На следующий день в институте
Олежа ещё долго извинялся перед Димой за то, что случилось ночью. Ему было ужасно стыдно за это. В ответ на его извинения, Дима бросал свои. Ему тоже было стыдно за то, что он без спроса полез к Олеже. Со стороны это выглядело странно, но ещё страннее, для однокурсников, было то, что Олежа, мать его, живой! Парень всем сказал что лежал в коме и то что его смерть была недоразумением и никто не умирал. Все не могли поверить в возвращение самого большого заучки универа. Душнов отбился от димы и шёл к своей аудитории. Позади себя он слышал как перешептывались его однокурсники. Было немного неловко. Разные мысли так и лезут в голову, от чего она становиться тяжелой. Голубоглазый шёл, смотря в пол и думая о своем, как даже не заметил что прошёл свою аудиторию. Ему пришлось развернулся и идти назад, как вдруг он обернулся и врезался в чью то грудь, после чего стремительно полетел на пол и ударился пятой точкой об пол — Да блядь! — простонал от боли паренёк. Он поднял глаза и увидел перед собой высокого, красивого парня. Каштановые волосы были аккуратно уложены. Ярко-карие глаза удивленно смотрели на упавшего парня. На незнакомце была бордовая футболка с пиджаком, джинсы и туфли. Он растерянно протянул Олеже руку — Прости! Ты не ушибся? —спросил он поднимая брюнетка на ноги — Ох… Антон, прости. Я тебя не видел — стал извиняться Душнов, соединяя указательный пальцы. — Я все это время шёл за тобой, но потом ты резко развернулся и врезался в меня. Всё нормально? — да! Все хорошо! Я просто… Э… Задумался — Это связано с Димой? — чуть в пол голоса спросил парень — Угу — Олежа увёл взгляд — Всё будет хорошо, малыш. Чтобы он не делал с тобой, все рассказывай мне. Я разберусь — Звёздочкин нежно улыбнулся и потрепал мальчика по его кучерявым волосам. Иногда Антон сам до конца не верил в то, что его кудрявый дружок жив и сейчас улыбается ему. А ещё Антон уверяет себя в том, что Олежа не слышал его признание в любви у могилы, ведь оно было просто из жалости. Антон никогда не любил Душнова. Просто как друга и все. Олежа сам ещё не до конца разобрался в своих чувствах. И в чувствах желтоглазого. Все таки он любит Олю, а не её братца…***
Весь день парни были вместе. Они общались, смеялись и рассказывали о своих новых интересах, за прошедшее время. Странно, но Дима даже не появлялся на горизонте. Это даже и хорошо. А то бы увидел Олежу с Антоном и сразу закатил истерику. Начал орать на Звёздочкина, мол, зачем ты забираешь моего Олежу? Слишком тупо. И шагу не сделаешь без него.***
—…Ну Олеж, ну как ты так? — Дима сидел на кровати рядом с лежащим в ней Олежей. Он пытался сказать хоть что то в свое оправдание, но тут же закатывался раздирающим глотку кашлем. Щеки горели, а пальцы были бледными, как только выпавший снег за окном. На пареньке был свитер, да ещё и тёплое одеяло. Но ему все равно было холодно, несмотря на цифры термометра. — Малыш, 38.3. Бедненький мой — Дима поцеловал больного в намокший от пота лобик — Давай ложись спать. Завтра можешь не идти в институт. — Н-но Дим! Я так давно не был на заняти~… — Олежа не закончил мысль и чихнул — Будь здров. Не беспокойся. Я принесу тебе конспект со всеми лекциями — Но ты же ни когда не писал конспекты… — хриплым от кашля голоса, уточнил он. — А я ради тебя, солнце — Побрацкий улыбнулся и поцеловал кипяточные ручки своего мальчика…На утро
