Building a Family from Scraps and Riches

Поездка в агентство по уходу за детьми была еще одной долгой поездкой на автобусе в центр города. У Чимина был план. Это было просто и отнюдь не безошибочно. На самом деле Чимин был бы крайне удивлен, если бы это вообще сработало. Единственное, что он мог сделать — это надеяться. План Чимина, хотя он и называл его планом, не совсем соответствовал ему. Это была скорее общая идея или чувство, чем план. Был один простой идеал, которого он решил придерживаться, чтобы план сработал: честность. Если Чимин был честен и говорил правду, они не могли винить его. Агентство по уходу за детьми было частью городского совета, поэтому Чимин вошел в здание Совета, высокое здание с холодным стеклянным входом и маячащей стойкой регистрации, и начал искать нужное место. После нескольких минут поисков карты этого места, Чимин неохотно решил спросить на стойке регистрации. — Ммм, здравствуйте, — тихо сказал он секретарше, — Я здесь, чтобы встретиться с миссис Со в Агентстве по уходу за детьми? — Третий этаж, — сказала секретарша, не отрываясь от компьютера. — Спасибо, — сказал Чимин, поворачиваясь к лифтам. Третий этаж. На третьем этаже располагалась грязная приемная, заполненная семьями. Там были безумно бегающие дети, тяжело беременные омеги, расхаживающие и потирающие животы, и пары, альфы и омеги, которые смотрели друг на друга не с любовью, а с чистой, ни с чем не сравнимой ненавистью. Чимин робко подошел к стойке администратора, стоявшей напротив лифтов. — Здравствуйте, я здесь, чтобы увидеть миссис Со? — спросил Чимин у секретарши. — Имя? — Пак Чимин. — Пожалуйста, присаживайся, Чимин. Чимин сделал, как ему было сказано, сидя в углу шумной комнаты ожидания, пока он ждал миссис Со. Он попытался сконцентрироваться на том, что он собирался сказать бете, но затем он заметил группу из трех детей, которые выглядели как братья и сестры, вызывая хаос в углу, в котором он сидел. За ними, похоже, никто не присматривал, и они были так молоды, что самые маленькие едва могли ходить. Чимин, беспокоясь за их безопасность, решил присматривать за ними, пока не появятся их родители. Сказать, что Чимин беспокоился о детях, было бы преуменьшением. Очевидно, их оставили совсем одних, просто велели ждать и не дали ничего, что могло бы занять их. Теперь они делали все возможное, чтобы развлечь себя, в этот момент играя с фонтаном, вызывая мини-наводнение на полу рядом с Чимином. Несмотря на то, что дети раздражали и вызывали некоторые крайне угрожающие взгляды от других в комнате, Чимин чувствовал к детям только сочувствие. Эти дети не знали ничего лучшего. Они оказались в ситуации, когда чувствовали себя неуверенно и тревожно, и только пытались извлечь из этого максимум пользы. Сочувствие было всем, что Чимин мог чувствовать, пока внезапно самый младший ребёнок не поскользнулся на воде и Чимин не услышал оглушительный удар головой о землю. И тут Чимин почувствовал страх. Ребёнок издал жалобный вопль, и Чимин в одно мгновение опустился на колени рядом с ним. — О, милый, ты в порядке? — спросил он, помогая бедному ребёнку сесть. Ребёнок мог только плакать, когда Чимин проверял его голову на наличие ранений, а два других ребёнка молча смотрели на него. По тому, как ребёнок отшатнулся от его руки, Чимин понял, что он довольно сильно ударился головой. Хотя это не должно быть слишком серьезно, поскольку он не чувствовал, как образуется шишка. Чимин быстро поднял ребёнка с пола, бормоча, что все будет хорошо, что он такой храбрый, что скоро почувствует себя лучше, и откинулся на спинку стула, нежно держа его на руках и раскачивая взад-вперед, чтобы успокоить его крики боли. Он выудил из сумки носовой платок и осторожно вытер мокрое лицо ребёнка, прежде чем протянуть ему, давая успокоиться. Как раз в тот момент, когда Чимину удалось заставить мальчика перестать плакать, даже слегка улыбнувшись дрожащими губами, он услышал голос миссис Со, зовущей его по имени. Он быстро встал, положил ребёнка на стул, на котором сидел, и велел всем трем малышам сидеть тихо и спокойно, пока они ждут своих родителей. Затем он подошел к миссис Со, поприветствовал ее дружелюбной, хотя и напряженной улыбкой и прошёл в ее кабинет. — Чимин, как ты? — спросила миссис Со, демонстрируя свою болезненную, фальшивую улыбку. Вот тут-то Чимин и занервничал. У него был только один шанс убедить ее вернуть ему Джихена, и это был он. — Я… я в порядке, спасибо, — ответил Чимин. Конечно, это была ложь, но тут Чимин вспомнил о своем плане. Честность. Вот что поможет ему пройти через все это, — Я.