Building a Family from Scraps and Riches

Здание ресторана Сокджина находилось на берегу реки в самой оживленной части города. Это было двухэтажное небольшое и старое здание, из красного кирпича, но было ясно, что оно было недавно отремонтировано. Окна на втором этаже выглядели оригинальными, старомодными и деревенскими, в то время как окна первого этажа были совершенно новыми. Часть передней стены была снята и полностью заменена стеклом, чтобы пропускать внутрь свет в течение дня. Поскольку был вечер, небо было темным, но были включены фонари. Они свисали с высоких кленов, создавая иллюзию, что они плывут, как звезды. Чимин был в восторге от этого места, от того, как много Джин, должно быть, работал, чтобы это осуществить. — Пойдём? — спросил Чонгук с улыбкой, вырывая Чимина из его мыслей. Омега кивнул и посмотрел на Джихена, который сжимал его руку в своей, слегка дрожа от холодного зимнего воздуха, несмотря на новое, толстое пальто, которое он носил. Его тоже трясло от волнения. Его настроение постепенно улучшалось в течение дня, чему способствовала перспектива увидеть новый ресторан дяди Джина. Потребовалось некоторое время, чтобы успокоить маленького альфу после того, как он рассказал им все, что произошло, пока его не было. Чимин был в ужасе от того, что мистер Чхве мог причинить Джихену физическую боль, но, когда его спросили, Джихен настоял, что его не били, он только видел, как это произошло. Чонгук все еще говорил, что они могут привлечь господина Чхве к суду за жестокое обращение с детьми, и Чимин немедленно согласился. Джихену больше ничто не угрожало, но в доме все еще оставались дети, живущие в страхе перед жестоким альфой. Они немедленно позвонили Хосоку, и он сказал, что немедленно подготовит дело, но сначала они должны подать жалобу в полицию, чтобы детский дом был расследован. Юнги уже работал над своим собственным расследованием жестокого обращения в детском доме, и казалось, что его сбор доказательств шел гладко. Хотя Чимин был расстроен, Чонгук заверил его, что все будет хорошо, и убедился, что омега не будет зацикливаться на этом в течение дня. Альфа также был великолепен в отвлечении внимания Джихена. Они провели весь день, гоняя мяч в парке — занятие, от которого Чимин отказался после того, как несколько раз пропустил мяч. Вместо этого он сидел на скамейке с теплым горячим шоколадом. Ему очень нравилось наблюдать за взаимодействием альф, и, хотя Джихен часто оглядывался на Чимина, чтобы убедиться, что тот все еще здесь, ребёнок выглядел совершенно непринужденно, когда он был с Чонгуком. Слезы того утра казались далеким воспоминанием. Чимин посмотрел на Джихена. Мальчик смотрел на ресторан, слегка приоткрыв рот. Он бессознательно тянул Чимина за руку, заряд авантюрной энергии тек через него. При виде настроения сына на лице Чимина появилась улыбка. Он повернулся к Чонгуку и кивнул, позволив Джихену увести их обоих в ресторан. Это было удивительно увидеть внутреннюю часть здания, не из-за интерьера, хотя это было невероятно красиво, но из-за людей, которых они видели внутри. Там были Намджун и Хосок. Они стояли у самого входа, ожидая, когда их усадят. Чонгук немедленно направился к ним, выглядя смущенным, но не недовольным неожиданным появлением своих друзей. — Джун, Хоби, что вы здесь делаете? — спросил он бодрым голосом. Намджун сразу же почувствовал себя неловко. — Ну, это же новый ресторан. Мы хотели его проверить— — Я его напарник, — перебил его Хосок. У беты была игривая улыбка на лице, казалось, он наслаждался смущением альфы, — Привет, Чимин! — он поздоровался, прежде чем повернуться к Джихену, — А это, должно быть, Джихен? Я тебя раньше не встречал! Я Хосок, но все зовут меня Хоби! Привет! Джихен быстро улыбнулся взволнованной бете, прежде чем повернуться