Иллюзия случайности

BIBI — KAZINO

***

7 января, 12:56, Дэгу, Парк Апсан — И долго нам ещё здесь торчать? — Юнги сидел на пассажирском сидении, чуть приоткрыв окно и наблюдая за бегавшими туда-сюда криминалистами. Прошло больше часа, как они приехали сюда, получив вызов о том, что предвыборное мероприятие было сорвано, поскольку курьером была доставлена подозрительная посылка. Куча людей, разодетых в синие куртки сейчас толпились небольшими группками, чем напоминали миньонов, потерявшихся в толпе незнакомцев. Следуя протоколу необходимо было их всех допросить, но сделать это быстро было практически невозможно. Ни один не мог сложить двух слов, всё время тыкая кого-то, стоящего рядом, отчего версии разнились настолько, что пришлось бы заводить с десяток новых дел. Поэтому, прибывшие на место полицейские занимались тем, что пытались успокоить взволнованных и перепуганных граждан и отправить их по домам. Вопрос был в том, чтобы среди всей этой тараканьей беготни выцепить организаторов мероприятия и, естественно тех, ради кого всё это и затеяли. — Они пытаются найти Пак Ми Кён, но она куда-то пропала. — Чонгук пробивал телефон женщины, надеясь, что она ещё не успела его выключить. — Она была тут? — Это мероприятие в целом было ради неё, если можно так выразиться. — Объясни? — Посмотри по сторонам — на всех плакатах Ко Хён Су, но в предвыборных бюллетенях его имени нет. Краска на этих бумажках всё ещё не высохла, а значит их перепечатывали совсем недавно, скорее всего — сегодня ночью. Версия о том, что госпожа Пак всего лишь представитель интересов своего мужа, как мне кажется, неверное. Скорее всего, она здесь ради себя. Вчера я кое-что проверил: на самом деле, она уже была замужем. Четыре года назад, при загадочных обстоятельствах погиб её первый муж, Бо Джун Ки. — Это не его, случайно выбрали как представителя округа во время прошлых выборов? — Тогда у него было всё, — Чонгук вытащил из внутреннего кармана куртки несколько сложенных листов и передал их Юнги, — власть, деньги, репутация, пусть и не самая благоприятная, но всё же. И, конечно, молодая супруга. О их личной жизни практически ничего не известно, нет никаких совместных фотографий и прочего. Они появлялись вместе только на закрытых вечеринках. С чем был связан почти затворнический образ жизни — непонятно. — Что случилось четыре года назад? Бо Джун Ки пропал со всех новостных порталов, а его кампанию быстро прикрыли… — Его госпитализировали в клинику «Содам», где он провёл около пяти месяцев, прежде чем умер. — Разве это не та же клиника, где находился Ко Хён Су? — Именно, что ещё более странно. Точнее, наоборот, теперь это всё приобретает какой-то смысл. — Диагноз? — Психоз, начальная стадия шизофрении. В медицинской карте было отмечено, что данное расстройство связано с употреблением психоактивных веществ, что привело к значительным изменениям настроения, изменению уровня осознанности, спутанности сознания и иррациональному поведению. — Кто поставил диагноз? — В карте была подпись врача, поэтому мы провели небольшое исследование и… — Мы? — Если честно, то это была идея Тэхёна, и сейчас он поехал в клинику, чтобы разузнать обо всём поподробнее. Достав телефон, Чонгук быстро пробежался глазами по недавним звонкам, нажимая на зелёную иконку. Обижаться долго на Кима у него не получилось: тот решил загладить свою резкость вкусным ужином, к слову, на который он затащил Чонгука чуть ли не силой, но всё же. Чонгук зарёкся больше даже и не вспоминать о том, что между ними произошло, но к сожалению, или к счастью — не Тэхён, напоминавший о небольшом происшествии при любом удобном случае.

 Слушаю. — раздался в трубке низкий голос. — Ты на громкой связи. — быстро отчеканил Чон, осознавая всю безбашенность старшего. — Я понял, сладкий. — словно нарочно протянул Тэхён, вгоняя Чонгука в краску. Юнги сидевший рядом, вытаращил глаза, прокашливаясь. — Как… как там обстановка? — Я только что закончил разговор с персоналом, и сейчас стою под кабинетом главврача. Судя по всему, он не в настроении со мной разговаривать, хотя меня это как-то мало волнует. — на фоне раздался звук открывающейся двери и грохот, словно уронили кучу книг. — Что там? Всё в порядке? Послышался смешок. — Вызывай сюда ребят, кажется, ему будет что нам рассказать.

