Эндзеру

— 337, — донеслось твёрдо из уст высшего 1063. — Я. — На счету твоя двадцать вторая миссия, максимальный срок выполнения — три месяца, человеческое имя всё то же — Кагеяма Тобио. Все подробности о задании и документы на время жизни среди людей в папке, — да, даже ангелам приходилось заниматься подделкой документов. Эндзеру 337, сдавший экзамен на айдзина всего два года назад, осталось выполнить всего шесть заданий. Вместо максимального срока ангел почти все миссии заканчивал через три-четыре недели, что среди эндзеру его линии считалось очень хорошим показателем. Большинство прочих айдзинов были изумлены подобной работоспособностью, все хотели как можно быстрее вновь стать человеком — то было возможно после выполнения лишь двадцати семи заданий. 337 не то чтобы считался каким-то гением, но был явно далеко не отстающим — например, от 278 с человеческим именем Цукишима Кей, который был той ещё занозой-умником для 337. Умником, однако не зубрилой. Что на самом деле было удивительно, так это то, как этим двоим вообще подходила первая — любовная — линия: эти эндзеру были не из самых эмоциональных и уж тем более не интересовались делами соулмейтов. Однако по тесту на направленность — что-то похожее на человеческие профориентационные — 337 и 278 из всех пяти линий подходила именно первая. Нет чтобы мирить людей или усмирять преступников — айдзины были вынуждены решать соулмейтские проблемы. «Отстой», — сказали бы эндзеру, схожие характером с 337 и 278. Но тех вполне всё устраивало. Они вообще были многим похожи: эти ангелы были из тех, кто с глубоким интересом изучал самих людей, их темперамент, характер, поступки. Первая линия как нельзя лучше подходила для знакомства с людьми и дальнейшего их изучения. По возвращении домой ангел принялся рассматривать фотографию человека, а после в который раз повторил новое имя — Хината Шоё. На следующем листе был его соул — Бокуто Котаро, на вид совсем уж отличающийся от первого. Шоё, больше похожий на мелкого подростка, чем на старшеклассника, волосами был слишком рыжим — Котаро казался куда крупнее Хинаты, а цвет его волос напоминал скорее пепел. На лицах обоих сияли улыбки. В задании было указано, что соулмейты встретились где-то четверть года назад, но по каким-то причинам ещё не влюбились друг в друга. — Кажется, это будет просто, — довольно произнёс 337, — Что же вы за люди? Хината Шоё, Бокуто Котаро, — пронеслось в мыслях эндзеру.

***

На часах 9:17, на таймере три месяца. Сто́ит 337 нажать на кнопку, и он вмиг окажется в радиусе максимум пятисот метров от необходимого человека, а таймер начнёт отсчитывать указанное время. И вот эндзеру нажимает на кнопку «старт». Вокруг ни души, кроме пары прохожих; через дорогу какой-то продуктовый магазинчик, а в шаге автомат с напитками. Эндзеру навёл код Хинаты Шоё на датчик — по нему тридцать шесть метров до цели. — Время утреннее, не мудрено, что мальчишка сейчас в — как её там — школе, — вслух проговорил 337. У эндзеру не было школ, они лишь иногда собирались по указаниям высших, а те объяснили им всё от а до я; более подробно о жизни людей эндзеру в основном так же узнавали из уст опытных, но некоторые — 337, например — старались изучать что-то и самостоятельно. На обучение, если его можно таковым назвать, давалось семь месяцев. Многое удавалось узнавать лишь на самих миссиях, и, как правило, после выполнения задания так четвёртого все привыкали к другим существам. Можно сказать, что те и не другие вовсе — лишь прошлая форма жизни ангелов. Если вкратце, эндзеру — люди, умершие от рук других людей. С предотвращением убийств работает четвёртая линия — сэйакусэцу, однако до сих пор не всё удаётся решать вовремя. 