и спрятаться за спину Чимина. — В общем, мы здесь потому, что Джун на кого-то положил глаз, — продолжал Хосок. — Заткнись, Хоби, пожалуйста, — Намджун застонал, а затем добавил, — Это не так. — Ты ищешь перепих? — недоверчиво спросил Чонгук, — Здесь? — Нет! — воскликнул Намджун, — Ух, я просто… Заткнись, — альфа выглядел взволнованным, как будто его поймали за чем-то унизительным. — Джун видел парня, который ему нравится, — Хосок прошептал в сторону парочки, как будто это был самый скандальный секрет, который когда-либо был раскрыт. — Ох, Хоби, пожалуйста, успокойся, — сказал Намджун, — Да, я думаю, что мне кое-кто нравится, и я думаю, что он работает здесь, но, пожалуйста, просто заткнись. — Джун, ты не встречаешься, — сказал Чонгук. Это было утверждение, как будто альфа считал его неоспоримым фактом. — И ты тоже, — сказал другой альфа, многозначительно глядя на Чимина, который становился все более и более смущенным и обеспокоенным всем, что говорил Намджун. — Откуда ты знаешь, что он здесь работает? — внезапно спросил Чимин, — Ты что, преследуешь его? — похоже, Намджун вообще не знал этого человека. Омеге все это казалось немного тревожным. — Нет! Я… — крикнул Намджун, прежде чем сообразить, где он, и понизил громкость до приглушенного шепота, — Боже мой, нет! Наступило молчание. Намджун с каждой секундой краснел все больше и больше. Чимину было странно видеть такого альфу, которого так легко заводили поддразнивания его друзей, но омега постепенно начинал понимать, что никто вокруг Чонгука не подчинялся стереотипу, которому следовал весь остальной мир. После долгой паузы, казалось, единственное, что мог сказать Чонгук, было: —…Что…? — Я проезжаю мимо этого ресторана по дороге на работу, хорошо? — Намджун объяснил, — Я решил зайти и проверить, раз уж он теперь открыт. — И попробуй найти красивого чувака, в которого ты влюбился, — иронично добавил Хосок. Как только Чонгук открыл рот, чтобы задать еще несколько вопросов, официант прервал их, спросив, были ли они одной группой. Этот обмен репликами показался Намджуну весьма удобным, поскольку он явно хотел, чтобы земля поглотила его целиком. В конце концов, они решили, что могут есть все вместе, и Чимину было немного не по себе. Он все еще не очень хорошо знал друзей Чонгука, но альфа ободряюще сжал его руку, казалось, заметив его опасения, и тепло улыбнулся ему, прежде чем отодвинуть стул, чтобы он сел. Тем временем Джихен, казалось, наслаждался происходящим. Он сидел за столом рядом с Чимином и, хотя все еще нервничал, тихонько хихикал, наблюдая, как Хосок корчит рожи через стол. Чимин был совершенно очарован этим, и потянулся, чтобы нежно погладить волосы Джихена, радуясь, что его не отпугнуло внезапное появление друзей Чонгука. В тот момент, когда Чонгук открыл рот, чтобы продолжить допрос Намджуна, появился Сокджин. — Чимин! Я так рад, что вы пришли! — крикнул омега, подходя к их столу. Чимин мгновенно вскочил со стула, почти упав в знакомые объятия Джина. — Привет, — тихо сказал он, когда его охватили руки другого омеги. Он скучал по легкости и комфорту своей дружбы с Сокджином. Они слишком мало виделись. Сокджин быстро поприветствовал Джихена. — Как поживает мой любимый маленький альфа? — спросил он, поднимая мальчика и осторожно раскачивая его. — Хорошо, — Джихен ответил с легким смешком. Он обнял Джина так крепко, как только мог, не желая отпускать. Сокджин быстро сел на место Джихена с ребенком на коленях, а Чимин снова сел рядом с ним, а Чонгук сидел с другой стороны. — Итак… — весело сказал Сокджин, — Кто из двух альф твой, Чимини? — Ох! — Чимин мгновенно выпрямился, забыв, что еще не представил Чонгука, — Это Чонгук, — сказал он, показывая на альфу рядом с ним, а не на того, кто стоял рядом с Сокджином, у которого, как заметил