Горячее лето

Ранним утром 15 августа Генри, ещё в пижаме, вбежал в комнату и разбудил брюнетку. — Мам! Вставай! Сколько можно спать? — Генри? Сколько времени?.. — она щурила глаза от яркого света. — Ма-ам, — протянул парень, устраиваясь на кровати рядом с сонной Реджиной. — Доброе утро, — улыбнулась Миллс, поднимаясь на локтях. — Помнишь, какое сегодня число? — хитро спросил пацан. — Генри, — она рассмеялась. Женщина дотянулась до телефона. — Восемь утра? Ты серьёзно? — Я уже выспался! — бодро ответил брюнет. — Я вижу, — Реджина потрепала сына по голове. — Иди переодевайся. — А потом мы будем готовить завтрак! — он подскочил с кровати и направился в комнату. — У тебя ведь нет работы сегодня? — как-то заранее погрустнел парень. — Сегодня у меня только одно занятие: быть с тобой! — сейчас брюнетка была счастлива. Сейчас, ранним утром, когда она хотела и могла ещё поспать, но знала, что ей это не удастся; когда Генри был такой радостный; когда день обещал быть лучшим в этом году и ничто не имело права его испортить. На завтрак Миллс приготовила яичницу с тостами, а сразу после семья стала готовиться к приходу гостей. К шести надо всё успеть. Скорее бы… Будет Эмма. Твою мать! Да почему так больно? Боже… Значит, сегодня, Эмма Свон. Значит, сегодня… Хотя оставалось ещё очень много времени, женщина несколько нервничала, так как любила заранее убедиться в идеальности запланированного.

~~~

Эмма проснулась раньше будильника, чего никак не могла ожидать. Однако девушка, ни на секунду не задумываясь, встала с кровати и, очень радостная, почти вприпрыжку, направилась в ванную. Наконец я её увижу, боже. Реджина, ты мне на все вопросы ответишь, а если не ответишь, то я не знаю, что с тобой сделаю… Блондинка хитро улыбнулась своему отражению над раковиной. Хотя знаю… Эмма позавтракала хлопьями, которые были открыты, кажется, месяца два назад, но ей было не до этого. День обещал быть офигенным. Мне ещё часов шесть вот так сидеть… Скучно! В итоге девушка решила прогуляться. Надев первое, что попалось, Свон вышла на улицу. Свой любимый наряд – красную кожанку на белую майку и рваные шорты – она решила оставить на праздник. В голове блондинка прокручивала свой план на сегодня. Или ты мне отвечаешь, или я ухожу навсегда, Реджина.