Суён с Чимином уже направлялись к другой машине, давая знак, что они могут уезжать. Юнги быстро захлопнул дверцы, радуясь, что не придётся больше лицезреть всех этих «одинаковых с лица». Дорога к участку затянулась: на дорогах была куча машин и пробки тянулись чуть ли не вдоль всего города. Чонгук волновался, что они могут не успеть вовремя, хотя с другой стороны, там был Тэхён, который, в случае чего, был в состоянии разобраться с любой возникшей проблемой. Был Юнги, желавший закончить со всем поскорее и вернуть себе излюбленное времяпрепровождение с Чимином, которое терпело крах, в связи с вечным давлением со стороны.

***

7 января, 15:09, Дэгу, Полицейское управление Тэхён стоял спиной к человеку, что сидел позади него, нервно грызя ногти. Сейчас он не был похож на влиятельного врача одной из самых престижных психиатрических клиник города, а скорее смахивал на одного из её пациентов. Он сидел в чистом белом халате, накинутом поверх серой строгой рубашки, потому что даже не успел переодеться, как его скрутили и поволокли в участок. Волосы торчали в разные стороны, а смотря на его выражение лица можно было подумать, что его сейчас стошнит. Только Тэхён оставался совершенно беспристрастным, не выказывая совершенно никаких эмоций. Лишь небольшая ухмылка проскакивала, стоило взглянуть на отражение мужчины. Юношу всегда забавляли такие вот люди. Сами из себя ничего не представляющие, но воображающие невесть что. Будто бы они и не люди вовсе, а боги. Но, больше, чем наблюдать, ему нравилось опускать их с неба на землю. Раскладывать по кубикам, указывая на саму ничтожность их существования, доводя до нервной агонии, да так, что они и сами об этом не догадывались, выворачивать их души, а потом — растаптывать. Всё это было словно игра. Игра, которую он начал ещё давным-давно, вернее, даже не он. Его насильно кинули на это игровое поле, в надежде, что он сдастся. Но, не тут-то было. Пришлось находить обходные пути и лазейки, дабы быть не тем, кем управляют, а тем, кто управляет. Ким не задавал никаких вопросов, выжидая. Важно было довести преступника до предела, чтобы он, в страхе быть уничтоженным, сам начал говорить. Сделать это было не сложно, учитывая, что мужчина уже начал подавать признаки паники. Возможно, для него самого это было не так очевидно, но не для Тэхёна, уже давно разбиравшегося в психологии подобных индивидуумов. Тишина давила на мозг, заставляя тот сжиматься до размеров небольшого ореха, что лишь подкреплялось монотонным отбиванием стрелок настенных часов и еле слышным ритмичным постукиванием костяшками пальцев по стеклу. Глаза мужчины бегали туда-сюда, ища точку опоры, но все они рушились, словно карточный домик, под гнётом каждой последующей секунды. — Хватит! — мужчина взревел, вскакивая с места, но тут же осел обратно, поскольку наручники, обвивающие его запястья, были пристёгнуты к железному столу. Тэхён слегка повернул голову, всё ещё не проронив ни слова. Ему было интересно, на сколько же ещё его хватит. Этот мимолётный выпад был лишь первым звоночком, но переходить к действиям было по прежнему рано. Игнорирование. Первое правило, если хочешь довести кого-то до ручки, просто не обращай на него внимание. Тэхён хорошо усвоил подобную практику, месяцами просиживая в одиночестве под замком в холодной комнате, или же наоборот, в комнате полной людей, делавших вид, будто он — невидимка. В случаях особой напряжённости много времени не требовалось; вот и сейчас он мог наблюдать, как мужчина, всячески пытаясь привлечь его внимание: ёрзал на стуле, проезжаясь железными ножками по полу, издавая неприятный резкий звук. Юноша немного размял шею, наконец, поворачиваясь лицом к подозреваемому. И тот замер, встречаясь с холодным пронзительным, но в то же самое время, насмешливым и презрительным взглядом тёмных глаз. Подходить Тэхён не спешил, оставаясь на том же месте, немного поджимая губы, и прищуривая глаза. Манипуляция. Кажется, что юноша вдоль и поперёк изучил состояние сидящего перед ним человека. Тот был на грани срыва, и оставалось лишь немного подтолкнуть его, при этом не выказывая себя, словно это он сам так решил. — Итак, господин Шин Му Сон, не хотите ли вы немного побеседовать? Как насчёт, любимой книги? Или вы скорее предпочитаете поэзию? — Тэхён коснулся пальцами виска, мечтательно поднимая глаза. Теперь мужчина выглядел как потерянный ребёнок, не понимающий к чему ведёт этот странный и раздражающий человек. — Я видел в вашем кабинете несколько сборников Чон Чжи Ёна, сдаётся мне, что вы более мягки, чем пытаетесь казаться. — теперь Шин Му Сон смотрел на него взглядом побитой собаки, чуть опуская и снова приподнимая голову, точно соглашаясь. Казалось бы, ничем неприметная деталь, вовремя попавшая Тэхёну на глаза, теперь играла чуть ли не ключевую роль во всём этом спектакле. С каждым произнесённым словом, мужчина словно верил в то, что ему поверят, и станут на его сторону. Тэхён двинулся вперёд, ни на секунду не прерывая зрительный контакт, втираясь в доверие, словно самый настоящий лис.

