You are my sweat and tears

Осеннее утро было тёплым, но ещё таким темным и неясным. Казалось бы, обыденное дело, ведь погода должна соотвествовать времени года. Но сегодняшний день, был совсем не похож на ранние осенние деньки. Несмотря на то, что с окончания лета прошла всего лишь неделя, уже успело хорошенького похолодать. Стрелки на больших настенных часах показывали 05:30 утра и это означало, что Чонгук уже не спит, или же правельнее будет сказать, ещё даже не ложился. Он сидел за столом в своей комнате, которая больше походила на кабинет, нежели на спальню, в халате после душа, попивая кофе, разбирал документы. Мокрые от воды волосы, хаотично выбивались из общей картины и небрежно спадали на нездорово-бледноватое и усталое лицо. Длинные, нежные пальцы, что так крепко сжимали ручку, оставляя на белой бумаге акуратные перерывчатие полосы. Парень так засиделся с этой работой, что уже и потерял счёт времени. Но через некоторое время, эту гармонию — «Чонгук и работа» нарушили. — Проснись и пой! — заорал вбежавший в комнату парень и тут же споткнулся сам о себя, задев при этом фарфоровую вазу, что стояла неподалеку. — Заткнись и здохни! — раздражённо крикнул в ответ Чон, который до жути не любил, когда его прерывают. — Ну ты и бука по утрам Гукки, не выспался чтоли? — подходя ближе к столу, парень пытался как нибудь разредить обстановку. — Сколько раз я тебе говорил, не называть меня так. — Признайся же, тебе ведь нравится, - парень подошёл к Гуку, обнял его сзади и положил свою голову ему на плечо. — Тэхен, ты мне немного мешаешь, - Чон повернул свою голову к Кимовой, на что тот, ещё сильнее прижался. — Но я очень соскучился, по тебе. Со своей работой, ты совсем забыл обо мне, - Тэ сделал обиженый вид, надул свои щёчки и губки и немного отстронился от парня. — Ты ведь знаешь, что мне сейчас некогда отдыхать. Мне нужно ещё много чего сделать, для сам знаешь чего, - Гук немного отодвинул от себя надоедливого парнишку, попутно продолжая что-то писать. — Ты уже наверняка решил то, что хочешь сделать это? — окончательно отходя от парня и хмуря брови, спросил Ким. — Да…я уже много сделал для этого, и я не могу позволить себе отступить, - Чон сделал глоток черного кофе, что стоял на столе и продолжил перебирать бумаги. — Хосок в курсе, чем ты занимаешься? — Само собой, что брат в курсе. Я тебе больше скажу, он даже в деле, - наконец то оторвав свои глаза от документов, Чонгук посмотрел на парня, — сначала он сомневался, но немного подумав, сказал, что то, что зделал этот человек, не может быть безнаказанно. — Но он, ведь твой…отец, - немного запнувшись, печальным взглядом Тэ посмотрел на парня, что сидел перед ним. — То что он мой отец, не оправдывает того, что он сделал, - начинал злиться парень и тихо додал,— за это, я его никогда не прощу ... Тэхен понял, что Чону неприятно говорить об этом человеке, ведь он прекрасно знал то, что случилось много лет назад. Этот случай оставил большой шрам на детской психике мальчика. Так как они дружили почти что с рождения и Ким знал, чуть ли не все подробности его жизни. Это случилось, когда Чонгуку было 5 лет. Уже с самого детства, детей семьи Чон учили быть холодными к людям и уверенно держаться в обществе, с гордстью неся свой статус и фамилию. Но мама Чонгука была другой, она была очень светлой и доброй женщиной. Она никогда не ставилась до своих мальчиков холодно, а всегда дарила им любовь и заботу. Из-за чего, мальчики очень сильно любили маму, что конечно не нравилось их отцу. Из-за проблем на работе, что требовала крепчайшего терпения и стальных нервов, мужчина часто срывался на семью, начал выпивать и редко ночевал дома. В ответ женщина лишь терпела, ведь что она могла сделать? Как только разговор заходил о разводе, или простом уходе, мужчина грозился забрать детей, без возможности их видеть, или вовсе мирная беседа переходила в рукоприкладство. Поэтому, все попытки остались в прошлом, ведь она не могла позволить, чтобы у неё забрали сыновей, поэтому оставалось, лишь смириться. Но когда всё же мужчина оставался дома, а это бывало крайне редко, то не раз поднимал руку, как на жену, так и на своих детей. Что и случилось тем вечером. Сделка в одной из компаний Чон Чонхве, сорвалась и понесла за собой большие убытки, от которых пострадали и другие компании в его сети. Расстроенный мужчина, не нашёл утехи ни в чом другом, как в бутылке хорошего коньяка. Когда он был довольно-таки пьян, то заявился домой. — Эйй! Жена! Муж с работы вернулся! — еле стоя на ногах, облокотившись на входную дверь, кричал мужчина, — и почему меня никто не встречает? — Ты чего раскричался? — нежным и в тоже время таким приятным голосом спросила, только что вошедшая в комнату женщина. — Мой дом! Что