Кошмары.

Прошло около месяца с момента выписки Тадаши из больницы. Всё же, он ослеп на один глаз, а на втором зрение стремительно ухудшалось до критического состояния, да и очки помогали еле-еле. Кей постоянно был рядом, Ямагучи начинал называть его сумасшедшим. Цукишима провожал его до места, где учили шрифту Брайля. Цукишима забирал его оттуда. Цукишима провожал его до зала, где была тренировка. Цукишима заводил его на трибуны и мягко усаживал на первый ряд. Благодаря Цукишиме Тадаши было легче следить за мячом. Цукишима защищал его на улице, когда какие-то дебилы решали обратить внимание на чужие шрамы. Тадаши не желал скрывать свои шрамы. Цукишима провожал его на курсы самозащиты. Цукишима забирал его оттуда и вёл домой. Укладывал в кровать и крепко-крепко обнимал. Было приятно и наконец просыпались именно те чувства, по которым так скучал Ямагучи. Однако наступало утро и всё шло дальше по накатанной. Тадаши начинал понимать, почему так горячо любимый Цукки был таким грубым. Ему не нужна была нянька. Пока что. Он мог справиться со своей жизнью сам. Цукишима начинал занимать слишком много места и если Ямагучи был бы рад этому раньше, то сейчас это переступало все границы. Цукишима вытаскивал его из ванной, когда Тадаши засыпал. Цукишима спасал его каждую ночь от попытки удушиться подушкой. Цукишима становился чуть ли не его частью. Даже в кошмарах они теперь были как одно целое. Тадаши устал, просто устал. — Цукки. — парень взял лицо любимиого, всё ещё любимого, парня в руки. — Тебя слишко много. Мне нужен перерыв. Кей, лежащий в этот момент под парнем, замер, наклоняя голову. — Ты решил сказать это именно сейчас? — он саркастично вскинул брови, после тяжело вздыхая и поднимая ладони с чужих ног на обнаженную талию, садясь и смотря на Ямагучи сверху вниз несколько недовольно. — П-прости… Просто я устал. Ты даже снишься мне, как вторая голова. Это… Напрягает. — парень несколько смущенно отвёл взгляд. — И что ты предлагаешь? Мы живём в одном доме. — продолжал недовольствоваться парень, скрестив руки на груди. Конечно, если Ямагучи так будет лучше — он готов устроить перерыв, но не в такой же момент! Впрочем, он готов выслушать. — Предлагаю сделать как было в начале. Мы бы вместе спали и… И кушали. И учились. Но большую часть дня были бы раздельно. Хорошо? — с надеждой спросил он, после сползая с чужого пояса и обнимая Кея, зажумурившись, будто боясь, что тот примет неправильное решение. — Как я могу отказать… — тяжело вздохнул блондин, после поворачиваясь и обнимая Тадаши, заставив обнять себя за шею. Тот был не против. — Может, всё-таки, продолжим? — получив виноватый отказ, он опять выдохнул в чужие волосы и прикрыл глаза. В этот раз Цукки тоже приснился кошмар. Сегодня Ямагучи спасал его из губительного сна. Они окончательно поменялись местами. Кей понял, как же он зависим от этого существа. Ямагучи понял, что быть Цукишимой сложно, ведь он переживал подобное каждую ночь. Этот страх, волнение. Он тонул в кошмарах вновь и вновь, а он всегда был рядом, чтобы утешить. Сейчас Тадаши тоже здесь, чтобы утешить. — Ямс… — позвал парень и тот откликнулся, утыкаясь в чужие волосы. Как знакомо. — Да. Я тут. Всё хорошо, Цукки. Ты выдернул меня из сна. — будто предугадав чужой вопрос, ответил парень. Потом тяжело вздохнул и немного отстранился, чтобы посмотреть в чужие глаза. — Расскажешь, что тебе снилось? — спросил он, после вновь опуская руку на чужие волосы, потом щеки. Это успокаивало их обоих. — Что… Ты не оказался в больнице. — парень судорожно вдохнул, а потом медленно выдохнул. — И… Что ты, в общем, умер. Это было реально. Я понимаю, почему твои сны были такими болезненными. Я тоже захотел придушиться подушкой. — парень тяжело вздохнул, а потом посмотрел на хихикающего Тадаши. — Я… Обычно делаю это неосознанно. — ответил он тихо, утыкаясь носом в чужую шею и глубоко вздыхая запах чужого тела. Обычно он так не делал. — Неосознанно? — это слово было, как спусковой крючок. Кей резко поднялся на кровати, оглянулся. Темно. Тихо. Одиноко. Только сейчас почувствовал, что дыхание перехватило. — Тадаши… Ямс!.. — с надеждой позвал он в голос, но в ответ тишина. Цукки поднялся с кровати, вышел в коридор, чтобы заглянуть в комнату друга. Потом, уже начиная паниковать, спустился на первый этаж, в кухню, где было так же темно, заглянул в ванную, туалет… — Кей, ну что ты буянишь, ночь же. — послышался ласковый голос матери. — Я? — он задался этим вопросом только сейчас. И правда, что он ищет? Кого ищет? — Иди спать, милый завтра же школа. — женщина погладила его по голове и отправила в комнату. В самом деле, навряд ли Цукишима заснет. — Цукки, ты выглядишь уставшим. — Ямагучи, сидя на стуле, сохраняя равновесие, откинулся к парте друга, опираясь локтем на стол. — Ты всю ночь буянил. — Тихо ответил блондин, смотря в чужой протез, на чужие шрамы, на поплывший взгляд почти слепого глаза. — Да ладно тебе… Я всего-лишь был на ночёвке с Ячи. Думал, ты выспишься, пока меня рядом не будет… — очаровательно яркая улыбка появилась на чужом лице. — Мне приснилось, что мне приснился кошмар и ты меня успокаивал. Потом я носился по дому в твоих поисках и меня отправила спать мама. Я до утра так и лежал, пытаясь осознать, где ты и что с тобой. — тяжело выдохнул парень, увидев милую улыбку друга вновь. — Ты мог мне просто написать, Цукки. — предложил тот и блондин, осознав, что сглупил, вновь наказал ему заткнуться, вызвав очередной смешок. После уроков Ямагучи опять сбежал, оставив Кея одного. Конечно, у него было много друзей, даже после этого происшествия. Даже стало больше, он познакомился с кучей милых людей, что поддерживали его. Возникало ощущение, что Кей ему больше не нужен. Оставленный и одинокий, он мог только смириться с этим и просто быть рядом в нужный момент. Тоже неплохо, в самом деле.