Бездна (редактируется)

До школы Том доехал спокойно. Несколько раз ему пришлось разнять пару второкурсников и помочь будущей первокурснице найти пропавшую крысу. Большую часть пути он провел в купе старост, глядя в окно на мимо пролетающие поля. Староста даже не заходил к своим рыцарям, предпочитая побыть в одиночестве. Он был задумчив и, возможно, несколько растерян, хотя тщательно скрывал это. Встреча на платформе озадачила его, но он бы никогда в жизни не признался в этом. Встретить садовника своей маггловской убитой собственными руками семьи создавало довольно большие проблемы. Ему не нужен свидетель, который видел его в поместье Реддлов, что навело бы на него еще больше подозрений и внимания со стороны Дамблдора. "Нужно будет внимательно наблюдать за "садовником", если увижу его в Хогвартсе," — подумал Реддл, подавив зевок. Выходя из красного экспресса Том старался разглядеть в толпе интересующего его человека. Но Удача довольно редко ему благоволит. Поприветствовав кивком нескольких приближенных, он направился к одной из карет, где сидело двое ему незнакомых третьекурсников с Равенкло. Реддл презрительно фыркнул: "Если они не были интересны мне ранее, то вряд ли станут ценны теперь". С достоинством сев, он отключился от внешних раздражителей. Ему нужно было подумать. Как только карета, ведомая незримыми животными подъехала к школе, Тому на плечо приземлилась старая лохматая школьная сипуха, держа в лапе письмо от директора. Настроение на уровне удовлетворительно резко опустилось на отметку отвратительно. Резко выдохнув Реддл мысленно выругался. Нет, конечно, он глубоко уважал старого директора Диппета. Армандо всегда хорошо относился к Реддлу, но в кабинете директора чаще всего можно было увидеть Альбуса. Рыжий магглолюбец, как и подобает "хорошему" заместителю, почти все свое свободное время не отходил от старого волшебника и советовал ему много не нужных вещей. Том совершенно не хотел пересекаться с преподавателем трансфигурации, где-либо кроме самого урока. Хотя и там он терпел его только ради образа прилежного старосты. Волшебник всегда что-то подозревал по отношению к Реддлу, не сказать, что его подозрения были беспочвенны, но это мало волновало парня. А также был единственным профессором, на которого не действовало его обаяние, что очень раздражало старосту. Том и не заметил, как оказался возле горгульи, ведущей в кабинет директора. Назвав пароль и ступив на двигающуюся лестницу, он встряхнул головой, прогоняя свою досаду. Постучав и услышав тихое: "Войдите", Том вошел. Армандо встретил его ласковой улыбкой, какой обычно встречают деды своих любимых внуков. В глаза бросилось отсутствие Дамблдора и Реддл даже несколько расслабился. Директор доброжелательно поинтересовался о прошедших каникулах, будто не замечая плохого настроения гостя. Реддл же отвечал сухо, не вдаваясь в подробности, краем глаза подмечая совершенно не изменившийся кабинет еще со времен его первого курса. Хотя он мог с уверенностью сказать, что и до появления старосты в школе, кабинет выглядел точно также: был и большой стол из темного дерева, стены были закрыты книжными шкафами и увешаны портретами бывших директоров, на полу лежал ковер из шкуры не известного существа. Том надеялся, что и в будущем это место, как и весь Хогвартс останется в первозданном виде. Старый маг что-то спрашивал, Том однозначно отвечал. Так могло продолжаться довольно долго, если бы их односторонний диалог не прервали бы. Дверь в кабинет открылась,пропуская внутрь заместителя директора и кого-то еще. Дамблдор загадочно сверкнул своими раздражающими голубыми глазами в сторону Реддла и отвернулся в сторону Армандо, кивая ему в знак приветствия. Староста, стараясь игнорировать рыжее недоразумение в лице преподавателя, склонил голову в сторону второго гостя. Незнакомец остановился за спиной