Easier to run / Легче убежать.

Я шла по пустынным коридорам в сопровождении двух солдат. Они показывали мне дорогу до зала. Да, я знаю, что эта мысль не из лучших, но авантюрная душа, дремавшая целых двадцать лет, заставила меня прийти именно в Варию. Самой было страшно от одной мысли, что меня не примут или как-то унизят, но что-поделать я в замке Варии и отступать поздно. Женщин в Варии, кстати, нет. И мне придется попотеть, чтобы добиться-таки права остаться. Да я хоть поломойкой буду! Да хоть третьесортной служанкой! Мне совершенно наплевать, кем я буду служить в замке, главное для меня, это было остаться здесь. Да я и не знала места лучше, чтобы спрятаться от брата и своей семьи. Здесь они точно меня искать не будут, я уверена. Хотя кто его знает, но, как говорится, жизнь, елки-палки, покажет… *** Меня зовут Катерина Седеньо. Темные волосы до середины лопаток, карие глаза и чуть пухлая фигура. Мне двадцать годков, но, к сожалению, к своим двадцати годам у меня ума не очень, потому что полезла туда, куда не следует. Любопытной Варваре нос оторвали, а заодно и зубы вкупе с золотым. Всю жизнь я практически ничего не делала, если только не учила теорию и всякую бурду про мафию. Ну ладно, обо всем по порядку. Родилась я летом, что всегда вызывало какую-то зависть у брата, который родился зимой. Мой брат старше меня на четыре года, но у меня создалось такое чувство, что между нами непроходимая пропасть в целую жизнь. Он целеустремленный, жестокий и до чертиков хитрый и умный. Полная противоположность мне, к сожалению. Хоть я и была младше, но любви от матери я больше нифига не получала. Вот какие пироги. С отцом была темная история, даже мой брательник, та еще сволочь, не любит о нем говорить и всегда кривит морду, когда кто-то хоть вскользь произносит его имя. Почему, я не знала. Я про отца вообще ничего не знала, даже имени, да и, честно говоря, мне было наплевать. Моя мама босс семьи Седеньо, вернее, была боссом, потому что несколько лет назад умерла вследствие несчастного случая в виде кирпича, летящего на голову. Глупая смерть, но все равно смерть. У матери было много дел, поэтому мной никто не занимался. Я росла как сорная трава, никому ненужный сорняк. Конечно, были всякие няньки и служанки, но кто же заменит заботу матери? Правильно, никто. Изредка она появлялась и приносила книжки. Нет, не сказки и даже не детективы. Теорию в мире мафии. Не знаю, где она это достала, но все же… Меня заставляли учить все и вся про каждую, даже малозначительную, семью. Знать все достоинства и недостатки. Плюсы и минусы того или иного Босса. Заставляли учить, кто каким боссом и где был в таком-то веке. В общем, я хоть и придуривалась, хоть и говорила, что я ничего не знаю, но мои слова и убеждения действительности не соответствовали. Если мне задать какой-нибудь вопрос из мира мафии, то я отвечу, потому что вбили мне в голову все эти знания, так скажем, наповал. Вообще, мама предполагала, что я буду помогать брату в управлении нашей семьей. Но как выяснилось, он не очень-то во мне нуждался. Когда он встал у руля, после смерти матери, он стал жестче, грубее, сильнее и эмоциональнее. Кстати, имя моего брата Лавлиэт. Правда, иногда он обращался ко мне, когда его интересовали какие-то подробности или какие-то нужные мелочи. Но это было редко. В основном я бездельничала, так как брат меня к делам и на пушечный выстрел не подпускал. Говорил: «Не женское это дело в мафию нос совать!», а я отвечала: «А наша мама!? Она же тоже была женщиной!», на миг мой брат закрывал глаза, что уж тут говорить, а Миру, маму, он уважал: «Она счастливое и единственное исключение». Я ничего, кроме как мыслить, разве что, не умела. Ни на мечах драться, ни стрелять, ни просто