Иллюзия случайности

MKIT RAIN — Weathermen

***

29 ноября, 4:37, Дэгу, DK Hotel Вокруг отеля уже столпилось несколько десятков любопытных глаз, по большей части — журналюги, непонятно как прознававшие о любом происшествии. Вот и сейчас, Чимин протискивался между ними, пытаясь быть максимально вежливым, хотя и держался он из последних сил. Юнги следовал за ним, выглядев при этом ещё менее дружелюбно. Небольшая площадка была ограждена лентами, за которыми уже работали судебно-медицинские службы. Узрев Суён они направились к ней, попутно осматриваясь вокруг, сразу же обращая внимание на ужасающую картинку. Крыша одного из стоящих в ряд автомобилей прогнулась, а на ней в луже крови плашмя, лежал парень. Руки раскинуты в разные стороны, пиджак и кофта задрались, оголяя спину, всю в ссадинах и кровоподтёках. Суён о чём-то уверенно переговаривалась с экспертом, активно жестикулируя руками, кивая головой на каждое слово того. Завидев парней, она поднялась, растирая руками затёкшие, от сидения на корточках, ноги. Чимин лишь вопросительно кивнул головой, слова застряли противным комом в горле. — Он упал оттуда, — задрав голову к верху, девушка указала на крышу здания, которое насчитывало порядка двадцати этажей, — криминалисты уже осматривают место, но пока ещё не дали никаких заключений. Чимин повернулся, смотря как бедолагу стаскивают, укладывая на покрывало, тут же пропитавшееся кровью. Его тут же окружили вспышки фотоаппаратов, а часть его лица напоминала больше месиво из переломанных косточек, содранной кожи и непонятной жижи. — Кто его нашёл? — Юнги сунул руки в карманы, всё ещё кутаясь от утренней прохлады. — Директор отеля, он и вызвал скорую, но когда они приехали, было уже поздно, поэтому сразу позвонили нам. — Где он? Нужно допросить его, вдруг чего знает. Суён развернулась, оглядываясь по сторонам, но безрезультатно. — Странно, только что ведь был здесь. — сдвинула она плечами. — Найдите его и пригласите к нам, побеседуем. И, кстати, — Пак на секунду застыл, вспоминая что-то, — ты вызвала Тэхёна? На что получил лишь отрицательный ответ. Когда Чимин и Юнги поднялись на крышу, Тэхён уже был там: держась за перила он свисал, словно пытаясь разглядеть что-нибудь внизу. Он оступился, когда Юнги потянул его за край пальто, разворачивая на себя. Мин смотрел на него как на идиота, вопрошая какого лешего он решил прогуляться по самому краю. Тэхён отряхнулся, разглаживая скомканную ткань, пару раз при этом топнув ногой, убирая осевшую пыль. — Это точно убийство. — где-то уже взмывала сирена, отдаляясь всё больше и больше; слова Кима, кажется, никого уже не удивляли, вот только хотелось, разве что, услышать парочку доводов. — Ты осматривал тело? — Чимин остановился напротив, спрашивая с опаской. Порывшись в кармане, Тэхён вытащил несколько вещей: телефон, какой-то брелок, ленточку и несколько фантиков. — Это было с ним. — Как ты?.. — Юнги возмутился, тыкая пальцем на важные улики, — Это незаконно! Ты не можешь забирать улики с места преступления только потому, что тебе так хочется! — Видимо ему уже давно плевать на последствия! — Пак зарылся рукой в волосах, шумно выдыхая, мол, а чего вообще можно было ожидать? — Но, раз ты у нас такой всезнайка, уже должен был что-нибудь нарыть. — Вероятнее всего, что он ещё учится в школе… — На нём же школьная форма — логично. — Чимин опустил руки в карманы, пока Юнги немного отвлёкшись осматривался вокруг. — Но, в его телефоне ничего нет. — как ни в чём не бывало продолжил Ким, — Разве ученикам в наше время не свойственно всё время зависать в своих мобилках, постоянно что-то выставляя, хвастаясь, переписываясь с друзьями или ещё что? А здесь, — он вертел в руках светленький телефон, — ну, совершенно пусто. Так, что даже подозрительно. — Может,. у него был ещё один телефон? — А, возможно, что кто-то намеренно всё стёр. К тому же, похоже, что его травили в школе… — С чего ты взял? — Юнги, ещё несколько минут назад вычитывавший Тэхёна, теперь и сам, словно обезьяна уцепился за поручни, слегка пошатываясь. — На его теле я нашёл следы насилия: раны на лице, ссадины по всему телу и царапины. Они не от падения. Возможно, что он также получил их в разные дни. — Тогда версию о домашнем насилии тоже нельзя исключать. — Юнги всё ещё бродил туда-сюда, заглядывая во все углы, — Узнай, где он жил и учился, и не плохо было бы ещё узнать, что он вообще забыл в этом месте. — Пусть Чонгук и липучка съездят в школу и… — не успел Чимин договорить, как его снова прервал низкий голос, постепенно отдалявшийся в сторону выхода. — Я заберу его. — бросил Тэхён, бросая пакет с уликами ему в руки и ловя в ответ очередную порцию возмущения в спину.

