Рассвет потухших грёз

Звёзды мерцали, будто немного судорожно, усиливая беспокойство. Прохладный ветер словно приглашал, заставлял выйти на улицу из душной комнаты. И так хотелось его послушать. Сакура беспокойно выглядывала в открытое окно, пытаясь понять причину своих тревог. Даичи был со своими дедушкой и бабушкой, которые теперь души во внуке не чаяли, с трудом поверив, что это и, правда, сын их дочери. Скорее всего, малыш уже заснул, замучив взрослых. Понимая, что бесцельное вышагивание по комнате её не успокоит, розоволосая, вновь надев повседневную одежду, целенаправленно пошла к входной двери, надеясь, что родители всё-таки не спят. - Сакура, куда ты? – Мебуки появилась как раз вовремя, когда девушка уже надевала сандалии в прихожей. - Я к Ино, - младшая Харуно сказала первое, что пришло в голову. – Давно не проведывала её, может, ей нужна моя помощь или поддержка. Даичи спит? - Да, - светловолосая женщина перестала хмуриться. Она, конечно же, волновалась за дочь, но теперь понимала, как сильно она изменилась и повзрослела, вернувшись с войны. Сейчас матери иногда бывало неловко что-то ей запрещать или выговаривать. - Тогда я останусь ночевать в доме Яманака, - Сакура попыталась улыбнуться, а потом, выпрямившись, обняла мать, - не волнуйся, хорошо? Рано утром я приду. - Хорошо, - всё-таки немного беспокоясь, ответила Мебуки, уже замыкая дверь за дочерью. Ирьёнин знала, что уже сейчас ей нельзя беспокоиться, но ничего поделать не могла. Дом Яманака был удачно пройден, и девушка корила себя за то, что делает. Ну, придёт она к дому Саске и что дальше? Он наверняка её сразу заметит, и будет она как всегда выглядеть глупо. А если ещё учесть тот факт, что проведать его она идет ночью, то тут уже не подберешь никаких адекватных объяснений. И всё-таки что-то глодало её грудную клетку изнутри, заставляя прибавлять шаг и чувствовать, как сбивается дыхание. Дорога до квартала Учиха казалась бесконечно длинной, и Сакура, не выдержав, запрыгнула на одну из крыш, чтобы сориентироваться. Глупо, наверное, было оглядываться, не имея особенных глаз, чтобы что-то разглядеть, только вот зрение цепко ухватилось за приближающийся к выходу из деревни силуэт. Сердце замерло на мгновение. Невозможно было точно угадать личность уходящего, но девушка уже догадалась о причинах своего беспокойства. Почти такая же ночь, как и много лет назад. Неужели всё повторится? Харуно совсем не хотела этого, но сможет ли она теперь что-нибудь сделать, как-то повлиять на него или же снова окажется бесполезной? Сорвавшись с места, куноичи всё-таки попыталась попробовать исполнить то, чего так желала: остановить его, попросить не уходить, потребовать, вымолить… Так бесшумно передвигаться у неё не получалось даже когда она шпионила или ходила на разведку, полностью маскируя свою чакру, но Саске всё равно что-то почувствовал, приостановившись. И тут же ощутил, что его крепко обняли. Ему не надо было даже опускать голову, чтобы посмотреть, кто это. Во всем мире есть только один человек, который непонятным образом узнает, когда он собирается уйти так, чтобы об этом никто не знал, и пытается остановить. Не обнять её в ответ было выше его сил. И когда шиноби всё-таки прижал её к себе, Сакура шумно выдохнула. - Не уходи… прошу, - тихий шёпот сорвался с губ, покоряя своей беспомощностью. Девушка не могла держать всё в себе и поэтому заплакала, боясь, что история всё-таки повторится. – Зачем? Ты снова хочешь стать отступником? - Нет. Я ухожу на миссию, в одну из новых деревень, чтобы поддерживать дружественные связи, - Саске говорил спокойно и размеренно, желая, чтобы она его не слушала и всё-таки не оставляла своих попыток, - через полгода меня кто-нибудь сменит. - Полгода? – куноичи подняла голову, пытаясь рассмотреть хоть какие-либо эмоции на его лице. – Но… но ведь Цунаде-сама собиралась отправить на эту миссию другого