драться – ничего. Даже мыть полы я не умею, но, думаю, ничего сложного в этом нет. Научусь. Из-за чего я, собственно, сбежала из дома. Меня посетила мысль узнать, чем занимается брат, не тянет ли он нашу семью ко дну. А то кто его знает, брат непредсказуем и хитер как лис. На несколько месяцев растянулась все, так скажем, расследование. Я в тайне ото всех выясняла важную для меня информацию и не разочаровалась в своих трудах. Не зря я их добывала и рисковала собственной задницей. Брат что-то мутил темное и непонятное. Я не очень все поняла, так как в бумагах и в ужасном почерке брата я не разбиралась. Еще я узнала, что он постоянно изменял своей жене, а она-то была беременна. Меня тогда очень это возмутило, но разбор полетов я отложила на лучшие времена, иначе весь мой план мог полететь коту под хвост. Лавлиэт занимался очень темными делами – однозначно. Мне искренне нравилась его жена, и я не придумала ничего лучше, как пересолить, так скажем, суп и сбежать, потому что этого он мне не простит. Убьет и даже слезу не проронит. Как бы то ни было, никаких чувств родных между нами не было. Мы были как будто чужими, поэтому он, если найдет меня после того, что я сделала, убьет, не раздумывая. Я уничтожила все документы, все важные бумаги, даже из сейфа все выпотрошила. Мне понадобилось много недель, чтобы достать слепок от ключа. Брат был предусмотрителен и всегда держал его рядом с собой, достать было чертовски сложно. Я рассказала все его жене, и она, наверняка, устроит ему скандал и уйдет из дома. Я подкрепила свои слова фотографиями, которые тоже стоили мне немалых сил. Я испортила все, что могла и, собрав вещей по минимуму, быстро пошла в замок Варии. Переодевшись и надев парик. Маскировка, ага. У меня на примете было много мест, куда можно было податься, но я выбрала Варию. Там меня точно не догадаются искать, хотя от моего брата можно ожидать чего угодно. Лавлиэт, зараза, умный. Тем более я там нарушила, наверное, ему много планов и семью разрушила. Наверняка, за мою голову он назначил кругленькую сумму. Он знает мои страхи. Я хоть и вымахала до ста семидесяти сантиметров, но все равно боюсь темноты и пауков, и крови, и еще много чего. А в Варии те еще добрые люди. Он, наверняка, подумает, что я испугаюсь туда идти, если таковая мысль взбредет мне в голову. Да, меня многие недооценивают. Потому что никто практически не знал обо мне такого стоящего и интересного. Все знали, что я дочь Миры и сестра Лавлиэта. Всем этого хватало. *** Я одернула юбку и закусила губу. Мы уже пять минут стояли у двери. Два солдата посматривали на меня как на сумасшедшую. Сама же их шугала, чтобы шли побыстрее и теперь сама же стою как вкопанная и никуда не иду. Меня пробил страх, а что если меня прибьют, так как сама мысль остаться в замке абсурдна до такой степени, ведь женщин, насколько всем было известно, не было в Варии вообще. А что, если они мне откажут? Я поступила как всегда предусмотрительно и не составила план «Б». Тысячи мыслишек роились в моей голове, я успела пожалеть раз пятьдесят о том, что не родилась мужчиной. Вот что за жизнь, а? Одному солдату надоело стоять и смотреть на меня испуганную, и ждать, пока я наконец решусь войти в зал. - Госпожа Седеньо, - Солдат коснулся ручки двери, – вам же нужно застать всех варийцев, не так ли? Так что же вы ждете, они скоро разойдутся по своим делам. А сейчас они все в зале. Я перехватила руку и впилась ноготками в нее. Из глаз в любую минуту могли политься слезы от страха. Эта затея могла обернуться для меня либо гробом, либо ничем хорошим, либо приключениями на свою голову. Солдат отцепил мою руку от своей. Я закрыла глаза и прошептала: - Откройте дверь сами, а. Взгляд солдат выражал только одно слово – Ну наконец-то! Мне вспомнилось, как на меня смотрели, когда я сказала, что хочу служить в Варии. Хоть кем, но главное в Варии. Наверное, ради прикола все же меня привели сюда. Я в тысячный раз назвала себя идиоткой. Дверь открылась, и меня впихнули в зал. Я почувствовала себя маленьким серым мышонком, которого рыжий кот загнал в угол. В зале повисло молчание, все рассматривали меня, а я рассматривала всех. Я знала о варийцах, знала каждого офицера, знала, как зовут. Я посмотрела на Босса Варии – Занзаса. Меня словно прожгло чем-то, обдало каким-то горьким запахом. Меня бросило в жар от одного взгляда его багровых глаз. А он ужасно… красивый. Так, еще не хватало тебе влюбиться, Катерина. Держи себя в руках! Чуть поодаль стоял всем известный Второй Император Мечей – Суперби Скуало. Холодный как лед. Два глаза, словно два серых облака. Ледяной, но чертовски хорошо управляется с мечами. На диване сидело двое. Бельфегор Каваллини собственной персоной. При виде своей крови сходит с ума. Рядом с ним его кохай – Фран. Взгляд зеленоволосого был равнодушен и обыден. Казалось, если все сейчас взорвется, он даже не удивиться. На еще одном диване сидело уже трое. Легендарная собачка Занзаса – Леви-А-Тан. Рядом сидел Луссурия, который улыбался мне, даже не зная меня. Потряс меня тот, кто сидел буквально чуть ли не на полу, на самом крае – Маммон. Все его тело закрывали черные одежды. Его лица было не видно, его шеи тоже. Совершенно ничего. Ни одного участка кожи. Меня словно сканером просветили и учли не очень интересной. Солдаты ушли, ничего не сказав. Наверное, подумали, что хватит мне помогать. Или я им не понравилась Эх… Я словно в рот воды набрала. Не могла и звука вымолвить. Мой взгляд скользил по собравшейся компании. Они чего-то ждали от меня, наверное, что я представлюсь или что-то скажу. Но я не могу. Чисто физически. Но надо, а то выкинут еще как случайно попавшую муху. Наконец Босс Варии, отхлебнув из бутылки виски, которую он держал в руках, сказал: - Мусор, ты заблудилась, что ли? Курятник через триста пятьдесят километров на север. Я не услышала колкость и ехидство в свою сторону. Мой взгляд был прикован к нему. Никто мне не нравился так, как он. Тем более за такое короткое время. Взгляд багровых глаз завораживал, шрам на лице украшал. Правильно говорят, шрамы украшают мужчину. Наверняка, фигура у него отменная. Сразу же мое воображение стало рисовать некие картины, за которые мне стало стыдно. Не подобает девушке такое представлять. Из транса меня вывел громогласный рев: - Врооой!!! Говори, чего пришла и проваливай! - Ши-ши-ши, как вы культурны, капитан. Вы прямо джентльмен восьмидесятого уровня. – Бел поправил диадему и толкнул зеленоволосого рукой в плечо. – Чего молчишь, лягушка? Али речь потерял, когда увидел впервые в жизни особу женского пола. - Бел-семпай, вы как всегда не зрите в корень. – Фран на своем лице не отразил совершенно никаких эмоций. – Я девушек видел, можете за меня не волноваться. У кого чего болит, тот о том и говорит. - Это ты на чего намекаешь, земноводное! – Бел шишикнул и улыбнулся во все тридцать два. – Жаб и я на болоте видел, а вот настоящую девушку ты вряд ли видел, вот. - Бел-семпай, - лягушонок закатил глаза и хотел произнести некие слова, но его прервал Занзас. - Свои отношения выясните потом. Ты, - он посмотрел на меня, - говори, кто такая! Я смотрела на него и не могла вымолвить и слова. Во мне вовсю голосил страх. Я опустила глаза в пол и сказала: - Катерина Седеньо. - Вроой!! – Скуало приблизился ко мне и схватил за подбородок. – И с какого такого хрена в Варии делает сестра нынешнего босса семьи Седеньо? - Я смотрела в его глаза и просто чувствовала, как холодеет мое тело. Наконец он отпустил меня