***

29 ноября, 7:21, Дэгу, Старшая школа Ханвон Тэхён сидел откинувшись на спинку водительского сидения, сложив руки на груди; могло показаться, что он спит, но на самом деле юноша был намного чувствительнее и восприимчивей, чем тот же Чонгук. Любой раздражитель заставлял его сердиться, делая его похожим на какое-то обозлённое животное. Чонгук же клевал носом, время от времени разлепляя глаза, испуганно осматриваясь по сторонам. Его разбудили слишком рано, толком не объяснив что к чему, затолкали в машину и приказали сидеть молча. Он уже собирался взбунтоваться против этого Кима, который почему-то возомнил себя командиром, но уставший организм решил сдаться, уступая покорности. Буквально через несколько минут раздался будильник, заставляя обоих встрепенуться. Чонгук выровнялся, как по стойке смирно, продолжая тереть красные глаза. Тэхён поправил ворот рубашки, мягко нажимая на ручку двери и впуская в салон прохладный ветер, от которого тут же захотелось спрятаться обратно. Оба шли молча. Может потому что особо и нечего было сказать, а может просто потому, что место и время не располагали. В небольшой будке, что была по размеру немного больше телефонной, сидел мужчина, лет шестидесяти, лениво листая уже замызганный журнал. Он не сразу заметил двух молодых людей, и лишь когда на лицо упала тень, поднял глаза, сменяя выражение лица на более враждебное. — Закрыто. — кивнул он, отмахиваясь рукой, и продолжая бубнить себе под нос не самые лесные высказывания. Ким взглянул на Чонгука, а тот уже и без слов знал, что нужно делать, роясь в карманах в поисках своего полицейского удостоверения. Костяшками пальцев Тэхён легонько ударил по стеклу, вновь обращая на них внимание. И только охранник хотел было открыть рот, как взгляд его метнулся к небольшому прямоугольнику. Он тут же подорвался, на ходу натягивая кепку и распахивая небольшое окно. — А теперь поговорим как цивилизованные люди, — Тэхён мягко улыбнулся, хотя почему-то от подобного сладкого тона, не только у мужчины, но и у Чонгука по спине пробежали мурашки, — мы кое-кого ищем, возможно он учился в этой школе, поэтому нам просто необходимо войти внутрь. — Понимаете… — заикаясь произнёс тот, — директора и заместителя ещё нет на месте, а без их разрешения… — Тогда позвоните им, — склонил голову на бок Ким, — у нас достаточно времени, думаю, что если и они поспешат, — он посмотрел на часы, дергая запястьем, — уже через полчаса будут здесь. Охранник лишь удивлённо хлопал глазами, пока Тэхён не кивнул, указывая на мобильный телефон, лежащий возле газет. Тот, наконец, пришёл в себя, хватая аппарат и как можно быстрее прикладывая к уху. Спустя несколько секунд, послышался раздражённый голос, чуть ли не оравший, кто смеет его беспокоить. Заикающимся голосом, мужчина попытался объяснить, что происходит, но спустя минуту, трубку бросили, чертыхаясь. Тэхён хмыкнул, явно ожидая подобной реакции. А Чонгук и слова вставить не мог, ведь как всё-таки хорошо, что их двое. Сам, навести подобный переполох он точно бы не решился. Прошло чуть больше получаса, как во двор школы с характерным визгом въехала отличная чёрная иномарка. С неё вылез мужчина в костюме, на ходу завязывая галстук. Он с пренебрежением глядел на незваных гостей, направляясь ко входу. Не говоря ни слова, Чонгук и Тэхён последовали за ним. Кабинет директора был, мягко говоря, шикарным. Это не было одним из тех мест, где всё передавалось из поколений в поколение. Либо у школы и, лично у директора, были не бедные спонсоры, либо же этот заслуженный деятель был нечист на руку. Кресла, мягко оббитые красной тканью, дубовый стол и несколько картин известных авторов. Минимум мебели — зато какой. И, конечно же, не обошлось без стеллажа с кубками, наградами и благодарностями, только вот, почему-то закрадывалось большое сомнение на счёт получения этих самых наград. Тэхён по-хозяйски плюхнулся в кресло, закидывая ногу на ногу, ловя каждую мельчайшую деталь, словно отпечатывая в собственной памяти. — Что привело вас сюда? — сдержанно, но с упрёком заговорил директор. — Во-первых, стояло бы представиться, — Тэхён сверкнул глазами, — хотя бы из вежливости. Мы ведь показали вам свои удостоверения. — Хон Ман Квон. Так, в чём дело? — Сегодня утром мы нашли тело мальчика, вероятно, что он был учеником этой школы. — Чонгук вытащил телефон, открывая галерею, — это единственное фото, которое у нас есть, поэтому взгляните и скажите, напоминает ли он вам кого-то. — В нашей школе почти две тысячи детей, как вы думаете, могу я помнить всех в лицо? — язвительно парировал директор. Он поддел телефон краешками пальцев, пододвигая немного ближе, заглядывая нерешительно и, тут же морщась от отвращения. — Вряд ли я смогу опознать его, всё что в моих силах, так это подтвердить тот факт, что он одет в школьную форму нашего заведения, поэтому к огромному сожалению, он является учеником этой школы. Подобные высказывания заставили Чонгука напрячь плечи. Его челюсть сжалась от негодования и, казалось, что даже если кто-то будет стоять за дверью, то услышит, как скрипят его зубы. — Тогда мы будем вынуждены пообщаться с каждым учеником и преподавателем. Глаза директора полезли на лоб. — Да вы хоть знаете, какой ущерб нанесёте школе? — взорвался он, гневно вскидывая руки, — Если кто-нибудь узнает об этом — разразится скандал и, тогда кто буде отвечать за последствия?! — Вы издеваетесь? — не выдержал Чон, но его остановил Тэхён, невзначай уместивший свою ладонь на его колене. — Простите, директор Хон, но, кажется, вы не совсем понимаете, что случилось. Позвольте объяснить вам ещё раз: сегодня утром обнаружили труп одного из ваших учеников, а на его теле — следы насилия, которые вполне вероятно могли быть получены вследствие издевательств сверстников, например. И, раз вы так категорично настроены против выяснения всех аспектов данного дела, то у нас есть основания полагать, что вы непосредственно замешаны и, таким образом, вынуждены будем провести дополнительное расследование, касаемо халатности и пренебрежения собственными обязанностями, как ответственного лица. — Что вы?.. — лицо мужчины побагровело, а из ушей вот-вот и повалил бы пар. — Не хотите способствовать — хотя бы не мешайтесь под ногами, словно надоедливая букашка. — на эти словах Тэхён встал, разминая шею, — запроси ордер на задержание. — посмотрел он на Чонгука, — Не спускай с него глаз, а я пока займусь нашим учеником. Школа потихоньку заполнялась шумными учениками, быстро