Грязные кеды

***

Макс как можно громче захлопнула входную дверь. Из-под выбеленного косяка посыпались катышки штукатурки, тонко звякнуло стекло. На этом всё. Никто не приветствовал её. А ведь мать точно дома. Макс итак была зла до чёртиков, к тому же в замешательстве. А она ненавидела чего-то не понимать. Идиотское чувство, выбивающее почву из-под ног, лишающее уверенности в себе. Стараясь производить как можно больше шума, девушка стащила с ног кеды и забросила их в дальний конец коридора. Глухой, но звучный удар - не совсем то, чего она добивалась, но уже неплохо. Хотя реакции по-прежнему не было никакой. Грязно выругавшись себе под нос, Макс прошествовала в гостиную. - ЭЭЙ МАААМ! - тишина. - Мам, я дома! Скрип ступеней возвестил её о том, что кто-то спускался вниз. Хриплый, чуть глуховатый голос матери неприятно резал слух. - Я слышу тебя, милая, не ори, как ненормальная. - на лестнице показался розовый халат и копна выкрашенных в ядрёно-рыжий цвет кудрей. Миссис Мэйфилд отчаянно пыталась возвратить былую красоту, что было довольно проблематично сделать, воспитывая двух подростков с не самыми простыми характерами. В ярко-алых губах женщина сжимала незажжённую сигарету. - И вообще, что ты хочешь? - Просто говорю, что дома. - Куда это ты успела выйти в такую рань? И зачем сообщать, что вернулась? - Мам, меня не было всю ночь. Миссис Мэйфилд недоверчиво сощурилась. - Ха, очень смешно, Макс. Не делай из меня плохую мать, я тебя умоляю. Ответом был лишь возмущенный взгляд и громкий хлопок двери спальни. Достала. Как же она достала! Макс завалилась на кровать лицом вниз. Ужасно несправедливо родиться именно у этой идиотки, не умеющей строить браки, следить за детьми и готовить что-либо, кроме невероятно сухой курицы. А теперь, после того, как у придурка Билли обнаружились проблемы с наркотиками, ей вообще словно не было дела до собственной дочери. Хотелось завопить в подушку, но слышимость в доме была слишком хорошей. Девушка заколотила кулаками по матрасу, изливая на несчастного всю скопившуюся злобу. Она так и осталась вспыльчивым ребёнком. Ещё и невесть откуда взявшиеся проблемы с Оди. При мысли об этом голубые глаза Макс подёрнулись мутной плёнкой слёз. Оди была единственным человеком, которого она всегда была рада видеть. С ней было легко, они никогда не ссорились, а ещё можно было почувствовать себя взрослой, сильной и умной. Ди была наивна до чёртиков, её так и хотелось защитить, а Макс обожала защищать тех, кто в этом нуждался. Она перевернулась на спину закрыла лицо руками. Что произошло сегодня утром? Ди вела себя странно. Со стороны это могло показаться раздуванием слона из мухи, но они были знакомы достаточно долго и хорошо, чтобы Макс была уверенна - что-то не так. Будто после ночи, проведённой под одной крышей, Оди сделала какие-то выводы. Чёрт, это точно из-за травы. Сложно простить человека, который довёл тебя до такого состояния. Но она сказала, что дело не в этом... Да и вообще вела себя странно. Тихонько застонав, девушка сползла вниз. Теперь она сидела на полу, откинув голову на кровать и сосредоточенно закусив губу. Оди часто шутила, что искусанные губы - отличительная черта их обеих, то, что их объединяет. Вообще, у неё ужасно красивая форма губ. Макс отодвинула мысли об их возможном вкусе (наверняка восхитительном) куда подальше. Нет, нет и ещё раз нет. Она прекрасно помнила, чем закончилась та история с Кэсси Морган, произошедшая в детском лагере три года назад. Больше она подобных ошибок не повторит. Итак, что же творится с Оди? Макс стало плохо при мысли о том, что с ней вообще может твориться что-то плохое, и тем более о том, что в этом может быть виновата она, её лучшая подруга. Нет, тут явно что-то другое. Или кто-то другой... - Ну конечно! - забывшись, Макс выкрикнула это вслух. Хорошо, что в этом доме всем на неё в любом случае плевать. Как и ей на всех. Ответ был очевиден. Майк! Ну конечно, это всё он! То-то этот идиот вечно всплывал в их разговорах, совершенно его не касающихся! Просто у них с Ди какой-то конфликт, о котором она постоянно думает. И не делится переживаниями, потому что.. Макс внезапно обнаружила, что всё это время, окрылённая собственной гениальностью, возбуждённо нарезала круги по комнате. Сейчас она стояла у окна, пялясь на улицу невидящим взглядом. Почему же Одиннадцать ничего не рассказывает ей, своей лучшей, чёрт возьми, подруге? Может, просто стыдится того, что до сих пор с ним не порвала? Или, может быть, боится чего-то? Он угрожает ей? В детстве, листая материнские журналы в ярких обложках, Макс наткнулась на статью, в которой говорилось о том, что многие парни и девушки угрожают партнёрам суицидом, чтобы удержать их возле себя. Вдруг Майк делает так же? Яркое воображение всегда было её большой проблемой. Вот и сейчас перед глазами пронеслись отчётливые образы:

Ночью, когда они уже мирно спят, по оконному стеклу стукают камешки. Оди просыпается. Она напугана, хочет разбудить Макс, но понимает, что сделает только хуже. Вылезает из-под одеяла и тихо подходит к окну. Отодвигает раму. Стоящий снаружи Майк клянётся ей в любви. - Ну пожалуйста, Оди, ты должна быть со мной! - верещит он своим писклявым голоском. Но она, освещённая серебристой луной, просит его уйти. Тогда он выхватывает из кармана нож и прижимает к собственному горлу. Нож ужасно большой и блестящий. Оди сдавленно вскрикивает, зажимая рот руками. - Будь со мной, Оди, или, клянусь, я порежу себя снова. Если ты не будешь моей, с убью себя! (Конечно, он блефует, но Ди слишком доверчива. - Нет, Майк, умоляю, - шепчет она. - Не нужно! - Тогда будь моей! - Я не могу.. - Почему? Всё из-за этой Макс? Я убью её и мы будем вместе! - Не смей трогать её! - Даю тебе время до завтра, Одиннадцать! - и, убрав нож в карман, он садится на свой дурацкий велосипед. В глазах девушки искрятся слёзы, а Майк укатывает прочь.

Макс тряхнула головой. Чёртово богатое воображение. Однако эпизод слишком сильно въелся в память. Особенно ей понравился момент, где Оди, с горящими праведным гневом глазами, велит ни в коем случае не причинять вред Макс. Девушка мечтательно улыбнулась. И тут же напряглась. Конечно, глупо полагаться на одни лишь догадки, но всё сходилось даже слишком хорошо. И если это всё вина Майка (естественно это всё вина Майка), она надерёт его тощий зад так, что мало не покажется!

***

Она летела по улице, словно оранжевый ураган. Вслед за внезапным озарением пришло раздражение, после - самый настоящий гнев. А Макс всю свою жизнь была машиной, работающей на гневе. Вообще, негативные эмоции, вроде злости или даже лёгкой неприязни всегда подстёгивали её к действиям. Точно так же, как и желание защищать тех, кто был ей дорог. И если Уилер и правда виноват, ему не сдобровать. Улица, ухоженная до невозможности, утопала в листве, солнце только начинало припекать. Грязные кеды уверенно шлёпали по асфальту. Уже выбегая из дома Макс обнаружила, что забыла скейт дома у Хоппера. Это одновременно удручало и внушало некоторые надежды. Нельзя получить доску обратно, не переговорив с Оди. А её она сейчас хотела видеть больше всего на свете. Бам! Бам!! Бам! она колотила во входную дверь Уилеров уже несколько минут. Конечно, скорее всего, несчастные ещё спали, но Макс было наплевать. Она должна, обязана поговорить с этим придурком немедленно! - Маааайк! Майк Уилер! Нэнси!! - несколько раз стукнув по полированному дереву кулаком, девушка пустила в ход ноги. - Майк, сколько можно спать!! Она уже было занесла руки для новых ударов, как дверь резко распахнулась. На пороге стоял Уилл. Выглядел он чрезвычайно напуганным и заспанным. Макс вскинула бледные брови. - Ты ещё чего тут делаешь? - Не очень-то вежливо, знаешь ли, - пробормотал он в своей привычной раздражающе-смущённой манере. - Доброе утро, мистер Байерс. - Доброе, мисс Мэйфилд. - Нарываешься! - Макс никогда не умела держать себя в руках. Уилл возвёл глаза к небу. - Ты что-то хотела? Нэнси не дома. - Да плевать на неё. Я должна переговорить с твоим парнем. Эффект был даже круче, чем она ожидала. Глаза Уилла чуть не выкатились из орбит, по бледному лицу и шее расползлись алые пятна румянца, а губы мелко задрожали, мечась между улыбкой и какой-то странной гримасой. Наконец он принял единственно верное решение - пропустил слово мимо ушей. - Если тебе нужен Майк, - его голос звучал довольно хрипло. Глухо сглотнув, он продолжил. - то проходи, его сейчас позову. Макс криво усмехнулась. - Зови, а я пока тут постою. Скажи ему, разговор серьёзный.