и сказал: - Зачем ты сюда пришла? Шпионить? Твой брат мог до такого додуматься… он еще тот лисяра. - Что за семья, мусор? – Занзас отхлебнул глоток и почесал шею. Хриплый голос и ни капли уважения ко всем. - Седеньо - семья, которая появилась относительно недавно, - Гроза Варии встал с мягкого дивана и начал говорить, обращаясь больше к Боссу, нежели к остальным, - сейчас глава семьи – Лавлиэт Седеньо. Раньше главой была Мира Седеньо, которая умерла из-за несчастного случая несколько лет назад. Семья малочисленная, так как существует довольно-таки мало времени. Но бойцы там, к слову, неплохие. Мы еще не встречались с ними, но, думаю, встретимся, так как еще немного времени и Седеньо будет набирать обороты в мире мафии. – Он посмотрел на меня, скользя равнодушным взглядом. - Почему он все это нам рассказывает, а не ты? – Скуало выжидательно смотрел на меня. Я пожала плечами и попыталась улыбнуться. - Так, - Занзас вытащил пистолет из-за пазухи, нетерпеливый он, – если ты сейчас не расскажешь, зачем приперлась, я тебе в голове лишнюю дырку организую, поняла? Страх развязал мне язык. Господь дал мне достаточно дырок и еще мне не надо. Спасибо за предложение, но должна отказаться. - Я понимаю, что звучит глупо, но… - я выдержала паузу и сжала кулак, - я хочу служить в Варии, вернее, работать. Я буду хоть поломойкой! Хоть посуду мыть буду! Мне без разницы, но позвольте остаться в Варии! – Я вновь замолчала и сильнее сжала кулаки, чтобы не развернуться и убежать, куда подальше. Я никогда не была в обществе стольких мужиков, никогда не было столько людей рядом со мной. Прошло, наверное, несколько секунд, как в зале разразился хохот. Вся смеялись надо мной, как над маленькой девочкой, которая как-то смешно сказала какое-то слово. Я непонимающе смотрела на них. Что у них вызвало такой остервенелый смех? Когда все уже более-менее успокоились, в меня полетел какой-то предмет, который чуть ли не сбил меня с ног. - Проваливай! Бабам здесь не место! - Занзас расхохотался вновь. – Ты сделала большую глупость, когда пришла сюда! - И ши-ши-ши, неужели в Седеньо все такие глупые? – Принц искренне сказал удивленным голосом. - Ну уж не тупей вас, Бел-семпай. – Лягушонок все-таки вставил свое слово. - Мне нужно! - Я снова стала говорить, если буду молчать, то они точно меня не возьмут, нужно бороться за место под солнцем, - Просто так я бы не стала проситься. Я буду делать что угодно, только не прогоняйте! - С чего баня-то пала? Зачем ты нам? – Скуало зевнул, закрывая рот ладошкой. - Это мое личное дело – пробормотала я. – Я не могу сказать вам, но, пожалуйста, возьмите меня. - Все что угодно будешь делать? – Босс Варии как-то нехорошо усмехнулся. Я закивала головой как заведенная. Мне нужно сюда попасть. Кем и как – неважно. Свои авантюры нужно доводить до конца. - Хм… Кто за? – Занзас обвел взглядом всю компанию. Скуало замотал головой: - Однозначно нет. Бабы к добру не приведут. Они созданы только для того, чтобы ублажать мужчину и поддерживать порядок в доме. - Какой ты каменный, Скуало! – Луссурия вскочил с места и неодобрительно посмотрел на мечника. – А я лично за! Она будет мне помогать, будет вместе со мной готовить… - Лусс улыбнулся и подмигнул мне. Он рассчитывал заарканить в замок себе подружку. - Мне фиолетово. – Фран взглянул как бы сквозь меня. - Тебе все фиолетово, что не цвета зеленого, ши-ши-ши, - Сам Бел вытащил стилет и стал его держать в руках. – Я тоже за! Не все Луссурии развлекаться с молоденькими дамочками! - А ты, Леви? – Скуало посмотрел в него в надежде, что тот скажет нет. – Как считаешь? - Я как Босс. – прогундел мужчина. - Маммон, - Скуало обращался к бухгалтеру уже с неподдельным раздражением. Видимо, ему девушки нравятся только