профессора и как бы Том не пытался, с своего места он увидеть лица не смог. Раздосадованный разговором Диппет встрепенулся и улыбнулся, поприветствовав Альбуса в ответ. Будто что-то вспомнив, директор кивнул в знак подтверждения своим мыслям и наконец произнёс: — Том, позволь представить тебе мистера Люгта, — запнувшись перед фамилией, указал Армандо за спину Дамблдора. — Он был зачислен на шестой курс Слизерина, и я попрошу тебя побыть сегодня его сопровождающим. Реддл недоуменно уставился на волшебника, собираясь спросить почему этому ученику понадобилось личное сопровождение, но его потуги были прерваны знакомым голосом. — Можно просто Цайт, господин директор, — ненастоящая улыбка исказило лицо человека, которого Том так желал отыскать в школе, но Судьба сама приподнесла его на блюдечке старосте. Не контролируй Реддл свои эмоции, то его лицо точно бы исказила гримаса удивления, а левый глаз бы точно нервозно задергался. Однако, он лишь спокойно повернулся и протянул иностранцу руку, на ходу произнося: — Добро пожаловать, Цайт. Я — Том Реддл, — выдержав небольшую паузу и внимательно следят за реакцией его нынешнего собеседника, Том продолжил: — Я являюсь старостой школы и по совместительству одним из старост факультета Слизерин. По любым вопросам ты можешь обращаться ко мне или к моей напарнице. — Извини за доставленные неудобства и спасибо за помощь, Реддл, — парень пожал руку, а его необычный взгляд так и норовил расковырять череп старосты и покопаться в его мозгах. — Я, признаться честно, немного заплутал в коридорах, — немец продолжал пристально наблюдать за Томом, но весь его вид говорил о том, что слизеринца он видит впервые. Возможно, Реддл бы поверил всему этому фарсу, будь он более наивен, но не заметить ехидный блеск в мутных глазах мог только полный идиот. Они не разжимали рукопожатие некоторое время, пристально наблюдая друг за другом. Но как только это начало приобретать совершенно не дружелюбный окрас, оба опустили руки и отступили на шаг. Том скосил взгляд на Дамблдора, который продолжал пристально наблюдать за слизеринцем, будто тот сию же минуту собирался убить иностранца и сбежать. Но размышления Тома прервал спокойный голос директора: — Боюсь, молодые люди, если не поторопитесь, то опоздаете на праздничный ужин, — Армандо немного улыбнулся. — Том, не забудь про собрание старост утром, перед завтраком. Реддл приторно улыбнулся и кивнул, указывая Цайту следовать за ним. Уже выходят из кабинета директора и прикрывая за собой дверь, он краем глаза заметил, как Дамблдор наклонился к уху Диппета и что-то прошептал. Том несколько напряженно ступил в коридор, все еще обдумывая всю эту довольно странную ситуацию. Он не оглядываясь направился в сторону Большого Зала, в полной уверенности, что беженец следует за ним. Путь прошел в молчании. Казалось, напряжение между двумя студентами можно было почувствовать. Портреты висящие на каменных стенах замка то и дело качали головами или удивленно шептались. Том презрительно оглядывался на них и скашивал глаза в сторону Цайта, внимательно наблюдая за его реакцией. Немцу было все равно на портреты, на длинные запутанные коридоры, будто в Хогвартсе он был раньше и вся эта волшебная атмосфера для него была обыденана, коридоры были выучены наизусть, а собственные мысли были намного важнее внешнего мира. С протяжным скрипом отворив массивные двери, Реддл пропустил нового ученика перед собой. Шум и гвалт затих — наступило тягучее, неприятное молчание. Все наблюдали. И если взгляды большинства были безобидны и просто недоуменны, то змеиный факультет, казалось, потрошил глазами каждую часть тела незнакомца. Том давно привык к всеобщему вниманию и даже наслаждался им. Он упивался своим великолепием. Староста даже позволил себе небольшую улыбку, но тут же вновь стал предельно серьезен. Немцу же было