Я знаю, когда ты врешь

***

      У окна с большой дорожной сумкой стоял Олежа. Он обернулся и сделал серьёзное лицо, увидев Диму. Дима же приофигел. Душнов же точно сказал ему, что поживет пока у Антона. И как его вообще впустили в общагу?! — Не ожидал меня тут увидеть? — чуть грубо проговорил бывший призрак, перебив тишину. —… А… Эм. Д… Д-да… — «Неужели он все же решил вернуться ко мне?! Неужели он все вспомнил?! " Единственное что было в голове парня. Хотя шанс того, что это окажется так, был равен нулю. — Наверное думаешь, что я тут делаю? — Так же грубо продолжил диалог юноша, который даже не хотел завязывать. Но пришлось — жить с Антоном не хотелось. Так как во первых буду ему мешать, во вторых он может в любой момент привести Олю, а я пока не собираюсь ей показываться. И в третьих… Мне все же нужно было найти место в общаге. И как назло, осталось только одна свободная комната… И это твоя — последние фразы он пробубнил сквозь зубы от злобы. Самым последним ему хотелось спать в одной комнате с тем, кто причинил ему столько боли. — И… Что же ты сказал им, когда заселялся? — Зеленоглазый не стал стоять на пороге и зашёл в комнату, снимая верхнюю одежду по пути к шкафу. — То же, что и вчера тебе — сказал юноша с такой же ненавистью, убирая сумку под свою кровать. — А что это за сумка? — поинтересовался Дима, снимая с себя шапку. — Антон, сразу после моей смерти, забрал большую часть моих вещей и отдал их мне вчера. Тут моя одежда… Книги…телефон… И все такое — а, ясно… — Побрацкий подошел поближе к Душнову — м? Тебе чег~       Рука Димы уперлась в стену у плеча паренька. Голубоглазый упёрся спиной в стену. Между лицами было примерно пять сантиметров. зеленоглазый опустился у уху парнишки. — Скажи честно, солнышко, ты правда забыл все что тогда было? — нежным шёпотом произнёс парень, обдавая ухо и щеку горячим дыханием, пытаясь хоть немного возбудить партнёра. — Т-ты совсем ёбнулся?! А ну отпусти меня! — на щеках брюнета появился лёгкий румянец. — Отвечай на вопрос — нетерпеливо повторил шатен. Одним ловким движением он взял худые запястья Олежи в одну руку, освободив свою. Свободной рукой он залез под футболку и чуть нагло водил рукой по всему телу — Гррх… Да, я все помню. Я помню как видел Антона с Олей. Как рассказал тебе все, а ты мне не поверил… — милое личико начало постепенно меняться на отчаяное —…и как ты рвал конспект. Потом Оля сказала тебе, что вы расстаетесь. А ты оказался бесчувственной скотиной и даже не извинился… На следующий день мы выполнили последние пункты. Что бы я «не мазолил тебе глаза»… Неужели потеряв меня, ты осознал… Как такой никчемный призрак дорог тебе… Хотя наврятли. Ты говорил мне… Такие гадости — на красивых голубых глазах выступили слезы. Олежа вспомнил ту боль, что причинил ему Дима — Ох, малыш, прости! Я не хотел довести тебя до слез. Прости… — Побрацкий взял своего любимого за руку и притянул её у себе. Он аккуратно разжал кулак на его руке и нежно поцеловал ладонь. Парень не хотел, что бы его любимый мальчик плакал из-за него, и по этому хотел успокоить его, как можно скорее. Брюнет отдернул руку, как только сухие губы коснулись его руки — Какая же ты мразь…       Олег сильно толкнул Побрацкого грудь, тем самым отстранил его. Душнов изо всех сил рванул к двери — Постой! Ты же ещё не до конца восстановился! — напуганный за паренька Дима, бросился за ним       Олежа бежал со всех ног по корридору. Он не знал куда ему бежать, ведь в мыслях было только одно, побыстрее удрать от Димона, что бы он опять не причинил ему много боли. Но вскоре, силы стали покидать молодое тело и паренёк стал медленно замедляется, пока совсем не упал на колени. — Ну чего ты убегаешь от меня? — с небольшой отдышкой произнёс Подрацкий. — Иди ты на хрен… — Олежа пытался перевести дыхание от такой пробежки. Он только заново научился стоять на ногах, как тут ему пришлось бежать. После воскрешение он ещё не до конца восстановил силы, по этому быстро устал. — дурашка ты моя — на выдохе сказал шатен, положив одну руку на спину беглецу, а вторую под его колени. После чего легко поднял его и взял на руки. — О-отпусти меня. Я не девка, что бы меня на руках т-тоскать.— брюнет даже не дернулся, а лишь прижался к парню, что бы не упасть. — сам ты не дойдёшь, позволь мне донести тебя — голос его звучал нежно и спокойно. Он не хотел больше пугать своего малыша. Олежа молча сжал своими худыми бледными руками его кофту. Он боялся, что Побрацкий может уронить его и избить. На что Дима просто крепче обнял его прижав к себе, что бы Олежа перестал бояться. — Зачем ты делаешь это? — прошептал уставший Олежа — о чем ты, котенок? — переспросил Димон — Зачем ты помогаешь мне? Ты же ненавидешь меня — так же шëпотом ответил он — Кто тебе сказал, что я ненавижу тебя? — с улыбкой произнёс парень, открывая ногой приоткрытую дверь комнаты. После чего так же закрыл её, зайдя в нутрь. — Ты… Ты так сказал… — в твоих мыслях это так. Но поверь… Все было по другому. Я бы никогда так не сказал своему любимому — Произнёс Димон, укладывая измученного юношу на кровать, попутно снимая с него рубашку и брюки. — т-ты что творишь?! — Раздеваю тебя. Тебе будет неудобно в одежде — зеленоглазфй изо всех сил держался, что бы не напасть на Олежу и не осыпать все его тело багровыми засосами и укусами. Он держался, ведь не хотел напугать его и опять довести до слез.       Оставив Олежу в одной футболке и боксерах, Побрацкий укрыл его одеялом и повешал на стул вещи, после чего снова подошёл к нему и немного нагнулся, оставив на лбу кудрявого, еле ощутимый поцелуй. — Сладких снов, малыш — с улыбкой прошептал Побрацкий, отстраняясь от него — М-мудак. — прохрепел Олежа после чего прикрыл глаза и погрузился в сон