э-э… очень скучаю по Джихену, но я просто надеюсь, что скоро смогу его вернуть. Миссис Со смутно вздохнула, прежде чем перейти к более важным вопросам, чем благополучие Чимина. — Должна признаться, я не ожидала, что так скоро начну обсуждать опеку над Джихеном. Ты же понимаешь, что нет никакой возможности вернуть Джихена, если у тебя нет надежного источника дохода, не так ли? Чимин знал, что его работа была чем-то, что они должны были обсудить, но его сердце все еще сжималось при мысли о том, что ему придется объяснять свою работу бете. — Да, я знаю, — ответил Чимин, — Но теперь у меня есть работа. — В самом деле? — миссис Со скептически подняла бровь, — Какая? У тебя есть доказательства? — Э-э, да, у меня здесь есть контракт на работу, — сказал Чимин, протягивая Миссис со листок бумаги. Первое, что сказала миссис Со, прочитав документ, было: — Стрип-клуб? — таким тоном, который не оставил в воображении Чимина ни капли ее неодобрения, — Так ты стриптизер? Чимин не смог сдержать вздоха. Он действительно ненавидел это слово. — Да, — ответил он, — Но я зарабатываю больше денег, чем в кафе, и к тому же познакомился с новыми людьми. — Хм, я понимаю это, Чимин, но меня беспокоит, как Джихен справится с твоим новым выбором карьеры, — сказала миссис Со голосом, пронизанным сладостью, — Это просто неприлично. Омега глубоко вздохнул, прежде чем ответить. — Я последовал вашему совету, миссис Со. Вы сказали, что мне нужно зарабатывать больше денег, и это то, что я делаю. — Мне очень жаль, но это совсем не то, что я имела в виду. Боюсь, я ни за что не позволю Джихену вернуться с тобой, когда у тебя такая неподходящая работа. Паника начала разгораться внутри Чимина, когда он услышал жестокие слова миссис Со. — Пожалуйста, миссис Со, я сделаю все, что угодно. Миссис Со хмуро посмотрела на Чимина. — Чимин, единственный возможный способ получить опеку над своим ребёнком — это найти надежного альфу или бету, предпочтительно альфу, который позаботится о тебе. — Я вполне могу позаботиться о себе и Джихене. Мне не нужен альфа. — Джихен знает. Ему нужна фигура отца, кто-то, кто восполнит этот пробел. — Я могу сделать все это, — Чимин умолял, — Вы недооцениваете меня, миссис Со. Вы недооцениваете меня, Джихена и силу всех омег. Я могу быть всем, что нужно Джихену. Пожалуйста, просто… просто дайте мне шанс. — Я не могу, Чимин. По закону мы имеем право опеки над Джихеном, пока ты не найдешь пару. Чимин не собирался плакать. Даже несмотря на то, что он чувствовал знакомую боль от слез на глазах, он не собирался плакать. Он плакал слишком много в эти последние несколько дней. Он больше не собирался плакать. — Ладно, — сказал он, неохотно соглашаясь, и абсолютное отчаяние заполнило его разум, — Я вижу, что ничего не могу сделать. Когда Чимин выходил из кабинета, он увидел трех малышей, с которыми сидел рядом в приемной, самый младший из которых все еще душераздирающе рыдал, сжимая в руке платок, который дал ему Чимин. На этот раз они были со своими родителями, парой альфы и омеги, которая выглядела очень напряженной и очень сердитой. Чимин мог только испуганно наблюдать, как альфа хлопает по затылку самого младшего ребёнка, крича ему, чтобы он заткнулся и прекратил свое «надоедливое гребаное рыдание», в то время как омеге, казалось, было все равно, когда она закатила глаза и потащила за собой двух других малышей. У Чимина была только одна мысль, когда он смотрел на эту пару: как могли этим родителям, которые так открыто оскорбляли своих детей, позволить взять над ними опеку, когда Чимину даже не дали шанса с его собственным ребёнком. Он знал ответ: они были вместе, пара альфа и омега, идеальная пара, несмотря на их очевидную ненависть друг к другу. Чимин был один. В тот момент он знал, что есть только одно возможное решение, которое приведет Джихена домой. Он должен был найти альфу.

