Вернуть бы 2016

      Глеб осматривал старую добрую кухню. Казалось, что в квартире Депо он проводил больше времени, чем в своей. Они часто тусили вместе, устраивали вечеринки, куда звали кучу народа. А иногда они и просто сидели, пили чай, о чём-то говорили.       Сейчас, пока Голубин рассматривал огненный закат за окном, а Артем сияющие золотые волосы друга, всё погрузилось в безмятежную тишину. Прервал её Депо, возвращаясь к старой теме разговора.       — Но всё-таки ты сегодня улетаешь обратно в Москву, — блондин дёрнул бровями, явно недовольствуясь тем, что тот прервал тишину. — Почему?       — Что почему? — Голубин недовольно вертел чайную ложку в руках. Было ощущение, что это бухой Депо к нему припёрся домой, а не наоборот. — Куда мне ещё деваться?       — Ну не всё время же в пределах России кататься. Отдохни, слетай куда-нибудь, — слишком расслабленно говорил Шатохин, хоть ему всё ещё было неловко находиться рядом со старым другом.       — Не горю желанием. Да и одному как-то не очень, — задумчиво сказал он.       — Разве некому с тобой поехать? — ухмыльнулся собеседник. Насколько он помнил, у Глеба всегда было много друзей. Хотя с последними событиями их число и сократилось, но выбрать всё же было из кого.        В ответ лишь напряжённое молчание. Голубин съёжился. Он не желал делить свои приятные воспоминания из какого-нибудь Бали абы с кем. Воспоминания это что-то личное. И о них должен знать только такой же близкий человек. Путешествовать, конечно, можно и одному, но в компании куда веселее. Именно такого мнения был Фара, но не стал отвечать, пытаясь лишь перевести тему.       Разглядывая старый холодильник, который Артём купил незадолго до их первой встречи, блондин заметил знакомый магнит. «Я люблю Ижевск!» — красовалось на нём. Это был кривой деревянный сувенир. Весь в пыли, потёртый, старый.       — Да… Ему где-то года четыре, — прошептал парень, на что получил непонимающий взгляд со стороны Артёма. — Магниту, говорю, около четырёх лет. А ты так его и не снял, — впервые за огромнейший промежуток времени, Глеб заглянул в голубые глаза друга с какой-то теплотой. Не со злостью, недовольством, ненавистью или ещё чем-нибудь, что было свойственно им обоим в последние два года.       — Ты про магнит из Ижевска? Ты что-о-о! Такая память же… Хоть он, блять, такой кривой, — подавленно усмехнулся Шатохин.

***

      Трасса. Глубокая ночь. Изредка проезжающие машины освещают фарами силуэты уставших парней.       — И надо ж было, сука, карту свою проебать! Так бы денег сняли и на такси доехали, но нет! Господин Голубин, заядлый курильщик, решил на улицу выйти и вместо сиги кинул карту в сточную канаву! Ну не долбоёб ли? — разводил руками Артём, слегка пошатываясь.       — Не бухти. Автостопом поедем. Ещё веселее будет! — спутник был в таком же нетрезвом виде.       — Кто нас на трассе подберёт-то?       — Ну шлюх же как-то подбирают?       — А мы шлюхи?       — Можем ими стать.       Продолжая бредовый разговор, парни присели на холодную траву около дороги. Сейчас было около 5 утра, и машин было немного. Вот из-за высоких елей всё-таки показалась одна. Она, на удивление, остановилась…

***

      Из их «великолепного путешествия в Ижевск» парни мало что помнили. Забылось и то, как они вообще решили поехать туда. А главное, зачем.       Но разве это так важно сейчас? Это последний, скорее всего, их разговор с Артёмом. Неужели хотя бы его нельзя провести по-человечески, без ссор, выяснений отношений? Глеб угрюмо смотрел в пол. Вроде бы и хотелось забить на все принципы, позабыть об обидах, а вроде бы и хотелось решить всё прямо сейчас. «Пособачиться мы всегда успеем», — пронеслось у Фараона. К слову, Шатохин был такого же мнения.       — Нет, ну вот если серьёзно, — продолжил парень, — Ты настолько был пьян, что не отличил окурок от банковской карты?       — Я и не помню этого. Вообще всё обрывками какими-то, — а ведь действительно, после их поездки, они и не пытались собрать целостную картину всего, что происходило.       — Ну… Мы можем рассказать кто что помнит, — предложил голубоглазый.       — Блять… Не на долго ли затянется всё это? — Глеб нервно глянул на часы. Тридцать минут до самолёта, благо аэропорт недалеко. У них ещё есть время. Но стоит ли оно того?..