«Море, на кусочки разлетается; Скользкое, как стайка ящериц…»

Низкий голос убаюкивал, приглушая сознание и позволяя делать с ним всё, что только душе будет угодно. Рядом со спокойствием, веявшим от бархатистого тона, подобно страшному рыку в голове Шин Му Сона проносились кровавые картинки. С каждым вымолвленным словом появлялось новое и новое воспоминание, словно тягучей волной накрывая с головой, чуть-чуть и точно поглотит всего, накрывая горечью лжи и вины.

«От белых когтей Царапины алее и печальней, чем кораллы.»

Мужчина зарылся руками в волосы, хватаясь за них и оттягивая, словно никакая физическая боль не могла сравниться с тем ураганом, сейчас проносившимся в его подсознании. — Так что же стало с тем, кто возжелавши славы, решил поддаться на вожделение греху? — опустив руку на плечо мужчины, Тэхён опустил голову, шепча тому на ухо. Он чувствовал, как всё его тело дрожит, а кулаки сжимаются до такой степени, что наверняка останутся следы. Тэхён не мог увидеть его лица, что сейчас так упорно пыталось скрыться в ладонях, но прекрасно осознавал, что почти достиг цели. Нет, он не радовался, пока ещё рано. Лишь предвкушая собственную победу, получал неимоверное наслаждение. — Ángel de la muerte. — еле слышно оговорился Шин Му Сон, оттягивая ворот рубашки, как будто ему стало не хватать воздуха. Тэхён опустился напротив, выгибая бровь и складывая руки в замок — один-ноль в его пользу.

