Сумеешь ли ты спасти меня?

Сидеть на ютубе вот уже второй час надоедает, и Чон решает выключить ноут, падая на кровать. Сегодня у него выходной, поэтому можно никуда не спешить и просто расслабиться, наслаждаясь таким редким ничегонеделанием. Правда, абсолютная незанятость в этот раз отчего-то не приносит удовольствие, напротив, хочется встать и найти себе хоть какое-нибудь дело, чтобы провести время, только бы не просто лежать и пялить в немного обшарпанный потолок над головой. Чонгук тянется к рядом валяющемуся телефону и жмёт на кнопку «включить». Ожидаемо, нет ни одного пропущенного звонка, ни единого сообщения – попросту нет людей, которые могли бы с какой-то причиной искать его, поэтому дисплей абсолютно чист. С экрана на него смотрит звёздное небо, которое шатен так любит. Похоже, что оно – это то единственное, к чему он правда испытывает некое подобие тёплых чувств. С детства мальчику нравилось наблюдать за вселенной в небе: когда родители уже спали, он любил выбираться на крышу и подолгу сидеть, рассматривая крохотные огоньки вверху. Течение времени в такие моменты не останавливалось, но точно замедляло бег, словно знало, что для Чонгука небо – одна из редких красот в этой жизни, особенно звёздное, поэтому дарило возможность налюбоваться им вдоволь. Эти воспоминания вызывают вполне ясную грусть на душе, ведь их уже не вернуть, как не вернуть и родителей парня, ушедших в другую вселенную однажды. Он до сих пор отлично помнит тот день, когда к ним в дом пришли люди из службы опеки и, как-то чересчур жалостливо улыбаясь и твердя, что всё будет хорошо, сказали, что теперь у него другой дом, где он сможет найти много новых друзей. Чонгук тогда не стал сопротивляться, не было и криков с истерикой, не было просьб объяснить, что произошло – он понял всё сам, как только увидел форму людей на пороге. В тот миг его прошлая жизнь тоже исчезла в одной из многочисленных вселенных и началась новая, которая была далеко не такая, как о ней рассказывали мальчику ранее. Из путешествия по чертогам воспоминаний шатена вырывает телефонный звонок. Всё это время он лежал на боку, глядя в никуда, дисплей давно потух, а он продолжал перелистывать воспоминания в своей голове одно за другим, словно старую киноплёнку. На экране высвечивается имя «Тэхён», а под ним безликий силуэт для места фотографии контакта. Чон хмыкает, так как был уверен, что парень записал себя как-то иначе, типа в какой-нибудь милой форме или же в забавной, но точно не просто своё имя. Это действие не вяжется с его поведением, по которому сразу можно понять, что он человек дружелюбный и общительный, а таким свойственно вытворять «подобные штуки». – Алло, – тихо говорит он, приняв вызов. – Привет, это Тэхён. – доносится из динамиков мягкий голос черноволосого. – Надеюсь, я не помешал? – Нет. – Чонгук переворачивается на спину и прикрывает глаза, думая, что Тэхён скажет что-нибудь ещё, но тот почему-то молчит. – Эй, ты тут? – О, так ты можешь говорить не односложными предложениями, – смеётся парень, и в этот момент уголок рта Чонгука еле заметно дёргается вверх. Он тут же шикает сам на себя, одёргивая, потому что не привык, чтоб вот так –чтоб улыбался, слыша чей-то смех в трубке. Это вовсе не в его стиле. – Ладно, это шучу я так, не обижайся. – после смеха произносит Тэ. – Лучше скажи, тебе удобно встретиться сегодня, скажем так, часов в шесть? Чонгук делает вид, что прикидывает планы у себя в голове, из-за чего между ними виснет пауза, хотя на самом деле сегодня он абсолютно свободен и в вечер никуда не собирался, но чтобы уж не соглашаться так быстро, словно он ждал, когда Тэхён ему позвонит или напишет, считает правильным немножко подыграть. – Ну, думаю, я свободен. – отвечает он после паузы. – Отлично. – в голосе Тэхёна слышится неподдельная радость, что заставляет Чонгука закусить губу в злости на самого себя же, потому что не должен человек так радоваться встрече с ним, ведь дальше их не ждёт ничего радужного. Он никогда не мог сделать кого-то искренне счастливым, впрочем, как и кто-то его. Во всех отношениях всегда была боль, всегда расколотое сердце и сожаления после – видимо, счастье ему просто не предназначено. А каким бы эгоистом он сейчас не был, сделать больно Тэхёну он, сам до