пробегавшими туда-сюда, о чём-то перешёптываясь. Молоденькие девушки засматривались на невероятно обворожительного молодого человека, что смахивал на больше на нарисованного мальчика, чем на реального человека. Ему было приятно такое внимание, но в то же время, и абсолютно наплевать. Кое-кто другой без проса вламывался в границы его сознания, заставляя сердце пускаться в пляс, стоило оленьим глазам впиться в него, словно клещами. Шумно выдохнув, чем вызвал взволнованные вздохи стоящих рядом, при чём не только студенток, но и студентов, Тэхён толкнул дверь, надпись на которой гласила «Учительская». Внутри находилось всего несколько человек, которые, к слову, не сразу обратили на него внимание, но лишь когда он несколько раз кашлянул, на него уставились непонимающие взгляды. Женщина средних лет, с угрюмыми глазами, спрятанными за огроменными линзами очков, делающие её больше похожей на муху; мужчина, шатавшийся на кресле, при этом размахивая линейкой, что-то расчерчивая ею в воздухе, и парень, не намного старше самого Тэхёна, но выглядевший бодрее, чем добрая половина школы. — Я могу вам чем-то помочь? — паренёк спохватился, ясно улыбаясь. Он не выглядел как типичный учитель, видимо только недавно приступил ко своим обязанностям — полный энтузиаста и надежд привнести в головы и сердца учеников что-то доброе и светлое. — Я должен найти кое-кого, но знаю только то, что этот человек учится здесь. — Простите?.. — не понимая, что должен ответить, переспросил молодой учитель. Двое остальных преподавателей склонились, прячась за школьными журналами, шепча достаточно громко, на что Ким лишь улыбнулся. — Вы чей-то родственник? Тогда… — Простите, я не представился: отдел особо тяжких преступлений, Ким Тэхён. — быстро взмахнув пропуском, Тэхён опустил руку обратно в карман, опираясь другой на стол, — А теперь вернёмся к моему вопросу: ученик. Сколько старших классов в вашей школе? — Всего четыре, не считая средних и… — Только старшие. Сколько учеников в каждом классе? — В каждом не больше двадцати пяти, но… — Значит, в сумме приблизительно сотня. — что-то обдумывая, Тэхён тихо проговаривал себе под нос, пока его вновь не отвлекли, чем только больше разозлили. — Мне нужно увидеть их всех, когда начинается урок? — Всех? До звонка десять минут, но вы хотя бы объясните в чём дело?.. — Как только найду того, кого ищу, обещаю. — Ким склонил голову набок, умещая свободную руку на сердце, словно пытаясь убедить присутствующих в чистоте своих помыслов. Но, наоборот, вызывая лишь большее недоверие и оценивающие, с ног до головы, взгляды. Как только прозвенел звонок, коридоры словно вымерли. Ни единой живой души, не считая, конечно, учителя Ли, как тот позже представился и, следующего за ним, Тэхёна. И, если бы последний не был одет в, обыденно для него, дорогой костюм, то вполне бы сошёл за старшеклассника, который только перевёлся сюда. Остановившись подле одних из множества одинаковых дверей, преподаватель на секунду замялся, поворачиваясь лицом к Тэхёну. — Послушайте, должен вас предупредить: не смотря на то, что это одна из ведущих школ района и, учащиеся здесь выходцы из престижных семей — далеко не все из них соответствуют своим известным фамилиям. Будьте готовы к тому, что вас воспримут не просто неприязненно, но и, скажем честно, враждебно. — Уверяю вас, мне хватит и десяти минут, чтобы разузнать всё необходимое. — он толкнул дверь, пропуская преподавателя, а далее не медля проходя за ним. Ученики даже и не думали вставать, чтобы поприветствовать вошедшего учителя, они-то и разговаривать особо не перестали, продолжая бурно обсуждать какие-то мелочи, перекидываться бумажками, а некоторые, так и вообще, умудрялись спать, при этом пуская слюни на свои конспекты. Ли Кон У дважды постучал по столу, привлекая внимание, но, кажется, что всем был намного интереснее тот, другой, сейчас стоявший оперевшись на косяк двери, скрестив ноги, и быстро обводя взглядом всех присутствующих. Словно машина он сканировал каждого, достаточно было лишь взглянуть в лицо студента. А те, совершенно без стеснения, обсуждали его, не стесняясь затрагивать любой желающий элемент. Понимая, что авторитет из мягкотелого учителя, скажем так, совершенно никакущий, Тэхён решил брать всё в свои руки, пока ситуацию можно было ещё хоть как-то, но контролировать. — Итак, — немного прочистив горло, Ким зачесал волосы назад, вызывая некое аханье где-то с первых парт: отлично, женская половина теперь вся во внимании, — хотелось бы сказать, как я рад со всеми вами познакомиться, но на самом деле, я просто ненавижу бесполезных существ, вроде вас. В классе повисла тишина, отбивающая лишь ритм настенных часов, что казалось сейчас превышал частоту разрешённых децибел, раз так в сто. Учитель, казалось, потерял дар речи, пытаясь сложить в уме что к чему, пока Тэхён упивался с реакции учеников. — Да, кто ты, к чёрту такой? — послышался хамоватый голос, откуда-то справа от него. Тэхён повернул голову в сторону, выискивая смельчака, пока не наткнулся на недовольное, но смазливое личико одного из студентов. Тот был не слишком крупным, но видимо через чур самоуверенным, только непонятно в чём именно: в собственном остроумии или же в папином авторитете? Подобных субъектов Тэхён встречал сплошь и рядом; ну просто обожал ставить их на место, чуть ли не носом тыкая в собственную ничтожность. — Лидер? — хмыкнул Ким, выходя ближе к центру, — Сопляк. — кратко заключил он, наблюдая, как у того меняется выражение лица. — Дядь, ты совсем охренел? — тот вскинул брови, оценивающе окидывая Тэхёна глазами, — стоит только моему… Тэхён выставил руку вперёд, словно прося остановиться. Пустые угрозы для него были не больше комариного писка, а подобный выпендрёж тут же опускал собеседника ниже самого низкого плинтуса. — Агрессор и пустозвон. Обычно, такие как ты нуждаются лишь во всеобщем одобрении; безумно любите собирать вокруг себя компашки подобных гиен, вечно поддакивающих и лебезящих. Лелеешь в себе обиду, конечно, в твоём положение это удобно — готов глотку перегрызть каждому, кто посмеет возразить, вот только сам руки не мараешь. — на этом Тэхён перевёл взгляд на двух сидящих рядом парней. — А вот и гиены. Два парня переглянулись меж собой, отрицательно кивая головой, мол, что это ещё за чудик нарисовался? — Простите, но вы не можете разговаривать с учениками в подобном тоне, я вынужден попросить вас уйти. — учитель сменил милость на гнев, указывая на дверь, но, кажется, что Ким