***

7 января, 16:30, Дэгу, Полицейское управление — Я ничего не понимаю, — Чимин отпил немного кофе из бумажного стаканчика, потирая другой рукой раскрасневшиеся глаза, — Пак Ми Кён, решившая избавиться от своего супруга, подговорила главного врача психиатрической клиники, чтобы тот помог поскорее превратить Ко Хён Су в овоща, так же, как и своего первого мужа Бо Джун Ки четыре года назад, так? — Пока всё логично. — Но, для получения страховых выплат, недееспособного состояния недостаточно, поэтому им пришлось бы убить его. Вопрос: зачем им нужно было расчленять его и рассылать в подарочных упаковках, зная о том, какую шумиху это вызовет и о том, что в первую очередь подозрение падёт именно на саму Пак Ми Кён, в то время, как она сама же и пришла с заявлением о пропаже своего мужа? — Шин Му Сон согласился принять Ко Хён Су в клинику и регулярно отпаивать его таблетками, — Тэхён закинул ноги на стол, немного покачиваясь на стуле, — при этом начав шантажировать её, требуя больше денег, но так как страховая компания отказалась выплачивать деньги, в связи с тем, что должно быть предоставлено свидетельство о смерти, заплатить было не чем. — Что он сказал о Бо Джун Ки? В его случае, ни о каких страховых выплатах речи не шло. — Тоже самое касается и обстоятельств его смерти: к этой информации нет совершенно никакого доступа, включая дату смерти. — Я знаю, что это прозвучит неимоверно странно, — Чонгук шмыгнул носом, выглядывая из-за огромного монитора, — но есть ли вероятность того, что Бо Джун Ки — жив? Нервные переглядывания не сулили ничего хорошего, кроме как дружненького взрыва мозга, поскольку каждая последующая версия, казалась абсурдней предыдущей. — Допустим, но тогда, во-первых, где он сейчас и чем занимается, и что случилось четыре года назад? А во-вторых, достаточно ли веским мотивом являются деньги, чтобы ради них придумывать настолько запутанные схемы? — Люди и не на такое способны, лишь бы разжиться лишним миллиончиком, знаешь ли. — А где Суён? — обозвался Юнги, отвлекая всех, хотя скорее переключая всеобщее внимание с одной проблемы на другую. — Написала, что уже на подходе. Вроде как говорила, что у неё знакомые в патруле есть, могут помочь достать камеры в округе больницы за то время, когда исчез Ко Хён Су. — Неужели она, наконец занялась чем-то полезным? — Я, вообще-то, всё слышу, придурок. — появившаяся из неоткуда девушка, заставила Юнги подпрыгнуть на месте, театрально хватаясь за сердце, изображая приступ. — Нарыла что-то? — Не так много, но того, что есть вполне должно хватить. Значит, смотрите, — она быстро скинула куртку, бросая её на диванчик и опускаясь на мягкое сиденье, — Ко Хён Су пропал где-то в районе между двадцать девятым декабря и вторым января, когда мы получили первую посылку, а так как записи стираются автоматически в конце каждого месяца, то он должен был попасть на них, как минимум, дважды. — Ты ведь не скажешь, что из-за грозы, метеорита или подобной хрени, камеры ни черта не записали? — Не скажу. — съязвила Суён, кривляя Чимина, — последняя запись, на которой есть господин Ко, сделана первого января, около двух часов дня. Только вот, это не та камера, что висит на въезде или в одном из коридоров больницы. Небольшая парковка на заднем дворе — чётко видно, как Шин Му Сон вывозит его на кресле, а после машина теряется в лесу. — Похоже, что это было спланированное похищение. Удалось узнать, что это была за машина и, кто владелец? И, погоди, что значит «теряется в лесу»? — Клинику окружает лес, но он слишком запутанный, и найти дорогу, что выходит на трассу не так и легко. Так что, это точно не совпадение и не случайность. Номерных знаков разглядеть не удалось, машина была слишком грязной, но мы проверили весь персонал и транспорт больницы, а потом и всех, кто мог быть знаком с их семьёй — вполне вероятно, что это машина Пак Ми Кён, которую она приобрела ещё будучи замужем за Бо Джун Ки. Только вот, зарегистрирована она на другое имя — Ха Джи У. Но, такого человека попросту не существует. — Вы отследили её? — Объявили в розыск, и разослали ориентировки во все поста, но пока никто не связывался. А что у вас? — Сейчас, помимо того, что нам нужно найти Пак Ми Кён и Ко Хён Су, нужно узнать, что случилось с Бо Джун Ки. Есть информация о его семье? Мы можем связаться с ними? — Если нужна информация, то нужно обращаться на прямую к источнику. — Тэхён хитро улыбнулся, намекая на не совсем законный способ узнать необходимые детали. — У меня одного дурное предчувствие, что это закончится для всех нас плохо? — Тогда беги к мамочке, Пак Чимин и попроси подтереть тебе сопли. — Тэхён надул губы, чем насмешил половину своих коллег. Юнги дёрнул Чимина за рукав, мол, не обращай внимания, он всегда такой. Спустя несколько минут Тэхён уже набирал нужную ему кодировку, совсем не обращая внимания на всех, нависших над ним коллег. И, хоть он и не сильно любил делиться своими секретными формулами, был уверен, что они и половины из всего, что он делает не запомнят. — Это фотография Бо Джун Ки. — на экране высветилось фото с худощавым мужчиной. Строгое лицо, которого и требовал пост чиновника, но во взгляде читалась полная отрешенность, словно ничего его и вовсе не интересовало, — Не выглядит он как человек, стремящийся к чему-то, хотя фотография была сделана за несколько лет, до того, как он ввязался в политику, так что… — Его лицо кажется мне знакомым… — Чимин отодвинулся от монитора, почёсывая затылок. — Может видел его на брошюрках? — Да нет же, ощущение такое, словно совсем недавно встречался… Аа, вспомнил! Когда виделся с Пак Ми Кён — охранник, что был тогда с ней. Он ждал её возле машины, я ещё внимание обратил, он стоял в кепке, словно не хотел, чтобы его заметили или узнали. Да и после, он вечно таскался за ней по пятам. — То есть, Бо Джун Ки всё это время был жив, как и предполагал Чонгук, и даже не просто жив, а ещё и рядом со своей бывшей женой? — Что за пиздец? Извините за мой французский, — выругался Юнги, — но такого я ни разу в жизни ещё не встречал! Я-то думал, что мы уже всякого перевидали, но это… — Если подумать, то из-за чего четыре года назад он проиграл? Точнее, из-за кого? Правильно, Ко Хён Су. Если они спланировали всё это вдвоём? Я имею ввиду, Бо Джун Ки и Пак Ми Кён — сымитировать смерть Джун Ки, во-первых, обмануть Ко Хён Су, чтобы обанкротить его и фирму, прибрав ко своим рукам всё, до последней копейки, во-вторых… — Им нужно было ещё подкупить врача и, как видим, сделать это оказалось совершенно не сложно. — Тогда, что с госпитализацией самого Бо Джун Ки? Зачем было помещать его в клинику? — Может, чтобы припугнуть? Если всё дело в женщине, тогда что Ко Хён Су, что Бо Джун Ки были настолько опьянены ею, соглашаясь на всё, чтобы она не предложила. — Смогла бы одна женщина провернуть всё это? Звучит не правдоподобно. — В наше время, женщины такие существа… — Чимин запнулся, натыкаясь на укоризненный взгляд со стороны, тот час же переводя тему, -… я имею ввиду, что, ну… да даже отец Ко Хён Су говорил, что эта Пак Ми Кён настоящая хищница и, вот… Имеем, что имеем. — Скорее нас отымеют, если мы не разберёмся со всем поскорее. — Опять эти твои шуточки? — Захлопнись. — Прекратите оба. Нам нужно решить, что делать, прежде, чем они решат отпилить от Ко Хён Су ещё кусок. — Вот как поступим: отправим людей в дом Ко Хён Су, на случай, если Пак Ми Кён вернётся назад, далее: отследим её последнее местонахождение и установим слежку за их телефонами. Вышлите ориентировку на них и предупредите людей, что патрулируют вокзалы, автостанции и аэропорты. — Что делать нам? — Тэхён и Чонгук, найдите адрес дома, где раньше жили Бо Джун Ки и Пак Ми Кён, чисто теоретически они могли поехать туда — проверьте. Суён, возьми кого-то с собой и езжай в офис предвыборного участка, обыщите там всё и сразу сообщите, если что-нибудь найдёте. А мы с Юнги будем отслеживать все ваши передвижения, и в случае чего — подстрахуем.