***

Остаток дня Чимин провел в раздумьях. Его проблема была чем-то, что он не мог решить. Он не знал никаких альф. В течение целых пяти лет он изо всех сил старался не общаться с ними, но теперь он должен был найти одного из них, он должен был быть с одним из них, он должен был убедить альфу помочь ему. Чимин был в ужасе. Когда Чимину пришло время идти в клуб, он не пришел ни к какому выводу. Теперь перспектива возвращения Джихена казалась ему несбыточной мечтой. Он уже терял надежду. Когда он открыл дверь своей квартиры и на него обрушился холодный зимний воздух, Чимин вдруг почувствовал, как в глубине его сознания мелькнуло воспоминание. Чонгук. У него все еще была куртка Чонгука. Чимин развернулся и направился в комнату Джихена, роясь под крошечной кроватью в поисках шикарной черной куртки, принадлежавшей альфе. Он провел рукой по дорогому материалу, разглаживая все складки и проверяя, нет ли на ней грязи, прежде чем выйти из квартиры с курткой в руках. Омега не мог подавить желание свернуться калачиком в куртке после того, как почувствовал холодный наружный воздух. Он быстро надел её, надеясь, что Чонгук не будет слишком возражать. Он подумал о том, что куртка, вероятно, пахнет его сладким ароматом после того, как он проспал на ней всю ночь, и понюхал воротник, чувствуя удовлетворение, когда он все еще мог чувствовать мускусный запах альфы.

***

В этот вечер, танцуя в клубе, Чимин чувствовал себя увереннее. Он был одним из первых, и у него не было времени беспокоиться о хищной публике, для которой он выступал. Он любил свободу, которую чувствовал во время танца, и не обращал внимания на унизительные крики альф, наблюдавших за ним. Закончив танцевать, Чимин прошелся по клубу, стараясь не привлекать внимания жадных альф. Он искал только одного альфу. Ему просто нужно было вернуть куртку Чонгуку, и тогда он сможет навсегда забыть о странном альфе. Его сердце сжалось от этой мысли, но Чимин не понимал почему, поэтому он проигнорировал боль. Ничего хорошего из этого не выйдет. К его удивлению, альфа был там, сидя в той же самой кабинке, где он сидел накануне вечером. Из угла, где прятался Чимин, он видел, как острые глаза Чонгука осматривают клуб в поисках чего-то. Возможно, он вернулся, чтобы забрать куртку, которую украл Чимин. В конце концов, она выглядела очень дорого. Чимин быстро подобрал куртку и подошел к альфе. Они сразу же встретились взглядами, заставив сердце Чимина затрепетать от такого внимания. Он отогнал это ощущение так же быстро, как оно появилось, и снова сосредоточился на своей задаче. — Привет, — сказал Чонгук, когда Чимин остановился перед ним. Чимин был удивлен, увидев, что Чонгук так пристально смотрит на него, не обращая никакого внимания на куртку, которую он держал в руках. Он быстро толкнул её в сторону альфы. — Вот, — сказал он, кладя ее на стол, когда Чонгук не двинулся с места, чтобы взять её. — Спасибо, Чими… — Не надо! — в отчаянии воскликнул Чимин, закрывая ладонью рот альфы, — Я же просил тебя не называть меня так. — Хорошо, — сказал альфа, отодвигая руку Чимина, прежде чем сжать ее в своей, — Чимми. Тебе не нужно было возвращать куртку. У меня их сотни. Чимин нахмурился. — Ну, этого я не знал, — сказал он, надув губы, — В любом случае, теперь она у тебя, так что я просто… пойду, — он попятился, пытаясь вырвать свою руку из хватки альфы. Чонгук держит только крепче. — Останься, — сказал он неожиданно мягким голосом, — У меня есть кое-что для тебя. Пойдем со мной. — Мне действительно нужно вернуться к… — Просто сделай это Чи… Чимми, — простонал Чонгук, вставая и осторожно дергая Чимина за руку. Чимин нахмурился, но решил последовать за ним, его любопытство победило здравый смысл. Чонгук вывел его из клуба и вместе с Чимином зашагал по улице. — А куда мы идём? — спросил Чимин, — Я