только вошёл во вкус: как же ему нравилось смаковать ту горечь чужих поражений. Первоклассный физиогномист и психолог, словно по кирпичикам раскладывал этих маленьких хищников. Детьми, увы, назвать их у него язык не поворачивался. В каждом из них он видел потенциальную угрозу, не считая пару-тройку тех, кому вообще на всё происходящее было наплевать. — Ты. — он указал пальцем на ученика, сидящего во втором ряду, — подойди сюда. Неуверенно мальчик взглянул на учителя, а потом на ещё на парочку одноклассников, сидящих рядом. Он поднялся, но сделав шаг, зацепил рукой книги, которые тут же с грохотом посыпались на пол. Тэхён склонил голову, наблюдая как тот неспешно собирает их, будто это было самым важным заданием во всём мире. — Всё должно быть идеально, не так ли? — ученик дёрнулся, но тут же вернулся к делу, наспех сгребая книги в одну охапку, при этом укладывая их на стол совершенно ровно и аккуратно, как верно подметил Тэхён. Взгляд парнишки был абсолютно пуст. Только вот на подобное Тэхён не вёлся, слегка почёсывая нос и улыбаясь самыми краешками губ. — Складываешь всё в алфавитном порядке — привычка, перерастающая в больной пунктик; не смотришь в глаза — страх, что тебя снова отчитают, отсюда — искусанные ногти, уверен, стоит немного приподнять рукава твоей рубашки и руки будут расцарапаны; полная отрешённость — добро и зло, третьего — не дано вовсе: либо идеально, либо никак. Но, вот незадача, — Тэхён поднёс руку к виску, несколько раз притрагиваясь указательным пальцем к виску, — ты далеко не жертва сложившихся обстоятельств, скорее — пассивный агрессор. Подобным образом он прошёлся почти по всем, словно знал их наизусть, словно был не просто прохожим незнакомцем, а чуть ли не Богом, хотя тут скорее наоборот. Теперь для этих ребят он был сущим злом с прекрасным лицом и утончёнными манерами. Так изящно облить их говнецом, пожалуй, не удавалось ещё никому. — Теперь я ни на мгновение не сомневаюсь, что из-за вас кто-то захотел бы покончить с собой. Ваши родители явно постарались, чтобы вы выросли такими ублюдками. А вами, учитель Ли, — он повернулся к растерянному, но раскрасневшемуся от злости, преподавателю, — я восхищаюсь. Не легко будет навернуть их на истинный путь, но если вам это действительно удастся, вас, пожалуй, можно будет считать святым. — Да что вы… — Не утруждайте себя, уважаемый, со всеми остальными я встречусь сам. — не дожидаясь какого-нибудь ответа, Тэхён покинул комнату, оставаясь полностью довольным собой. Да, уж, подобный урок запомнится им надолго. Зато, может хоть гадить после себя станут меньше, не надеясь на «всемогущий родительский кошелёк». Только вот, проблем, кажется, меньше не стало. Все ученики были на месте. Ещё перед тем как начинать увлекательный квест, учитель Ли показа ему альбомы с учащимися и, хотя у него было всего несколько жалких минут — он запомнил почти всех, вплоть до имени и даты рождения. Класс 3-2 располагался чуть дальше, но совершенно не отличался от предыдущего, только разве что, студентами. Здесь детишки были поспокойнее. По крайней мере, они не вели себя как одичалое стадо, а вели себя в рамках приличия. Учитель, который вела занятие опешил, увидав чёрную макушку в дверном проёме, но был не в состоянии отказывать столь обаятельному молодому человеку и приглашая его зайти. На этот раз Тэхён решил не тратить свой мозговой ресурс, вычитывая каждого, ограничиваясь лишь несколькими репликами в сторону самых активных. Не хватало лишь одного ученика, но на вопрос куда же он делся, парню дали внятный ответ, о том что Со Джун Хо сейчас находиться в больнице, в связи с недавним отравлением, о чём непосредственно свидетельствовала полученная справка. Долго не задерживаясь на одном месте, Тэхён коротко кивнул, скорее утвердительно, чем в знак извинений за прерванный урок, поспешно направляясь дальше. Сокращая расстояние между ним и следующими дверями, он на секунду задумался о напарнике. Как там Чонгук, с ним же ничего не случилось за те несчастные полчаса, пока Тэхён отсутствовал? Хотел было позвонить, но потом передумал: если бы всё-таки что-то и произошло, то Чон сам бы уже с ним связался, а так, вероятно делает всё так, как ему велели. До аудитории 3-3 оставалось каких-то полметра, когда его сбили с ног, заставляя упасть на бетонный пол, больно ударяясь коленями. Где-то сбоку послышалось такое же глухое падение, а затем недовольное шипение. Тэхён поспешил встать, оборачиваясь на причину его «добровольного» решения протереть своими брюками пол и заработать пару синяков. Это был невысокий парень, с выцветшими волосами и проколотыми ушами. Его рубашка была небрежно спущена поверх брюк, а галстук просто накинут сверху, словно то был ненужный аксессуар. — Ушибся? — потянув парня вверх, поинтересовался Ким. — Совсем нет. Пустите. — даже не пытаясь извиниться или признать свою неправоту, парень поспешил в класс, до которого не дошёл Тэхён. Тот, к слову, продолжал стоять, как вкопанный, пропуская смешок, словно увидев небольшую копию самого себя. Он вошёл в класс, ловля заинтересованные, но уже порядком скучающие, взгляды. «Школьное радио» уже наверняка растрезвонило о у неком «госте», только вот они уже порядком заждались, отчего их желание поглазеть на него порядком поубавилось. Тэхён встретился с удивлённым взглядом паренька, только что налетевшего на него в коридоре. Не сказать, что он был напуган, скорее, взволнован. Не думал ведь, что этот последует за ним. Неужели захочет наябедничать? Настолько уж восприимчивый, что за такую небольшую оплошность, позволит чтобы его наказали? Словно читая его мысли, Тэхён отрицательно закивал головой: у него куча проблем, которые следовало бы решить немедленно, а не возиться с кем-то из-за того, что этот «кто-то», как оказалось, слепой. Не в буквальном смысле, конечно же. — Все ли сейчас присутствуют? — обратился он к молодой преподавательнице, скорее всего, литературы, так и застывшей с книгой в руках и, прижимавшей к сердцу, словно спасательный круг. — Конечно, — закивала она, но голос явно дрожал, будто чего-то недоговаривала. — Вы разве проверили? — Мы делаем перекличку в начале урока, так что… Тэхён зацепился взглядом за пустующее место возле окна, что выглядывало в коридор. Показалось странным, словно о ком-то точно забыли, но нарочно не хотят вспоминать. — Если я переспрошу ещё раз, уверенны, что ответ будет тем же? Учительница задрожала, словно осиновый лист, моргая быстро, как если бы ей в глаз что-то попало.