тогда, когда они лежат у него в постели. Он продолжил: - а ты как считаешь? - Нет, - одеяния чуть колыхнулись, - ей же придется что-то платить, да и есть она что-то должна. Это лишние расходы, да и непредвиденные. - Я буду работать бесплатно! – Я уже не знала, что сказать, что сделать, чтобы меня оставили. – Мне ничего не надо! Будем считать зарплатой то, что я буду жить в замке! – Мне нельзя уходить из Варии, потому что я еще у брата и денег умыкнула, причем, неплохо умыкнула. Если он меня найдет, то мне каюк. В прямом смысле этого многогранного слова. Я прошептала уже еле слышно: - А ем я мало… - Ну, если так, то может быть и за… - Маммон еще с секунду подумал и вынес твердый вердикт. – Если ты за себя сама будешь платить, короче, обеспечивать себя сама, то я согласен. Если ты, конечно, ни копейки с Варии не потребуешь! - Не потребую-ю-ю-ю, - Слезы наворачивались на глаза, но я пыталась их подавить. Я же сама прекрасно знала, на что я, собственно, и куда я шла. Лавлиэт, наверняка, меня уже ищет, ведь прошло с моего побега чуть больше суток. Наш дом был далеко от замка Варии, а добиралась я пешком или на попутках. - Мусор, зачем тебе в Варию? Ты чего долбанулась, что ли? Какие бабы в Варии? - Я придумал, - Лусс вскочил с дивана, - а что, если она будет домработницей, а? И мне помогать будет с чем-нибудь, и еще чего-нибудь придумаем, тем более за зарплату будет считаться то, что она будет жить в Варии. Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – Мужчина умоляюще сложил ручки. - Ну ладно. Сегодня я добрый. – Занзас прихлебнул из бутылки. – Один косяк и пулей вылетишь. И да, мы все равно узнаем, зачем ты сюда пришла и если это будет что-то плохое, головы тебе не сносить, уяснила? Я закивала и поблагодарила. Надо будет вести себя тише воды, ниже травы. А то кто знает, чего моей душеньки захочется? Я иногда сама себя не понимаю, так как творю что-то из ума вон выходящее. Скуало смотрел на меня с раздражением. Наверное, ему нравятся сильные люди, а не размазни. Именно размазней я себя и показала. Ну ладно, у меня будет время доказать тебе обратное. Принц шишикал и понукал лягушонка, тот ему отвечал в задиристой форме, а я стояла и благодарила всех и вся. Все-таки есть на свете чудо, как не крути. Если я буду молчать, то поди поживу так год другой, а потом куда-нибудь свалю. Не всю же жизнь прислуживать, тем более деньги есть, да и брат поди забудет половину всего, что я натворила. Почему я сразу же куда-нибудь не свалила? А потому что знала, у Седеньо везде есть люди, которые подрабатывают ушами, хоть и малочисленная мы семейка, но знакомых куча. Так что год другой нужно мне отсидеться в Варии. Там меня вряд ли найдут. Надеюсь. - Эй, - Занзас показал на Лусса, - распорядись, чтобы ей комнату дали, в общем, все уладь. Она на твоей совести висит, вернее, проблемы с ней. - Без проблем! – Он повернулся ко мне и подмигнул. – Не волнуйся, они так-то добрые и хорошие. - Слабо верится… - мой взгляд остановился на Скуало. Ох, как я ему не понравилась, а остальным до лампочки, видимо. - Врооой!! Босс, что вы творите? Бабы в Варии не к добру, помяните мое слово! - Мусор, ты мои приказы осуждать будешь, что ли, а? Ты здесь Босс или я? Проваливай в свой Акулий дом! - Занзас хищно смотрел на всех, видимо, ждал, что кто-нибудь осмелится ему перечить, и он с чистой совестью его накажет и покажет, кто самый сильный. Никто не хотел что-либо вякать: - Ну вот и славненько, а теперь расходимся. Столпились тут, понимаешь… - Он закрыл глаза и стал попивать виски. Я вздохнула и поплелась за Луссом, который уже во всю шпарил куда-то. Комнату мне искать, вещи, которые я где-то оставила, переносить. Ну ладно, главное меня приняли, а остальное дело наживное!