не могу уйти далеко, я на работе. — Это не займет много времени, я обещаю, — сказал Чонгук, почти не обращая внимания на жалобы Чимина. Чимин судорожно сглотнул, заметив, как пусты улицы по ночам, как темно. Он немного умер внутри, когда понял, как глупо было следовать за альфой сюда, позволить альфе тащить его по улицам города и тащить туда, куда он хотел. Но теперь было уже слишком поздно. Они были совсем одни. Всякое может случиться. — Чонгук, я… — Прости, Чимин, — прервал его Чонгук, когда он протащил омегу через ворота в парк, где остановился и отпустил руку Чимина, — Я просто подумал, что стрип-клуб-не самое лучшее место, чтобы говорить тебе об этом. Чимин огляделся вокруг и, к своему удивлению, увидел, что парк довольно хорошо освещен. В темноте он разглядел красивые цветочные клумбы на обочине тропинки, по которой они шли, а впереди был небольшой фонтан. Это было приятно, но Чимин все еще опасался того, что альфа хочет от него. Если бы Чимин не знал лучше, он бы сказал, что Чонгук выглядел нервным. Он смущенно нахмурился. Альфы не нервничали, но здесь был Чонгук, проводящий пальцами по волосам и шаркающий ногами, уставившись в землю. — Вообще-то я… хочу задать тебе один вопрос, — неловко сказал альфа. Казалось, он слегка нервничает, когда проводит рукой по своим черным волосам, — Я хотел спросить, не могли бы мы… ну, ты знаешь, встретиться где-нибудь? Вне клуба. — Нет, — твёрдо сказал Чимин. — Эй, у меня даже не было возможности объяснить или дать тебе… — начал Чонгук, осторожно потянувшись к руке Чимина. — Я не могу встретиться с кем-то, кто был в клубе. Это не профессионально. Чимин изо всех сил пытался отказать альфе. Он знал, что Чонгук, вероятно, просто запутался. Он не хотел Чимина, а если и хотел, то только для того, чтобы использовать омегу и вышвырнуть его прочь, как только получит то, что хочет. Чимин не мог позволить себе доверять ему, каким бы искренним ни выглядел Чонгук. — Но я… — начал было возражать Чонгук. — Я не заинтересован, Чонгук. Что бы ты ни хотел, мне это не интересно. Чимин начал пятиться назад, твердо намереваясь как можно скорее вернуться в безопасное место клуба. Чонгук — альфа. Он может выглядеть честным и заслуживающим доверия, но он был таким же, как и все остальные, жадным и эгоистичным. Чимин знал, чего он хочет. Это было единственное, для чего альфы хотели омегу. Омеги были бесполезны, кроме как для секса, для того, чтобы покорно понести потомство от альфы. Все альфы, с которыми встречался Чимин, хотели его именно за это. Чонгук не был исключением. — Я тебе заплачу, — голос Чонгука, казалось, изменился, когда он произнес эти слова. Мягкий, неловкий голос, который он использовал, исчез и сменился холодным, резким. Чимин посмотрел на Чонгука с выражением полного шока на лице. Он был еще более шокирован и немного обижен, увидев, что альфа улыбается — нет, ухмыляется ему сверху вниз, как будто знает, что Чимин не может отказаться от денег, как будто он заключает какую-то деловую сделку. Он явно больше не нервничал. Это заставило Чимина почувствовать абсолютное отвращение. — Мне не нужны твои деньги, — сказал он в гневе. — Конечно нужны, Чимин. Чимин открыл было рот, чтобы снова отказаться, но тут в его голове начала формироваться идея, и он посмотрел на альфу. Было очень маловероятно, что он сможет убедить альфу, но он решил пожертвовать всем своим достоинством, чтобы убедить его. Он сделает для альфы все, что угодно, лишь бы тот делал то, что хочет Чимин. Чонгук, похоже, хотел заключить деловую сделку, так что именно это Чимин ему и дал. — Нет, — он поднял глаза на Чонгука, рассматривая его, задаваясь вопросом, хочет ли альфа его достаточно, чтобы выполнить такую ​​большую задачу. Он должен был попытаться, — То, что я хочу, можешь сделать только ты. Это будет трудно, но