Бездна (редактируется)

Гарри не знал сколько прошло времени. Как давно он так сидит в полудрёме в руках Смерти? Как быстро он поддался тихому голосу, рукам беспорядочно перебирающим волосы и расслабился? Возможно прошло пару минут, а может и пару часов. Всё было столь неправильным, но Гарри так хотелось поддаться искушению. Жнец рассказывал что-то своё, не обращая внимание, что его никто не слушает. Казалось, он был не здесь, а где-то там, в далёком прошлом, заново переживая те события. Стоило ожидать, что вскоре убаюканный такой незамысловатой лаской и приятным баритоном, Гарри провалился в сон. Как только Поттер уснул, Существо встрепенулось, прогоняя видения прошлого. Он всё так же поглаживал волосы парня рукой, давно скинув белую перчатку. Удивительно, что он не замерзал. Жнец разглядывал лицо Гарри, возможно, в безэмоциональных глазах даже мелькала отеческая теплота. Лицо парня было расслабленным и оттого двойственность проглядывалась яснее. Проклятие Повелителя. Как только волшебник становится обладателем трёх Даров, Время перестаёт властвовать над ним. Оно теряет его из поля зрения, а внутренние часы останавливаются. Человек из ниоткуда. Его никогда не существовало, не существует и он не будет существовать. Он абсолютно вне времени. Смерть грустно вздохнул и проговорил шёпотом: — Сколько Повелителей сходило с ума, не выдерживая гнёта душ, зовущих их. А тебе, милый Гарри, всё равно. Ты даже умудрился забыть кто ты есть... Жнец не предполагал возможно ли такое до данного момента. Война. Память услужливо подкинула воспоминание о жалком куске души, за которым ему пришлось идти самостоятельно. Старый лис Дамблдор всегда любил покрасоваться. Чего стоит вокзал вместо обычного белого Ничто. Бедный разум Гарри был сильно повреждён тогда, и мозг благородно избавил его от ненужных воспоминаний, заперев их глубоко внутри. Изредка они прорывались в кошмары и насылали беспричинные приступы страха. Смерть вздохнул. Он считал себя покровителем всех Повелителей и чувствовал, когда им требуется его помощь. Но Гарри. Казалось, помощь и забота нужны ему всегда. Хрупкий человеческий ребёнок. Он был самым младшим из всех Повелителей — первый за последнюю тысячу лет. Неудивительно, что Жнец пришёл к нему лично. Правда, временные рамки смазались, и появился он на несколько лет позже чем должен был. Всё же при первой встрече стоило быть помягче, но кто же знал, что Поттер даже не знал о своём естестве и мирно себе жил под гнётом кошмаров? Жнец посмотрел на сомкнутые веки. Люди думают, что глаза это зеркало души. Отчасти они правы. В глазах изредка можно увидеть её маленький кусочек, но обычно она плещется глубоко внутри, так глубоко внутри, переплетаясь с чувствами. Душа столь не заметна, что сколько бы ты не вглядывался—никогда не заметишь. Если люди связывают глаза с душой, то Смерть связывал с разумом. Жутко видеть, когда у умирающего животного в глазах проскакивает осознание? Жнец может понять по глазам всю жизнь человека, все чувства, что он когда-либо испытывал. Всё это раскрыто пред ним как на ладони. Поэтому, когда он во второй раз взглянул в тёмные глаза Гарри, Смерть понял свою ошибку. Понял, что недоглядел... Поттер завозился в руках Жнеца и открыл глаза. Он в шоке уставился на склонившееся бледное лицо, пытаясь рукой найти палочку, и резко выскочил из объятий, неосознанно направив оружие в лицо мужчины. — Милый Гарри, ты хочешь что-нибудь спросить? — по отцовски, с теплотой спросил Смерть, внутренне посмеиваясь. — Да. Я хочу спросить многое, но боюсь вы ответите не на всё, — осторожно спросил Поттер, стыдливо пряча палочку за спиной, уже после разум его заметил что она бесполезна. — Что ж, возможно ты и прав, в пределах разумного, — лукаво заметил мужчина. Жнец беспрепятственно мог ответить на кучу вопросов. Но он считал что нагружать разум Поттеру, когда его голова уже сейчас готова была взорваться, было не совсем правильно. Гарри присел возле мужчины и тяжело выдохнул. Пару минут подумав, он положил палочку рядом, и зарываясь пальцами в ворс ковра, спросил: — Вы говорили, что Повелители Смерти — это совсем другое, нежели считают люди... Так кто же они? — осторожно поинтересовался Поттер, всё ещё чувствуя себя несколько неуютно. — На этот вопрос ответить мне не составит труда. И прошу давай на ты, — Жнец улыбнулся, а Гарри чуть вздрогнул — улыбка была жутковатой, как у хищного животного. Обращаться к бессмертной сущности на ты... Он конечно попробует, но ничего не обещает. Существо склонив голову на бок продолжило: — Как ты уже знаешь, раньше Повелители были якорями, они и сейчас ими являются. Подобные тебе способствовали моему перемещению между миром мёртвых и миром живых. Постепенно