***

Майк выглядел ещё более заспанным и недовольным, но держался куда лучше Байерса, не отреагировав ни на один подкол. Опершись о дверной косяк, он хмуро воззрился на рыжеволосую гостью. - Что тебе так срочно нужно? - Поговорить. - Макс скрестила руки на груди. - Что за невероятно срочный разговор, из-за которого ты выносишь мою дверь в десять утра. А если бы родители дома были?.. - он запнулся, но было поздно. Мэйфилд насмешливо изогнула бровь. - Оооу, голубки остались наедине? - Заткнись, Макс. - И не подумаю. - Ты вроде бы по срочному делу пришла? Выкладывай. - По очень срочному, Уилер, уж поверь мне. - Ну и? Как же он её раздражал. Макс резко приблизила своё лицо к его. Несмотря на то, что мальчишка вытянулся за лето, она всё ещё прекрасно знала, как угрожать. В конце концов, рост - это не главное. - Ты угрожаешь Оди самоубийством? Лицо Майка удивлённо вытянулось. - Ччто, прости? - Ты слышал, что я сказала. - Нет, зачем мне это? Я имею в виду, кто вообще будет угрожать самоубийством? Не логичнее было бы, скажем, убить её или.. - А ты угрожал убить её? - кулаки сжались быстрее, чем Макс успела подумать об этом. Майк предупредительно вскинул руки. - Да говорю же, нет! Откуда тебе вообще такие мысли приходят? Я её не видел уже недели три, она вечно с тобой.. - А ты откуда знаешь? Шпионишь за нами? - О господи, да нет, ничего такого! С чего ты вообще взяла, что я ей угрожал или что-то в этом роде? Приблизившись ещё плотнее, Макс резко хлопнула ладонью по косяку. - И почему это я должна тебе верить, Уилер? - Не знаю я, - передёрнул плечами Майк. - Просто спроси её саму. Мы порвали, кстати, из-за тебя. Я её, конечно, люблю и всё такое, но... мы не видимся. И уж тем более, я не стал бы угрожать кому-то суицидом! Это ж полный бред! Зачем вообще так де... Макс зажала ему рот рукой, бросив многозначительный взгляд исподлобья. - Хорошо, Байерс, я поняла. Когда я думала об этом, не учла тот факт, что ты не настолько умён. Так что пока что поверю тебе. - Спасибо, конечно, но... - Тссс! Я не закончила. - она подняла вверх указательный палец. - На будущее, Уилер. Если ты её хоть как-то обидишь... Я этот палец твоему дружку в задницу засуну, ясно тебе? - Ччто.. - Ты услышал. Бывай! И, развернувшись на каблуках достаточно резко, чтобы рыжие локоны больно хлестнули Майка по лицу, Макс Мэйфилд быстрым уверенным шагом направилась вниз по улице. Уилл выглянул наружу из-за плеча ошарашенного Майка. - Вот чокнутая. - протянул тот. Уилл с улыбкой покачал головой. - Думаю, тут дело в другом. - И в чём же? - Ты сам, что ли не видишь? Да она же по уши влюбилась.