Sweet revenge

Хванун абсолютно ничего не понимал. Нет, он осознавал, что Ёнджо ведёт себя странно, понимал, что прежние намёки на него не действуют, но почему конкретно – это для Ё было загадкой. Та ссора здесь не при чём, она была мелкой и на следующий же день они помирились, но Ким всё так же держался отстранённо. Не то что бы охладел, нет – Ёнджо всё ещё мог обнять Хвануна и поцеловать его (разумеется, пока никого рядом нет), но он отказывал в сексе, а это уже о многом говорило. Ким Ёнджо, который раньше заводился чуть ли не с полуоборота, сейчас лишь с лёгкой улыбкой говорит "не сейчас". И что это значит?! — Хён, ты на меня злишься? — не выдержал в итоге Хванун, ложась рядом с ним. Ёнджо, не отрывая взгляд от телефона, усмехнулся, проводя рукой по волосам Ё, всё ещё немного влажным после душа. — С чего ты взял? — Нет, он не злился. Просто всё это слишком забавляло. — Говорил же, я занят. — Чем ты занят сейчас? — настаивал Ун, пытаясь поднять голову и заглянуть в экран телефона Ёнджо, но тот не позволил. — Хён! Усмешка не сходила с лица Кима. Он перечитывал комментарии в Твиттере к последним постам (надо бы самому на днях селки выложить, пока Гонхи окончательно не захватил Твиттер), но отговорку ведь придумать надо. Хванун обиженно заворчал что-то себе под нос, переворачиваясь на спину и накрываясь одеялом, и не заметил, что под этим одеялом было. Не хотеть Хвануна в такой очаровательной пижамке, которая постоянно сползает с одного плеча, было невозможно. Ё заметил бы это, если бы опустил взгляд ниже или случайно задел бы рукой или коленом, но… Этого, к счастью Ёнджо, не случилось. А в такой ситуации, между прочим, возбуждение приносило дискомфорт, и надо бы уйти в ванную – так, чтобы Хванун не сообразил, для чего конкретно Ёнджо туда ушёл. Заснул бы в идеале… Но Ё не спал. Он лежал и смотрел в потолок, который, видимо, открывал ему какие-то тайны мироздания, потому что Ким не понимал, что в течение минуты можно там так увлечённо рассматривать. — Что ты там видишь? — спросил он, слегка наклонившись к Уну. Тот нахмурился, переводя взгляд на него. — Я понял. Это ты мне мстишь за то, что я не позволял тебе заниматься со мной сексом, пока мы были в туре. Я ведь прав, да? Это твоя месть? — Вообще не понимаю, о чём ты, — Ёнджо попытался сохранить каменное выражение лица, хотя его так и тянуло расхохотаться. Хванун умный мальчик, однажды до него дошло бы… Надо ретироваться, и как можно скорее. — Ладно, я в душ. Он быстро чмокнул Хвануна в губы, взял полотенце со спинки стула и побыстрее удалился в ванную, слыша в ответ сердитый выкрик: — Ким Ёнджо, ты полный придурок!

***

Два часа ночи. Окно закрыто полупрозрачными занавесками, в комнате царит полутьма, но привыкшие к этому глаза внимательно вглядывались в лицо спящего. Пусть он не просыпается… Было бы ужасно неловко, если бы его застали за чем-то подобным. В спальне тихо, слышно разве что прерывистое дыхание, которое изредка приглушается подушкой. Она же заглушает и тихие стоны, которые иногда невозможно сдержать, и они всё же слетают с искусанных губ. Но из-за подушки дышать становится труднее, и он приподнимается обратно, жадно всматриваясь в лицо спящего хёна. Не заметил. Можно продолжать. Но Хванун ненавидел себя за то, что приходится так унижаться. Он проснулся минут пять назад из-за своего же сна, в котором было сразу два Ёнджо: один тот, который настоящий, а второй был более властным и жёстким. Тот Ким Ёнджо, который показывался редко и по просьбе самого Уна. Два невероятно сексуальных мужчины, а посередине он… Понятное дело, что они втроём в этом сне не чай пили, обсуждая повседневные дела. Прикосновение чужих рук и губ, горячее дыхание на коже и грубые толчки чувствовались так явно, что проснулся Хванун со стояком и желанием самому завалить Ёнджо, потому что это он довёл Ё до такого. Но, понимая, что потом сам далеко не убежит, Ун долго (как ему казалось) вглядывался в лицо безмятежно спящего Ёнджо, а потом с нервной усмешкой взял его руку. Конечно, ощущения совсем не те, как если бы Ёнджо сейчас не спал, а сам дрочил Хвануну, но будить его Ё не хотел, и без того чувствуя себя унизительно. Ведь он считал, что контролирует Кима хотя бы в постели, а на самом деле это Ё от него зависит. Полностью. И куда приятнее чувствовать ладонь Ёнджо на своём члене, чем делать это своей рукой. Пусть и приходится вести самому, это того стоит. Когда остаётся совсем немного до желанной разрядки, Хванун снова уткнулся лицом в подушку, пытаясь сдержать голос, но более быстрые движения буквально сносили крышу. Несколько стонов случайно срываются с губ, и через несколько секунд Ё со всхлипом кончает в руку Ёнджо, пачкая и её, и свою собственную. Ладно. Это было… Хорошо. Чуть позже, когда дыхание более-менее пришло в норму, Хванун дотянулся до своего полотенца, тщательно стирая следы недавнего безобразия. После наспех вытер руку Ёнджо ещё и влажной салфеткой и тихо прокрался в ванную, чтобы привести себя в порядок. И даже не заметил, что Ёнджо открыл глаза, хитро усмехаясь и вытирая ладонь об одеяло. — Мелкий извращенец, — прошептал Ким, поворачиваясь на другой бок. "Ты мне за это позже ответишь", — мысленно добавил он, когда Хванун вернулся в комнату и лёг рядом, прижимаясь к его спине. Нет, Ёнджо ещё не закончил – эта игра имеет слишком неожиданные и интересные исключения из правил, чтобы заканчивать её так быстро.