***

8 января, 2:17, Дэгу, Ayang Railroad Сильнейший ливень пустился как всегда «вовремя» смывая все подъездные пути и заливая практически все водосточные трубы. Машины не могли сдвинуться с места и даже мигалка, предусмотрительно включённая Чимином, сейчас совершенно никак не спасала ситуацию. Где-то с полчаса назад поступил сигнал о том, что машину Пак Ми Кён засекли камеры по пути к одному из центральных мостов Дэгу. Дорога и так была не близка, а учитывая плачевные, при чём, в прямом смысле слова, погодные условия, так и вообще тянулась целую вечность. Парни уже успели поругаться, и сейчас сидели, словно набрав в рот воды, отвернувшись каждый ко своему окну. Кажется, что даже общая цель никак не подталкивала к тому, чтобы собраться и сделать этот идиотский последний рывок, для поимки преступника, но то ли они уже выдохлись окончательно, то ли вся эта позиция, вечно тянущих и отдувающихся за всё окончательно осточертела, но делать первый шаг никто из них не собирался. Хотя, назвать конкретную причину назвать также никто не мог. Они просто взяли и разругались, наговорив друг другу кучу гадостей, вспоминая всё плохое, что имело место быть в их совместной жизни, потому что, ну как без этого, совершенно не заботясь о чувствах друг друга. Сработала рация, закреплённая в машине, и Чимин быстро схватив её, нажал на кнопку.

— Вы уже на месте? — Мы подъезжаем, но Чимин-хён, кажется, мост закрыт на реставрацию, сюда бы не проехала машина… — Осмотритесь вокруг, но не выдавайте себя. Оружие при вас? — Да. — Используйте только в случае реальной опасности, сейчас мы не в том положении, чтобы подставляться.