***

— У До Хан не пришёл на занятия,. — девушка, вжимала голову в плечи, боясь что кто-нибудь из учеников её узнает. — И часто он не приходит? — Тэхён протянул её жестяную банку с колой. — Сегодня впервые. — уже тише добавила ученица. После того, как не дождавшись ответа преподавателя, он покинул аудиторию, его догнала девушка. Пришлось солгать, что ей стало нехорошо и срочно нужно к медсестре, она последовала за мужчиной, пытаясь как можно менее заметно и не привлекая излишнего желания, поделиться собственными волнениями на счёт, куда-то внезапно запропастившегося, ученика. — Вы были близки? — Сейчас? Не то чтобы… — Джон А, наклонила голову и несколько прядей упали вниз, закрывая лицо, — До Хан сам по себе очень закрытый, но в последнее время он стал таскаться с новыми дружками, из-за чего мы немного повздорили… — О ком ты говоришь? И, что значит «таскаться»? — Тэхён опустился на ступеньки, перебирая пальцами. — С тех пор как связался с Ким У Хёком и Со Джун Хо его словно подменили. И, отнюдь, не в хорошую сторону…

***

12 ноября, 13:57, Дэгу, Старшая школа Ханвон Яркое солнце заливало почти что всю площадку школьной крыши. Не смотря на утреннюю прохладу, день выдался неимоверно тёплым. Услышав копошение в нескольких метрах от себя, Ын Джон А поспешила отложить недоеденный обед и осторожно взявшись за металлическую плиту позади себя, выглянуть из своего небольшого укрытия. Это был кто-то из учащихся. Их лиц рассмотреть она не могла, а вот голоса показались достаточно знакомыми. Она не слышала всего; доносились лишь обрывки пустых фраз и взрывающийся смех, заставляющий немного поёжиться. Её это пугало. Но, дорога к выходу была отрезана: попробуй она высунуться, как её тут же заметят, а участвовать в очередных разборках она не хотела. Нет, к ней не относились слишком ужасно, но вот иногда в её сторону прилетали не самые тёплые выражения. Она не была слишком злой и, уж тем более никогда и никому не переходила дорогу, но только вот отдельные индивидуумы так не думали, считая своим долгом время от времени задевать её, даже если по факту, конкретной причины не было. Они всего лишь дети. — Сегодня как обычно? — донеслось до её ушей и, чёрт, она же не собиралась подслушивать, но именно в этот момент, словно предугадывая, машины перестали ездить, ветер вдруг утих, позволяя слышать всё чуточку лучше. — Партия уже в «D2», У только должен её забрать, а дальше всё по старой схеме. — Что на счёт оплаты? — Как только сбудешь товар на место — бабло у нас в кармане, только на этот раз без лишней суеты, усекли? — В прошлый раз как раз-таки из-за тебя мы чуть и не попали,. — Потому что башкой надо думать, прежде чем лезть без предупреждения к объекту! — Прекратите ругаться! — вступился кто-то третий, видимо понемногу начинавший злиться. — Не облажайся на этот раз, — на землю упал окурок, тут же потушенный подошвой кроссовка.

Я обратила внимание на обувь, ведь только её и удалось тогда рассмотреть нормально. Подобная модель — слишком дорогое удовольствие, даже для здешних ребят; не каждый мог бы позволить себя подобное. Но, именно они и стали основой, выбитой у меня из-под ног: следующим уроком была геометрия, учитель Кан как раз объяснял новую тему, когда Ма Ри, сидящая передо мной, зацепила мой пенал, который сразу же упал, рассыпавшись. Мне пришлось наклониться, чтобы собрать всё, как До Хан вытянул свои ноги, и в глаза сразу бросилась пара новеньких кроссовок.

Прошло несколько дней, когда Джон А удалось узнать, чем же на самом деле занимался её одноклассник. Она как раз возвращалась домой после вечерних занятий, как увидела чуть дальше по улице знакомое лицо. Она было попыталась ему помахать, но парень быстро отвернулся, отдаляясь. Держась на небольшом расстоянии, девушка последовала за ним, сильнее сжимая лямку своего рюкзака и моля всех богов, чтобы ничего из того, что она уже себе надумала — не сбылось. Ей не хотелось верить, что её, пусть уже и не такой близкий друг мог быть замешан в чём-то плохом, а даже если и так, то ведь нужно попытаться вернуть его на правильный путь. Парень завернул в один из небольших переулков, оглядываясь, не идёт ли кто? Дальше нужно было перелезть через небольшое ограждение, которое вело к чёрному входу одного из местных клубов, но как только он поставил ногу на небольшой выступ, кто-то схватил его за рюкзак, с силой оттягивая назад. Парень завалился на спину, а слабенькая молния не выдержала, съезжая вниз, откуда тут же посыпались несколько пакетиков с чем-то непонятным. Когда он, наконец, решился открыть глаза, в него сразу же впилась пара колючек, заставляя всё тело поёжиться. — Ты?.. — А ты вероятно ждал кого-то другого… — Чёрт, — быстро схватываясь на колени, юноша принялся запихивать содержимое обратно, но было поздно: то, чего увидеть не должны были — рассмотрели во всей красе, — сделай вид, что ты ничего не видела. — Думаешь это так просто? Предлагаешь забыть о том, что ты решил угробить свою жизнь? — к горлу подступала истерика, вперемешку с обидой, ведь так больно было испытывать подобное предательство, что ли, — Я надеюсь, что ты хотя бы не употребляешь эту дрянь? — А если и так, то что, побежишь жаловаться? Ну, давай, проваливай! — он оттолкнул от себя Джон А, что её пришлось отступить на несколько шагов, но слёзы полились ручьём, беззвучным потоком. — Ты не мог превратиться в такое чудовище! Это не ты, не мой друг! Настоящий До Хан не такой! — голос задрожал, срываясь; юноша подорвался, хватая девушку за руку, одной рукой закрывая ей рот, а другую перемещая с запястья на талию, будто успокаивая. — Прости, прости, прости… мне не следовало говорить этого. — он всё продолжал извиняться, чувствуя всхлипы и то, как его рубашка постепенно намокает от чужих слёз, — Но, ты должна сейчас уйти. Я объясню тебе всё позже, хорошо? Сейчас просто уходи, давай… — он отпустил её, а дождавшись, пока она исчезнет с поля зрения, всё ещё озадаченная и расстроенная, вернулся к срочному делу.

После он ничего не объяснил. Даже не попытался. Только больше отдалился. Я видела, как его дружки бросают на меня недобрые взгляды, а подколы с их стороны только участились. Я поняла, что они знают. Я поняла, наконец, кто именно эти «они».

