Моя маленькая сестра

Наруко нервно постукивала пальцем по парте, периодически поглядывая на часы. Дополнительное занятие по английскому должно было начаться еще пятнадцать минут назад, но сенсея все не было. За последнюю неделю много что изменилось. Если сначала Наруко боялась этих занятий, то теперь с нетерпением ждала завершения уроков, чтобы пообщаться с Саске, который на деле оказался не таким ужасным, как девушка думала о нем. На первом занятии Наруко сильно нервничала, с ужасом понимая, в каком положении она оказалась. Правда, уже ближе к концу первого часа, она разговорилась, поймав себя на мысли, что не все так кошмарно. Саске оказался приятным в общении мужчиной, с которым можно было поговорить обо всем. Он сильно отличался от всех репетиторов, что были у девушки до этого. Во-первых, он был достаточно молодым, и разговор получался непринужденным из-за небольшой разницы в возрасте; во-вторых, как оказалось, во многих вопросах их мнения сходились, и девушка спокойно могла высказывать свои мысли, что ни с кем, кроме своих друзей, сделать не могла. И, уже на третьем занятии, они перешли черту учитель-ученица, разговаривая, как друзья. Наруко с нетерпением ждала того времени, когда сможет побыть с брюнетом наедине, поговорить, поделиться мыслями, доставая своих друзей разговорами о Саске. Поначалу Киба и Сай не верили блондинке, но уже через несколько часов решили, что лучше согласиться, чем слушать целую кучу доводов о том, что Учиха не ужасный человек, что он просто носит такую маску, чтобы к нему не было лишнего внимания. Девушка в очередной раз раздраженно посмотрела на часы, отсчитывая секунды, что прошли в ожидании сенсея. Наконец дверь со скрипом открылась, и в класс вошел высокий брюнет. Он выглядел немного утомленным, словно что-то неприятное произошло. Голубые глаза проводили сенсея до учительского стола, на который мужчина медленно положил бумаги, что принес с собой. - Вы опоздали, - раздраженно заметила девушка. - Были неотложные дела, - мужчина посмотрел на блондинку и улыбнулся. Наруко засмущалась. Ей до сих пор было непривычно видеть милую улыбку Саске. Она привыкла к хищному оскалу, а не к доброй улыбке, что дарил ей брюнет, когда они были наедине. – Let’s start our lesson. - Ок, - Наруко кивнула. Она прекрасно знала, что говорить по-английски они будут недолго. Обычно она уже через пять минут терялась и начинала путаться в словах, но Саске с завидным упорством каждый раз начинал занятие с английских фраз, словно издеваясь над девушкой. Правда, потом он переходил на родную речь, и остаток часа они спокойно обсуждали темы, которые, в принципе, должны были обсуждать на английском. - Today, we're going to talk about sport. What kind of sport do you like? - Sport? – с недоверием переспросила блондинка. Она едва ли могла поверить, что сейчас они будут говорить о ее любимом баскетболе, о котором поговорить с друзьями у нее не получалось. Сай абсолютно ничего не понимал в нем, а Киба тщательно избегал этой темы, словно боялся задеть ее, ведь ей пришлось бросить секцию, после того случая. - Yes, about sport, - Саске кивнул, ожидая ответа от девушки. - I like basketball, - Наруко опустила взгляд. Она была в предвкушении, ведь если Саске разбирается в баскетболе, то остаток часа они будут говорить о нем, а если нет, то будут перебирать различные виды спорта. Но Саске знал, и уже через пять минут они отказались от английского, на котором Наруко не могла выразить всех своих эмоций. Они обсудили все, начиная от наиболее ярких игр и игроков, и заканчивая разбором полетов прошлой игры их школьного клуба. - Когда я учился в старшей школе, я ходил на секцию по баскетболу, - Саске улыбнулся и прикрыл глаза, вспоминая приятные моменты своей жизни. Отец был против спортивных занятий, считая их неоправданной тратой драгоценного времени. Эта неприязнь отца к спорту и сделала часы, проведенные в спортивном комплексе, вдвойне приятными. - В комплексе? – голубые глаза удивленно расширились. - Да, - Саске усмехнулся. – Там было весело. Правда, гоняли нас не по-детски. - Ага, Ибики-сенсей любит это, - Наруко кивнула и рассмеялась. – Однажды, мы два часа отрабатывали нижнюю передачу мяча. После этого моей единственной мечтой были душ и кровать. Киба его тогда назвал извращенным садистом, - девушка рассмеялась и нервно почесала