конца не понимая почему, не хочет, хотя обычно ему плевать. – Сегодня как раз хорошая погода. Можно в парке встретиться, ты как? Согласен? На самом деле, Чонгук планирует просто поскорее вернуть деньги и распрощаться, без всяких там прогулок и прочего, что могло бы послужить надеждой на продолжение их «общения», ему это всё не надо, и вообще-то Тэхёну тоже (так шатен решил), так что, недолго думая, он соглашается. – Окей. Парк так парк. Встретимся там. – Да. До встречи, Чонгук. Без посторонних фраз Чон отключается и откидывает телефон на соседнюю подушку. Чёрт, если бы не ситуация в магазине, ему сейчас не пришлось бы морочиться о каких-то встречах с этим парнем, да и вообще мыслей о другом человеке и тем более о его чувствах точно бы не возникало. А тут этот Тэхён. Сначала помог дойти до больницы, потом заплатил за него в магазине и даже умудрился найти повод для ещё одной встречи. Шатену не нравятся люди, которые так открыто жаждут сблизиться, ведут себя искренне, проявляют внимание и так далее, он старается по возможности избегать подобных, потому что за всей этой призрачной «добротой» обязательно последует что-то, что принесёт страдания, так уж устроено человечество. Но так и быть, оставаться в должниках он точно не станет, поэтому и согласился на эту встречу, а дальше их пути разойдутся. Это точно. По крайней мере, Чонгук сделает всё, чтоб так и было.

***

На удивление вечером в парке немноголюдно. Пара людей проходят мимо Чонгука, обгоняя, кто-то сидит на лавочке под тенью липы с книгой в руках, несколько ребятишек играют в первые опавшие листья на дорожке, подбрасывая их в воздух, а потом, весело хохоча, разбегаются в стороны, когда те осыпаются вниз. Две пожилые женщины выгуливают своих собачек на ярких поводках, пока сами мило о чём-то разговаривают, а потом взгляд шатена выхватывает фигуру в тёмно-зелёной куртке по пояс и коричневых брюках, направляющуюся к нему навстречу. По чёрным волосам он уже издалека узнаёт в ней Тэхёна. – Ещё раз здравствуй, – улыбается тот, когда они становятся друг напротив друга. Шатен отмечает, что, кажется, парень всегда пребывает в хорошем настроении, какая бы не была погода на улице и что бы в жизни не случалось, – он неизменно улыбчив. – Ну… пройдёмся? – несмело предлагает Тэ, когда видит, что Чон о чём-то задумался, глядя на него и словно сквозь. Чонгук так и знал, что последует эта фраза, которую он столь сильно не желал услышать, поэтому сразу супится, поджав губы, и вперивает взгляд в чужие карие, ожидающие, когда он ответит. – Послушай, – начинает шатен. – Может, я просто верну тебе долг, и мы попрощаемся? Кажется, к такому резкому предложению черноволосый явно не был готов. Он неловко переминается с ноги на ногу, закусив кожу внутренней стороны щеки, не зная, как уговорить парня пройтись хоть немного, ведь в том, чтобы они встретились здесь и Чонгук просто отдал ему деньги, нет никакого смысла, в противном случае тот бы и правда мог перевести их, не покидая дом. Но так же не правильно. Тэхён должен постараться узнать его, может, рассказать пару историй из своей жизни, о себе и, если уж очень повезёт, услышать рассказ парня, хотя на вряд ли. Однако попытаться, даже если их общение в конечном счёте не увенчается успехом, даже если они не продержаться слишком много и однажды забудут друг друга, будто никогда и не встречались, он должен. Чон лезет в карман и достаёт оттуда сумму, что добавил Тэхён за его сигареты. На пару секунд задерживает взгляд на деньгах у себя на ладони, а потом молча протягивает их парню. – Вот. Возьми. Черноволосый попеременно смотрит то на деньги, то на бесстрастное лицо человека, держащего их в руке. Он не знает, просто не может найти способ удержать его рядом. Как сделать так, чтобы тот не взял и просто ушёл сейчас с чувством выполненного долга, оставив Тэхёна стоять с холодными монетами в кулаке? Что ему сказать, чтоб остался? Они не должны… так. – Эй. – поднимает руку перед его лицом Чон. Он скользит взглядом по какому-то словно растерянному лицу Тэхёна, не понимая, чего это тот не двигается, он ведь долг ему возвращает. – Ты чего замер? Возьми деньги и я пойду. – Нет. Нет, погоди, Чонгук. – когда шатен, отдав деньги, делает шаг, ещё один и равняется с плечом Тэ, тот