337, теперь Кагеяме Тобио, оставалось только понять, где здесь школа — то не представляло из себя никакой сложности, потому что здание, по размерам более-менее годившееся для учебного заведения, на виду у эндзеру было лишь одно — ещё и всего в метрах пятнадцати. — Эй-эй, 337, видел бы ты сейчас свою серьёзную рожу — позвал эндзеру практически ненавистный 278. — Отнюдь, прошу звать меня Кагеямой Тобио. До чего же чу́дно, что место нашей работы вновь совпало, — саркастично ответил 337. Действительно, чудеснее быть не могло. — Ах, точно, Кагеяма Тобио. А я вновь Цукишима Кей, рад нашей встрече, — не менее наигранно поздоровался 278, со всей силы сжав знакомому руку. — И сколько тебе осталось метров? Тобио взглянул на датчик. — Уже двадцать два. — Оу, мне чуть больше. Двадцать девять. Итак, на часах 9:26. Эндзеру без слов отлично поняли, что сейчас будет. Оба одновременно рванули к школе, пробежав каких-то жалких десять шагов, и оба чуть не врезались в нескольких человек, открыв, нет, влетев в дверь. О, да, очередное соревнование в духе 337 и 278. — Я найду своего первым, — выкрикнул в спину Тобио Кей. — Чёрта с два — на бегу ответил Кагеяма, внимательно следя за прибором. Парень оббежал два этажа, и, судя по датчику, его цель была на первом. Семь метров, шесть метров, пять… Подойдя к дверям больше, чем в обычные кабинеты — наверное, те вели в физкультурный зал — эндзеру вновь взглянул на датчик. Время 9:30, и до цели один метр. Тобио надеялся, что 278 не нашёл своего человека менее чем за четыре минуты. Стоило 337 вновь проверить число на приборе — то изменилось. Теперь не один, а три метра. — Значит, занимается где-то здесь, — подумал про себя Тобио, окинув взглядом дверь. Парень минут десять простоял, представляя, что скажет Хинате при первой встрече. Да уж, его ожидания совсем не оправдались. С резким звонком дверь моментально открылась, и толпа старшеклассников вышла из зала. Кто-то еле перебирал ноги, из последних сил направляясь в раздевалку, ну, а кто-то ещё был в состоянии бегать и притом очень недурно. Бо́льшая часть людей уже прошла, но рыжеволосой макушки через них Тобио не увидал. Знаете, этого эндзеру нельзя назвать непредусмотрительным или больно мечтательным и невнимательным. Однако после того, как движение прекратилось, он напрочь забыл про то, что двери — не поверите — умеют открываться. Только эндзеру подошёл ближе к залу, намереваясь заглянуть внутрь, как его сшибают той самой несчастной дверью, а датчик, неприятно пища, мигает зелёным. — Чёрт, аккуратнее! — обозлённо кричит 337, догоняя ситуацию после. Это же тот самый, чтоб его, Хината Шоё! Тобио еле успевает подняться за секунды, чтобы догнать парня. — Какой же он шустрый, — недовольно пробубнил Тобио перед тем, как бежать, и ещё раз окрикнул Хинату уже по имени. Тот остановился, оглянувшись на 337. — Ты ведь Хината Шоё, верно? — тяжело отдышавшись после бега, спросил Тобио. — А? Ну, да, я, — немного удивлённо дал ответ Шоё. — Я Кагеяма Тобио, провожу социальный опрос среди школьников разных заведений: об их отношении к учёбе, моральном состоянии, планах на будущее и прочем. Твои друзья посоветовали опросить тебя, ссылаясь на твою общительность и разговорчивость. Поэтому… — О-о, круто! Да я тебе столько всякого могу рассказать! Только… уроков ещё полно, это немного напрягает. Давай встретимся после занятий, я дам свой номер. «Дам свой номер…» — повторил в голове человеческую фразу Тобио, пытаясь вспомнить её значение. А, точно. Люди нередко общаются через свои — как же их — телефоны. Эндзеру приобретали эти устройства для выполнения заданий, но почти никогда не использовали. У 337 тоже был телефон, однако ему не хотелось сейчас за ним лезть ради записи какого-то там номера. Обычно он использовал его только для важных заметок касаемо людей. Память эндзеру достойна всяких похвал: они запросто запоминали числа до, скажем, десятизначных. Дальше было, конечно, посложнее. Хината, кажется, удивлялся абсолютно всему, в том числе и памяти нового знакомого. Тобио это немало раздражало: «Слишком яркий тип», — подумал про себя тот.