затылок, вспоминая ту адскую тренировку. - О, да. Ибики. Неужели он до сих пор там работает? Я думал, он уже ушел на отдых. - Он уйдет, - Наруко кивнула, - как же! Скорее я балериной стану, а Сакура найдет своего принца. - Он нас в свое время тоже изрядно погонял, - Саске улыбнулся, но внезапно какая-то мысль отвлекла его от разговора. – Слушай, а разве Ибики занимается с девушками? - Что? – Наруко с недоверием посмотрела на Саске. Глупо, это было очень глупо. Разумеется, Ибики никогда с девушками не занимался, говоря, что слабый пол и баскетбольный мяч – худшее сочетание, которое придумала природа. – Да, занимается. Недавно начал, - девушка явно занервничала, что не укрылось от Саске. - Правда? – брюнет коварно улыбнулся. За последнюю неделю он отошел от своего плана узнать правду о Наруко. Но эта корявая улыбка и нервно бегающие глаза убедили его в том, о чем он уже давно догадывался. Учиха прекрасно был знаком с Ибики, и даже поддерживал с ним дружеские отношения, изредка наведываясь в комплекс. Если бы тренер решил взять женскую команду под свое крыло, Саске об этом бы знал, но Ибики ни разу не обронил и слова об этом. Уже после первого занятия Саске убедился в своей догадке, а этот разговор только утвердил его уверенность, что Наруко и Наруто – это один человек. Саске не мог понять, зачем это надо Узумаки, но хотел это узнать. Он чувствовал, что движется в правильном направлении. И еще чуть-чуть и Узумаки расскажет ему причину. Может быть не сегодня и не завтра, но точно в ближайшем будущем. - Ага, - девушка посмотрела на часы и измученно улыбнулась. – Сенсей, мне уже пора домой. - Что? Уже? – Саске разочарованно вздохнул. – Ну, тогда иди. Увидимся завтра, после уроков. - Да, сенсей, - Саске не успел и моргнуть, как Наруко исчезла из класса. Темнота медленно опускалась на город, сменяя солнечные лучи на мертвый свет фонарей и неоновых вывесок. Парк погрузился во тьму, разрываемую редкими фонарями, что неестественно удлиняли тени деревьев, подчеркивая гротескность окружающей реальности, словно сошедшей со страниц дешевых книг ужасов, с одной стороны, нагоняя страх, а с другой, заставляя нервно посмеиваться над своими глупыми мыслями. На одинокой лавочке сидела блондинка, сосредоточенно думая о чем-то, не обращая внимания на тьму, на фонари, на тихий шелест листвы и приглушенный расстоянием шум автомобилей. Наруто не мог точно сказать, сколько он тут уже сидит. Он думал, но ни одна мысль его не посетила. Его сознание было словно вакуум, в котором ничего не имеет значения, кроме пустоты и слабых очертаний предметов. Он размышлял о произошедшем, но ничего, кроме презрения к себе не ощущал. Нет, он презирал себя не за то, что притворялся сестрой, и не за то, что не смог уследить за своим языком и так глупо дал повод Саске сомневаться в себе. Он презирал себя за то, что сбежал, не расставив все точки над «I», что испугался, что струсил и повел себя глупо. Он не знал, что будет делать завтра, если Саске решит возобновить этот разговор. Признаться? Страшно. Дальше врать? Глупо, хотя еще есть шанс все сохранить в секрете. Он не обращал внимания на звонки друзей и целую вереницу сообщений от Кибы, что беспокоился о нем, когда не застал блондина в школе. Он не обращал внимания на время, хотя раньше всегда следил за ним, чтобы лишний раз не волновать маму своим поздним приходом. Он просто погрузился в себя, плавая в обрывках мыслей и воспоминаний. Наконец, Наруто дернулся, словно очнувшись от сна. Он нехотя достал телефон и посмотрел на время. Было уже поздно, и мама, должно быть, сильно волновалась. Наруто встал и направился к выходу из парка, набирая номер мамы, чтобы сообщить, что с ним все в порядке, и он уже идет домой. Но противные длинные гудки не прервал нежный женский голос. Наруто ждал, но динамик по-прежнему выдавал только однотонные гудки, словно издеваясь над парнем. Чертыхнувшись, он сбросил вызов, чтобы вновь набрать знакомый номер. Ничего не изменилось. Неясное беспокойство завладело сознанием, и Наруто перешел практически на бег. Минуты медленно тянулись, неестественно растягивая дорогу до дома. Немного запыхавшись, парень посмотрел на многоэтажку, в которой они жили. Свет в окнах квартир угнетал, создавалось впечатление, что ты вырван из жизни, что ты никому не нужен. Вот, там есть жизнь, там любящие люди