~~~

Ближе к трём дня задний двор на Миффлин-стрит 108 представлял собой потрясающее место для праздника. Относительно в центре расположились красные и синие столики-островки, на которых позже окажутся шашлыки, пицца, напитки и, как идеальный финал, торт. По периметру скоро закрепят воздушные шары в цвет столиков. Мэри Маргарет, добродушная женщина лет 30, с короткой чёрной стрижкой, уже пришла и увлечённо помогала. Пока они с Генри расставляли у ограждения стулья, Реджина тихо наблюдала за этой идиллией, а внутри неё всё светилось и наполнялось приятным теплом. Погода стояла солнечная, на небе – ни одного облачка, только лёгкий ветерок играет кронами деревьев. И я увижу её… — Мисс Миллс, а сколько будет детей? — ещё раз захотела уточнить Мэри. — Двадцать человек: четыре взрослых, шестнадцать детей, — ответила Миллс, мечтательно глядя вдаль. К половине шестого, когда брюнетка начала насаживать маринованное мясо на шампуры, пришёл Робин. Калитка во двор не закрывалась, уже негромко играла музыка, поэтому женщина не заметила прихода Локсли и немного испугалась, когда сзади неожиданно раздался его голос: — Помочь? Реджина тихонько вздрогнула, но тут же, улыбнувшись, расслабилась. — Не откажусь. Однако Робин поступил неожиданно для неё: мужчина приобнял брюнетку, проскользнув своими руками по её талии, и, взяв металлический стержень, стал насаживать на него мясо. — Робин… — очень тихо сказала Миллс, — кто-то может увидеть. — И что? — шею женшины обдало горячим дыханием. — Я тебе всё объяснила, — она отложила готовый шампур. — Пожалуйста, приготовь мангал. Локсли слегка коснулся губами бархатной шеи и оставил брюнетку. Какого чёрта ты творишь??? Не смей портить мне такой день! Это на него не похоже… Мангал находился ближе к дому, у беседки, которая упиралась в строение, создавая угол. Реджина вновь всё перепроверила и стала готовить тарелки. Когда угли тихонько потрескивали и уже были готовы к использованию, Робин, убедившись, что никто не видит, подошёл к брюнетке. Мужчина приобнял её за плечо и прошептал в ухо: — Можно начинать. — Что ты делаешь… — неожиданно исчезнувшим голосом спросила Миллс. — Забираю мясо, — усмехнулся Локсли. Вскоре все дети собрались, а шашлык был разложен по тарелкам. Генри был счастлив. Реджина торжественно подарила велосипед, на что реакция сына была неописуемой. Робин подарил какой-то навороченный и, наверно, дорогой квадрокоптер с камерой, а Эммы всё нет… Где же эта чертовка?! Я ведь… готова, кажется, признаться… Боже, нет! Я не смогу это сделать! Ни за что! Брюнетка сдержала слёзы, являвшиеся минутной слабостью. Около часа женщина провела с сыном, после чего Генри проводил время с гостями. Мэри Маргарет тоже участвовала в некоторых играх и разговорах. Кажется, ей это всё очень нравилось. В конце концов, это была её работа. Реджина начала погружаться в свои мысли, задаваясь единственным вопросом: где Эмма? Робин дождался, пока все увлекутся едой и разговорами. Миллс стояла в стороне, по брюнетке было видно, что в её пазле не хватает одного маленького кусочка, чтобы куча других маленьких фрагментов сложились в одну идеальную картину. — Реджина, — он подхватил женщину на руки и перенёс в угол между домом и беседкой, откуда их никто не мог бы увидеть. — Отпусти меня, — злобно прошептала брюнетка. Локсли аккуратно приземлил её на ноги, не давая ходов отступления. — Робин, не надо, — дыхание участилось, скорее от страха. — Я люблю тебя, и я хочу, чтобы ты была моей, — его лицо медленно приближалось.

~~~

Нагулявшись, Эмма вернулась домой, чтобы собрать рюкзак и переодеться. Она аккуратно сложила одежду Миллс, а сверху закинула рации и подошла к шкафу. Может, надеть что-то другое? Всё-таки праздник, все дела… Хотя это не самое серьёзное мероприятие, ведь так? Свон натянула излюбленный наряд, а около пяти уже шагала к Миффлин-стрит 108. Естественно, она опоздала, но всего лишь на… больше, чем на час? Чёрт! Блондинку сразу заметил Генри и радостно побежал к девушке. — Эмма! — Привет, пацан! — она потрепала его по голове. — Смотри, что у меня есть. С Днём Рождения! Свон достала из рюкзака две рации и протянула их Генри. — Спасибо! — глаза парня сияли. — Эмма, это один из лучших подарков! — А какие ещё? — рассмеялась девушка. — Велосипед, — с довольной мордашкой ответил Генри и потянул за собой блондинку. — Подожди, я сейчас приду, ладно? — Эмма проводила пацана до столов и пошла искать Реджину. Она окинула взглядом двор, где особо прятаться было негде, кроме… угол за беседкой? Девушка неспешно обошла её и издалека заглянула в угол. Её взгляду сразу же открылась ужасная картина: какой-то мужик зажимал Реджину, которая явно не желала этого. Да кто ты такой вообще?! Свон молниеносно приблизилась к ним и схватила мужчину за плечо, развернув того наполовину лицом к себе.