На утро Олеже было только хуже. Голова болела, горло тоже. Не хотелось вообще ничего. А ведь он только встал. Точнее — даже не вставал. Он просто проснулся и лежал в постели. Дима выключил его будильник, что бы он не мешал спать его малышу. На часах было двенадцать часов. На столе лежала записочка от Димы. Душнов встал и подошёл к столу. Он развернул записку и прочел: «Доброе утро, малыш. Надеюсь у тебя все хорошо. Не забудь выпить нужные таблетки. Прости, задержусь сегодня. Но потом я весь вечер буду с тобой! Буду носить тебя на руках, обнимать, целовать и не отходить ни на шаг. Дошик в холодосе. Не скучай без меня. Люблю» в уголочке листка было нарисовано не аккуратное сердечко. Опять он за своё… Люблю… А вот Олежа наоборот***
Ближе к двум часам дня, Олежа лежал в постели и читал книгу, которую прочёл до этого раз двадцать. Температура хоть и спала, но все равно держалась чуть выше нормы. За окном было пасмурно и тускло. Все такое серое… И настроения нет. Стук в дверь — Открыто — кто мог прийти во время занятий в институте? В комнату зашёл Антон — Привет, Олегсей. Дима сказал что ты заболел — Антон нежно улыбался больному — Здравствуй. Да ладно тебе. Все хорошо. Просто лёгкое недомогание — Да все по тебе видно. Красный как твой свитер… Погоди — Звёздочкин подошел к олеже и сел на край кровати рядом с ним. — Это свитер димы? — что? Эм… Нет. Это мой — Свитер и правда был Димы. Просто тёплых вещей у Олежи кроме куртки не было, вот он и решил поделиться своим. — И чем же ты лечешься? — Шатен подошел к столу с таблетками — антибиотики? — Ну… Да — неуверенно ответил Олегсей — Ты же так даже не вылечешься! Но не переживай. Я принёс тебе нужные лекарства — Антон положил свою сумку на стол и выложил из неё кучу каких то непонятных таблеток с замудренными названиями, баночку с мёдом и сушеную ромашку — тут все что тебе нужно для выздоровления. — Спасибо, Антош. Но правда, не стоило — Еще как стоило — парень подошёл к больному и присел перед ним на одно колено — Я не хочу что бы мой мальчик болел. А с Димой и его методом лечения ты будешь болеть еще дольше — Парень поцеловал мальчика в горячий от температуры лобик — Кстати, я принёс твой конспект, так что сегодня с тобой буду заниматься я — Но со мной хотел сегодня заниматься Дима — Уже поздно. Плюс, я объясню тебе материал намного понятнее — Звёздочкин погладил Душного по голове, переходя на горячую щеку — ну… ЛадноПозже
Дима прогулял последнюю пару, что бы побыстрее вернуться к своему любимому. Весь день он только и делал, что думал о нем. Ну и конечно же писал конспект для него. Записал все до единого слова со всех пар, что сегодня были. Рука ужасно устала. Но он уже представлял как будет рад и одновременно удивлён его малыш, увидев старания Димона. Шашлык подходил к зданию общежития. В одной руке была сумка, а в другой роза. Парень решил сделать сюрприз своему солнышку. Он точно обрадуется. Побрацкий уже представлял: Как Олежа возьмёт розу, одновременно и удивляясь и улыбаясь. Как обнимет Диму и поцелует своими нежными губами щеку парня… Если бы он конечно любил его Шатен уже подходил к комнате. Он постучался — Открыто — послышался тихий хриплый, от кашля, голос. Но зато такой родной. Зеленоглазый зашел в комнату. Он держал розу за спиной — Здравствуй малыш, я сегодня прогулял пару, что бы тебе не было скучно сидеть тут одному. — Дима закрыл за собой дверь и посмотрел на Олежу. Он только что заметил что было у него в руках — Привет, Дим — в руках мальчика была тетрадь Антона. Дима запомнил эту черную обложку с ярко-жёлтой буквой «Д». Видимо Звёздочкин увлекался Дипломатором, что аж купил себе его мерч. — Это тетрадь