совершенно все равно. Будто он все еще находился в своих мыслях, но Реддл отметил заинтересованный взгляд, изучающий стол уже собственного факультета. Возможно, старосте показалось, но на мгновение он увидел проблеск узнавания в глазах, когда иностранец взглянул на его рыцарей. Не будь Том искусным актером, то его маска идеальности могла спасть и явить всем довольно явное недоумение. "Откуда совершенно чужой волшебник может знать учеников Хогвартса?" — Недовольно подумал Реддл, подойдя к столу факультета и оглядывая всех присутствующих из-под полуприкрытых глаз. Приметив пустое место, он указал Цайту присаживаться. Отметив отсутствие Эйвери, парень незаметно кивнул Малфою, видя молчаливый вопрос в его глазах. Наблюдая за немцем, он не уловил никакой неловкости от него или желания общаться. Он просто спокойно сел на предложенное место за столом, взял себе немного еды, совершенно не обращая внимание на окружающих его магов. Том опустился на свое место подле иностранного гостя и мысленно ухмыльнулся. Он прокашлялся, привлекая к себе внимания и призывая стол к молчанию. — Господа, позвольте представить вам герра Люгта, — Реддл говорил не очень громко, но все слизеринцы внимали его каждому слову. — Он прибыл к нам из Германии по всем известной и печальной причине. Множество алчных, заинтересованных глаз сомкнулись на безразличной фигуре иностранца. Они пожирали его, рассматривали так, будто перед ними был не человек, а сочный мясной стейк, но никто ничего не говорил. Том скрыл кривую ухмылку за стаканом тыквенного сока.

***

Гарри мысленно закатил глаза. "Дракклов Реддл, решил меня окончательно довести?" — устало подумал парень, продолжая держать на лице мину скучающего безразличие. Попав в этот гадюшник ему придется стать своим, как бы он не хотел оставаться намного дальше от Реддла и его прихвостней. Все еще иногда ловя его темный взгляд, Поттер возвращался на поле битвы, пропахшее кровью и гниением тел погибших волшебников. К тем багряным безумным глазам, что с наслаждением и неким восторгом наблюдали за мучениями людей. Казалось, парень снова находится там, стоит весь в своей и чужой крови, далекие крики боли и страха разрывали окружающее пространство, глухо отдаваясь у него в голове. От запаха крови мутило, и будто бы тугой ком застрял у него в горле. Фантомный смрад гари, казалось, вновь тошнотворно стоял рядом. Гарри моргнул и вернулся в реальность как раз к тому моменту, как один из будущих Пожирателей решил задать ему вопрос. Незнакомец смутно напоминал старшего Малфоя, но черты лица его были острее, более хищные. Узкие, прищуренные глаза, будто щелки, следили за каждым движением Гарри. — Малфой, — высокомерно произнес блондин, протягивая парню руку в белой кожаной перчатке, которая наверняка стоила в три раза больше, чем вся одежда новоявленного слизеринца. — Абраксас Малфой, — продолжил он. Поттер протянул руку в точно такой же белой перчатке и ответил на рукопожатие. Остальные же удостоили чужака лишь кивком, словно не хотели марать свои чистые руки о иностранного гостя. Гарри тихо фыркнул: "Ну что за ребячество". Он опустил взгляд в тарелку и продолжил наслаждаться едой. Парень уже подумал, что знакомство завершилось, но подняв глаза, увидел, что никто не спешил возвращаться к своим обсуждениям и пище. Мгновение они молча переглядывались, будто змеи перед броском, пока один слизеринец грубоватого телосложения не задал вопрос. Поттеру казалось — он тонет в завуалированных вопросов и высказываниях. Не успевал он спокойно ответить на один, к нему сразу прилетали два, с двойным или даже с тройным дном. Стараясь не выражать своего напряжения, он рассказывал свою легенду Лейстренджу со сложным, незапоминающимся именем. Нездоровый, безумный блеск в серых глазах собеседника, побудили Гарри незаметно глянуть в сторону причины всех его проблем. "Он