***

— Тэхён, ты видишь что-нибудь? — Только твою отличную задницу. — пустил смешок Ким, получая удар по руке. — Дурак. Я серьёзно, но похоже, что тебя не волнует даже то, что кто-то может умереть… — Да ладно тебе, я просто пошутил, окей? Извини. А если серьёзно, то нам нужно попасть внутрь, но, кажется, что об это уже позаботился кто-то другой. — он указал на сбитый замок, валявшийся под небольшой стеклянной входной дверью. Чонгук опустил руку на бедро, где был закреплён пистолет и осторожно осмотревшись вокруг, сделал несколько шагов вперёд. Дождь лупил по стеклянной крыше с такой силой, что казалось, был способен разбить хрупкий материал в два счёта, обрушая на них поток ледяной воды. Света нигде не было — из-за предстоящей реставрации всё электричество отключили, а слабый свет от фонариков не позволял разглядеть что-то дальше, чем на один метр. — Стой, — шепнул Тэхён, оттягивая Чонгука за капюшон, так что тот упёрся носом в его грудь, — там кто-то есть. Чонгук почувствовал, как бьётся сердце Тэхёна, и самому стало спокойней, словно минуты замедлились, позволяя насладиться моментом. И, вероятно, он простоял бы вот так, забывшись, ещё очень долго, если бы вовремя не дал себе мысленно подзатыльник, о том. что они всё-таки, на задании. А подумать о том, как бы им прожить дальнейшую счастливую жизнь и умереть в один день он может и попозже, когда их задницы не будут в опасности. Голоса раздавались не очень далёко, но расслышать о чём идёт речь, было трудно. Понятно только то, что эти двое ругались и, судя по всему это были двое разыскиваемых — Бо Джун Ки и Пак Ми Кён. Луна, исходившая от грубой брани, заламывалась о стеклянную поверхность и рикошетила во все стороны, подобно световым лучам. Тэхён закопошился, аккуратно выглядывая из-за небольшого укрытия, всё ещё не отпуская Чонгука и прислушиваясь к голосам, что с каждой секундой становились всё громче и громче. Чонгук немного отодвинулся, чтобы у него была возможность говорить, но так, чтобы не шуметь лишний раз. — Ты видишь Ко Хён Су? — он зашипел так же, как и Тэхён пару минут назад, на что тот отрицательно завертел головой. — Что там происходит? — Помолчи хоть немного, если не хочешь чтобы нас заметили! Движение со стороны прекратились, видно кто-то навострил уши. — Эй, ты слышала? — грубый голос раздался почти над самым ухом Чонгука, если бы не Тэхён, вовремя прикрывший его собой, вжимая в стену с такой силой, что, казалось, ещё чуть-чуть и сломает пару рёбер. — Ты просто параноик! Кому придёт в голову искать нас тут? — более мягкий женский голос быль немного дальше, и они сразу поняли, что это Пак Ми Кён. — Например этим идиотам к которым ты побежала, идиотка! Я же просил не рыпаться, но нет, кто я такой, чтобы меня слушать? — Прекрати истерить! Если бы не я, то ты бы и знать не знал о деньгах и до сих пор гнил бы в той больничке, куда тебя упекла твоя мамаша! — Не смей говорить о моей матери в таком тоне! — Тогда перестань ныть и займись, наконец, чем-нибудь. — уже спокойнее произнесла она, — Тут и без твоих истерик тошно. Вечно ноешь, какой ты бедный и несчастный, словно тебе три года, а как доходит до дела, так портишь всё, к чему притрагиваешься. — Что же ты, не осталась со своим новым муженьком? — Да потому что такой же дубина, как и ты! Да только оказался посмышлёней. Особенно, после того, как родители мозги промыли, стал, ну просто примерным сыном. — она повернулась куда-то, внезапно рассмеявшись, словно умалишённая, — И отвратительным мужем. Маменькин сынок. Чонгук ущипнул Тэхёна, и тот прикусил губу, сдерживаясь, чтобы не ответить тем же, поскольку шанс выдать себя в этой ситуации был девяносто девять и девять процента. — Нам нужно избавиться от него сегодня. Мы больше не можем тягать его за собой — слишком небезопасно. А на рассвете, когда доберёмся до порта, сядем на корабль. Тэхён осторожно вытащил из кобуры Чона пистолет, поворачиваясь на носочках и приставляя оружие к виску мужчины, тут же застывшего на месте. Пак Ми Кён всё ещё была повёрнута спиной и, воспользовавшись моментом, Ким подталкивая Бо Джун Ки, двинулся вперёд. Чонгук вытаращил глаза, не ожидавший такого исхода событий, попытался как можно быстрее отправить Паку сообщение, прося о помощи. — Кажется, корабль отменяется. — Тэхён наставил дуло пистолета на женщину, которая вздрогнув от неожиданности, начала отступать назад, — Чонгук, надень на неё наручники! Стояло Чону сделать несколько шагов вперёд, как она выхватила что-то из кармана, падая на колени, возле тела, как позже заметил Чонгук. В небольшом лунном свете сверкнуло лезвие. — Никто не сдвинется с места, конечно, если вы не хотите, чтобы в его теле, — она схватила бессознательного мужчину за воротник, — появилось несколько лишних дырок. — Вы же понимаете, что делаете себе только хуже? — Чонгук пытался разговаривать как можно более мягко, располагая к какому-то конструктиву. В отличии от Тэхёна, не любившего затягивать момент. — Статья за мошенничество, подделку документов, похищение и, нанесение тяжёлых телесных повреждений. Дамочка, вам уже грозит прилично, убьёте его — сядете пожизненно. — Не сяду. Вы даже не представляете, через что мне пришлось пройти, лишь бы у меня было то, что я сейчас имею. Кто вы такие, чтобы отнимать у меня это?! Эта власть принадлежит мне, ведь без меня эти идиоты ни за что в жизни не добились бы подобного расположения! А теперь вы хотите лишить меня всего?! — Не в вашем праве, лишать другого жизни! Опусти нож, потому что ровно через три секунды я спущу курок! — Тэхён, нет! — Чонгук завопил, перекрикивая шум дождя, но зная натуру парня, он не сомневался, что тот-таки сделает то, что задумал. — Раз! На фоне послышались полицейские сирены. Если бы можно было продержаться ещё чуть-чуть, тогда бы всё было совершенно по-другому. — Два! Если бы однажды ты сделал другой выбор — изменилось бы что-нибудь сейчас? — Три! — Чонгук бросился к Тэхёну, хватая его за руку и перенаправляя оружие куда-то в сторону. Послышался звон стекла, тут же обрушившийся на них потоком воды и осколков. Бо Джун Ки кинулся к женщине, хватая её за руку и пытаясь уйти, но следующий выстрел раздавшийся спустя минуту, пронёсся прямо в миллиметре от его уха. — Не двигайся, ублюдок! Иначе следующий будет в твою голову. — процедил Тэхён, снова наставляя пистолет. Чонгук пытался подняться на ноги, но боль от порезов застилала глаза, не давала двинуться с места. — Тэхён, пожалуйста… — Я не сдамся полиции! — Тогда подохни. — Стой! — Чимин, подбежавший только что, схватил Кима за руку, пытаясь отобрать пистолет, пока Юнги, всё ещё держа мужчину и женщину на прицеле, подходил к ним всё ближе и ближе, — Эй! — он крепко схватил его за затылок, не давая возможности двинуться, — Помоги Чонгуку, ты ему нужен! Он смотрел ему прямо в глаза, словно гипнотизируя и, кажется, Тэхён поддался. Он шумно выдохнул, встряхивая головой и поворачиваясь к парню, сидящему на полу. Чимин, и так потерявший много времени, вытащил наручники, шагая к паре. — Вам некуда бежать, поэтому будьте благоразумны. За препятствие полиции — получите дополнительный срок, так что сдайтесь, пока у вас есть такая возможность. А если нет — то мы будем стрелять на поражение. Мужчина упал на пол, начиная орать и, благо, он прикладывал не так много сил, а то бы ещё немного, и пол бы тоже не выдержал, роняя их всех вниз. — Вы имеете право хранить молчание, а также право на адвоката. Помните, что всё, сказанное вами, может быть использовано против вас на суде. — с последним щелчком затвора произнёс Чимин.