Чимин, было выражение полного замешательства на лице, — А это Хосок и Намджун, друзья Чонгука. Это мой лучший друг Сокджин, он владелец ресторана и шеф-повар. Чонгук и Хосок вежливо поздоровались с Джином. Намджун же, напротив, казалось, потерял все свое самообладание. — Я не думал, что ты омега, — выпалил он. Джин на секунду перевел взгляд на Намджуна, пробегая глазами вверх и вниз по его телу, пытаясь понять, что происходит. Он вежливо рассмеялся, но Чимин уловил в его голосе нотку защиты. — Почему это? — спросил он. — Я просто… — смущенно продолжал альфа, похоже, сожалея о своем решении заговорить, — Никогда не думал, что омега сможет открыть что-то подобное… — Почему это? — повторил Джин, выражение его лица было холодным, а голос стал более агрессивным. Он нависал над Намджуном с того места, где сидел, гнев не ослабевал, несмотря на то, что он все еще обнимал Джихена на коленях. Если бы на Чимина упал холодный взгляд Джина, он бы испугался. Похоже, у Намджуна тоже дела шли не слишком хорошо. Он заикался и произносил следующие предложения с невероятной скоростью. — Я… я просто подумал, что со всеми предубеждениями р-по отношению к омегами к тому, что их считают неспособными делать такие вещи — открыть ресторан и управлять им, и- я просто не думал, что кто-то сочтет это возможным. Я бы не смог… если бы был омегой, — сказал он, дико размахивая руками. Все за столом напряглись, ожидая реакции Сокджина. Чимин не мог до конца поверить, насколько запутанным стал Намджун, альфа. Омега решил, что он, должно быть, действительно нервничает, чтобы произвести хорошее впечатление на Сокджина. Теперь Намджун, вероятно, думал, что он все испортил. Сокджин даже не улыбнулся. — Ты прав, — сказал он, — Ты бы не смог этого сделать, — и с этими словами он встал, вернув Джихена Чимину, и пошел прочь, крикнув через плечо, — Дайте знать официанту, когда вы решите, что будете заказывать. Намджун обмяк в кресле, выглядя побежденным. — Хорошо… — сказал Хосок с легким нервным смешком, — Похоже, у тебя нет ни единого шанса, Джун. Чимин посмотрел на Намджуна с сочувствием в глазах. — Он, вероятно, не так раздражен, как кажется, — утешил он, — Он часто раздражается, но потом отшучивается, — однако Чимин тайно согласился с Хосоком; у Намджуна не было шансов. Джину никогда не нравилась компания альфы. Было совершенно невероятно, что Намджун станет исключением. Сокджин вышел из кухни, чтобы съесть с ними основное блюдо. — Я беспокоюсь о том, чтобы оставить других поваров одних на кухне, но, только на этот раз, я буду доверять им, чтобы они не напортачили, — сказал он, когда ел вместе с ними. Он принес цветные карандаши Джихену, чтобы занять его, и ребёнку это понравилось, он рисовал все в своем воображении. Чонгук продолжал хвалить его за работу, всегда находя время, чтобы развлечь его, когда мальчику становилось скучно от более взрослых разговоров, происходящих за столом. Намджун в основном молчал, заговорив только тогда, когда они вернулись к теме ресторана Джина. — Итак, Сокджин, — спросил Намджун, притворяясь веселым, чтобы скрыть свои нервы, когда ел, — Тебе, должно быть, помогли все это устроить. Я имею в виду… — альфа с восхищением огляделся вокруг, — Это потрясающе. Я едва могу поверить, что это возможно. Чимин чуть не испустил вздох раздражения. Несмотря на все благие намерения Намджуна, у него почти не было такта, когда он пытался сделать комплимент. Сокджин сделал большой глоток вина, прежде чем ответить. — Я все устроил сам, — сказал он, защищаясь, — Мне просто нужно погасить некоторые кредиты сейчас, что потребует некоторой тяжелой работы, но я уверен. Чимин внимательно наблюдал за другим омегой, пока тот говорил, сначала чтобы убедиться, что он не начнет драку с Намджуном, но затем он увидел проблеск