Этот мой

      Чимин и не знал, что в этом огромном городе есть такие тихие заброшенные улицы, где можно пройтись, просто поговорить и ни о чем не беспокоиться. Чонгук идет рядом, болтает обо всем на свете, даже не замечая, что Пак особо не слушает его, залюбовавшись тихим районом чужого города.       — Мне нравится эта вечерняя тишина, — наконец выдыхает Чон и прикрывает глаза, замирая посреди дороги.       Чимин чуть хмурится и качает головой. Ему так странно, что местный хулиган может оказаться в душе романтиком. Да, что говорить: они все трое странные. На публике шипят, рычат, а стоит остаться один на один, как Юнги начинает лучезарно улыбаться. Намджун безумно нуждается в Сокджине, а Чонгук… Чонгук — романтик. Немного странный, но Чимину даже нравится. Он ведь ни одного из этих людей не знает, просто те, кто приносит кучу неприятностей.       — Ты странный человек, Чонгук, но милый, — Пак мягко улыбается и сам берет парня за руку, не зная зачем. Просто неожиданно захотелось.       Они гуляют еще пару часов к ряду. Долго идут до общежития, а потом Чонгук провожает Чимина до комнаты, из которой как раз доносится несдержанный стон знакомым басом.       — У кого-то секс, — смеется тихо Гук и кивает хену в сторону своей комнаты. — Сексом заниматься не предлагаю, но думаю, что это лучше, чем сидеть под дверью. Можем, чаю попить.       Чимин усмехается, чуть склоняя голову в бок. Тэхен мог бы и предупредить, ведь Юнги ему с утра с этим привязался. Но Пак все равно рад за друга. Ким давно вздыхал по Мину.       — Да, идем.       У Чонгука в комнате уютно, а еще он живет со старшим товарищем, который почти не появляется, потому что постоянно пропадает на работе. Хосока Чимин почти не помнит, но учится он вроде вместе с Джуном и Юнги.       — Можешь спать на моей кровати, а я лягу у Хо, он обычно не ругается.       — И часто ты сюда своих парней приводишь? — Чимин щурится, внимательно рассматривая слегка покрасневшее лицо Гука.       — Во-первых, ты еще не мой парень, а, во-вторых, у меня есть друзья, которые иногда остаются, — Чонгук сразу находит, что ответить. Просто кто бы мог подумать, что Пак именно так сформулирует вопрос. Это жутко смущает.       Чимин отводит взгляд и кивает. Теперь стыдно ему. Как-то слишком в лоб он задал вопрос, да и еще утром грезил Намджуном и так быстро переметнулся? Это некрасиво и очень странно. Нельзя быть таким ветреным.       — Извини.       — Да все нормально, просто вопрос твой… слегка ошарашил. Я ожидал нечто подобного, но не в лоб.       Чимин смеется, усаживается на кровать Чонгука и оглядывается. Комната выглядит вполне уютно: книжный шкаф, комод для одежды, заправленные кровати. Даже у них с Тэ такого порядка нет, хотя убираются они постоянно.       — Я сам от себя не ожидал.       Остаток вечера проходит за разговорами, Чонгук рассказывает, как познакомился на школьной пьянке с Намджуном, опуская тот момент, когда знакомство переросло в бурный секс.       — Почему между вами неприязнь? — Чимин чуть хмурится и ведет плечами, становится холодно. Чон сразу реагирует, протягивая ему свою толстовку.       — Просто он тогда поступил не очень. Я тоже не сахар, но делать вид, что я никто, тоже неправильно. Хотя… может быть, на его месте также поступил бы… Кто его знает.       — У вас что-то личное, да?       Чонгук пару минут молчит. Слова даются тяжело, но парень находит в себе силы, чтобы произнести их:       — Он тогда трахнул меня. Я впервые оказался под парнем. Это было…       — Жутко, да… Я тоже как-то по глупости переспал с одним своим знакомым. Мне до сих пор стыдно. Чонгук-и…       Чон поднимает виноватый взгляд на Чимина и едва заметно улыбается уголками губ:       — Да?       — Иди сюда и поцелуй меня.       От такого предложения вряд ли откажется кто-то в своем уме. Чонгук тоже не стал. Он просто притянул Пака на свои колени и поцеловал. Долго, тягуче, пока руки Чимина сами не стали стягивать с младшего одежду.       — Ты уверен? — шепчет Чон, сам помогая стянуть снова толстовку, которую только-только надел хен.       — Конечно, — Чимин отвечает тихо, хрипло, потому что руки у Чонгука горячие, обжигающие. Что пошло не так, Пак не знает, но хочет сейчас только одного. Он сам целует шею и плечи Гука, кусает загорелую кожу, стонет от того, что парень сжимает сильными пальцами бедра.       — Хорошо, — выдыхает Чонгук, опуская руки на ремень джинс Чимина. — Тогда…       Пак не понимает почему, но широко распахивает глаза и едва успевает прикрыть рот ладонью, когда его роняют на постель, и член накрывают губы младшего. Секс переходит все границы, стоны сливаются в унисон, переходят в рык. Чонгук горячий, резкий, трахает грубо, оставляя на теле с десяток отметин, словно изголодавшийся зверь. А Чимину так нравится, нравится чувствовать, что он принадлежит кому-то, не просто потерянный мальчик.       Мир вокруг играет совсем другими красками, когда Чимин сжимает простынь под ним пальцами и кончает. Перед глазами искры, как будто он ударился сильно головой. Удовольствие приятной негой разливается по телу. Чонгук падает рядом, касаясь старшего своим плечом. Кровать слишком маленькая, поэтому Чимин почти сразу перелезает на Гука.       Чонгук улыбается, обнимая одной рукой парня, понимая, что за сутки затащил в постель того, за кем, думал, что будет бегать вечность. Жизнь порою странная штука, непредсказуемая…