шиноби. Саске, почему ты? – в интонации её голоса сквозило уже не прикрытое отчаяние. – Почему ты снова оставляешь нас, уходишь, ничего не сказав? Её упрек был справедливым. И очень даже к месту. Учиха даже устыдился из-за её слов. Ведь он на самом деле снова ничего не сказал никому: о его уходе не знали ни Наруто, ни Сакура, ни Какаши, только сама Цунаде, что до последнего сопротивлялась. И как ей объяснить, почему он собирается уйти и почему только из-за одной её просьбы готов остаться. - А для вас это важно? – шиноби пересилил себя, говоря обратное тому, что хотелось сказать на самом деле. Ему нужно было точно знать, кем он для неё является. - Да, - ирьёнин зажмурилась, словно ожидала удара. – Ты нужен нам, нужен мне, - дрожащий голос становится всё тише. – Я понимаю, что по-прежнему не являюсь в твоей жизни важным человеком, но… Ты постоянно есть в моих мыслях, и никуда от этого не деться. Я глупо полагала, что по-настоящему тебя ненавидела, разлюбила… но это не так. Не знаю, почему всё так, но никаких объяснений найти не могу тому… почему до сих пор люблю тебя, - слова вырвались на свободу вместе с последними крохами воздуха и ещё некоторое время звенели в ушах обоих. Саске закрыл глаза. Даже не верилось, что всё это на самом деле. Неужели он уже настолько увяз во тьме, что даже в то, во что отчаянно хочешь верить, – не веришь, когда получаешь. Только вот всё-таки крепкие объятия словно успокаивали, обнадёживая и уверяя, что сказанные слова - правда и что они уже достаточно перенесли трудностей, чтобы теперь быть счастливыми. Он по привычке искал подвох, которого просто не существовало. Так тяжело было принять всё как есть и отпустить свои сомнения. - Скажи ещё раз… пожалуйста, - он нуждался в повторении заветных слов, чтобы раз и навсегда определиться в своем выборе. - Я люблю тебя, - Сакура улыбнулась, потому что стало очень легко на душе. Наверное, это глупо, ведь до этого она столько раз говорила, что его любит, но он почему-то считает, что сейчас это очень важно. Для них двоих. – Поэтому прошу - не уходи. Там у тебя совсем никого нет. Разве одиночество – это хорошо? - Одиночество – это скрытое безумие. Я устал от него, - Саске первый раз за очень долгое время признался, как он считал свою слабость. – Ты и Наруто долгое время были для меня никем, пустым местом, а сейчас я хочу научиться жить нормально, но не получается… без вас. После гибели моего клана, мир стал скользким и пустым, в нём не было места для меня. Скажи, где мой дом? - Наруто говорит, что дом человека там, где его ждут, - жгучие слёзы вновь потекли по щекам, и розоволосая крепче сжала пальчиками плащ на спине брюнета. – Твой дом – Коноха. Саске, ты всё равно уйдёшь? - Не вижу смысла в том, чтобы бросать свой дом и идти в чужие края, где никто не ждёт, - Харуно резко подняла голову, не веря своим ушам. – Хокаге была недовольна моей кандидатурой на это задание, поэтому придется отказаться, - Учиха говорил спокойно, хотя внутри бушевал ураган эмоций. - Ответь мне на один вопрос, - парень заглянул в зеленые глаза, - как ты узнала..? – договаривать смысла не было потому, что оба понимали, о чем идет речь. - Не знаю, - куноичи не лгала. – А ты, правда, не уйдешь? – вопрос прозвучал по-детски наивно, что брюнет не удержался от смешка, удивляя растерянную девушку. - Правда, - парень почувствовал, что куноичи дрожит. – Тебе пора домой, замерзла уже… - Учиха не хотел её отпускать, но и находиться так близко было невыносимо… опасно. Ещё чуть-чуть и он просто запрёт её в своем поместье вместе с Даичи. Да, он собственник, когда дело касается дорогих ему людей. А ещё сейчас ему нужно было многое обдумать, ведь он твердо решил остаться, а значит надо в корне все менять. Свое отношение к жизни, к людям, а когда она рядом, думать не получается. - Я… я не могу… домой идти, - Сакура опустила голову, закусив губу, но спустя несколько