мне больше не к кому обратиться, кроме тебя. — Скажи мне, Чимин. Я дам тебе все, что ты захочешь, — сказал Чонгук умоляюще, — Я думал, ты хочешь денег, но я дам тебе все, что сделает тебя счастливым. Чимин был ошеломлен тем, насколько честным казался альфа. Он знал, что не должен доверять Чонгуку, но когда он так смотрел на Чимина, тот мало что мог сделать, чтобы не доверить альфе свою жизнь. Он должен был напомнить себе, как быстро изменился тон Чонгука, как он мог перейти от мягкого к угрожающему в одну секунду. Он не мог ему доверять. Он глубоко вздохнул. Исход этого момента будет означать разницу между радостью Джихена и его несчастьем. Чимин должен был добиться успеха. — У меня есть сын, — он поднял глаза, чтобы посмотреть на реакцию альфы, и увидел только, что тот смотрит на него, терпеливо ожидая продолжения Чимина. Тот факт, что у Чимина был сын, похоже, ничуть не шокировал Чонгука и не изменил мнения альфы о Чимине. Но это не заставило его бежать. Это не вызвало у него ни отвращения, ни злости. — Его зовут Джихен, и он… единственное, что меня поддерживает. Он вся моя цель в жизни. Он… весь мой мир. Чонгук начал осторожно поглаживать ладонью обнаженную руку Чимина. Чимин не был уверен, что означает это действие, но он нашел утешение в этом контакте. — Джихен… Меньше недели назад Джихена забрала у меня Служба защиты детей. И… У меня нет никакой надежды вернуть его обратно, если я не найду альфу, который будет заботиться о нас, — Чимин глубоко вздохнул, размышляя, пытаясь найти правильные слова, чтобы выразить то, что ему было нужно, — Я никогда больше не отдам свою жизнь альфе, но мне нужно притвориться, что это так… на некоторое время, пока я не верну Джихена. Омега посмотрел на Чонгука, пытаясь оценить выражение его лица, прежде чем продолжить. Он обнаружил, что лицо Чонгука все еще оставалось относительно бесстрастным, и это пустое выражение заставило надежду Чимина померкнуть. — Я знаю, что прошу слишком много, но не мог бы ты… пожалуйста… притвориться, сделать это? Просто ненадолго… пожалуйста? Я сделаю все, что ты захочешь, если ты просто поможешь мне вытащить Джихена из этого места. Пожалуйста? Чонгук не ответил. Он просто наблюдал за Чимином расчетливым взглядом, когда омега, казалось, разваливался на части в отчаянии. Он продолжал бормотать тихие мольбы альфе, становясь все более и более неистовым, пока не начал умолять, падая на колени перед альфой и закрывая лицо руками. — Пожалуйста. Чонгук медленно присел рядом с ним. Он положил большую руку на спину Чимина и нежно потер ее вверх и вниз, прежде чем положить омеге на плечо. — Я сделаю это, Чимин, — сказал альфа, — Я сделаю это для тебя… и для Джихена. Все тело Чимина задрожало, когда он услышал эти невозможные слова. Он рванулся вперед, чтобы схватиться за альфу перед собой, слезы текли по его лицу. — В самом деле? — недоверчиво спросил он, — Ты сделаешь это? Ты действительно поможешь мне? — Да, конечно, Чимин, — ответил Чонгук, мягко проводя своими большими руками по плечам Чимина, — Я сделаю вид, что ухаживаю за тобой, если ты действительно этого хочешь. Чимин тихонько всхлипнул, потирая слезящиеся глаза. — Так оно и есть. Это действительно так. Мне просто нужно вернуть Джихена. — Ну, я полагаю, что я должен дать тебе подарок, — сказал альфа, доставая что-то из кармана. Чимин пристально смотрел ему в глаза, пока Чонгук нежно гладил его шею, прежде чем застегнуть тонкую золотую цепочку и положить кулон между ключицами. Когда Чимин посмотрел вниз, он увидел маленький бриллиантовый цветок, похожий на снежинку. Он был крошечным и золотым, как и тонкая цепочка, на которой он висел. Чимин никогда не видел такого красивого ожерелья. — Чонгук, ты не можешь мне это дать, — тихо запротестовал Чимин, — Почему у тебя в кармане лежит такое ожерелье? Для