~~~

Реджина смогла только громко вдохнуть, когда увидела блондинку. Сердце набрало бешеные обороты: её хотели изнасиловать? Хорошо, что тут Эмма. С ней всё в порядке будет? Они же просто поговорят, и Робин уйдёт? Ведь да? — Ты что-то попутал! — грозно, но тихо, чтобы дети не слышали, произнесла блондинка. — И что ты тут забыла? — огрызнулся Локсли. — Меня сюда пригласили, а вот тебе явно пора домой, — Эмма яростно смотрела в глаза мужчине. — Это не твоё дело, — он резко скинул со своего плеча руку Свон. — Ты офигел? — чуть повысила звук девушка, оттолкнув его от Реджины. Брюнетка тем временем просто вжалась в стену и не могла произнести ни слова. — Прекратите, — тихим, но всё ещё металлическим голосом вклинилась в пока ещё разговор Реджина. — Что-то не нравится? — Локсли ответил на толчок блондинки более сильным. — Робин! — женщина гневно посмотрела на него, слегка огрождая своей рукой Эмму. — Тебя не учили, что нельзя приставать к девушкам? — Свон вцепилась в рубашку мужчины ближе к горлу. Миллс было страшно: он же не сделает ничего Эмме? Дети не должны узнать об этом. Нельзя портить Генри праздник. Стычка перерастала в серьёзную драку, которую надо было срочно остановить. — Прекратите! — пыталась держать себя в руках брюнетка. — Тут дети! Реджина хотела как-то остановить эту парочку, но стало поздно. Робин оттолкнул блондинку так, что она полетела в угол дома и, ударившись, шеей о горизонтальную водосточную трубу, сползла по стене. На лице брюнетки тут же выступили слёзы. — Эмма! — сорвавшимся голосом почти крикнула Миллс. — Ты охренел?! — Мне пора, — спокойно отрезал Робин и бодро удалился в сторону выхода с участка. Миллс, не раздумывая, опустилась на колени и приподняла голову и плечи блондинки. Солёные капли текли по щекам и падали на лицо Свон. — Блять! Нет-нет-нет, — шептала женщина, сжимая пальцами тело девушки. — Эмма, очнись! Нет! Пожалуйста! Реджина вскоре нашлась и позвонила в скорую, и тут же в этот угол зашла Мэри Маргарет. — Что случилось? — высоким голосом воскликнула женщина, подбегая к двум фигурам. — Тише вы, — агрессивно бросила брюнетка, — у Генри праздник. Проводите потом всех и, пожалуйста, останьтесь с ним на ночь, — всхлипывая, тараторила Миллс. — Да, конечно, — Мэри Маргарет поднялась и уже хотела идти к детям. — Мэри, — окликнула её Реджина, — никто не должен узнать. — Да… Я понимаю, — та кивнула головой и, развернувшись, поспешила вернуться к торжеству. Дети, занятые празднованием, вряд ли заметили то, как на задний двор заехал белый фургон с красными крестами, откуда высыпала пара фельдшеров и спешно затащила отключённую Эмму внутрь, после чего машина выехала с участка. Мэри Маргарет старательно концентрировала внимание детей на себя, чтобы никто не заметил неладного. Реджина поехала с Эммой. Она потеряла счёт времени, пока ждала врача из операционной. В голове проносились тысячи мыслей, а стрелки совсем не двигались. Надо было отвлечься, но это казалось невозможным. Миллс проклинала этот день, проклинала лагерь, из-за которого они познакомились, то, что именно она вела отряд Генри, проклинала судебные дела со своим бывшим, когда она виделась с Робином, проклинала всё. Локсли надо было отомстить, он не может остаться безнаказанным! Но тут была проблема: он – лучший адвокат этого города, денег у него больше и связей тоже, а значит, хоть он и не сможет защищать себя, у него будет лучший адвокат из оставшихся. Однако кое-что всё же радовало: его репутация полетит в бездонную пропасть.