секунд вновь посмотрела на шиноби, чувствуя на себе вопросительный взгляд. – Просто мама думает, что я у Ино и… ночевать буду у неё. - Ясно. Пойдём, – брюнет, накинув на хрупкие плечи свой плащ, взял спутницу за руку, увлекая за собой. - Куда? - Ко мне. Останешься до утра, - Учиха знал, что это очень плохая идея, и бессонная ночь с думами о девушке в соседней комнате ему будет обеспеченна, но не оставлять же её на улице. Хотя можно было бы просто вскрыть замок, и куноичи бы беспрепятственно попала домой. Наверное. Может, она сейчас и не хочет идти к нему, просто не успела запротестовать. Однако Саске уже сказал то, что сказал, и отступать было некуда. Пока Сакура думала, как вежливо отказаться от предложения или, если быть более точной, утверждения, они уже оказались у порога дома Учиха. Дверь открылась бесшумно и закрылась так же, и теперь зеленоглазка понимала, что предпринимать что-то уже бесполезно. А с другой стороны, если он привел её домой, значит, точно не уйдет. Осознав это, девушка полностью успокоилась, доверяя сокоманднику. Неужели у неё, и правда, это получилось? Получилось остановить его непонятным ей образом. Почему он согласился так быстро? Саске прошёл по длинному коридору с тонкими стенами и, остановившись возле одной из дверей, указал на неё рукой. Куноичи кивнула и, приоткрыв дверь, прошмыгнула в комнату. Девушке было как-то неловко. Только что она смогла распутать тугой клубок разнообразных чувств в своей душе, а теперь будто бы оказалась в тупике. Глупо, наверное, но сейчас ей было страшно оставаться одной в незнакомой темной комнате. - Саске, - девушка неуверенно посмотрела на брюнета, который ещё стоял у двери. Он сначала чуть наклонил голову, а потом медленно стал к ней приближаться. В горле розоволосой образовался ком, и проглотить его никак не удавалось. - Ты что-то хотела, - шиноби остановился в шаге от неё, сквозь темноту вглядываясь в тонкие черты лица. А потом, протянув руку, откинул несколько длинных прядей за спину, нарушавших общий порядок. - Я… я… нет, ничего, - ирьёнин сильно прикусила губу, ругая себя всеми плохими словами за неловкость и бестолковость. - А если честно? – Саске сделал ещё полшага к зеленоглазке, перемещая руку с плеча на затылок. Почти незаметное усилие и она снова прижата к нему. Шиноби одной рукой перебирал мягкие пряди, а другой успокаивающе гладил по спине, предварительно скинув с неё свой же плащ. То, что он её хочет, новостью для него не было, поэтому желательно было поскорее уйти, ведь принуждать её нельзя ни в коем случае. - Останься со мной, пожалуйста, - поднявшись на носочки, Сакура проговорила это очень тихо, боясь разрушить хрупкое понимание между ними. Девушка боялась, что он поймёт её неправильно, хотя она и сама не понимала, чего хочет. Учиха смог всё-таки различить определенные грани в её просьбе. Пусть она и наивна, но не до такой степени, чтобы вообще не догадываться, чем это может закончиться. Они уже не дети. Давно. И это радует. Расстояние между их губами было так ничтожно мало, что было трудно понять, когда оно вообще сошло на нет. Саске поцеловал ее, пытаясь заметить хоть малейшую реакцию с её стороны. Едва заметная дрожь и затрепетавшие ресницы на закрытых глазах дали вполне удовлетворяющий его ответ. Трудно сразу не перейти черту, когда хочется целовать неистово, не отпуская её от себя даже на миг. Но уже сейчас вязкая лава, что стала разжигаться в венах, говорила о том, что теперь он не остановится. Сакура толком и не поняла, когда он, проведя кончиком языка по её нижней губе, проник в ротик, запрещая о чём-либо думать и заставляя покориться чувствам, что стали накрывать с головой. Девушка стеснялась даже себе признаться в том, что желает близости с ним. До этого всё было не так, не по обоюдному согласию. Но отчего-то в это мгновение тоже страшно из-за чего-то. Наверное, от понимания того, что нуждается в нём