Всего лишь опрос

337, на самом деле, интересовали всякие человеческие штуковины, и ему в какой-то степени нравилось общаться с новыми людьми по телефону — так уж явно поспокойнее, чем вживую. Хината был бы явным тому примером. Тобио не сказать, чтобы успевал сильно сдружиться с подопечными, если их можно таковым назвать, однако общался с ними явно не плохо. По крайней мере именно через разговоры многое о них узнавал — да и как иначе. Больше всего этому эндзеру хотелось однажды позвонить самым запоминающимся людям, с кем он имел дело, поговорить по душам, узнать, как у тех дела — только вот есть огромные но. Дело даже не в том, что на девяносто девять процентов возникнут проблемы со связью, а в том, что от этих звонков не будет никакого толку: все те люди никогда не узнают Тобио. По правилам эндзеру обязывались стирать себя из памяти всех людей, что могли знать хотя бы их имя, после выполнения задания. Против законов не попрёшь, и 337 подавлял факт того, насколько он далёк от человеческого мира. Из своей прошлой жизни он ведь тоже ни черта не помнил — снова благодаря этим дурацким правилам. Эндзеру бродил по городу, стараясь не отходить от школы Хинаты слишком далеко, и планировал свои дальнейшие действия: прикинул растрату денег, оставленных на миссию высшими; подумал, когда лучше начать искать 981, чтобы добраться до временного проживания — 981 и подобные ему тоже, можно сказать, выполняли задания: заботились о жилье для эндзеру на время миссий. Такие ангелы, как правило, являлись помощниками высших, и, как они, не могли покинуть организацию Т.Т.Х. и вернуться в мир людей, потому что были одними из её основателей и уж сильно любили мир эндзеру. Они были теми, кто при жизни человеком сделали всё, что хотели, ну или же были глубоко несчастны и не успели сделать ничего вообще — в Т.Т.Х. же ничего не сделать и кому-нибудь не помочь невозможно. Тобио решил, что найдет 981 после знакомства — точнее поверхностного ознакомления — с Хинатой. Жара стояла невыносимая, неприлично душная для мая. Когда редкий ветер обдувал лицо эндзеру, на секунды всё казалось не так уж плохо — потом мысли 337 вновь расплывались в какую-то лужицу и уж никак не хотели собираться. Ну и ну — опыт опытом, а в такую жару Кагеяма ещё не попадал. «Эй, пятая линия, чем вы там занимаетесь? Заставьте, что ли, Солнце светить не так сильно», — недовольно вздыхал айдзин. Ясно было, что он не так много знал о пятой — природной — линии, потому что разгонять жару уж точно не работа щидзенов, а вот предотвращать различные природные бедствия — самое оно. 337 даже не успел как следует продумать в голове вопросы для человека, а ему позвонили с всё-таки занесённого в контакты номера со словами: «Я закончил. Буду ждать у школы». Вот чёрт — что тут ещё скажешь. Прошло всего минут пятьдесят, какого этот Шоё так рано закончил? Благо, Тобио ушёл не так далеко и минут за пять смог бы добежать до школы. — Давно не виделись, — с довольной улыбкой протянул Шоё. — Рад встрече, — отозвался 337. — Предлагаю для начала переместиться в какую-нибудь теневую часть, жара ужасная. — Да ну, погодка отличная, — вновь с улыбкой проговорил рыжий. «Я бы посмотрел на твоё довольное лицо после часа на этой духоте, идиот ты человеческий», — лишь подумал про себя эндзеру, хотя был бы рад выпалить такое вслух. — Мы могли бы поговорить в школе, только там… Ну, это… — Что «это»? — ещё пытаясь сохранять спокойствие, спросил Тобио. — Ну… а, впрочем, неважно. Давай просто купим мороженого и сядем где-нибудь под огро-омным деревом в городском парке, — произнёс Хината, слегка смутившись. — Да-да я понимаю, что это просто опрос… — редко добавил он, от какого-то смущения отвернувшись. «Он нормальный?» — только и думал эндзеру. — Да всё в порядке, разговаривать в удобной обстановке