empty

Посмотри мне в глаза. У тебя есть секунда, чтобы утонуть.

      Тэхён сидит на крыше, притянув к себе колени, призрачно смотря на звезды, втягивает ароматный дым, держа сигарету меж двух пальцев. Он не курит, балуется. Но пачка всегда припрятана на крыше, чтобы в один ужасный день подняться, втянуть удушающий дым, окутываясь ночной прохладой. Успокаивает.       Слёзы не текут больше — не осталось. На лице высохшие блестят из-за света луны. Холодный ветер развивает тёмные волосы, проходится по смуглой коже, заставляя её леденеть и покрываться слоем мурашек. Душеубивающе.       Чонгук в доме собирается с мыслями, сидя на краю дивана, подперев голову руками. Тэхён. Поцеловал. Его. Тэхён сумасшедший, он поцеловал парня. Поцеловал. Парня. Поцеловал, разозлился, накричал и ушёл. Тэхён вышел из дома, куда он пошёл? Без куртки… в домашних шортах… в одной футболке… Тэхён псих, на него так температура давит? У Тэхёна же температура… Как он на улице ночью… Совсем один.       Чонгук встаёт резко, хватает одеяло и безшумно покидает дом. Где Тэхён? Пределы двора он не покидал — Чонгук бы услышал. Он обходит дом, но не находит Тэхёна. Обходит ещё раз, осматривает тщательно. Где же он? Лестница, стоящая с задней стороны дома и ведущая куда-то ввысь, привлекает Чона. Он, не думая забирается по ней, придерживая одеяло. И находит. Тэ сидит на краю в метре от него, прижав к себе ноги, и незаметно трясется от холода. Тэхён не слышит его, думает, вероятно, осмысливает.       Чонгук бесшумно подходит, накидывает на Тэхёна одеяло и садится рядом. Парень не смотрит на него — не хочет или боится. Боится быть непонятым, осуждённым, боится, что Чонгук понял все, что соберётся и уедет, что обзовёт его, оставит. Тэхён затягивается очередной сигаретой — сколько выкурил не помнит. Он стряхивает пепел в пепельницу, в которой порядком пяти окурков лежат. Чонгук наблюдает за действиями, смотрит с сожалением, но Тэхён и повернутся боится, игнорирует Чона. Но тело предаёт, руки дрожать начинают, ноги немеют. И все это, думает Тэхён, потому что он здесь? Он усмехается про себя, думая насколько же глупым кажется сейчас Чонгуку. И почему он молчит. Почему не говорит какой Тэхён дурак, какой наивный, хочет внимания лишь от одного, а тот просто робот. Всего лишь металл. Говорящий, умеющий поддерживать, заботливый и прекрасно поющий, тёплый и чувствующий прикосновения, красивый металл.       А Чонгук сам не понимает, что делать. Он шёл сюда, им руководила мысль о мёрзнувшем, захлёбывающемся в собственных слезах Тэхёне. Он и слова поддержки не придумал, а, собственно, почему его нужно поддержать?       — Тэхён… — хрипит Чонгук, кладя ладонь на лопатку парня. — Пойдём в дом, пожалуйст…       — Я, — перебивает Тэ, поворачивая голову к Чону, заглядывая тому в глаза, — люблю тебя. Я люблю тебя, Чонгук, — слёзы, выходит, не закончились. Они с новым, более сильным потоком, заполняют тэхеновы глаза. Чон же свои распахивает от удивления.       Его не нужно поддерживать, ему <i>нужен Чонгук.</i>        Тэхён лицо отворачивает и утыкается им в колени.       Чонгук почему-то не думает. Он лишь рывком притягивает к себе Тэхёна, прижимая его голову к своей груди, второй рукой крепко сжимает предплечье, утыкается в тэхеновы волосы носом, вдыхая аромат дорогого шампуня. Тэхён замирает, отключается. Чонгуково тепло распространяется по телу Кима. Тело, секунду назад страдавшее от безудержного холода, наполняется теплом. Греет.       — Хён, — выдыхает Чонгук.       «Хён» — раздаётся эхом у Тэхёна в голове.       — Что мне сделать? — он прижимается щекой к тэхенову лбу. «Тридцать девять и один», — проносится в голове Чона, но он решает не озвучивать. — Хён…       — Ещё чуть-чуть, — говорит Тэ закрывая глаза, приподнимает голову утыкаясь носом в чонову шею. — Посидим здесь ещё чуть чуть, — губы скользят по чонгуковой шее, и Тэхён не сдерживается, смыкает их, мокро втягивая кожу, прикусывает слегка, целует, оставляя мокрое место, снова втягивает, прикусывая. Чонгук прикрывает глаза.       — Больно, хён, — кряхтит он.       Тэхён слышит, принимается зализывать укушенное место на чоновой шее, отстраняется. Он усмехается про себя. Чонгук может чувствовать всё, кроме любви и ненависти. Он может изображать радость и злость, но никогда не сможет изобразить любовь. Это фиаско, думает Тэхён.       — Пойдём в дом, — говорит Чонгук. Тэхён кивает и медленно встаёт.       Они спускаются и заходят внутрь.       Чонгук на кухне наливает горячий чай с малиной, потому что лихорадка Тэхёну точно обеспеченна. Последний ложится на диван, укутываясь двумя одеялами. Чонгук заходит с чашкой чая, даёт ее Тэхёну, тот садится, чтобы выпить содержимое. Делает один глоток и жмурится — горячо. Чонгук садится рядом, внимательно смотря на то, как Тэхён, мучаясь выпивает чай, а после забирает пустую кружку с остатками малины на дне.       Он поворачивается к Тэхёну, тот смотрит на него ожидающе. Чонгук ложится на диван и хлопает рукой по месту рядом с собой. Через мгновение Тэхён оказывается лежащем на том месте, но отвёрнутый от Чона. Он смущается, потому что хочется Чонгука обнять, но они и так лежат вместе, а ещё несколько минут назад Тэхён кусал и зализывал его шею. Чонгук спать не будет — он никогда не спит. А Тэхён боится взглянуть на него и прочитать во взгляде его мысли.       — Тэхён, повернись, — выдаёт Чон и поворачивается в сторону Тэ, ложась на бок. Тот поворачивается медленно.       — Зачем? — голос хрипит. Тэхён кладёт руки под голову и смотрит в глаза Чона. У того в глазах — буря, у Тэхёна в принципе тоже.       Чонгук придвигается к Тэхёну, опускает голову и прижимается нежно губами к его губам. А после кладёт голову на Тэхенову подушку не отодвигаясь совсем. Так, что губы Тэхёна невольно касаются лба Чона. Он закрывает глаза.       — У тебя ведь Джису, — шепчет Чонгук.       — Она нужна для поднятия рейтингов, — голос Тэхёна дрожит, как и он сам. Но, да, тему лучше перевести, иначе Тэ откинется прямо сейчас. — Меня не спрашивали, хочу я жениться на ней или нет, — шумно сглатывает.       — Это, наверно, ужасно, когда отец не считается с тобой.       — Да.       Парни молчат некоторое время, а потом Чон выдает:       — А у меня Джессика, Тэхён.       Сердце сжалось. К чёрту эту Джессику.       — Прости.       Чон поднимает голову, смотря на Тэхёна.       — Я не хотел, чтобы так вышло, — продолжает Тэ, смотря Чону в глаза. Тот почему-то улыбается.       Он протягивает руку, кладёт её на щеку Тэ и большим пальцем поглаживает, Тэхён глаза закрывает, тяжело выдыхает и, кажется, проваливается в мир иной, подается навстречу движения руки, но Чонгук вдруг убирает её, а щека обдаётся неприятным холодком.       Чонгук ложится на свою подушку устремляя взгляд в потолок. Тэхён вот-вот в сон провалится, он сам чувствует это. Открывает глаза и придвигается к Чону, кладя голову на его грудь. Гук приобнимает его и Тэхён засыпает мгновенно.       