***

      — А куда вы вообще направляетесь? — спросил мужчина, сидящий за рулём.       — В Ижевск.       — Из Питера аж туда автостопом?       — Да не, были у нас вообще деньги… — Артём укоризненно глянул на блондина, сдерживающего пьяный смех. — Но потом кто-то их потерял. Вот и пришлось.       — Ну, довезти вас до самого города не смогу, но до ближайшей деревни подкину, — улыбнулся водитель, наблюдая за засыпающим парнем и его другом, сверлящим в нём дыру своим взглядом. — Как вы посреди трассы оказались?       — Тоже интересная история. Этому молодому человеку, — Шатохин кивнул в сторону дремлющего Глеба, — Захотелось прогуляться. А я, как верный друг, пошёл за ним, — самодовольно улыбнулся парень, что не совсем было ему свойственно. Так скорее бы сделал блондин, но кому-то же сейчас нужно из себя «короля» строить. — Но кто же знал, что его аж на трассу занесёт…

***

      Чай давно кончился, а солнце давно скрылось за горизонтом. В комнате заметно потемнело, поэтому Артём встал и включил свет. Привыкшие к темноте зелёные глаза немного прикрылись от яркой вспышки света, но затем вновь поднялись на собеседника. Тот изредка кашлял, пока рассказывал. Ещё по телефону Фараон заметил это, но только сейчас вновь решил спросить о самочувствии.       — И всё-таки, что с тобой? Ты заболел?       — Да нет. Нормально всё, — не веря в искренность заинтересованности Глеба, произнёс он. «Два года было поебать, а сейчас запереживал…» — подумал Шатохин, но не стал говорить вслух. Не хотелось рушить и без того хрупкие взаимоотношения, держащиеся лишь на старых воспоминаниях…

***

      Светало. Сонная пара направлялась в сторону какого-то парка. Есть хотелось жутко, но денег нет. Они даже и не знали, где они. Знали только то, что в 150 километрах от пункта назначения.       — И что делать будем? — пиная камни, промямлил блондин.       — Давай спросим у кого-нибудь, где мы? — прекрасная идея. Был бы кто-то ещё в этом парке.       — О, вон какая-то девушка, — наконец вдалеке показалась молодая особа, ведущая за собой огромную собаку. Самоедская лайка, кажется. Глеб поправил свои волосы и натянул обольстительную улыбку, перед этим встретившись со странным осуждающим взглядом друга. Он нервно вздохнул и отправил Голубина навстречу девушке.       — Привет, — он сверкнул своей улыбкой, заставив девушку остановиться. — Меня зовут Глеб.       — Мм… Я Алиса, — она тоже слегка улыбнулась. Но сейчас парень заметил на её руке кольцо, явно обручальное, поэтому от изначального плана пришлось отказаться.       — А… собаку? — Алиса посмеялась.       — Энджел. Чего тут делаешь в такую рань?       — Ой, да тут такая история с нами произошла… — он повернулся назад, кивая в сторону Депо, что с презрением смотрел на них. — Мы вообще в Ижевск хотели поехать. Но… В общем деньги проебали. Нас кое-как довезли сюда, а дальше мы вот не знаем как добраться, — девушка внимательно слушала, но только сейчас подняла взгляд на собеседника. У неё было чувство, будто она его уже где-то видела. И его друга, к слову, тоже.       — А… Я могу вам помочь. Пойдём за мной, — она всё ещё не сводила глаз с него.       — Что-то не так? — ухмыльнулся Глеб, понимая, что перед ним, возможно, стоит их фанатка.       — Да нет, всё нормально, — они, забрав Артёма от голубей, коих он рассматривал, пока те болтали, направились в сторону какой-то многоэтажки.

***

      — Че ты тогда такой недовольный был, кстати? Нам же помогли. Да и девушка приятной оказалась, — закончив свой рассказ, сказал Фара.       — Некоторые, между прочим, не спали, сука, всю дорогу. Ты-то у нас выспался… — спокойно произнёс Шатохин. Но что-то ему самому подсказывало, что не из-за сонливости всё это было. Он выбросил из головы эти мысли, а затем подметил, что погода тогда была отличной, и что это было единственным поводом для радости.