куда лучше. Пока они шли до ларька с мороженым, Кагеяма успел задать для приличия несколько вопросов, ответы на которые якобы записывал в телефон — опрос, как-никак. Во-первых, спросил, нравится ли Хинате вообще в школе, второй вопрос был про друзей-одноклассников, там далее про успеваемость. Как выяснилось, друзей у Хинаты было достаточно, ведь он и вправду был довольно открытым к общению; однако Шоё сказал, что многие используют его, и того это расстраивает. Этот парень действительно был довольно наивен: когда эндзеру сказал о том, что опрашивает школьников, Хината даже не поинтересовался тем, откуда он, с какого учебного заведения или же где работает. Однако Тобио в какой-то степени стало жалко этого человека, потому что он примерно понимал, что люди чувствуют, когда тех используют. — Не давай себя использовать. Общайся только с теми, кто не приносит дискомфорт, — 337, на самом деле, не сильно-то любил давать советы, тем более очевидные. Успеваемость у Шоё была, ну, средняя. Как оказалось, он часто прогуливал — это та самая причина, по которой они с Тобио не скрылись от жары в школе. Кагеяма, если бы у того и были занятия в обычном понимании, не пропускал бы ни одного. Он был уж слишком прилежным, а Хината сказал бы, что зря: важнее всего он считал знания от тех предметов, что интересны, а остальное как-нибудь так. Само. К слову, Хината любил, что удивительно, биологию, историю и немного химию, просто не переваривал английский и физику, а в свободное время нередко занимался волейболом. О нём Шоё мог говорить вдвое больше, но из всего 337 понял лишь то, что у Хинаты многое ещё не выходит, и это его расстраивает. Однако тот не падает духом и усердно тренируется, чтобы стать одним из лучших. «Не так уж этот человечек плох», — подумал айдзин перед тем, как они с Шоё дошли до ларька с мороженым. — Одно клубничное, пожалуйста, — почти сразу произнёс Хината. — Мне тоже клубничное, пожалуйста. Тобио доверился вкусу Шоё, потому что пробует мороженое впервые. Для человека — обычное дело, но для эндзеру то было чем-то новым. 337 лишь знал, что мороженое холодное и бывает самым разным. Попробовав, Кагеяма понял, что этот десерт ещё и безумно вкусный — может, у Хинаты неплохой вкус, ну или мороженое просто было сложно чем-то испортить. То было неважно. Айдзин и человек присели в парке, и первый вновь задал вопрос. — Чем любишь заниматься кроме волейбола? — Читаю. Правда, не книги, а комиксы. Ну, знаешь, про супергероев там, — после сказанного Хината резко махнул кулаком вперёд и улыбнулся. Тобио не нравились такие быстрые движения. Такой быстрый Хината. — Ну, знаешь, это круто. А кем хотел бы стать в будущем? Куда бы пошёл после школы? — М-м… Связал бы дальнейшее обучение с биологией. А работал бы я, наверное, ветеринаром. Да, кстати, я очень люблю животных, — довольно произнёс парень. — А ты, кстати, чем занимаешься? Расскажи всё, мне тоже интересно! — радостно продолжил Шоё. — Я учусь на журналиста, не так давно закончил школу. Не скажу, что у меня много друзей, но точно есть с кем пообщаться, — тем временем у него в голове пронеслось лишь одно: «Ага, особенно с Цукишимой, вот так радость» — А ещё я обожаю читать книги по психологии. — Ого-о, закончил школу! Так ты мой семпай. Семпай, семпа-ай! — с какой-то гордостью проговорил сам себе Шоё. — Будет грустно, если мы видимся первый и последний раз… Для айдзина такое желание человека к общению казалось действительно странным, ведь они, по факту, ни о чём не поговорили. Однако дают — бери, и 337 говорит, что они обязательно ещё встретятся. «Да уж, всё идёт слишком просто», — в какой раз думает эндзеру. С начала выполнения задания прошло ровно два часа — 337 кое-что понял: его бесит этот Хината Шоё со своей гиперактивностью и не сходящей с лица улыбкой.