так же, как и в кислороде, что хочет его уже после первого поцелуя. - Ты уверена, что хочешь этого? - Саске, попытавшись взять себя в руки, немного отстранился, даже не пытаясь восстановить дыхание. - Да, - куноичи потерлась носом об его висок и губами почти прикоснулась уха. Не успела она ничего предпринять, как почувствовала, что парень, не сильно потянув её за волосы, стал спускаться к шее, почти незаметно целуя. Ворот водолазки полностью скрывал тонкую шею, что брюнету совсем не нравилось. Поглаживая спину, шиноби стал медленно приподнимать тонкую ткань, предоставляя себе большую свободу действий. Ему нравилось гладить нежную кожу, которая в лунном свете казалась будто бы светящейся из-за светлого оттенка, нравилось проводить кончиками пальцев по изгибам позвоночника и чувствовать дрожь. Какой бы силой она не обладала, всё равно останется хрупкой и по-своему беззащитной. Розоволосая послушно подняла руки, когда это потребовалось, а потом, поддавшись смущению, вновь прижалась к парню, пытаясь избежать его взгляда. На ней ещё был лифчик, но разве этот кусочек ткани мог помочь ей успокоиться и не чувствовать себя чуть ли не полностью обнаженной. Брюнет усмехнулся и, не торопя событий, вновь приник к горячим губам. Поцелуй быстро стал переходить из ненавязчивого в более страстный, требующий продолжения. Сакура, уже сильно рискуя, дразнила его, чуть прикусывая губу или пытаясь спрятать язычок, но безуспешно. Оба скучали и томились долгое время, показывая это в нежелании отпускать друг друга. Отстранившись, чтобы позволить ей вдохнуть воздуха, Саске чуть прикусил нежную мочку уха, слегка оттягивая её. Девушка же, крепко держась за него, чтобы не упасть из-за неожиданно отказывавшихся слушаться ног, пыталась не сойти с ума так быстро… Ведь это только начало. Проведя кончиком языка по ушной раковине, парень стал спускаться ниже, теперь уже к свободной от ненужной ткани, шее. Лёгкие укусы не оставляли на коже следов и были почти ненавязчивыми, слишком дразнящими, что розоволосой хотелось самой укусить его, чтобы перестал так мучить её. Он одними поцелуями заставил уже желать большего, а теперь просто доводит до сумасшествия, не продвигаясь дальше. Кожа просто горит там, где недавно были его губы, а в висках гулко начинает стучать кровь. Сильные руки вроде бы и удерживают и топят в страсти, а так не хотелось сдаваться слишком быстро. Как у него хватает сил сдерживать себя или просто она такая нетерпеливая? - Саске, - куноичи выдохнула его имя почти жалобно, не надеясь на его милость. - Ммм? – Учиха ощутимо прикусил синеватую жилку на шее, по которой со скоростью звука текла кровь. - Пожалуйста… - розоволосая не знала, как выразить словами то, чего она хочет. Сказать ему прямо, показывая свою бесстыдность или терпеть сладкие муки, понемногу обращаясь в пепел от нетерпения? – Не останавливайся, я хочу этого. Я хочу тебя. Саске не смог сдержать ухмылки. Впрочем, она этого не видела, потому что довольно проворно снимала с него рубашку. Тонкие пальчики быстро справились со своей работой и теперь нежно гладили его, очерчивая мышцы на прессе и груди, оставляя за собой вполне предсказуемую дрожь. Подняв на руки драгоценную ношу, шиноби пошёл к кровати, безошибочно находя её в темноте. Для ночлега он выделил своей гостье свою же комнату по причине того, что остальные были ещё в нежилом состоянии. Когда Сакура спиной почувствовала прохладу простыней, то немного прогнулась, ослабляя ощущение контраста температур. Этот вроде бы и не совсем обязывающий к чему-то жест подтолкнул брюнета к дальнейшим действиям. Лифчик быстро покинул свое законное место и отправился куда-то на пол комнаты. С непривычки, пытаясь прикрыть грудь, зеленоглазка почувствовала, что щеки стремительно заливает румянец от его пристального горящего взгляда. Девушка и сама не могла понять своего поведения. Да, она хочет его безумно, но