Новостные ленты кишат одной и той же новостью. По телевизору на государственных каналах женщины-ведущие вторят одно и то же. Трубка тэхенового телефона разрывается от звонков. Что заставляет парня открыть глаза, сразу жмурясь из-за раннего пробуждения.       Чонгука рядом нет, а телефон всё продолжает трезвонить. Тэ встаёт еле-еле с дивана, принимает вызов, даже не посмотрев на имя звонящего.       — Ким Тэхён! Чёртовый подлец! Как тебя ещё земля носит?       Тэхен ну никак не хотел слушать орущего отца с утра пораньше. Он смачивает горло слюной и сонно спрашивает:       — Что произошло?       — Что произошло?! Это ты мне объясни! Какого чёрта ты скрываешь робота?!       Тэхён глаза в удивлении открывает так широко, что, кажется, они вот-вот выпадут, рот непроизвольно приоткрывается сам. Что происходит? Он в некой прострации кладёт телефон на место, завершая вызов. Заходит в Твиттер, потом в Инстаграм — одно и тоже. Оглядывается, пытаясь понять, куда делся Чонгук. Он замечает дверь в его спальню открытой и заходит туда.       Чонгук сидит на кровати и разглядывает фотографии из детского альбома Тэхёна. Он подскакивает, видя испугавшегося Кима, ворвавшегося в комнату, откладывает альбом и разворачивается к парню, тот выдыхает.       — Извини, ты спал, я хотел чем-то занять…       Чонгук не договаривает, потому что Тэхён вдруг подлетает к нему и обнимает крепко, обхватывая его плечи и водя ладонью по лопаткам.       Чонгук не должен узнать, что про него знают. Тэхён исправит это. Неважно как. Он разберётся. Он обещал Чону, что не скажет никому, что никто не узнает, что он робот.       — Т-Тэхён? Ты чего?       — Чонгук, послушай, — Тэхён отстраняется, заглядывает в глаза парня. — Я уеду сейчас в компанию. Обещай не трогать телефон, не включать телевизор, не открывать никому дверь. Смотри альбомы, — Тэхён наклоняется к нижнему шкафчику и достаёт три огромных по толщине альбома, кладёт их на кровать. — Как досмотришь — сиди и жди меня. Только меня. Даже если приедет Чимин — молчи, не двигайся.       — Почему? Что такое?       — Сделай, как говорю, хорошо? Обещай, Чонгук. Я приеду и всё расскажу, — Тэхён смотрит с мольбой, Чон кивает.       Возле компании множество машин стоят полукругом, возле входа — репортеры ждут, когда кто-нибудь из рабочих выйдет или зайдет. Тэхен подъезжает на своей третьей по счету машине bmw m8 gran coupe. Репортеры, волной спускаясь с лестницы, подбегают к машине. Ему еле удается выбраться из неё и встать перед всеми этими людьми. Он одет официально — в чёрном стандартном костюме, сверху незастегнутое охровое пальто, на лице маска, которую снимать он не хочет. Репортеры сыпят его вопросами, не давая проходу. Их, вероятно, раздражает незнание, поэтому они наглеют совсем, не пуская Кима пройти ко входу в компанию.       — Это правда? Вы прячете робота? Кто тот парень? Да ответьте уже, — раздается из толпы. Тэхен вдруг останавливается, позволяя окружить себя и придвинуть микрофоны к самому рту. Он оглядывает всех.       — Я вынужден признаться, что парень на снимках мой старый знакомый. Мы встретились с ним в Чикаго, и я предложил посетить им давно забытую Корею. Мы учились с ним в начальной школе. И он — не робот. Фото — монтаж.       — В статье говорится, что во время вашей ночной прогулки с этим парнем у него заискрилась нога. Искусственную кожу прожгло, и вы дали ему свои носки, чтобы никто не увидел всей картины. Также предоставлены фотографии, — говорит женщина и просит своих помощников показать фотографии на планшете. Тэхен смотрит изучающе. Он, чёрт возьми, робототехник последней категории, у него два высших образования, он закончил школу на год раньше своих сверстников. Ему справится с задачей такой, как защитить Чонгука — рас плюнуть. Опровергнуть.       — Хочу вам сообщить, — усмехается Тэхен, приближая на планшете чонгукову ногу, — что монтаж довольно неплох. Однако, можно заметить кучу нюансов. Насчёт носков, — Тэхен снова усмехается и кашляет в кулак, держится уверенно. — Это, конечно, не ваше дело, почему я одолжил ему свои носки и обувь, но… Знаете, я не могу оставаться равнодушным, когда дело касается моих близких. Это парень зашел в ледяную воду, чтобы достать пальто которое я случайно кинул в неё. Его ботинки промокли насквозь, а он чувствителен к холоду.       — Тогда почему вы сразу не поехали домой?       — Это не ваше дело, повторюсь, — смотрит убийственно. — В ближайшие дни моя компания займется удалением всех ложных постов. Я не потерплю обвинений в свою сторону. Прошу вас отойти, меня ждут дела, — Тэхен, не скрывая неприязни, толкает стоящих у него на пути и заходит внутрь.       Он поднимается на нужный этаж и заходит в свой кабинет, падает на диван, прикрывая глаза. Собирается с мыслями. Он все сказал правильно? Что скажет Чонгук, когда узнает? Он открывает новостную ленту, где видео с его комментарием по поводу робота уже опубликовано. О, чёрт. Кто мог заснять тогда Тэхена и Чонгука? Кто мог загрузить эту информацию. Знал только Чимин…        — Тэхен! Извини, что врываюсь, мне сказали, ты здесь, — заходит Чимин в кабинет. Он кладет папку на круглый стол и садится на диван напротив Тэхена. — Что за чёрт происходит? Почему вся сеть кишит новостями о твоем Чонгуке?       — Я понятия не имею, Чимин, — он откидывает голову на спинку дивана, устремляя взгляд в потолок. — Я говорил только тебе, но это же не ты, — последнее звучит скорее всего как вопрос, но Тэхен и не ждет ответа. Он знает — это не Чимин. — Вероятно за нами следили, раз откуда-то взялись те фото, — Тэхен ставит локти на колени, подпирая руками голову. — Боже, Чимин, я так облажался. После того, что я сказал, люди разделятся на два типа: кто верит и нет. Что мне делать?       — Для начала поехать домой. Я уверен, ты еще болен. Тем более диспатч слил твой адрес, говорят за это им такую сумма отвалили. Если Чонгук сейчас там…       Тэхен поднимает взгляд на Чимина, в его глазах страх, он подрывается с места и идёт к выходу. Чимин останавливает его, уперевшись рукой в грудь.       — Стой. Посиди чуть-чуть, — он подходит к кулеру. — Выпей воды, — протягивает пластиковый стакан Тэ, тот садится и выпивает. — Используй резиновый сосуд.       — Что?       — Налей внутрь красную жидкость, засунь под кожу Чонгуку, желательно в ладонь и желательно так, чтобы было незаметно. Пусть он порежет кожу на камеру, задевая этот сосуд. Тогда красная жидкость, заменяющая кровь, выльется и будет выглядеть натурально. Понимаешь, о чем я?       — Чимин, — Тэ подскакивает, — ты гений! — он бросается на Пака, крепко обнимает его. — Хорошо, что ты есть, — он качает его в разные стороны. — Спасибо, люблю тебя, — и выбегает из своего кабинета.       — Дурачок, даже дверь не запер, — улыбается Чимин, берет свое папку, ключи, оставленные Тэхеном и выходит, запирая кабинет директора Ким.       Возле его дома у самого забора столпились репортеры, внимательно смотрящие в окна дома, чтобы заметить там робота. Тэхен подъезжает, припарковывая машину на обычном месте, заставляя репортеров отбежать, чтобы не оказаться задавленными. Он выходит и, не отвечая на вопросы, расталкивая всех, заходит внутрь.       — Чонгук? Это я, — говорит он громко. — Чонгук? — Тэхен осматривается, и в своей комнате Чона не находит. — Чонгук! — он нервничал, переживал, пока ехал, и сейчас это все обостряется, потому что молчание давит.       — Я тут, Тэхен, — Чон выходит из ванной комнаты, держа в руках планшет. Его лицо выражает что-то вроде злости. Тэхен понимает — Чон все видел, знает, что о нём говорят в интернете.       — Я же просил ничего не трогать… — Тэхен делает шаг вперед.       — Он разрывался от сообщений и я решил посмотреть.       Чонгук смотрит так, будто его предали и молчит, ждет чего-то, но Тэ сам не знает как это вышло.       — Не смотри так, — Тэхен накрывает ладонью глаза. — Пока я ехал сюда, я так переживал. Думал, что они найдут тебя, что начнут задавать вопросы, на которые ты не сможешь ответить, думал, что они заберут тебя, если ты скажешь что ты и есть робот. Я боялся. Поэтому не смотри так, я все исправлю, — он шмыгает носом, вытирая подступившую влагу.       — Ты когда болеешь, всегда плачешь так часто? — Чонгук откладывает планшет, подходит к Тэхену, обхватывает его лицо руками и большими пальцами вытирает слезы.       — Когда я болею, я нуждаюсь в человеке, который бы вытирал мне слезы, — Тэхен улыбается, медленно проводит руками по чоновой талии и прижимается к нему, обхватывая в кольце рук. Он кладет голову на плечо парня, прижимаясь лбом к шее. — Чимин сказал мне, как можно доказать им, что ты человек. Мы попробуем это прямо сейчас.       Он отстраняется резко, жестом руки показывает Чону следовать за ним. В его комнате он поднимает ламинат. Чонгук замечает дырку и лестницу ведущую вниз. Тэхен спускается, зовя с собой Чона, спустившись, включает свет.       — У тебя в каждом удобном месте есть лаборатория? — спрашивает Чон, оглядывая помещение. Действительно, мини-лаборатория. По середине стоит кушетка, в метре от нее вдоль стены куча шкафов, в правом углу стол на колесиках со скальпелем, нитками, иголками и прочими инструментами.       — Да, — говорит Тэ и надевает перчатки. — Ложись.       Он достает резиновый сосуд, а также иголку. Берет у себя кровь и тонкой струйкой пускает в этот сосуд. Чонгук наблюдает.       — Я засуну его тебе под кожу, ты разрежешь её так, чтобы одновременно разрезать этот сосуд. Понял? Показать как?       — Все понял, давай.       Тэхен делает маленький прорез на ладони Гука и просовывает в него сосуд со своей кровью, после он зашивает прорез невидимыми нитями и показывает Чону, где нужно будет резать. Они поднимаются наверх. Тэхен выходит из дома, открывает забор и встает в проходе, оперевшись на него.       — Вы не собираетесь уходить? — спрашивает у снимающих его репортеров.       — Как зовут робота? Вы знаете, кто его создатель? Сколько он стоит?       — Он не робот, — выдыхает Тэхен.       Чонгук надевает на себя пальто, обувается и выходит, встает позади Тэхена, отчего камеры репортеров начинают безудержно щелкать, фотографируя парня.       — Хён, дай я докажу им, — говорит Чонук в точности, как просил его сказать Тэхен.       Ким отходит, пропуская парня вперед. Он достает нож из кармана, отчего все охают и делают шаг назад. Чон улыбается       — Не бойтесь, я не пытаюсь вас зарезать, — он закатывает рукав пальто. — Смотрите, — Чонгук ножом проходится по тому месту который указал Тэхен, кровь начинает хлыстать и капать на пол, Чон наигранно жмурится, делая вид, что ему больно, а после зажимает кулак с которого продолжает капать кровь.