грань между мирами стала тоньше, и сейчас мне ничего не стоит пройти сквозь неё. Но Повелители — это не только якоря. Они также являются сборщиками душ. Умершие и живые шепчут в сознании Повелителя, зовут к себе. Я удивлён, что ты смог абстрагироваться от зова, да ещё и не знать о своих полномочиях. — задумчиво прошелестел мужчина, — итак, я продолжу. Когда телу приходит время умирать, или оно критически повреждено, появляется приуроченный Повелитель. Он приходит на зов души, желающей уйти с вместе ним. Такие как ты, милый Гарри, должны выбрать: перерезать связывающую нить, отправив душу на перерождение, или же оставить всё так, дав шанс на дальнейшую жизнь. Мужчина замолчал, давая Поттеру осмыслить всё сказанное. Парень сидел немного в прострации, пытаясь разложить по полочкам новую информацию в воспалённом разуме. Прошло некоторое время прежде чем Гарри неожиданно встряхнул головой и посмотрел прямо в мёртвые глаза Жнеца и раздасованно спросил: — Почему я? — Милый Гарри, я не Судьба и не Случайность, поэтому не могу ответить на этот вопрос, — серьёзно проговорил Жнец. Он глубоко вздохнул, совсем по человечески, и провёл холодной бледной рукой по спутанным волосами парня, словно пытаясь сказать что-то этим жестом. Поттер поёжился от холода, но не отстранился, задумчиво глядя на огонь в камине. Он помолчал, а потом задал ещё один вопрос: — В-Ты сказал, что ткань миров истощилась. Почему? И почему ты хочешь отправить меня в прошлое? Я не думаю, что моя аура — настоящая причина... — К сожалению, я не могу ответить тебе на последний вопрос. Я скажу, что твоя аура — одна из причин. Но я совершенно точно могу рассказать о причинах истощения границ миров, — мужчина вопросительно посмотрел на Гарри. Тот всё также грустно и как-то обречённо смотрел на пламя. Он повернул голову и кивнул, выражая свою заинтересованность. Жнец продолжил: — Совсем недавно по моим меркам, и очень давно по человеческим, маглы и маги жили в союзе. Никто не угнетал друг друга. Совместными усилиями они совершали необходимые ритуалы. Они все были направлены в разную степь. Но объединяло их одно — часть той, живой природной магии всегда уходила на укрепление границ. Но со временем часть ритуалов забылась. Маги ушли в подполье, а маглы забыли, что когда-то существовало волшебство. Их вера поменялась, язычники ушли в леса под гнётом остальных религий, а позже и вовсе исчезли. Та ветвь истории канула в небытие. В то время, как маглы семимильными шагами прогрессировали, волшебники стали делить магию по цвету. "Тёмные" ритуалы запретили, многие семьи попрятали вековые знания глубоко в своих домах. Часть волшебства исчезло, а за ней и многие магические существа. С каждым веком ткань между мирами таяла. Оттуда стали прорываться другие — обитатели моего мира, — Жнец как-то печально вздохнул, упоминая о своём мире. Гарри заметил интонацию собеседника и нервно спросил: — Ты хочешь, чтобы маги и маглы снова стали "работать" вместе? Объединить два мира? — это напомнило Поттеру Дамблдора. Он встряхнул головой, отгоняя неуместные воспоминания. — Нет, — Мужчина покачал головой. — Я не говорил тебе об объединении, милый Гарри. Не стоит этого делать. Нам нужно, чтобы маги перестали нести чушь. Своим делением и запретом разных ветвей магии, они губят собственный мир. Что есть Магия Гарри? Считаешь ли ты её просто энергией, которая течёт по твоим жилам, или чем-то намного выше людского понимания? Почему она зарождается только в избранных? — запальчиво спросил он и стал всматриваться в лицо парня, внимательно следя за реакцией. Всё таки вопросы, которые Жнец задал не просто так, могут привести к определённым выводам. Мальчишке стоит подумать над ответами. В итоге Поттер промолвил: — Я обдумаю всё это позже, — Жнец нахмурился. Ему не понравилось, что Гарри так легко откинул важные вопросы в сторону, — Если ты всё таки решил отправить меня в прошлое, то когда ты собирался это сделать? — тихо поинтересовался Гарри. Ему казалось что голова сейчас лопнет от всего сказанного, но хотя бы сколько ему здесь осталось он должен знать. — Я уже думал, что ты не спросишь меня об этом, — хмыкнул Жнец, — Я собираюсь отослать тебя во время, когда Том Реддл только поступил на шестой курс. И отправишься ты через несколько суток, в день, когда ткань пространства и времени наиболее тонкая — на Самайн, — равнодушно пояснил Жнец. А потом лукаво улыбнулся и неожиданно исчез, отойдя в тень за книжным шкафом, забрав с собой могильный холод и белую перчатку, которая лежала на ковре. Ничего в этой комнате больше не напоминало о присутствии ещё кого-то. Гарри же продолжал сидеть на полу, отчаянно запустил руки в волосы и пытался сильно не паниковать.