Смерть - не конец

      С вершины кучи открылся угнетающий вид на унылую, уходящую за горизонт свалку. Постояв, я обернулся и обнаружил вдалеке непонятно как висящую в небе огромную пентаграмму, а под ней — черный силуэт города. Я ощутил некоторое облегчение, и, стараясь не поранить ноги и не навернуться с них, побрёл вперед.       Вскоре я спустился к дороге, и тут дела пошли веселее — на ровной поверхности тело само разобралось, как ставить обгрызенные ступни и пружинить суставами — и бодро порысил к городу, ритмично цокая когтями по тому, что здесь заменяло асфальт.       Пригород быстро оказался рядом, и выглядел довольно неприветливо: пентаграмма, выгнувшись чудовищным колесом, нависала сверху, придавливая к земле, здания были старыми и обшарпанными, во всем преобладали мрачные тёмные тона. Я ощутил укол тоски по солнцу и нормальному дневному свету.       Увидев издалека первых живых существ на улицах, я напрягся, всматриваясь. Новое зрение парой рывков приблизило силуэты и послушно навело резкость. Как и я, они определенно не являлись людьми.       Когда я вошёл в город, никто не обратил на меня особого внимания, и я с независимым видом двинулся вперед, залихватски надвинув шляпу. Шляпа! Секунду назад не было никакой шляпы! Я снял с головы и оглядел её. Да, пижонская, такая была у меня лет в семнадцать, тогда же, когда и этот костюм. Неплохо было бы получить и обувь… но, увы, когти всё так же продолжали цокать по мостовой. Мимо проехала первая увиденная мной здесь машина.       Людей (они не выглядели людьми, но вели себя как люди) потихоньку становилось больше, они перемещались и занимались своими делами. Все здесь были разными, разными настолько, что это сложно было переварить, от черных блеклых фигур до ярких попугаистых личностей, объединяло их только множество звериных черт.       Ноги тем временем уловили повторяющиеся вибрации и понесли меня вперёд. Мимо проплывали вывески магазинчиков и контор, уличные прилавки и припаркованные автомобили, а я радовался, что запросто затерялся среди здешних разношёрстных обитателей. Пару раз мне присвистнули вслед, и я расправил плечи, понадеявшись, что по тутошним меркам неплохо выгляжу. Вибрация переросла в звуки музыки, я свернул в грязную подворотню в поисках источника и застыл на месте, потеряв мысль.       К изрисованной стене слева жался ярко освещенный торговый автомат. Сквозь толстое бронебойное стекло я увидел… и в который раз не поверил собственным глазам, но ряд кнопок с названиями окончательно развеял мои сомнения — наркота, транки, всё в свободном доступе, только заплати. Никаких денег у меня, понятно, не было, и я представления не имел, как они вообще должны выглядеть.       Пока я жадно и беспомощно скользил взглядом по знакомым и незнакомым названиям на кнопках, сзади кто-то подошел. Я с сожалением отступил в сторону, с трудом отводя глаза.       К автомату придвинулся подкачанный типчик, вполне человекоподобный — если проигнорировать хвост, оливковую кожу и скрученные в тугие узлы рожки по сторонам головы. Он сунул что-то в приёмник, нажал на кнопку и привычным жестом вынул из открывшегося окошка внушительный пакетик с белым порошком. Я нервно сглотнул, не в силах оторвать взгляд. Минуту назад никакой ломки не было, её не должно было быть, но она уже в полный рост царила в моем мозгу.       Незнакомец, окинув меня взглядом, улыбнулся похотливо и вполне дружелюбно:       — Эй, паря! Я на кураже, зависнем-развлечемся?       План найти злачное местечко и подцепить кого-нибудь при деньгах резко упрощался. Оглядев незнакомца еще раз, я не почувствовал ни тени опасности. Только время покажет, работает ли здесь интуиция, которой я всегда доверял. Приосанившись, я очень осторожно изогнул губы, чтобы ненароком не спугнуть его своими новыми хищными зубами. Эту игру я знал в совершенстве.       — Какие планы, детка?