всё равно ведет себя противоположно. Иногда даже саму Харуно раздражал её сложный характер. Наклонившись к покрасневшему лицу, Саске с улыбкой подул на приоткрытые губы. Куноичи посмотрела на него удивленно, немного жмурясь из-за щекочущих черных прядей, что не давали полностью рассмотреть его лицо. Горячий язык медленно прошелся по щеке, а потом вновь стал спускаться назад. Приблизившись к губам, которые были не против ещё одного поцелуя, парень продолжил спускаться, не коснувшись их, из-за чего со стороны розоволосой послышался немного возмущенный и тихий стон. Когда брюнет прикоснулся к груди, обхватывая губами сосок, куноичи вцепилась в широкие плечи, немного вгоняя ногти. Потом словно опомнившись, начала беспорядочно гладить его спину, когда парень уделил внимание другой груди, одной рукой поглаживая животик, а другой - приподнимая юбку. Умом Саске понимал, что спешить им некуда, но ведь запретный плод сладок. И именно таковым долгое время для него была Сакура. Но и когда она вовсе не сопротивляется и уже чуть ли не сама его соблазняет, держать себя в руках становится всё сложнее. Страсть уже бежит по венам, подчиняя своей воле и самым разумным кажется взять её прямо в эту же секунду, хоть на время утолив ненасытный жар. То же самое чувствовала куноичи, прикусывая губу, чтобы не стонать в голос. Наверное, если бы она была бы хоть чуточку смелее, то уже сама бы чуть ли не изнасиловала его за то, что так изощренно её мучает. Но в тоже время ей нравилось чувствовать себя слабой в его руках, но и сразу же защищенной. Чувства словно бы разделились на два лагеря, жаром сражений сводя с ума. Девушка приподнялась на локтях, прогибаясь в спине, не в силах унять тянущее чувство внизу живота, которое только усиливалось от его ласк. Запустив пальчики в его волосы, Сакура прерывисто выдохнула, когда язык медленно очертил сосок. Время замедлило свой бег и куноичи казалось, что она уже вечность горит в этом огне желания. Учиха наслаждался её послушностью, тем, что она чутко реагирует на его ласки. Она полностью покорилась ему, разделяя пламя, обуявшее обе души. - Саске, я хочу и тебе… сделать приятно, - розоволосая прикрыла глаза, ожидая его реакции. Что ж, он был совсем не против. Даже очень не против, а скорее всего за, поэтому он одним движением перевернулся на спину и, теперь Харуно уже лежала на нём, коленями упираясь в кровать по сторонам от его бедер, чувствуя, как высоко задралась юбка. Отступать было уже некуда, поэтому Сакура, преодолев некоторую неловкость в себе, сначала поцеловала его, а потом короткими поцелуями стала осыпать его шею, грудь. Когда чуть припухшие губы медленно продвигались по прессу всё ниже, чувствуя, как напрягаются мышцы, девушка дрожащими руками начала спускать штаны. Полностью освободив шиноби от одежды, зеленоглазая остановилась на некоторое время, переводя дыхание. Возбуждение обоих уже почти достигло предела. Его она видела отчетливо, а своё чувствовала по намокшим трусикам. И все же наклонившись, девушка облизнула губы, а потом коснулась горячей головки. Ручкой обхватив член у основания, стала осторожно и медленно двигать вверх и вниз, погружая глубже в ротик. Саске, сжав зубы, запустил пальцы в её волосы, чуть сжав розовые пряди, подталкивая к дальнейшим действиям, которые приносили ему удовольствие. Сакура не сопротивлялась. Некоторое время назад ей стыдно было бы даже подумать о том, что она сейчас делает, а теперь это казалось вполне естественным. Опыта у неё совсем не было, но обрывками всплывали абзацы из книги случайно найденной в библиотеке Конохи ещё до её похищения. Тогда она, и правда, думала об этом как о мерзости, что не сочеталось с теперешними ощущениями. Розоволосая, немного осмелев, стала не только губками послушно сжимать возбужденную плоть, но и водить язычком, доставляя ещё большее удовольствие. Саске шумно дышал и глухо