Антона? — улыбка ушла с его лица — Оу, ну да. Он просто занёс мне тетрадь и все. Потом он ушёл — Олежа боялся, что если он скажет Диме, что Звёздочкин провел с больным весь день, Побрацкий взбеситься. — Не ври мне — рыкнул парень. Он положил розу на стол за сумкой. Олежа не увидел этого. Он не отрывал взгляда от идеально ровного почерка в конспекте — Я не вру! — Я ЗНАЮ КОГДА ТЫ ВРЕШЬ — Побрацкий быстро подбежал к пареньку, забрался одним коленом на кровать и упёрся руками в стену, прижимая к ней напуганного олежу. Тот же потерял дар речи от страха. Монстр из его сна прямо перед глазами… — Думою мне стоит наказать Тебя — наглеца — так же грубо сказал он и замахнулся на боюнета кулаком. Ревность— страшная штука. — НЕТ! НЕ НАДО! — прокричал мальчик «Монстр» положил руку на затылок своей «жертве» и притянул к себе, после чего слил его и свои губы в нежном поцелуе. Он был настолько нежен… Не то что его поведение секунду назад. Парень отстранился. — На тебя невозможно обижаться, солнце — он просто понял что делает все не правильно. Когда Дима замахнулся на свое чудо, такое маленькое и беззащитное, до него дошло— как же он дорог ему. Этому кудрявому медвежонку, можно простить все что угодно. Да и этот звездочкин не стал бы изменять Оле. С Олежей они просто друзья. — Д… Д-дурак! — мальчик был напуган — Котенок, прости, я не хотел напугать тебя — Димка обнял Олежу и стал извиняться перед ним. Он извинялся так, будто только что чуть не убил его. Извинения были искренними — Всё нормально, Дим… Просто… Не делай так больше… Это ужасная шутка — сказал почти плачущий мальчик — Да! Конечно! Больше не буду — он отстранился — Это была ужасная шутка. Да, я дурак. Я мудак. Просто ужас! — студент взял своего соседа за руку — ударь меня… Я заслужил этого, малыш — Нет! Я не буду тебя бить… — Олежа опустил его руки — Подожди, у меня кое что есть для тебя… Сейчас! — зеленоглазый встал и подошёл к столу. Он взял розу и обратно вернулся к мальчику — Это тебе. В знак моего извинения — ох… Дим… Спасибо конечно. Но ты знаешь, в честь чего дарят розы? — мальчик взял цветок — В знак любви! — Вот именно — в знак любви. Ты наверно забыл… Я ведь не люблю тебя —сказал Олежа отдавая Диме розу — Да нет… Это ты все забыл — по глазам было видно что он растроен — Да что с тобой не так?! — Ты действительно хочешь знать, что со мной случилось? — Дима посмотрел на олежу с чуть удивлённым сарказмом—..Ты так же важен сейчас, как я был важен тебе когда-то...наверное. А ты будто специально забыл тот самый момент. Забыл, что говорил перед тем, как полностью исчезнуть? Я тебе поверил. Ты вообще помнишь, как мы выполняли самый последний (первый) пункт? Ты говорил, что мы выполнили его. Но ты сказал не верно. Да, ты поцеловал однокурсницу, но задание было не выполнено. Мы же сами потом прочитали «ПОЦЕЛОВАТЬСЯ с однокурсником(цей)». А теперь подумай, с кем ты всё-таки поцеловался и что сказал в конце…¹ — Парень хотел сказать что то ещё, но передумал и пошёл к двери. В этот самый момент все встало на круги своя. Лёгкое дежавю прокралось в голове Олежи. Тело вздрогнуло, а глаза уставились в никуда. Кто-то перемотал кино-пленку в голове и будто вбил в неё самое важное. Мальчик перевёл взгляд в права на стол. Рядом с ним стоял шатен, обнимающий призрачный силуэт, который вот вот должен был исчезнуть. Губы их застыли в нежном и невинном поцелуе. В мгновение фигуры исчезли… Это было всего лишь воспоминание… То самое которое вбивал из паренька по уши влюблённый в него Дима! Вспомнил…ОН ВСЕ ВСПОМНИЛ!