***

Следующее утро. Решив немного подыграть Хвануну, Ёнджо подумал, что проще всего будет сделать вид, что он на самом деле спал, пока Ун так грязно им воспользовался. В конце концов, в уме Ким уже составил план того, что он хотел сделать в ближайшее время, вот тогда и можно будет выложить карты на стол. Просто нужно немного подождать… Ёнджо усмехнулся, склонившись над кроватью и разглядывая мирно спящего Хвануна. Ему точно мало не покажется. — Уни… — Ёнджо легонько потряс его за плечо. — Вставай, уже полдень. Ты вроде с Дончжу куда-то собирался? Хванун пробормотал что-то невнятное и накрылся одеялом. Ребёнок маленький. Интересно, если твой возлюбленный на вид кажется совсем мальчишкой, за это статью дадут? — Прекращай капризничать, малыш Уни~ Я не могу будить тебя вечн… — точный пинок в колено заставил Ёнджо прервать фразу, поморщившись от боли. Хванун хмуро выглянул из-под одеяла. — Ещё раз назовёшь меня малышом… Ёнджо резко стащил одеяло с Уна, чего тот явно не ожидал, и забрался на парня сверху, прижимая его запястья к постели. Раздражение Ё сменилось испугом, зато сон как рукой сняло. — Ты не в том положении, чтобы угрожать, я не Гонхи и не Сохо, чтобы спускать тебе это с рук, — Хванун кивнул, но вырываться не стал. — Только попробуй сделать так ещё раз, и пожалеешь. Понял меня? Хванун снова кивнул, не сводя глаз с Ёнджо. На самом деле, подобное заводило… Быть маленькой мышкой в лапах опасного чёрного кота. Либо в Ё проснулся скрытый фетишист, либо сказывалось долгое отсутствие близости, которое ночным событием не компенсировалось. Впрочем, не исключено, что свою роль сыграли оба фактора. — Мне нужен чёткий ответ. Открой рот и скажи это словами, а не кивай головой, как дрессированный тюлень. Ты меня точно понял? Страх исчез окончательно. Закусив губу, Хванун отвёл взгляд, но надолго его не хватило. — Я всё понял… папочка. Ёнджо завис. Раньше Хванун его так не называл – разок разве что, да и то пришлось попросить. Ему точно не послышалось? Что за заигрывания с утра пораньше? — Ты сейчас… Что ты только что сказал? Едва Ким отпустил его, Ё тут же обхватил руками его шею, стараясь принять самый невинный вид, на который только был способен. — Что всё прекрасно понял. Такого больше не повторится, папочка. Обещаю. "В твою игру могут играть двое", — мысленно усмехнулся Хванун, что никак не отразилось на его лице. Такой актёр в нём пропадает, такой талант! Ему только в дорамах и сниматься! Правда, тогда он не встретил бы Ёнджо и остальных, у него не было бы таким прекрасных фанатов и такой поддержки… Нет, актёрские навыки придётся демонстрировать, будучи айдолом. — Я на твои уловки не попадусь, — пробормотал Ёнджо, не заметив того, что уже оставил на обнажённом плече пару поцелуев. Хванун хмыкнул. — Разумеется… — Я НАДЕЮСЬ, ТЫ УЖЕ ВСТАЛ! — …папочка. Чуть ли не с пинка влетевший в комнату Дончжу шокировано уставился на открывшуюся его взору картину. Хванун, обнимающий за шею Ёнджо, который навис над ним; одеяло валялось на полу, да ещё и это слово, сказанное Хвануном… Нет, Сон знал об отношениях между хёнами, но… Не до такой же степени! — Ты почему дверь не закрыл?! — Хванун резко оттолкнул Ёнджо, поправляя пижаму. — Нет, честно, Дончжу, это не я, он сам ко мне полез! — Да ну?! А кто ночью моей рукой пользовался, я, что ли?! — Так ты не спал?! — Пожалуй, я лучше пойду с Гонхи-хёном, развлекайтесь, — не выдержал Дончжу, выходя из комнаты и закрыв за собой дверь: слышать подробности того, что происходило ночью, ему не хотелось. Последнее, что Сон услышал, прежде чем зайти в комнату к Гонхи, был глухой стук (видимо, кто-то упал) и отчаянное "Я пойду с вами, подожди меня!"