полурычал-полустонал, резче надавливая на её затылок. Потом сделав над собой большое усилие, потянул за волосы, сжав их в кулак, чтобы оторвать её от себя. В противном случае он бы просто кончил ей в рот. Девушка посмотрела на него непонимающе, но шиноби больше не медлил и, подтянув её за талию вверх, снова перевернул, оказавшись сверху. Юбка и трусики без церемоний покинули свои места. Саске, поцеловав куноичи со всей страстью, что сейчас разожглась в теле и даже некоторой грубостью, медленно вошел в неё, чувствуя стон сквозь поцелуй. Через несколько томительных и медленных толчков оба сорвались на быстрый темп, обжигая лёгкие частым дыханием и разбивая тишину громкими стонами. Сакура, обхватив талию брюнета ногами, что-то шептала ему. То, что разобрать он не мог из-за оглушительного шума бьющегося сердца и сбивающегося дыхания. Вот теперь он точно никогда её не отпустит и не уйдёт сам. Она должна принадлежать только ему и так и будет. И пусть хоть вся деревня будет против. Только с ним она имеет право проводить такие ночи и только ему будет рожать детей. Её тело и душа будет в его власти, как и он сам уже находится в её плену. Сакура быстрее достигла пика наслаждения и затихла, обмякая в его руках. Только после этого Саске позволил себе кончить. Опершись локтями о кровать, уткнулся лбом в её плечо, пытаясь отдышаться и чувствуя, как по её телу все ещё проходят судороги удовольствия. Перевернувшись на спину, парень прижал к себе любимую, которая безвольно лежала на нём, закрыв глаза. - Спасибо, - Учиха прикоснулся губами ко лбу, на котором теперь был маленький ромбик. Сакура непонимающе посмотрела на парня. – За всё, - зеленоглазка счастливо улыбнулась. – Я хочу, чтобы ты и Даичи были рядом, то есть жили здесь. Со мной. - Хорошо, - розоволосая погладила шиноби по щеке. – Думаю, мои родители заслужили отдых. Даичи уже вымотал их. Всё-таки не шиноби трудно управляться с ребенком ниндзя, а мне частенько приходится уходить в госпиталь, - Саске улыбнулся, вспоминая, как много хлопот он доставлял Итачи. - Завтра я верну Хокаге свиток, и мы займёмся вашим переездом, - Учиха решил больше не тянуть время, а сразу расставить все точки над «i». – Это не займёт более часа. - Завтра? – куноичи немного испугалась. – Но это же так быстро! А я ещё с родителями не разговаривала об этом. И тем более я не говорила им, что ты отец Даичи, но они, конечно, догадываются, - последнюю фразу Харуно пробурчала очень тихо, но, тем не менее, брюнет услышал всё чётко. – Саске, пожалуйста, не смотри на меня так! – розоволосая спрятала лицо в ладонях, скрываясь от немого укора. - Ты всегда была такой безответственной? – Саске вопросительно приподнял бровь. – Или у Наруто заразилась действовать по обстоятельствам? - Времени не было, - пробурчала ирьёнин. – И тебя рядом… - Давай сразу договоримся, - Учиха убрал ладошки от лица девушки, смотря ей в глаза, - если у тебя что-то случилось, ты говоришь мне. Если у тебя проблемы – говоришь мне, у тебя есть какие-то претензии – ты идёшь ко мне. - Ты хочешь меня контролировать? - Я хочу защищать тебя и нашего сына, - Саске укрыл девушку и себя одеялом, закрывая от ночной сырости. - Не каждую я зову в свой дом. Мой ребёнок будет жить здесь, как и все Учиха вместе с отцом и матерью. Я хочу, чтобы дорогие мне люди были рядом. И судя по тому, как стало биться твоё сердце, – тебе это не безразлично. Мы и так уже сделали столько больших и глупых ошибок, которых могло и не быть, если бы мы не молчали. - Да, ты прав. Всё из-за того, что мы сомневались друг в друге. Теперь этого не будет. Я тебе верю, Саске. И ты очень хороший отец, - Сакура обняла любимого человека. – Я счастлива, что ты остался. - Я тоже счастлив, - парень улыбнулся, чувствуя биение сердца родного человека. *** Спустя… Один из первых ранних лучиков упрямо пытался пробиться сквозь плотную темную ткань штор. Честно говоря, получалось