прищурившись осмотрел парня, хмыкая куда-то в сторону, что естественно заметил Ким, откладывая приборы и складывая руки на груди. Взгляд был устремлён прямо на взлохмаченного и голодного мальчишку. «Ну, точно собака», — пронеслось у Тэхёна в голове, и слава богам он не додумался произнести это вслух. — И, что это значит? — спросил он уже строже. — Я имел ввиду, — немного помедлив, Чонгук проглотил остатки, запивая водой и вкусно причмокивая, — что ты весь из себя такой… — Какой? Классный, милый, привлекательный, но ведёшь себя как кусок идиота. -… весь из себя, богач до мозга костей, совершенно не вписываешься во всю эту обыденность. Ты только не подумай ничего, быть не таким, как остальные — совсем не плохо, даже хорошо. — И что же в этом такого хорошего? — на секунду стало даже интересно, кого-то этот малец напоминал, даже очень; порой, когда выдавал самые безумные идеи и предположения, что оказывались такими чертовски верными и правильными. Словно у него были ответы на все вопросы мира, и в то же время он был самым глупым из тех, кого он встречал. Чонгук задумался, вертя в руках прозрачный стакан, после наполняя его до краёв и протягивая Тэхёну. — Богат, значит удачлив — куча возможностей, которые можешь использовать когда-угодно и как-угодно. Тэхёна передёрнуло. Он уставился на стакан, а плечи непроизвольно напряглись. Удача, Тэхён-а, удел богачей. — Откуда… кто тебе это сказал? — он поднял взгляд, пытаясь выведать ещё хотя бы чуточку, потому что пока всё мешалось в одну сплошную кучу, клубок, который запутывался всё больше и больше. — Да я уже и не помню, может читал-где. — Чонгук отмахнулся, не обращая внимания на резкую перемену настроения Тэхёна, — И, кстати, мы объездили столько мест: клубы, развлекательные центры, даже на рынках были — и никто никогда ни о чём подобном и не слышал, — Чонгук подтолкнул пальцами прозрачный пакетик с бусиной, потирая переносицу, — такого же быть не может… — Тогда может, ну его, оставим всё как есть и не… — Ну, уж нет! — парень стукнул кулаком по столу, выпрямляясь. — Я обязательно узнаю, что это значит, вот увидишь! — он с вызовом смотрел на Тэхёна, который, кажется, не разделял его энтузиазма, — Умру, но узнаю. — Не умирай. — Что? — опешил Чонгук. — Что?

***

29 ноября, 04:17, Дэгу, Квартира Мин Юнги Чимин развалился почти что на всю кровать, лишая Юнги возможности сделать, по сути, точно так же, на что тот определённо нашёл лучший выход из всех возможных: закинул на Чимина ноги, и обхватив руками, зарылся в, пахнущие его шампунем, волосы. И всё было бы вообще прекрасно, если бы не блядский телефон, решивший подать свой сигнал в такой идеальный момент. — Чего тебе, Чхве? — с языка чуть было не сорвалось «липучка», но Чимин вовремя прикусил язык, — что за тупые розыгрыши? — Чимин-а, — Юнги прижался ближе, пытаясь переубедить Пака отложить надоевший телефон и, наконец, немного поспать. Чимин приподнялся на локтях, устало потирая глаза, и понемногу приходя в себя. Надеялся, что у него всего лишь слуховые галлюцинации, которые вот-вот и пройдут, но нет же, когда это всё вдруг случалось так, как ему хотелось бы? — Где? Криминалисты уже там? Не трогайте ничего, пока мы не приедем! — сбросив, Чимин принялся тормошить сонного Юнги, сейчас так сладко умостившегося под боком. — Вставай, вставай же! — Чимин ущипнул его, отчего Юнги подскочил, хватаясь за болезненное место. — Да что там? — он недовольно ворчал, сползая с кровати, и стягивая с кресла штаны, — Пожар, потоп, наводнение? — Парень спрыгнул с крыши отеля, нужно поехать, осмотреться. — Мы причём к самоубийце? Пусть этим занимается вторая группа, чего на нас спихивают? — Как раз наоборот: теперь-то, это точно наше дело, — Чимин застёгивал куртку, пока Юнги натягивал ботинки, прислонившись спиной к двери, и еле как держа равновесие, — На затылке нашли что-то похожее на букву «V». Юнги ворчал, словно дед, всю дорогу, на что Чимин лишь закатывал глаза, периодически тыкая Мина в бок: так он хотя бы мог заткнуть его на несколько минут. — Эй, — толкнул Юнги Чимин, — ты звонил ещё кому-то из наших? — подозрительно тихо спросил парень, когда они остановились напротив высотки, яркая надпись на которой гласила: «DK Hotel». — С чего бы? Пусть хоть кто-то сегодня выспится. — буркнул Мин, взъерошивая волосы. — Тогда какого хрена этот придурок тут делает? — раздражённо фыркнул Чимин, кивая куда-то вперёд. Юнги проследил туда, куда указывал Чимин, вглядываясь через лобовое стекло в знакомую тёмную макушку и крепкую спину.

***