беспокойства на его лице при упоминании о кредитах, и задался вопросом, сколько долгов на самом деле было у омеги. После ужина Джин решил увести Чимина подальше от группы, чтобы показать ему ресторан. Чимин с радостью подчинился, желая побыть наедине со своим лучшим другом, но перед уходом постарался успокоить Джихена. Однако было ясно, что его сын не нуждается в таких заверениях. Он был счастливо поглощен игрой в крестики-нолики с Чонгуком, в то время как Хосок подбадривал его яркой улыбкой. Он был совершенно спокоен. Намджун казался немного угрюмым, но пытался соблюсти приличия в присутствии Джина, все еще желая произвести впечатление на бесстрастного омегу. Именно тогда, когда Джин показывал Чимину квартиру над рестораном, в которой старший омега теперь жил со своей матерью, они действительно смогли поговорить. — Джин? — спросил Чимин, когда они остались одни, вопрос, который крутился у него в голове почти весь вечер. — Да? — У тебя… много долгов? Старший омега вздохнул, его брови нахмурились от беспокойства. — Думаю, мне придется закрыть это дело в течение нескольких месяцев, — сказал он, — Есть шанс, что все получится, но он ничтожен. Джин выглядел совершенно разбитым. Всю свою жизнь он мечтал открыть ресторан, и теперь, когда это наконец произошло, он не мог упиваться своим успехом, потому что казалось, что он будет мимолетным. Чимин вспомнил все те времена, когда Джин помогал ему. Поднимать его на ноги, когда у него ничего не было, поддерживать, когда он один растил Джихена, быть другом, когда у него никого не было. Сокджин всегда был рядом с ним, самоотверженно. Он заслужил осуществление своей мечты. — Пять лет назад, — торжественно сказал Чимин, — Ты был почти готов открыть свой ресторан, но отложил это, потому что решил мне помочь. — Я знаю, — спокойно сказал Джин, — И я никогда не вернусь и не изменю этого. — Ты потратил сэкономленные деньги на мебель, детские принадлежности и еду для меня и Джихена. Сокджин оборвал Чимина, услышав его слова. — Чимин, никогда не пожалею об этом. Я хотел сделать это, кроме того, мебель даже не стоит так много по сравнению с той суммой, которую я потратил на это место. Я еще не был готов к старту. Я бы не смог этого сделать, даже если бы сэкономил деньги. — Всё же, — упрямо сказал Чимин, — Джихен и я были для тебя чем-то вроде расходов. Ты в основном платил за все, пока я не получил свой первый чек в кафе, а потом деньги пришли от твоей матери. — Ты заработал эти деньги. — Это не имеет значения. Ты и твоя мама до сих пор очень много помогали нам. Без тебя я бы не выжил, — заявил Чимин, — Я так тебе должен, и теперь, когда я с Чонгуком, думаю, я знаю способ вернуть долг. — Чимин, ты действительно не- — Джин, пожалуйста, просто выслушай меня, — перебил его Чимин, — Теперь я живу с Чонгуком. Вся мебель, которую ты мне купил, даже не используется. Она не будет стоить много, но если я продам её, то смогу отдать тебе деньги. — Нет, Чимин, я тебе этого не позволю, — твердо сказал Сокджин, — Я сам открыл этот ресторан. Я не собираюсь принимать деньги сейчас. — Но это же твои деньги, — возразил Чимин. Он был взволнован своим планом, надеясь, что сможет чувствовать себя менее виноватым за все, чем Джин пожертвовал ради него, после того как поможет Джину выплатить свой долг, — Пожалуйста, Сокджини, — он умолял, — Просто подумай об этом? Джин вздохнул. Последовало долгое молчание, в котором Чимин почти слышал спор, происходящий в мозгу другого Омеги. Старший омега был горд, слишком горд, чтобы принять предложение о помощи, но Чимин всегда чувствовал вину за то, что взял так много от Джина и ничего не дал взамен. А пока он мог это сделать. Даже если он не получит много денег от продажи мебели в своей старой квартире, он может что-то дать. Этого было