кого оно предназначалось? — Это для тебя, Чимин. — Но мы даже не встречаемся. Это только так… — Чимин, мы должны убедить их, что мы пара. Если это будет выглядеть фальшиво, они не отдадут нам Джихена. Эта причина казалась Чимину достаточно логичной. Он почувствовал, как его сердце сжимается от переполнявших его эмоций. Ухаживающий подарок был чем-то таким, чего он никогда раньше не получал, и, несмотря на то, что он был фальшивым, он действительно хотел, чтобы он был настоящим. Он также чувствовал что-то еще. Подарок был подделкой. Чонгук не дал бы ему его, если бы они не заключили эту сделку. Вероятно, он предназначался для кого-то другого. Ревность была тем чувством, к которому Чимин привык. У него было не так уж много денег, и он испытывал зависть к тем, у кого их было больше, чем у него. Однако он никогда не испытывал такого сильного всплеска ревности, как сейчас. Он ревновал к омеге, которому Чонгук намеревался подарить это, и это выбило его из равновесия. Собравшись с мыслями, Чимин сумел ответить альфе: — Ладно. Спасибо, Чонгук. Пальцы Чимина не могли перестать гладить ожерелье. Эта тяжесть вокруг его горла казалась странно успокаивающей и безопасной. Он закрыл глаза и на секунду представил себе, что за ним действительно ухаживают. Это было то, о чем он мечтал, когда был моложе и невиннее, но, повзрослев, обнаружил, что романтика ухаживания была всего лишь вымыслом. Она не случалась с такими людьми, как Чимин. За омегами вроде Чимина никто не ухаживал. На них заявили права и сказали, кому они принадлежат. Только омеги высшего класса имели свободу выбора, чтобы принять альфу. Чимину пришлось напомнить себе, что это была подделка. Ожерелье оказалось ложью. Чонгук помогал Чимину только ради его собственной выгоды, и, как бы сильно Чимин ни хотел всегда чувствовать безопасность рук Чонгука, Чимин никогда не мог позволить себе доверять альфе. — Что ты… хочешь, чтобы я сделал? — робко спросил Чимин. — Что ты имеешь в виду, Чимин? — ответил Чонгук, глядя на омегу пронзительным взглядом. Их лица были так близко друг к другу, что носы почти соприкасались. Чимин вздрогнул от такой близости. Он чувствовал такое сильное притяжение к этому альфе и ненавидел это. Он ненавидел то, что находил в нем утешение. Он ненавидел, что Чонгук только хотел использовать его. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — повторил Чимин, — В качестве платы за то, что ты притворяешься, будто ухаживаешь за мной. Чимин наблюдал, как Чонгук нахмурился и слегка отстранился от Чимина. Альфа отвернулся и провел пальцами по волосам. Он казался взволнованным. — Чего я хочу? — спросил он, переводя взгляд на Чимина и снова отводя его в сторону. — Я сделаю все, что ты попросишь, — пробормотал Чимин, ожидая неизбежного ответа Чонгука. Альфа вздохнул. — Хорошо. Приходи завтра пообедать со мной. Нам нужно обсудить наш план по возвращению Джихена, а потом, возможно, мы сможем провести этот день вместе. — Это среда, — сказал Чимин, нахмурившись, — Разве у тебя нет работы? — Я беру отпуск, — сказал Чонгук с улыбкой, — Я начальник. Никто не может пожаловаться. Кроме того, у меня уже много лет не было ни одного свободного дня. — О-хорошо. — Встретимся здесь завтра в двенадцать. Чимин кивнул. — Мне пора возвращаться в клуб. Чонгук снова нахмурился, когда Чимин сказал это, но ничего не сказал, чтобы возразить. — Я провожу тебя обратно. Чимин снова кивнул. Он был очень смущен тем, чего хотел альфа. Чонгук даже не намекнул, что хотел что-нибудь сексуальное от Чимина сегодня вечером. Любой другой альфа был бы настойчив в своих желаниях. Любой другой альфа в этой ситуации, вероятно, уже сейчас набросился бы на Чимина. Почему Чонгук был настолько расплывчатым и запутанным? Все, что мог сделать Чимин — это ждать ответов. Может быть, он получит их завтра.