***

8 января, 7:28, Дэгу, Полицейское управление Ко Хён Су, всего окровавленного и с тяжёлыми увечьями доставили в больницу, сразу же сообщив об этом его родителям. Врачи констатировали, что его жизненные показатели не стабильно тяжелы, и ещё непонятно, выживет он или нет. А двух несостоявшихся аферистов доставили в участок, для допроса. — Вы же знаете, почему вы здесь? Госпожа Пак. — Почему? — Зачем вы это сделали? — Мой муж был эмоционально неустойчив. В юности он лечился от тревожного расстройства. Я думала, что ему стало лучше, но его состояние ухудшилось, после того, как он взялся за новое дело. Он не смог справиться с давлением, так что… — Вы поместили его в психиатрическую клинику. За рулём машины, зарегистрированной под вымышленным именем. — Так захотели его родители. — Боже, это довольно страшно. Ко Хён Су пропал первого января. Мы проверили ваше расписание в тот день. Вы отменили встречу и исчезли примерно на два часа. Чем вы занимались? В ответ последовало лишь молчание. — Хорошо, — Юнги достал несколько фотографий из чёрной папки, — попробуем ещё раз. Почему вы были на скоростной автостраде Хонан в это время? «Я отправилась в больницу, чтобы спрятать Ко Хён Су»! — Юнги бахнул кулаком по столу, вынуждая женщину хоть к какому-то ответу. — Я поехала туда, потому что мне позвонили и сказали, что он пропал. — быстро проговорила Пак Ми Кён, не поднимая глаз. — В тот день, — Юнги указывал пальцем то на неё, то на фото, — вы снова были за рулём авто, а ночью сдали её на лом. Владелец опознал Бо Джун Ки, и добавил, что видел женщину, ждавшую его неподалёку. И знаете что, женщина уж больно была на вас похожа. Может вы её выбросили, чтобы мы не нашли никаких следов? — Я только пыталась замести его следы в больнице. — Вы собираетесь и дальше лгать? Вы думаете, что сможете выйти отсюда под таким предлогом? — Что будете делать? Юнги сдвинул брови, не понимая вопроса. — Вы следили за мной некоторое время, так что должны знать лучше всех. У вас есть прямые доказательства, что это я похитила господина Ко и отрезала ему конечности? — Что? — Вы всё это время просто ошибаетесь. Я понимаю, что вы взволнованы тем, что у вас есть какие-то зацепки, но вы должны знать, когда остановиться. — Ángel de la muerte. Женщина рассмеялась. — Как долго вы будете тратить своё время как идиот? — Что вы сказали?