достаточно, чтобы удержать его от чувства вины. Чимин уже почти потерял всякую надежду, когда Сокджин раздраженно фыркнул. — Хорошо, — сказал он, — Я подумаю об этом, но ничего не обещаю. — Спасибо! — Чимин ответил яркой улыбкой. Они уселись в гостиной Джина, Чимин прижался к Сокджину. — Я скучал по тебе, — сказал он, — Я хотел приехать и увидеть тебя, но после всего, что случилось… Я просто… все происходило так быстро, и у меня не было времени, — Чимину было немного стыдно за то, как он отдалился от своего друга. — Чимин, я понял, — мягко сказал Сокджин, его глаза были полны понимания, — Из того, что ты мне рассказал, я знаю, что ты через многое прошёл. Ты все еще переживаешь это. Если уж на то пошло, я должен был быть рядом с тобой больше. Тебе не нужно было приходить ко мне. — Но- — Да, я тоже был занят, обустраивая это место, но я не должен был забывать о тебе и о том, что ты пережил, когда ты сказал, что тебя ранили в клубе… — Я не сильно пострадал. Все в порядке, Сокджини. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым. Чонгук был там, так что я никогда не был один. — Я не доверяю этому Альфе, — сказал Джин, нахмурившись. — Чонгук? — недоверчиво спросил Чимин. Как можно не доверять Чонгуку? — Это просто… странно. Он появился так внезапно… — Именно так все и произошло. — Хорошо, — вздохнул Джин, стараясь не давить, — Он выглядит милым, только будь осторожен. Возможно, его сердце сейчас в нужном месте, но я не верю, что ему просто не надоест. Чимин похолодел. Он не понимал, почему Сокджин так думает. Чонгук не был таким альфой, верно? — Н-но он любит меня. Он сказал мне, что любит, — тихо пробормотал он. — Ты занимаешься с ним сексом, да? — прямо спросил Джин. — Что? Джин, это все— — Откуда ты знаешь, что он не использует тебя только для секса? — Этого не может быть. Джин, мы делали это только один раз, и это было очень давно. Он всегда тот, кто остановится, если… если… — Значит, он не хочет заниматься с тобой сексом? — спросил Сокджин. В его голосе звучала тревога. Чимин не понимал, в чем дело. Он не понимал, почему Джин задает все эти вопросы. — Я не понимаю, почему моя сексуальная жизнь так важна, — тихо сказал Чимин. Он становился все менее и менее уверенным в себе. — Это важно, потому что для альфы странно не хотеть секса, особенно если он утверждает, что любит тебя. Как будто ты его не привлекаешь или что-то в этом роде… ох, Чимин, я не это имел в виду. Но было уже слишком поздно. Чимин вытирал глаза, пытаясь сдержать слезы. Он ненавидел это. Он ненавидел то, что несколько логичных слов Сокджина внезапно ослабили его уверенность в том, что Чонгук был честным и хорошим. Может быть, Чонгук понял, что совершил ошибку, согласившись с их договорённостью, и теперь чувствовал, что должен продолжать в том же духе. Он не любил Чимина. Если бы он любил, то захотел бы сделать больше, чем просто поцелуи. — Чимин, — пробормотал Джин, притягивая к себе другого омегу, — Не плачь, Чимини. Возможно, я ошибаюсь. Я просто никогда не встречал Альфу столь самоотверженного, каким он кажется. — Т-ты не понимаешь, как он мог любить меня, — сказал Чимин, всхлипывая. — Я этого не говорил, — твердо сказал Сокджин, — Я просто знаю, что такое альфы, и думаю, что тебе еще рано так слепо доверять ему. Чимин похолодел. Он понимал, почему Сокджин так думает; альфы всегда хотели оплаты, но Чонгук был другим, не так ли? Чимин думал, что Чонгук просто хотел быть рядом с ним, потому что любил его, но мог ли кто-то влюбиться в другого человека за такое короткое время? Чимин, конечно, мог. Он любил Чонгука всем сердцем, и он думал, что Чонгук чувствовал то же самое, но маленькое семечко сомнения было посеяно в его разуме словами предостережения Сокджина. Чонгук сказал, что любит его, но так ли это на самом деле?