вообще думает, кого берет в свой кружок по интересам? Этому парню уже следует лечиться, боюсь представить, какие проблемы он принесет в дальнейшем". —Напряженно подумал парень, почти в открытую глядя на Риддла. Их глаза встретились, и, казалось, староста определилась немой вопрос в глазах гостя. Реддл ухмыльнулся краями губ и кивнул Лейстренжу, приказав замолчать. Парень прервал монолог на полуслове и как-то растерял свой пыл под серьезным взглядом лидера. Гарри нехотя улыбнулся, поблагодарив своего врага, и отвернулся от греха подальше. Оказаться за столом рядом с человеком, который убил стольких людей, там, в будущем... Староста же чинно отложил столовые приборы и, отпив немного свежего тыквенного сока из граненого стакана, сам задал вопрос, сверкая темными глазами. — Твоя история безусловно трагична и интересна, Цайт. Соболезную твоим потерям, — наигранно сочувствующе произнес слизеринец. Ему было все равно на мертвых волшебников из Берлина. Поттер знал это и он догадывался, что именно интересует человека напротив. Тот продолжил: — Ты упоминал, что все твои кровные родственники погибли, — доброжелательно промурлыкал Реддл. — Но, прости меня за любопытство, сегодня я видел тебя на платформе в сопровождении человека... Слышалась недосказанность, но всем и так было понятно, что имелось в виду. Гарри натянул доброжелательную улыбку и, сомкнув руки в замок, ответил: — Да, это был мой дядя. Он приехал в Англию вместе со мной. Парень несколько задумался, силясь понять, говорил ли он Жнецу о его новом статусе. Из оцепенения его вывел громкий голос Лестрейнджа, который с остервенением что-то доказывал какому-то русскому парню. Отвернувшись от агрессивно настроенных слизеринцев, Поттер встретился взглядом с его личной головной болью. Реддл о чем-то размышлял, и в его взгляде то и дело мелькало замешательство. Но заметив взгляд Гарри, староста сразу натянул на себя свою повседневную холодную маску.

***

После ужина Реддл сопроводил Поттера и еще троих иностранцев с первокурсниками до гостиной факультета. Гарри с некоторой ностальгией рассматривал неизменный коридоры Хогвартса. Немного попетляв по подземельям, они вышли к знакомому со второго курса тупику. Реддл повернулся к толпе детей и торжественно сказал: — Добро пожаловать домой! — В его темном взгляде на мгновение мелькнул искренний восторг, но тут же исчез. Назвав пароль "Власть", староста провел в гостиную новых обитателей. Он подождал пока все станут вокруг него и начал давно заученную речь: — Поздравляем! Я — староста Том Реддл, и я рад приветствовать вас на факультете Слизерин. Наш герб — змея, мудрейшая из существ. Наши цвета — изумрудно-зеленый и серебряный. Вход в нашу гостиную спрятан в подземельях Хогвартса. Как вы видите, её окна выходят на подземные озера замка. Мы часто видим, как мимо нас стремительно проносится гигантский кальмар, а иногда и более интересные существа. Нам нравится думать, что наше пристанище окутано атмосферой таинственности и подводных кораблекрушений. Вот некоторые вещи, которые вам следует знать о Слизерине, и ещё некоторые — забыть. — Реддл говорил медленно и тихо. Вступительная речь на змеином факультете почти ничем не отличалась от речи старосты Гриффиндора. Восхваление качеств факультета — приоритет всех старост в Хогвартсе. Гарри успел заскучать, а Волдеморт все говорил и говорил: — Вы знаете, что Салазар Слизерин искал в своих учениках? Семена величия. Вы были выбраны на этот факультет, потому что у вас есть потенциал стать великим в прямом смысле этого слова. Дежурно улыбнувшись, староста провел младших детей к их спальням. Отдельно объяснил все иностранцам и подошел к скучающему Гарри: — Тебя поселили вместе со мной. Мест нет. — Чеканя слова произнес Реддл, направляясь в сторону лестницы. Поттер грустно улыбнулся в спину своего врага и двинулся следом.