Любовь: Непреодолимое желание

Слишком много — этого не достаточно

— Это девочка! — воскликнул целитель, и послышался плач ребенка.       Малютку Поттер вымыли и, завернув в чистую простыню, отдали матери.       Гермиона подбежала к Джинни, сразу как только Фреда привели в чувство и усадили в кресло. Он быстро приходил в себя в окружении целителей. — Она великолепна, — прошептала Гермиона. — И она такая крошечная, — сказал Гарри. — И она наша! — произнесла Джинни, целуя дочку в маленький носик.       Молли и Артур просто сияли.       Фред, который уже полностью пришел в себя, спросил: — Как назовëте?       Джинни передала ребенка Гарри. — Брайрони Мэри Поттер, — ответил Гарри.       Но схватки у Джинни всё ещё продолжились, потому Гарри отдал малышку Молли и взял жену за руку.        Гермиона присела рядом с Фредом, и он осторожно поинтересовался: — Ты действительно выйдешь за меня? — Конечно. В конце концов, это я первая сделала тебе предложение.       Гермиона улыбнулась и нежно поцеловала Фреда. — Но знаешь, несмотря на то, что я согласилась выйти за тебя замуж, я не думаю, что хочу видеть тебя в родильной палате, когда буду рожать нашего малыша. Мне не нравятся люди, которые падают в обморок в самый ответственный момент. Придеться тебе поучиться у Гарри, — пошутила Гермиона. — Ну, я надеюсь, что рядом со мной хотя бы поставят стул, — с улыбкой сказал Фред.       Их маленькое веселье было прервано очередным криком новорождённого. — Маленький мальчик, — сказала целительница, передавая Джинни ее сына.       Молли была так счастлива. Она передала Гермионе Брайрони, чтобы поближе разглядеть своего внука. — А как вы назовëте этого малыша? — спросил Фред, не отрывая глаз от Брайтоне в руках его невесты. — Эван Майкл Поттер.       Гермиона отдала Брайрони новоиспеченному отцу, в то время как Эван был на руках у матери. Они выглядели так восхитительно гармонично, что Гермиона чуть не прослезилась представляя, что когда-нибудь они с Фредом могут выглядеть также.       Детишки выглядели одновременно похожими и разными.       Малышку Брайрони совершенно точно можно было отличить от брата отсутствием рыжих волос и потрясающими изумрудными глазами отца, в то время как Эван был истинным Уизли.       Наконец в палату пустили остальную часть их большой семьи, где каждый почувствовал своим долгом подержать малышей на своих руках. В это время Джинни удалось притянуть к себе Гермиону. — Немедленно покажи мне кольцо, — потребовала Джинни. — Ты действительно заметила что Фред сделал мне предложение? — изумленно спросила Гермиона. — Я Джинни Поттер. Такие вещи не могут остаться мною незамечеными. А теперь, если мы закончили с дискуссией, показывай кольцо.       Оно было простым, но красивым: золотое колечко с бриллиантом приличного размера. Из-за своей простоты оно было просто великолепным и идеально подходило Гермионе. — Оно прекрасно, Миона, просто прекрасно. И оно полностью в твоем стиле. — Так и есть, — с улыбкой согласилась Гермиона.       В этот момент Джордж передал Гермионе Эвана, а сам взял Брайрони. — Привет, Эван, — сказала Гермиона, трогая его по крошечному носу. Гермиона понизила голос до шепота, укачивая маленького Эвана. — Знаешь, Джинни, я всегда мечтала стать Уизли, но, честно говоря, никогда не представляла себя с Фредом. — Так бывает, но думаю ты и представить себе не могла, что будешь свидетельницей рождения моих малышей, — сказала Джинни, рассмешив этим Гермиону. — Что правда, то правда, но я рада быть тут, правда рада! — Вы идеально подходите друг другу поверь мне, я знаю о чëм говорю, — сказала Джинни, прежде чем зевнуть, — Кстати, — продолжила она, — ты выглядишь очень гармонично с Эваном на руках. — Мне кажется это таким правильным и естественным, — призналась Гермиона. — Знаешь, как бы мне ни нравилось видеть здесь всю мою семью и слушать о том какие Брайрони и Эван чудесные малыши, но нам троим определенно нужно поспать. Ты можешь хоть ненадолго избавить меня от родственников в палате? — Конечно, для чего еще нужны лучшие подруги? — Ну, ещё хотя бы для того, чтобы быть крестной матерью малышей своей лучшей подруги. Гермиона ахнула. — Ты серьезно? — Конечно, неужели ты сомневалась? Кстати, тут наше с Гарри решение было единогласным: ты и Рон с вашими половинками. Чьей крёстной ты хочешь стать? Эвана или Брайрони? — Как вообще выбрать? — Я без понятия. Попробуй считалочку или подкидывание галлеона, — сказала Джинни почти на полном серьезе.       Гермиона выглядела потрясенной. — О, всё с тобой понятно! Тогда я выберу за тебя! И ты получаешь...Брайрони. Ей будет с кем обсудить свои девичьи секретики, да и день Рождения у вас в один день. Кстати, с днем рождения! — Ты все-таки помнишь! — Конечно, то, что целители дали мне пятьдесят различных обезболивающих снадобий, не значит, что я забуду о дне рождения лучшей подруги.       Гермиона приобняла Джинни, всё ещё держа Эванана руках. — Быть крестной матерью Брайрони — это, наверное, самый лучший подарок, который я когда-нибудь получала на день рождения.Но тогда и ты должна знать, что ты будешь моей подружкой невесты. — Конечно, именинница. А теперь попроси их всех уйти, — сказала Джинни, забирая Эвана из протянутых рук Гермионы.       Гермиона выставила всех из палаты, удостоверилась, что все благополучно отправились домой и прикрыла дверь в палату новоиспечённой мамочки. Джинни нужен был отдых.