хватает его за рукав толстовки, останавливая, и заглядывает в глаза. – Что с тобой такое? Почему ты не хочешь просто прогуляться с человеком, который просит совсем немного? Неужели так сложно потратить полчаса своей жизни на время со мной? – Э, отпусти. – вырывается Чон из хватки, и чужие пальцы соскальзывают с ткани. – Какого хера тебе ты себе позволяешь? Не хочу я гулять, кто мы вообще друг другу, чтобы посвящать время на совместное шастанье, а? Ты помог мне, дважды, ок, но я вроде отблагодарил тебя и вернул долг, так что ещё требуется!? – Но я хочу… – Мне нет дела до твоих желаний, Тэхён. – рявкает Чонгук, а парень невольно отшатывается от такой резкости. – Не надо пытаться со мной подружиться. Не надо пытаться сблизиться. Слышишь? – это он говорит медленно и вкрадчиво, чтобы Тэхён точно услышал и оставил наконец эти свои поползновения в его сторону. – Нам не стать друзьями. Даже приятелей из нас не выйдет, так что… – шатен привык ломать, строитель из него отстойный, он убедился. Проще обрывать связь на корню, не дав ей укрепиться в сердце, чем потом мучиться от её разрыва кем-то из сторон. Закатное солнце переливается на кронах деревьев, скользя меж пожелтевших листьев. Группа детей убежала куда-то вдаль, к выходу из парка, оставив после себя чуть помятые мёртвые листья на дорожке и отголоски беззаботного смеха. – …так что не следует нам общаться. – заканчивает фразу Чонгук, уставившись на ботинки Тэхёна. Черноволосый лишь хмыкает, чему-то усмехнувшись, и отворачивает голову в сторону. Лучи солнца путаются в его тёмных прядях, сползают по щекам, щекоча ресницы на полуприкрытых веках, и прыгают на подставленную ладонь, разгораясь тёплым пламенем свечи по коже. Тэхён жмурится оттого, что солнце слепит ему глаза, но притом как-то расслабленно улыбается, медленно возвращая взгляд застывшему от такой картины парню. – Что ж. – произносит, спрятав нагретую ладонь в карман куртки. – Раз ты не хочешь, тогда ступай. Всё равно заставить тебя побыть со мной я не могу. Видимо, нам действительно лучше попрощаться сейчас, как ты и сказал. Пока-пока. – последние слова парень произносит на милый манер и тут же, не дожидаясь ответного прощания, разворачивается в сторону, откуда пришёл, и медленным шагом направляется к выходу, оставляя Чонгука стоять с нахмуренными бровями и кучей вопросов в голове, которые он никогда не решится задать. Человек, что ранее пытался удержать его хоть как-то, только что так просто взял и попрощался? Сказал «пока» и ушёл, точно это и не он просил Чонгуку задержаться. – Пиздец. – единственное слово, которое, как ему кажется, способно описать произошедшее. Хотел оставить Тэхёна он, а вышло так, что оставили его. И какого чёрта этот парень всегда заставляет смотреть себе вслед, словно заставляя задуматься, а верное ли решение принял шатен!? – Да ну нахуй. – шипит Чонгук и тоже разворачивается, чтобы пойти к другому выходу, а оттуда прямиком домой. Встреча оказалась даже хуже, чем он представлял, хотя вроде Тэхён и согласился прекратить пытаться сблизиться, но что-то противно ноет в районе солнечного сплетения, и это бесит, нещадно бьёт по закоротившим нервным проводам, грозя взрывом. Этот черноволосый придурок, видимо, решил, что Чон побежит за ним с извинениями и прочей чепухой, но как бы не так. Хер дождётся подобного. Небо над городом окрасилось в пурпурно-алый. Такие закаты Чонгук видит не часто, а потому невольно замирает на остановке и, как завороженный, смотрит вверх. Он не должен волноваться о ком-то, кроме себя, иначе всё обернётся по-новой, а этого допустить ни в коем случае нельзя. Ничего, наверное, он просто устал, вот придёт домой и включит какой-нибудь ненапряжный фильм, чтоб разгрузить свои мысли, а после ляжет спать. Да, отлично. Но переступив порог квартиры, шатен не спешит включать фильм, так как замирает с телефоном в руках над пришедшим буквально спустя десять минут после их прощания сообщением: «Если всё же захочешь поговорить – звони. Я отвечу на твой звонок, даже если за окном уже будет ночь или же ещё раннее утро». Тэхён. Чонгук скулит раненым зверем, зажав телефон в пальцах. А он думал, всё и правда закончилось. Плюс одна ошибка к остальной тысяче. И когда он успел впустить в свою никчемную жизнь этого парня?..