***

— Честно сказать, — Тэхён откинулся на спинку кресла, — я немного разочарован. Что мы не смогли найти Ко Хён Су раньше. Если бы мы не потеряли золотое время. — он повернул голову набок, — Это только что пришло мне в голову. — О чём ты?.. — Мы отдали с вами этому делу все силы и, едва сумели зайти так далеко. Но, только для того, чтобы узнать, что всё это началось с обыкновенной человеческой глупости. И жадности. Это всё из-за денег? Ко Джэ Хан, Ко Хён Су, Бо Джун Ки, Шин Му Сон и Пак Ми Кён, в том числе. Единственное, что связывает их всех — жадность. На чьей, интересно, стороне мы бы оказались? — В этом есть смысл… — Окей, так! — Чимин хлопнул в ладони, развевая мимолётную грусть, — Мы с вами молодцы, а поэтому разрешаю всем взять сегодня законный выходной. Но!.. — Это идиотское «но» ещё никогда не предвещало ничего хорошего. — шепнул Тэхён Чонгуку на уху, отчего тот заулыбался. — Да говори уже! — Юнги поторопил его, поскольку ему уже было не в терпёж оказаться в тёплой домашней постельке. — Прежде вы должны закрыть все отчёты. Выполнять! Ребята заворчали, разбредаясь по своим местам, что-то монотонно бурча о кнутах и пряниках, а Чимин заулыбался, глядя на уставшие, но уже почти родные лица.

***

9 января, 10:03, Дэгу, Полицейское управление Пак Чимин был зол, что в общем-то, мягко сказано, скорее он был просто в ярости. Он громко хлопнул дверью, чуть ли не прищемив семенившему за ним Юнги, пальцы. Надувшись, он натянул капюшон как можно ниже, закрываясь ото всех и вся, словно его и вовсе не существует. Юнги стал над ним, неловко теребя края толстовки, словно зардевшаяся школьница, что-то тихо нашёптывая младшему. Но, Чимин, по всей видимости и слушать ничего не хотел. — Эй, — Суён толкнула Чонгука локтём под бок, — что это с ними? — Откуда мне знать? Может случилось чего… — так же шепотом ответил Чон, — Это не наше дело. Юнги чуть ли не нырнул в капюшон к Паку, о чём-то прося, пока Чимин не вскочил с места, отталкивая Мина от себя, что тот аж подвинулся на несколько шагов назад. — Ты самый мерзкий тип из всех, кого я знаю! — тыкал он пальцем в грудь Юнги. — Ну, Чимин-и, ну, плюшечка моя… Чонгук с Суён переглянулись, попутно подбирая с пола вывалившиеся челюсти. — Не смей! Больше никогда не смей меня так называть! Ты конченный изменщик! Глаза ребят расширялись всё больше и больше с каждым последующим словом. — Я ведь не хотел, это получилось… — Что? Случайно? Случайно, мать твою?! Ты случайно хотел засунуть в это швабру свой член?! — Да она сама начала ко мне клеиться! — продолжал оправдываться Мин, хотя понимал, что все его отмазки выглядят сейчас максимально неестественно. — А ты и рад вытащить свою пипирку! — Пак Чимин! — Всё! Я больше не намерен ни слушать тебя, ни, тем более, разговаривать с тобой! — Что тут происходит? — Тэхён, похоже, пришедший не совсем вовремя, сейчас стоял, попивая немного кофе со своего стаканчика, в своей обычной манере опустив руку в карман брюк. Но, те его словно и не слышали, продолжая ругаться. Тэхён вопросительно кивнул Чонгуку, подзывая к себе. — Ну, — совсем тихо проговорил Чонгук, стараясь прикрыть ладонями раскрасневшиеся уши, — они, оказывается… это, ну… — Трахаются? — четыре пары охреневших глаз, вмиг повернулись к нему, а Тэхён повернулся ко своему месту, пожимая плечами, будто совершенно ничего и не случилось.

***