он такой идиот

макки выходит на балкон, не покурить даже, просто так. пахнет неуловимо лавандовым стиральным порошком – наверняка соседи на пару этажей выше развесили белье, капли проносятся перед носом и уныло разбиваются об асфальт. ему даже лень задирать голову и проверять. макки хочет быть как капли. боги, думает макки, спасите наши души. (но ведь нет ни того, ни другого) апрельский вечер обманчиво безветренный. закатное солнце ласково вскрывает вены – лучи по запястьям. конечно, думает макки, он забрал ветер с собой. уехал в свой берлин, на дурацкое обучение по обмену и забрал ветер и смысл жизни. макки устало утыкается лбом в ладони, локтями в перила, взглядом в пустоту. он уехал. просто вот взял и уехал. и никаких больше задумчивых взглядов, глупых черных кудряшек, которые он так и не подстриг, рассуждений о ремарке и потерянном поколении, ворчания из-за кофе («блин хиро, ну говорил же, вредно. ты хочешь снова проблем с тахикардией? ну пожалей сердце то.» ). вот именно, блять, подумал тогда макки, это ты пожалей мое сердце, иссей. очередная капля приземляется прямо на макушку. ах да, он слишком сильно высунул голову. становится холодно. макки заходит в квартиру и только тогда замечает, что уже стемнело. свет включать не хочется. зачем, если можно курить в темноте и вспоминать. чтобы потом захлебываться учащенным пульсом и тоской по человеку на другом континенте. господи, он такой идиот. - блин, я хочу собаку. небольшую такую. ну знаешь, не совсем маленькую, средних размеров. она будет гавкать на чужих, а я буду за это краснеть, - он задумчиво прикусывает палец, а макки ловит инфаркт. - а ты умеешь? по-моему стыд в тебя положить забыли, - язвительность в голосе и отвести взгляд. - черт, ладно, тогда буду злодейски ржать. - вот это на тебя больше похоже. - хиро! макки улыбается надломанно. они тогда весь день проторчали в библиотеке, делали какой-то доклад. макки не помнит тему, зато помнит его нахмуренные брови и взлохмаченные волосы. вспоминает что хотел курить и встает за сигаретами. смешно получается, на балконе вон сколько проторчал, а курит в комнате. все у него вот так – смешно и нелепо. вслепую шарит по карманам ветровки, находит сигареты. зажигалки не обнаруживается, приходится плестись за спичками на кухню. закуривает, прислонившись поясницей к подоконнику. боже, что он делает со своей жизнью. завтра вставать в блядские 6:45, а он еще даже не начал готовиться к тесту по живописи раннего возрождения. - ты охренел? три ночи, матссун! - я же знаю, что ты не спишь, - хрипловатый голос в телефонной трубке. - я тут при чем, говорю, ты какого хрена мне звонишь, а не мирно дрыхнешь под своими семью одеялами? боже, и этот человек позавчера читал мне лекцию про мелатонин и важность сна в определенное время. иссей смеется. - эй, одеял всего лишь два! макки тяжело вздыхает. похоже все остальное матссун просто пропустил мимо ушей. он давит порыв позвонить и выбрасывает окурок в окно.