окружают друг друга заботой, молодые люди готовятся к предстоящей ночной жизни, дети лениво делают домашнюю работу, а ты стоишь здесь и не можешь к этому прикоснуться, ты вырван из этой реальности. Наруто недовольно поежился. Эти мысли ему не нравились. Его тоже дома ждет мама, которая окружит его заботой. Ему было все равно, что она считает его дочерью. Ему было все равно, что она не помнит о его существовании, прикрываясь красивой иллюзией, которую они создали много лет назад. Его ничего не волновало, главное – мама рядом, она есть, она счастлива, а он может и потерпеть, он может побегать на каблуках, он может смириться с неудобной одеждой и тугими хвостами. Он готов на это, он привык к этому. Наруто зашел в подъезд и вызвал лифт, недовольно переминаясь с ноги на ногу, пока ожидал нерасторопный механизм. Квартира встретила его тишиной и пустотой. Быстро метнувшись в спальню мамы, он нашел там только пустоту. Наруто звал Кушину, его голос отражался от стен неровной мелодией, которая больше напоминала похоронный марш. Одиночество угнетало. Гостиная, родительская спальня, кухня – нигде не было Кушины. Трясущимися руками Наруто достал телефон и, в очередной раз, набрал номер мамы. Из гостиной послышалась нежная мелодия, что сейчас казалась такой противной. - Мое сердце будет биться, - неосознанно Наруто перевел первую фразу песни. Все-таки занятия с Саске не прошли даром. – Видимо, мама опять ушла в магазин к Генме, - попытался успокоить себя парень, хотя сердце продолжило неровно биться. Нервно усмехнувшись своим мыслям, Наруто попытался расслабиться. У него даже начало это получаться. Но, открыв дверь в свою комнату и включив там свет, он замер. Или время остановилось, или это он перестал его ощущать, Наруто не знал. Дверь шкафа была открыта, а на полу, рядом с открытыми коробками, лежала Кушина. Наруто звал ее, просил очнуться, прийти в себя, проклинал свою мягкотелость и, кажется, плакал. Он не знал. Пространство комнаты казалось чужим – все казалось чужим: краски слишком яркими, звуки приглушенными, реальность искаженной. Наконец, он пришел в себя и попытался набрать номер Орочимару. Руки не слушались, отказываясь выполнять элементарные действия. В памяти всплыл день, когда похитили сестру, когда мама также пыталась набрать номер отца, крепко прижимая его к себе. - Все будет хорошо, - высокий брюнет измученно улыбнулся, пытаясь подбодрить Наруто. Его улыбка всегда выглядела устрашающе, но сейчас она по-настоящему пугала. Желтые глаза с заботой смотрели на блондина, который ярким пятном выделялся на фоне белого дивана, в них читалось сострадание, хотя на лице его заметить было сложно. - Орочимару, не надо, - тихо сказал Какаши, отрицательно покачав головой. Он тоже хотел сказать это Наруто, но не мог. Наруто – слишком умный парень, и он прекрасно понимает, что хорошо не будет. Мужчина не хотел лицемерить, подбадривая его фальшивыми шаблонными фразами. - Тогда, - Орочимару нервно повел плечами, оглядывая, опустевшую с уходом мед. работников, квартиру, - я тоже пожалуй пойду, - Наруто никак не отреагировал, только кивнул, смотря куда-то в пространство. - Я должен был их выкинуть, - Наруто с ногами уселся на диван, подтягивая колени ближе к подбородку. – Должен был. - Не надо, - Какаши подошел ближе к блондину. Он хотел сесть рядом, но боялся. Он боялся вновь увидеть слабого Наруто. – Ты не мог. Это твои воспоминания, это твоя память о Минато и Наруко. - Да, - парень напряженно выдохнул, - но ничего бы не произошло, если бы я смог их выкинуть. - Поздно, Наруто. Прими все, как есть, - мужчина все-таки решился и сел рядом с блондином. Он по-отечески приобнял его за плечо, пытаясь поделиться своим теплом, показать, что он не одинок. – Может, переедешь ко мне? - Нет, - Узумаки недовольно обвел квартиру взглядом. Оставаться здесь не хотелось, но покинуть эти стены было невозможно. - Уверен? - Я справлюсь, - Наруто попытался улыбнуться. – Я смогу. Какаши? - Да? – Хатаке слегка отстранился, всматриваясь в бледное лицо парня. - Ничего, - Наруто придвинулся ближе к мужчине, ища поддержки и тепла. – Спасибо тебе за все. - Не за что, Наруто, не за что, - Какаши крепче обнял подростка. – Я вас не брошу! Никогда! - И за это тоже спасибо, - Наруто уткнулся лицом в грудь мужчины, вдыхая его запах. Стало легче, не спокойнее, но легче.