***

29 ноября, 9:03, Дэгу, Старшая школа Ханвон — Наркотики? — Тэхён хрустнул костяшками, с неким недоверием глядя на девушку. С другой стороны, у него начала вырисовываться картина: школьник, допустим задолжавший кому-то денег за наркотики, не успел вовремя расплатиться и вот, настал час расплаты. Но, что если немного по-другому? — Как ты говоришь звали его друзей? — Ким У Хёк и Со Джун Хо. — Джун Хо ведь не ваш одноклассник? — знакомое имя не давала Тэхёну покоя. — Верно, он из параллельного класса. Ким У Хёк познакомил этих двоих, они с Джун Хо ходили в одну среднюю школу… — Мне сказали, что Со Джун Хо попал в больницу, а где я могу найти У Хёка? — А вы разве его не видели? — Когда это? — Он опоздал на урок, поэтому вошёл в класс за минуту до того, как пришли вы. — Парень с выцветшими волосами? — в ответ Тэхён получил лишь активные кивки головой, — Вот же ж чёрт! — он сорвался с места, хватаясь за перила, и перепрыгивая сразу через несколько ступенек, оставляя девушку одну в недоумении. — Вы так и не сказали, что случилось с До Ханом! — Тэхён обернулся, раздосадовано и немного, виновато глядя в глаза девушки. — Мне жаль. — только и сумел выдавить он, бросившись вперёд не смотря на то, как бедняжка оседает на пол, сжимая в руках края школьной юбки.

***

Несколько секунд как прозвенел звонок, поэтому Тэхён бежал, словно сумасшедший, пытаясь не пропустить знакомую высветленную макушку. Он рассматривался по сторонам, но учеников было слишком много, и почему-то им всем нужно было столпиться именно вокруг него, не давая возможности и шагу ступить. — Эй! — заорал Тэхён, словно воздух руками хватая, заставив мальчишку дать дёру. Он всё же смог выбраться из заточения «фанатов», огибая очередной коридор. Мальчишка не мог убежать далеко, так что шансы поймать его быстро, нельзя было назвать ничтожными. Дыхание сбивалось через раз, заставляя шумно выдыхать, а ещё же нужно было вертеть головой во все стороны, цепляя любую деталь, ведь паршивец мог спрятаться где-угодно. Где-то глухо ударилась дверь, он точно это слышал и, вот, в одном из проходов углядел её. Шаги отдалялись всё выше и выше. Вновь перепрыгивая через несколько ступенек, Тэхён за минуту преодолел четыре этажа, с грохотом выбивая железный лист, оставляя след от ноги. Тот с грохотом отлетел в сторону, поднимая клубок пыли и мусора. Он увидел перепуганного старшеклассника, в отчаянии пытавшегося найти хоть какой-нибудь выход, а стоило Тэхёну подойти ещё на шаг, как тот запрыгнул на выступ, хватаясь за неустойчивые перила, просовывая туловище мимо горизонтальных трубок. — Не подходите! Тэхён, не собираясь поддаваться на глупые уловки, продолжал приближаться, теперь совершенно не спеша, приводя дыхание в норму. — Я сказал вам остановиться, а то я… — Прыгай. — он кивнул, указывая куда-то позади мальчика. — Что? — Разве ты не это хотел сказать? Так чего ты ждёшь? Если хочешь закончить как твой друг — не смею задерживать. — Друг? До. До Хан? — ноги его подкосились, съезжая вниз, но Тэхён подоспел вовремя, хватая его за пиджак и вытаскивая обратно, не церемонясь отбрасывая на землю. — Рассказывая, в какое дерьмо вы оба вляпались, пока я не поволок тебя в полицейский участок. Сердце мальчика колотилось как бешеное, а сам он был не в состоянии связать и двух слов, ведь только что, словно ведро холодной воды вылилась новость, опустошающая изнутри. — Не знаю… я ничего не знаю! Он был жив, вчера ещё был живой! — внезапно, глаза словно заледенели, будто теряя связь с внешним миром. — Я должен бежать! — он ухватился за рукав Тэхёнового пальто, — они найдут меня, и я тоже умру! — Кто «они»? — парень продолжал тормошить того за руку, поэтому не придумав ничего лучше, чем отвесить тому оплеуху, Ким поднёс руку вверх, но не успел, потому что руку со злостью сжали. — Ты совсем из ума выжил? Хочешь попасть под статью? — запыхавшийся Чонгук смотрел ему в глаза, и похоже, что был очень удивлён тому, как Тэхён решился на такое. Кем бы ни был этот парень, он всё же ребёнок и так обходиться с ним просто непозволительно. Они стояли, словно в оцепенении, сверля друг друга взглядами, пока Тэхён не решился первым прервать затянувшуюся паузу. Он опустил руку, зажимая пальцы в кулак, сдерживаясь. На его лице не дрогнул ни один мускул и, возможно, сейчас он бы последовал старой привычке — разворачиваясь и уходя, или скорее, убегая, от ответственности, не желая встречаться лицом к лицу с последствиями, но к сожалению, его, словно невидимой силой сковывало по рукам и ногам, не позволяя сдвинуться с места. Чонгук опустился на колени рядом со школьником. Осторожно взяв его за руку, он стал похлопывать того по плечу, успокаивая. И, спустя несколько минут, тот всё-таки заговорил. — Этот человек сказал, что До Хан мёртв, это правда? — с надеждой переспросил он, желая, чтобы ответ поменялся и это всё оказалось лишь страшным сном. — Он спрыгнул с крыши сегодня ночью, его нашли слишком поздно. — выдержав небольшую паузу ответил Чонгук, ни на секунду не отпуская руку. — Как часто вы посещали «DK Hotel»? — Тэхён не намерен был проявлять хоть какое-то снисхождение, думая лишь о том, как бы поскорее убраться отсюда, желательно не с пустыми руками. — Мы не… — Прекрати лгать. Что-то вроде: «Мы никогда там не были» или «Впервые слышу» -не прокатит. Рассказывай всё, что знаешь: как попали туда? Чем занимались? И если пропустишь хоть что-нибудь — сильно пожалеешь. Краем уха Тэхён услышал, как Чон шикнул на него, но особого значения не придал. Чонгук младше — он ещё слишком наивен и сентиментален, думает, что добро всегда побеждает зло и, никогда — наоборот. Точно такой же ребёнок. — До Хан не был из обеспеченной семьи: его мать обычная торговка на рынке; а после того, как его отец умер, он рассказывал, что мать часто не появляется дома, а бывает, что приводит незнакомцев прямо к ним в квартиру. О том, что У До Хан учится по программе социального обеспечения — никто не знал, потому что отличаться — всегда плохо, особенно — когда находишься в месте, подобному этому. — Программа социального обеспечения? — Чонгук впервые о таком слышал, поэтому был не прочь узнать немного больше, возможно, что это могло как-нибудь им потом помочь. — Каждый год школа проводит конкурс, по результатам которого выбирается несколько студентов, чьё обучение спонсируется. — В таком случае, успеваемость должна быть превосходной? — Если ты проваливаешь хотя бы один экзамен — должен возместить стоимость семестра, только вот сумма поднимается в два раза. — До Хан провалил экзамен? — Не то чтобы провалил… Я сказал, что об этом не знают ученики, но вот учителя — совершенно другое дело. Их отношение к таким ученикам часто несправедливо, так ещё и До Хан повздорил с одним из учителей накануне одного из промежуточных экзаменов. — Его заставили платить? — Директор предложил ему сделку: он мог отработать всю сумму за несколько месяцев, только был обязан держать рот на замке. — Тогда откуда ты это знаешь? — Однажды я увидел его в гостинице, когда пришёл с отцом. Он был одет в униформу официанта. Мы не были друзьями, так иногда перекидывались парой фраз, но потом я кое-что узнал. Вернее, сначала я увидел — синяки у него на руках и спине, когда мы переодевались после физкультуры. Он не захотел рассказывать, и тогда мне пришлось его немного припугнуть: я сказал, что расскажу всем, кто он на самом деле такой, и на какой основе учиться здесь. — Ты его шантажировал? — Я лишь хотел узнать, что… — Но, ты сам сказал, что вы не были друзьями. — Сначала — да, но немного спустя, когда стало понятно, что он должен был делать — мне даже стало его немного жаль. Я искренне хотел ему помочь и, как оказалось, он не был уже таким плохим другом. — Так что произошло? Что До Хан рассказывал тебе? — Сначала это было действительно похоже на обычную подработку, но прошло совсем немного времени, как директор отеля заставил его втюхивать гостям наркотики. А когда он отказался — его избили, угрожая, что расправиться с ним и его семьёй — совершенно ничего не стоит. — Ладно, допустим, что его затащили туда насильно, но как вы, двое идиотов туда попали? Вам, что, не хватало острых ощущений? — Хоть это и было опасно — за это достаточно платили и, мы… мы решили попробовать тоже… — он виновато опустил голову, понимая, что теперь обычным домашним арестом и изъятием всех кредиток — не отделается. — Решили попробовать. — заключил Тэхён, — И как, понравилось? Парень отрицательно завертел головой. Раздался звонок, нарушающий молчание; ведь каждому нужно было время, чтобы всё переварить. Чонгук вытащил из кармана джинс телефон, поднимаясь и отходя на несколько метров. — Ты считаешь он мог прыгнуть сам? — Тэхён взглянул на постепенно приходящего в чувство старшеклассника, даже не смотря на то, что его лицо всё ещё оставалось бледным. — Не мог. Я уверен, что его убили и вы обязаны это доказать! — с вызовом бросил он, заглядывая в чёрные глаза, сейчас смотрящие на него сверху вниз. — Значит, говоришь, директор отеля… Вспомни, может, У До Хан упоминал ещё о чём-нибудь? Может какие-то названия? — Ни о чём таком. Мы редко когда сговаривались по поводу того, чем занимаемся. А, а когда собирались, обсуждали лишь то, что должны были сделать в ближайшее время: распределить товар, назначить время и место. — А, ещё, что значит «D2»? — Условный знак, обозначающий место «сброса» товара. — Каждый раз по-разному, но знак один и тот же? — Координаты всегда приходили на почту, с дополнением в пару символов, которые вбивались в программу и сразу высвечивалось нужное место. — Прямо шпионский фильм какой-то, ей-Богу! В любом случае — ты должен поехать с нами. — Я. я ведь рассказал, всё, что знал… Вы не можете просто меня отпустить? — Мы должны сообщить твоим родителям. — Чонгук подошёл ближе, улавливая о чём переговаривались эти двое. Не обращая внимания на просьбы и уговоры парня, они спустились с крыши, ловля на себе изучающие взгляды чуть ли не всей школы, после так же усевшись в машину, включая мигалки и отправляясь обратно в участок.