хочу то и делаю! Что?! Что-то не нравиться? Тогда выметайся! Тебя здесь никто не держит! — Ты пьян. Я не хочу с тобой разговаривать, иди проспись, завтра поговорим, - спокойно ответила женщина и начала подниматся по леснице, что вела на второй этаж. Мужчина в это время, едва ли мог нормально стоять. Он проводил жену взглядом оперевшись на стену позади, а затем также, еле-как начал подниматься, продолжая неугомонно орать,— тише ты, дети спят, - на пониженом тоне, говорила женщина. Услышав в её словах, малейший упрек, Чонхве ударил женщину по лицу. На белоснежно-фарфоровой коже, мгновенно появились красные следы, от большой лодони, что тут же приобрели пурпурно-алый оттенок. Схватившись за щеку, женщина сделала несколько шагов назад, пытаясь нащупать ручку от двери в свою комнату. Но не успела она сделать и малейшего движения рукой, как мужчина сильно схватил тонкое запястье и дернул её так сильно, что та полетела в сторону стеклянных перил. Стекло разбилось, на тысячу маленьких осколков, а женщина словно перышко, полетела вниз. На шум и грохот, из своей комнаты вышел Чонгук. — Пап, что ты шумишь, я вообще-то спал, - потирая свои сонные глазки, мальчик не мог понять в чём дело. Но мужчина на него, даже внимания не обратил, ему было не до того. Чонхве медленно подошел к разбитым перилам и холодно посмотрел на лежащее внизу и истекающее кровью тело, будто ему совсем не было дела до того, что сейчас натворил. Но тишину нарушила горничная, которая с криками подбежала к женщине. — О Боже, госпожа Чон, госпожа Чон…!— непрерывно кричала женщина пытаясь привести Чон Юонг в чувство. Но всё это было бесполезно, женщина лежала неподвижно, даже не реагуя на резкие движения горничной. Когда она поняла, что её действия недают никаких результатов, увидев неподалёку телефон, женщина тут же схвалила апарат и судорожно вабирая номер, пыталась вызвать скорую. Где-то через минут 15, вся семья Чон, сидела перед операционной комнатой и ждала, когда из неё кто-то выйдет. В то время, когда Хосок заливался слезами, он был старше Чонгука на четыри года и лучше понимал, что происходит, второй сидел в недоумении. «Почему мама лежала на полу? Почему у неё была кровь? Почему её забрали люди в белых халатах? Почему она уже так долго, не выходит из этой комнаты? Мамочка, пожалуйста обними меня!» — крутилось в голове у мальчика, который не проранил и слезинки. Операция длилась очень долго, около 4 часов. И вот, наконец-то из желаемой двери, вышел высокий мужчина в белом халате. — Мистер Чон…мне очень жаль…- снимая маску, обратился он к Чонхве, который стоял рядом со своим старшым сыном, — нам не удалось спасти её…у вашей жены, было сильное кровоизлияние в мозк. Она поступила к нам очень поздно, если бы вы приехали на несколько минут раньше…а так увы. Примите мои соболезнования, - он похлопал мужчину по плечу и зашёл обратно в палату. — Что это значит, отец! — рыдая, в истерике кричал Хосок, — ты убил её?! — У-убил? — елё слышно спросил Чонгук. На что мужчина лишь промолчал. Женщину похоронили без лишней сумотохи и церемони. Ведь отцу Чонгука, не нужны были проблемы. Мальчик за своё детство не плакал ни разу, но в этот день, он просто заходился слёзами. — Мама…м-мамочка…н-не уходии! Не оставляй меня! Прошу! МАМА!.. После этого дня, Чонгук за всю свою жизнь не проранил и слёзинки. Он жыл с мислью, что его воспитывает убийца и ненависть мальчика, казалось бы к родному человеку с каждым днём, ставала всё больше и больше. Сам отец, вышел сухим из воды. Он подкупил всех, кого было нужно и горничную и врача и тех, кто был причастен к этому делу. С этого времени, Чонгук в свои 19 лет, многое обрел и потерял, чтобы отомстить родному отцу. «Я ненавижу тебя, ОТЕЦ!» В то время, Техён уже валялся на диванчике, всё в той же комнате. — И как твоё настроение, перед завтрашним мероприятием? Не переживаеш, что что-то может пойти не так, как задумывалось? — внезапно, нарушил тишину Ким. — Я уверен в своих силах, и в том, что делаю. Завтра все пройдёт идеально и на высшем уровне.- спокойно ответил парень,— Ах да, совсем забыл, после мероприятия будет банкет, так что я тебя жду. — Ну ты даёшь,— начал смеятся Тэ, — Ты бы мне ещё перед банкетом сказал. — Мне извинится? — Чон поднял свои уставшие глаза и будто насквозь посмотрел на Кима. — Ты в своём репертуаре Гукк~и! — Тэхем в свою очрь громко рассмеялся. — Ну что за идиот, я ж просил…- не успел договорить парень, как его перебили. — Да, да и я тебя люблю,— уходя, крикнул Ким. — Что за ребёнок.- елё чутно сказал Чон и его уголки губ немного приподнялись, но улыбка тут же улетучилась, — Ну что, ПАПА, завтра начнётса отсчет к твоей «казне», — закончив с документамы, злобно улыбнувшись, сказал Чонгук пустой комнате. Месть…