у него очень плохо, а точнее совсем не получалось, но лёгкий ветерок помог ему, подув сильнее в открытое окно и сделав брешь в противосветовой обороне. Маленький озорник, растелившись полосой на полу и кровати, «ударил» прямо в глаза розоволосой девушке. Она тут же зажмурилась сильнее и, не открывая глаз, попыталась перевернуться на другой бок. Парень, лежащий рядом, этого не позволил, снова прижав её к себе. Куноичи же упрямо попыталась отползти на другой край кровати. - Сакура, хватит копошиться, - брюнет недовольно нахмурился, не отпуская девушку из объятий. - Мне солнце глаза слепит, - резонно заметила ирьёнин. - И сегодня? - Ммм? Что значит «и сегодня»? - Потому всю неделю до последней миссии было то же самое, - Учиха накрыл розоволосую одеялом. Харуно возмутилась и попыталась выбраться, но шиноби, который твердо решил, что он имеет право выспаться после миссии, выпускать её не собирался. - Мне жарко, Саске, - жалобно пропыхтела куноичи. - Чёрт, - парень ругнулся, выпуская упрямицу. Девушка стала жадно глотать свежий воздух, бубня себе что-то под нос. Отвернувшись от света, куноичи удобно устроилась в тёплых объятиях. Не прошло и десяти минут, как из кроватки стоящей возле стены послышалось радостное лепетание и агуканье. Молодые родители одновременно вздохнули, уже прощаясь со сном. Сакура собралась вставать, но Саске опередил её. Взяв малыша на руки, парень вернулся на кровать, положив Даичи между собой и Сакурой. Мальчик тут же пополз к матери, чтобы добраться до волос, которые захватывали его воображение ярким необычным цветом и завлекали внимание надолго. - Ох, я их обрежу скоро, - Харуно покорно терпела издевательство над своими локонами, которые мальчуган без зазрения совести спутывал ещё сильнее. - Только попробуй, - Саске приоткрыл один глаз. – Я тебе не разрешаю больше поднимать этот вопрос. Куноичи, сморщив носик, надула губы. Этот вопрос они уже обсуждали. Ну как, обсуждали. Саске отчитал её и сказал, чтобы не смела подносить к волосам ни ножницы, ни кунаи, ни другие режуще-отрезающие предметы. В этом он был чем-то схож с её родителями, которые запросто могли запретить ей что-либо. Только вот с родителями она могла спорить, а с Учиха как-то не получалось, и объяснить она это не могла. За месяц, что они уже прожили вместе, пришлось привыкать к характерам и нравам друг друга. Не то, чтобы это было очень сложно, но и не очень просто. Саске привыкал к постоянному присутствию рядом двух, а чаще всего трёх неугомонных существ, нарушающих его покой, а Сакура пыталась привыкнуть к новому месту, порядку, образу жизни. Если честно, Харуно ожидала от Учиха деспотичного режима и даже строгой дисциплины, как бы это абсурдно не звучало. Однако Саске оказался более компромиссным человеком в этом отношении, но всё-таки не все вопросы с ней обсуждал. - У-у-у, - протянул Даичи, упав на спину и ударив отца пяткой по лбу. Сакура хихикнула, закрыв лицо волосами. - И почему, интересно, тебе так весело с утра пораньше? – брюнет стал скептично рассматривать потолок. - Во-первых, ты сегодня дома, - девушка поцеловала любимого в щеку, - во-вторых, я сегодня тоже свободна, - поцелуй в другую щеку, - и в-третьих, именно сегодня мы всей командой хотели собраться, - чмокнув парня в губы розоволосая поспешно отстранилась. - Только не это, - шиноби положил на голову подушку. - Это-это, - Сакура встала с кровати и стала быстро переодеваться. – Сейчас я покормлю Даичи и отнесу к родителям. Они как раз просили его к себе в гости. А ты должен успеть привести себя в порядок за это время. Саске успел за отведенное ему время и привести себя в порядок, и позавтракать, и подремать пару минут. Место встречи было назначено на одном из тренировочных полей, потому что от предложения Наруто собраться в Ичираку все отказались. Сай «неожиданно» отправился на миссию, поэтому в нужный час, как ни странно, был уже