***

29 ноября, 16:32, Дэгу, Полицейский участок Чонгук усадил Ким У Хёка на диван, заботливо предложив ему кружку горячего чаю. И пока старшеклассник молча пил напиток, время от времени шмыгая носом, Чонгук открыл файл, вводя новый допросный протокол. Он понимал, высока вероятность того, что показания несовершеннолетнего могут не воспринять всерьёз, к тому же, когда речь шла не просто о каком-то ребёнке, а о сыне достаточно известного человека. С другой стороны, он был не просто одноклассником или же другом потерпевшего, он был самым, что ни на есть настоящим свидетелем. И пусть какой бы ни была его роль во всём этом деле — нужно было хотя бы попытаться. Тэхён поспешно удалился к допросной, где первое, что он увидел — были кислые мины Чимина и Юнги. Они лениво развалились в креслах, немного покачиваясь. Тэхён забрал из рук Юнги папку с протоколом допроса, внимательно изучая, хотя там особо и не было чего изучать. — Что-нибудь ещё узнали? — спросил он, переворачивая страницы. — Пришли результаты криминалистической экспертизы: при вторичном осмотре места происшествия был найден трос. Его не смогли обнаружить сразу, так как из-за сильных порывов ветров ночью, он зацепился за одну из оконных рам. — почти на память цитировал Чимин. — Трос? Это тот, который используют при пожарах? В ответ ему хмыкнули. — Кажется, он хотел спуститься, но сорвался. — Только есть одна не состыковка: коробка с тросом была запечатана, а это значит, что есть всего два варианта исхода событий: или мальчик притащил трос с собой, что кажется не совсем правдоподобным, или трос помесили на место уже после случившегося. — Здесь сказано, что волокна троса были повреждены механическим путём — значит, ему помогли упасть? А что этот? — Тэхён посмотрел на самодовольного мужчину за стеклом, — молчит? — Ну, почему же, как раз, наоборот — очень сговорчив. Выставляет нас идиотами, пытаясь убедить, что совершенно не при чём ко всем тем делам, о которых вы сообщили. И, отчасти, он прав: кроме показаний мальчика и факта того, что До Хан спрыгнул с крыши его отеля — доказательств нет, а значит, по закону, уже спустя, — Чимин перевёл взгляд на яркие цифры настенных часов, отбивающих обратный отсчёт, — тридцать шесть часов, нам придётся его отпустить. — У нас всё ещё есть время и, вот что я предлагаю: сперва нужно доказать, что он и Хон Ман Квон были в сговоре: у одного или другого точно должны быть бумаги, бухгалтерия, в общем, хоть что-нибудь, указывающее на их связь. Во-вторых, необходимо проверить всех, кто в ту ночь находился в отеле; камеры — на одну из них точно должен был попасть У До Хан, а соответственно, и тот, кто, по словам У Хёка, его преследовал. — Выходит, всё-таки убийство? — переспросил Мин, выравниваясь в кресле. — С чего вдруг такое рвение? — не обращая внимания на Юнги, Чимин развернулся лицом к Тэхёну; как ни пытался выведать, о чём думает этот паршивец — никак не получалось. — Скажем так, личный интерес. И ещё, кто-то должен поехать в больницу к Со Джун Хо. Он тоже может оказаться в опасности.

