Часть первая. Создание.
1 мая 2020 г., 14:24
Сэм был одним из тех типов людей, кто был предан своим партнерам до полного исчезновения той искры, возникающей при первой и последующих встречах. И эта особенность очень сильно ударяла по его эмоциям, если партнер его не ценил. Торговец ненавидел быть чьей-то куклой. Однако не все его отношения можно назвать «нездоровыми». Нестандартными, — назовем это так, — они становились лишь к концу. Сэм не сразу понимал это, продолжая забирать у партнера любые негативные эмоции.
Эта магия причиняла боль торговцу. Настолько сильную, что на его теле оставались отметины — хоть оно и было покрыто татуировками, но ссадины на спине от призрачных росчерков ножа не скрыть ничем, и обычной магией их не залечишь.
Лоа всегда смеялись над магом, мол «ты не можешь о себе позаботиться, какой из тебя майомберо, если ты даже чужие эмоции определить не в силах».
Сэм смеялся им в лицо.
— Майомберо специализируются на некромантии, – голос звучал мягко, несмотря на то, кем он являлся – монстром, – Увы, но ожившие трупы не разговаривают.
В этот раз торговец различными предметами вновь заперся в магазине, занимаясь своим нелюбимым делом – созданием злополучной куклы вуду, которое он не любил. Вроде, ничего сложного.
А на деле — совсем другие ощущения. Если ты никогда раньше не убивал, не прознал эти эмоции или желание убить не настолько сильное — черные Лоа могут обратиться против тебя, из-за чего будет ломаться твое собственное тело, если иголка коснется любой из частей тела. Майомберо не проходили обрядов посвящений — Майомберо являлись те люди, кто обозлился на мир.
С самого зарождения религии вуду ритуалы применялись только в благих целях. Несмотря на все способности колдунов высоких уровней — созданию зомби и этих кукол — маги всегда применяли это в благих целях.
Но людскую натуру не унять. Почувствовав излишнюю мощь, сознание выходит из-под контроля. Или крыша едет.
Именно поэтому нужно искать золотую середину. Сэм понимал это, из-за чего оставался жизнерадостным и добродушным. Но если разрезать его грудь от ключиц до самого пупка, будет видно, что его сердце почернело. В буквальном смысле. В народе ходит молва о том, что у колдунов вуду, практикующих черную магию, чернеет сердце. И от этого не убежать. Почему оно чернеет? Местному Дьяволу нужны жертвы. Первое из них – сердце. А соответственно, и душа. Дьявол не был схож с крестьянским Сатаной. Он был чем-то… страшнее. Кадиемпембе — только смерть. А Сэм с Бароном Самеди общался на «ты». Пару раз он посещал кладбище рядом с академией, дабы пообщаться с ним. При колдуне была бутылка рома и пара хороших сигар.
Для студентов, проходящих мимо (хотя какой нормальный человек будет гулять на кладбище), это выглядело довольно странно, потому что Барона никто не видит. Вообще никто, кроме говорящего с ним, естественно. Из-за подобных встреч Сэма прозвали сумасшедшим.
Сидя за прилавком своего магазина, его владелец выглядел совершенно спокойным: руки были опущены, как и его взгляд, а лицо не выражало никаких эмоций. В его руках были лоскуты ткани; еще не сшитые, но уже с определенной формой, которую парень уже принялся сшивать. Вторая рука, с иглой, двигалась настолько искусно, с заботой делая каждый стежок, будто он сшивал обычную тряпичную куклу. Была ночь (именно ночью он мог побыть тем, кем является на самом деле), из-за чего никто не мог потревожить его и как-то помешать созданию чьей-то причины смерти. Как и всем людям, Сэму было свойственно проявление эмоций и чувств, но так как буквально все студенты привыкли к веселому мистеру из магазинчика мистики на отшибе территории Академии Ночного Ворона.
Лоскуты этой ткани были необычны тем, что они имели неоднородный цвет. А именно – отдельные лоскуты были сшиты между собой из разных кусочков разных цветов, а именно – черного и белого. Не то, чтобы цвет являлся одним из главных деталей, нет — все куклы, что делал Сэм, были сшиты с любовью и каждая была уникальной. Деталью этой был цвет, деталью другой – повязка из лепестка паучьей лилии… Изюминкой этой куклы являлись непропорциональные пятна на белом полотне, которые выглядели так, словно это заплатки.
Сделав последний стежок, парень оборвал нитку, намотав последнюю на палец и натянув. Ему не было больно… да даже если было, он вытерпел. Без разницы. Однако издевательств над собой и своими чувствами он не потерпит. На стойке лежал огромный ком ваты, который он, прорезав заготовке живот, стал пихать внутрь. Заполнив куклу ватой, он не стал зашивать прорезь, оставив куклу в дальнем углу одного из закрытых шкафчиков: причина была одна. Для того, чтобы ее закончить, нужен был еще один ингредиент, а именно – кровь «жертвы», или же обычный кусок волос. И добыть эти ингредиенты не было проблемой для юноши. На завтра была назначена встреча с этим человеком.
Увы, время уже подходило к утру, а, следовательно, и к открытию мистической лавки. Нужно было хотя бы сходить проветриться перед новым днем. Поднявшись из-за стойки, Сэм немного размялся и медленно, напевая под нос родной мотив, направился на улицу.
Природа оживала вместе с рассветом, который Сэм встречал на крыше своего магазинчика вместе со стаканом крепкого рома – то, что нужно, чтобы взбодриться в начале своего рабочего дня. Наблюдая за тем, как цветы, проснувшись от ночного сна, тянутся к восходящему солнцу. Такие мелочи, как эта грели давно почерневшую и блеклую душу торговца. За время работы в этом магазине он поведал множества людей, великие множества. Каждый день через него проходят десятки студентов. Каждая душа была индивидуальна – Лоа знали, а Сэм видел их глазами. Ни у одного студента не было такой черноты заместо души, как у торговца.
Тот фотоаппарат, что директор академии вручил новичку, не мог увидеть ауры владельца магазина. Те татуировки были сделаны с помощью специальных красок, скрывающих ауру владельца – давно, тогда, когда юноша вступил на путь черного колдуна. Это один из обрядов посвящения, можно сказать. Именно с этими татуировками на теле, связи с такими личностями, как Барон Самеди и Маман Бриджит были особо сильными. Сэм даже видел их и вполне мог коснуться их тел, и прочувствовать кости.
Новый день знаменовал новое начало, а ночь – конец.
Парню было известно, что эта ночь будет особенной.
Сначала – для отношений.
Пусть жертва увидит новый рассвет.
И только после второго рассвета Сэм покончит с чувствами и жертвой раз и навсегда,
Вновь окропив свои руки кровью.