***

      Морозный ветер окутывал парней, но утреннее солнце мигом же и согревало. Одеты они были не по погоде, в отличие от той же Алисы. И всё-таки утро было добрым. Пока ребята шли, они разговорились, поближе познакомились с девушкой. Артём даже перестал язвить на любые фразы Голубина, ну, а тот перестал провоцировать его.       — …А давно вы сюда приехали? — задала вопрос девушка.       — Хм… — блондин посмотрел на время на своём телефоне. — Ровно пять минут назад.       — Точно! — вскрикнула Алиса, отчего парни дёрнулись. Депо самым первым догадался о чём же она говорит. А вот Глеб переспросил.       — Что с тобой?       — Ты мне показался знакомым. А потом мы подошли к Артёму и я всё больше сомневалась в том, что мы до этого не виделись. Сейчас, когда ты произнёс эту фразу… Я поняла, где вас видела. Простите, — она солнечно улыбнулась.       — А… Ну да. Мы — звёзды, знаешь ли.       — Блять, Фара не будет сам собой, если не потешит своё самолюбие, — сказал Шатохин, получив лёгкий удар в плечо.

***

      Наконец-то парни стояли посреди оживлённой улицы. Они были в Ижевске. Глеб оглядывался, презренно рассматривая то прохожих, то здания вокруг них.       — Мда уж, не оправдал мои ожидания город.       — Что ты тут ожидал увидеть? Небоскрёбы? Это же не Москва тебе и не Питер. Нормальный город, успокойся, — отмахнулся Депо.       — Ага… — фыркнул блондин и подошёл к одной из сувенирных лавок, что располагались здесь по всей улице.       — Давай на память что-нибудь купим?       — Пф… Ну давай, — с долей скептицизма произнёс Фараон и стал разглядывать всякие брелоки, значки, магнитики. Взгляд упал на деревянный магнит, приятно отдающий запахом ели. Это была явно ручная работа и явно не мастера. А ещё стоила такая работа не мало. За что только, непонятно. Но парни посмеялись и купили. — И у кого он будет? Мы же не распилим его пополам.       — Почему нет? Тебе чур «Ижевск», а мне «Я люблю», — посмеялся Артём. — Давай на камень-ножницы-бумага? — Глеб закатил глаза, промямлил что-то вроде «Детский сад», но всё же согласился. — Хах, он остаётся у меня.       — Ой, да ладно тебе. Я даже рад, что эта красота неописуемая у тебя будет. Будешь вспоминать о том, сколько нервов мы потратили, чтобы доехать сюда. И в итоге, по приезде, забыли, зачем ехали, — усмехнулся парень.

***

      Непринуждённый разговор завязался как-то сам собой. Парни, вспоминая ещё уйму весёлых историй, совсем потеряли счёт времени.       Глеб вёл себя максимально расслаблено. Сейчас что-то внутри него заставляло забыть о молчании, затянувшемся на несколько лет. Он почувствовал себя тем 20-летним пареньком, который жил от стипендии до стипендии, попутно пытаясь продвигать своё творчество. На тот момент, он был зависим не от сигарет, нещадно убивающими его лёгкие и по сей день, не от алкоголя, помогающего справиться с пустотой внутри, а от общения. Общения с Артёмом. Ему было сложно осознавать тот факт, что именно он сделал его 2016 самым лучшим годом в жизни. Именно он привнёс в его жизнь что-то весёлое, хорошее. То, что, как показывает практика, будет греть душу и через много лет. Голубин отмахнулся от обиженных мыслей, с коими направлялся к Шатохину час назад, ещё на пороге квартиры, понимая, что эту последнюю встречу они должны провести вот так. Так душевно и никак иначе.       На протяжении разговора и самому Артёму хотелось поднять тему их отношений, но его точно так же что-то останавливало. Возможно, он был просто уставшим из-за болезни. На разборки ведь нужны силы. А может на него повлияли сверкающие зелёные глаза Глеба, которые будто перенесли его назад во времени.       И всё же им так друг друга не хватало. Пускай эта беседа не была достаточно искренней. Но она была. Она скрасила этот грустный и одинокий вечер обоим. Голубин, скорее всего бы продолжил пить в своей квартире, если бы его не посетила мысль наведаться к старому другу. А Депо возможно бы пил третью или четвёртую кружку чая, надеясь, что это как-то вылечит его.