***

— Мотив? — спрашивал сам себя Чонгук, — Должно быть что-то из-за чего его могли убить. Или же, это было непреднамеренное убийство? — он склонился над столом, зарывшись пальцами в волосы, тихо бубня себе под нос. Прошло несколько долгих часов. Присоединиться к ребятам в допросной ему запретили, оставив загибаться, вновь пересматривая тонны видео с камер наблюдений. И, что больше всего его обижало, так это то, что ни один не захотел ему помочь. «Ничего, — думал он, — вот как им что-нибудь понадобится — сразу же прибегут! Ещё и умолять будут!» Тело требовало отдыха и сна, но вместо этого Чонгук вливал в себя уже четвертый стаканчик с кофе, пытаясь направить все свои мысли в одно русло. Работать становилось всё тяжелее, а комнату всё больше и больше заполнял мрак. Необходим был свет, и вот, поднявшись, чтобы нащупать выключатель, он всполошился, напуганный резким рингтоном, раздавшимся где-то совсем близко. Юноша схватился за сердце, тут же выдыхая и ища источник шума. Звонки становились всё назойливее, и тут до Чонгука дошло, откуда исходит звук. Это была одна из тумбочек стола Тэхёна. Словив себя на мысли, что рыться в чужих вещах — не очень-то и красиво, да ещё и ребята могут вернуться в любой момент, Чонгук решил просто переждать. Когда-то же это прекратится, ну в самом деле. Только вот это «когда-то» упрямо не желало наступать. Прошло уже добрых десять минут, а Чону уже хотелось перевернуть тут всё вверх ногами, и плевать, как бы он потом за это отвечал. Поняв, что мог выключить телефон уже триста раз и никто бы его не спалил, он быстро поднялся, распахивая ящик стола, на всякий случай ещё раз выглядывая в пролёт коридора, и быстро выуживая оттуда мобильный. Странно, ему всегда казалось, что у Тэхёна модель поновее. Это «что-то» далеко не вписывалось в обыденные стандарты Тэхёна, что только больше настораживало. Быстро сбросив вызов, Чонгук уже хотел было положить телефон на место, как выражение лицо тут же поменялось. Теперь он не мог сообразить вообще ничего. Контакт был подписан на китайском и, будь Чонгук чуточку старательнее в школе, точно бы сумел прочитать, только вот дополнительные занятия казались ему тогда сущим адом, который он просыпал без зазрения совести. Услышав приближающиеся шаги, Чонгук бросил телефон обратно, ретируясь на место и, принимая как можно больше удручённый вид. Это была Суён. И чего он так переполошился? Должен был узнать её по характерному цокоту каблуков. — Вернулась? — поинтересовался он осторожно, будто волнуясь, что любое слово могло выдать его с головой. — Результаты вскрытия. — она бросила на стол прозрачную папку, стягивая куртку и подходя к зеркалу, немного приводя себя в порядок. Почему-то сегодня она была больше похожа на совершенно обычного человека, чем в любой другой день. Может потому, что сегодня на ней было не супер обтягивающее платье или через чур короткая юбка, а расклешённый брюки в пол? Или отсутствие вызывающего макияжа так сказывалось на восприятии её окружающими? — Это самоубийство? — Можно было бы так считать, если бы одно небольшое «но»: ему проломили череп ещё до того, как он упал с крыши. Выходит, что ему не дали ни одного шанса на спасение — прихлопнули, словно жука. — Бесспорно — лучшее сравнение, но если серьёзно, что на счёт других повреждений? Надпись на затылке? — Судмедэксперты говорят, что ранение было получено за несколько дней и, ещё, в ране нашли следы оксидов металлов, сажу костей животных, дегтя и древесной смолы. — Интересный составчик, а если на человеческом? — Имеется ввиду, краска которую используют для набивания татуировок. — Значит, ему сначала сделали татуировку, а потом вырезали её? Что за варварство? — всё тело дрожало от одного только представления подобной картины. — Не знаю. Кому подобное могло прийти в голову, но этих больных ублюдков мы обязательно должны поймать. — Кстати, что на счёт матери У До Хана? Она приходила на опознание? — Видимо, её не сильно заботит судьба собственного сына, потому как она отказалась разговаривать, а уж тем более приезжать. — Тогда, кто?.. — Родственников, кроме как матери, у него больше нет, так что скорее всего, его кремируют в государственной больнице и оставят в местном колумбарии.

***

Удивительное существо — человек. Мы приходим в этот мир одни, проживаем каждый миг жизни тоже в одиночку. Даже когда у нас есть семья или друзья — мы одиноки. Воспоминания навевают страх, а страх перерастает в зависимость. Мы помним лишь незначительную часть всей нашей жизни, уповая на то, что чего-то не успели или что-то недоделали. Мы не можем потерять момент, потому что никогда его по-настоящему и не ловили: так же, как мы не можем поймать луч восходящего солнца или блик полной луны. Иллюзия и невесомость — неразделимы, а мы, словно в коконе — закрыты, изолированы. Умираем мы тоже в одиночку, только кого-то вспоминают, а кто-то остаётся лишь одним из десятка тысяч имён. Мы не существуем. Нас на самом деле нет.