весь старый состав команды №7 и Суйгецу с Карин, которые, к удивлению остальных, вели себя слишком тихо. Какаши, неизменно, в тысячный раз перечитывал свою любимую книгу, а Наруто махал руками уходящей Хинате, чуть ли не взлетая над землей. Поприветствовав друг друга, ниндзя снова замолчали. - Вообще-то мы здесь, чтобы попрощаться, - Суйгецу нарушил тишину, отвечая на не заданный вслух вопрос. – Мы решили уйти из деревни и путешествовать. - Вместе? – это был бы не Наруто, если бы что-нибудь не учудил, даже невинным вопросом. - Нет-нет! – запротестовала Карин. - Просто мне с ним по пути до определенного места, а потом мы обязательно разойдемся… наверное. Как вы можете думать, что у меня с ним есть что-то общее? По очень спокойной реакции Суйгецу даже Наруто, который был профи в непонимании некоторых вещей, и Какаши, что иногда ничего вокруг не замечал, поняли, что что-то общее у них всё-таки есть. Пытаясь заполнить неловкую паузу, товарищи из Така начали прощаться, обещая, что в следующем году навестят их. Расставание – это всегда непростой момент, и затягивать его никогда не хочется. Сенсор и мечник наотрез отказались, чтобы их провожали до ворот деревни и, оглянувшись напоследок, исчезли из виду, оставляя ниндзя в задумчивости. - Какаши-сенсей, - Узумаки хлопнул Хатаке по плечу так, что тот чуть ли не выронил книгу. – Может, Вы хоть сейчас обратите на нас должное внимание! - Наруто, хоть ты и стал героем деревни, - джонин всё-таки убрал печатное издание, - но я понимаю, почему тебя до сих пор бьёт Сакура, пусть и намного реже. Однако я всё-таки очень рад, что ты остался собой, несмотря ни на что, - блондин просиял от этих слов, озаряя всё вокруг своей фирменной широкой улыбкой. – Вы мои ученики и я счастлив, что с вами всё в порядке. Сейчас мне уже надо идти, а то Гай скоро найдёт меня, придумав очередное состязание. Ещё увидимся, - после этих слов шиноби растворился в облаке белого дыма. - Нет, ну всегда он так, - джинчурики посмотрел на товарищей. – И только не говорите, что и вам нужно уже уходить. - А разве тебя не ждёт Хината в Ичираку? – Сакура говорила подозрительно заманчивые вещи. – Зная её, могу утверждать, что сейчас она именно там. - Но… но… мы же хотели собраться, - Наруто так хотелось быть в двух местах одновременно, но тут клоны не помогли бы, как ни прискорбно. - Думаю, у нас ещё будет много поводов, чтобы собраться вместе, - проговорил Саске, поднимаясь с мягкой травы. - Знаешь, а ты всё-таки прав, - Наруто подозрительно прищурился, что-то заподозрив. – А, ну и мне тогда пора идти, - блондин, потрепав сокомандника и сокомандницу по голове, убежал в известном направлении. Когда они остались наедине, Сакура неожиданно почувствовала, что сильно волнуется, ведь именно сегодня собиралась сказать кое-что важное для них обоих. Теребя в руках край кофты, девушка не смела поднять глаза на брюнета. Досчитав до десяти и обратно, куноичи всё-таки взяла себя в руки. - Саске, мне надо сказать тебе кое-что, - Харуно не могла понять, почему так сильно нервничает. - Я тебя слушаю, - Учиха чувствовал, о чем девушка ему собирается сказать и поэтому пытался сдержать улыбку, видя её нерешительность. - Я ещё раньше тебе хотела сказать, но не находила нужного времени или не могла решиться, - Сакура внимательно стала всматриваться в черные глаза. – Дело в том, что я… беременна, - сказав это, зеленоглазка выдохнула, будто с её плеч упал тяжёлый груз. – И у нас будет двойня. - Счастье мужчины заключается в том, чтобы растить детей от любимой женщины, оберегая всю семью от малейшей опасности. Сакура, ты станешь моей женой? – теперь Саске не отрывал взгляда от её глаз, которые излучали свет. - Да, - это короткое слово ей хотелось повторять снова и снова. Его скрытое признание вознесло душу к облакам, туда, где она ни разу не была. - Я благодарен тебе за то, что именно ты даришь мне это счастье.