Иммунитет

Отыскав тайник, в котором Такаши и Рика заботливо спрятали старый плеер, который мог ловить радиосигналы, и пачку батареек с другими полезными вещами вроде автомобильной аптечки и наушников, беглецы отправились дальше. Плеер, да ещё работающий от пальчиковых батареек, вызвал немало удивлений, но удивлялись недолго, потому что задерживаться на одном месте становилось опасным. Кота впихнул в уши наушники и стал вслушиваться в шуршащие звуки. Приёмник гулял по радиоволнам, не останавливаясь ни на одной из них. Но ближе к рассвету раздались голоса. *** С того момента, как сайки покинули поселение «Последняя Надежда», Саэко начало преследовать странное чувство, будто она что-то слышит или чувствует, но это словно находится «вне её». Ей не хватало слов, чтобы описать странные ощущения, охватывающие её с каждой минутой всё сильнее и сильнее. Саэко решила, что это всё последствия её беспокойства и стресса. Да, и послеродовую депрессию никто не отменял. Поэтому она уверяла себя, что оттенки голосов и странных звуков в голове всего лишь её собственные отрывистые мысли. Однако когда ей удалось прилечь, чтобы поспать пару часов в пути, размытые отголоски приобрели более выраженные оттенки, сложившиеся в понятные её разуму слова, похожие на послания, откровения. «Соединение». «Единый разум». «Спасение». «Не верь в ложь». «Узнай, о чём они лгут». «Проклятье живых. Разобщение». «Живые познают, что смерть ведёт к соединению». «Покажи нам путь». «Ты мать». «Мы не есть пустота. Мы не есть конец. Мы есть начало. Мы есть продолжение». «Кошмары закончились. Впереди наше единство». «Мне нужна твоя рука». «Веди меня». «Спасите меня». В ужасе от голосов, налившихся силой и настойчивостью, Саэко широко распахнула глаза и несколько секунд пыталась понять, где она находится? Только что перед её глазами стояли мёртвые. Просто стояли и смотрели на неё. Без жажды убить или разорвать её плоть на куски. Просто стояли и смотрели, ожидая. Но чего? «Они… это они говорят?» - случайный вопрос мелькнул в голове. Саэко поводила взглядом по низким тонким стенкам ночлежки, заметила спящую дочку, а затем выглянула наружу, чтобы удостоверится, что они продолжают путь, ведущий не в толпы мёртвых. Такаши ехал впереди, ведя всех за собой. Но не его фигура привлекла внимание Саэко. Пусть двигались они достаточно быстро, а она ощущала, что что-то за ними наблюдает. Их собственный образ, людей посреди темноты, смутно отражался в её голове, словно выпрыгивая на неё откуда-то. Из чужих потухших сознаний. Она видела всех сверху, с боков. И иногда это видение выхватывало её бледное лицо, едва уловимое в свете луны. Это видели «они». «Они» были здесь. Вокруг. Рядом. Слева и справа. Везде. «Они» неподвижно застыли на своих местах. Ожидая. Наблюдая. Не осознавая. Так их слышала Саэко. Так они слышали Саэко. Живое и мёртвое словно изучали друг друга, не чувствуя разницы. В страхе Саэко отпрянула от просвета, в который выглядывала, и спряталась в темноте передвижной ночлежки, пытаясь успокоиться. Ей не била дрожь, её руки не тряслись. Просто внутри, прямо в её венах неслось нечто необъяснимое и будоражащее нервы. Но это был не страх. Или же страх? «Перерождение – новый путь человечества». «Единый разум». «Мать и её избранные дети». «Не все готовы к истине». «Путь к свободе близок». «Единение неизбежно». «Проклятье прошлого - жизнь». «Смерть даёт свободу». «Покажи нам путь». «Мы не есть пустота». «Мне нужна твоя рука». «Веди меня». «Спаси меня». - Они не мертвы, - прошептала завороженно Саэко. – Я сплю. Я просто сплю. Или схожу с ума. Опять… Она снова заняла своё место рядом с дочерью, прислонившись лбом к её маленькой ручке. «Мать и её избранные дети», - резануло красным по сознанию Саэко. Она резко отшатнулась и посмотрела на Томико внимательно. Но девочка просто спала. На миг девушка почувствовала, будто ей лучше не касаться ребёнка. Ведь она сошла с ума и могла сделать с девочкой что-то непоправимое. «Мне просто показалось», - напряжённо подумала Саэко, обвив себя руками, чтобы почувствовать, что она здесь. Что она есть. «Сделай нас единым. Жизнь и время станут над нами не властны. Не бойся смерти, ибо ты сама смерть. Наши тела твои. Всё равно всё сведётся к одному. К тебе». Саэко заткнула уши руками и зажмурилась, но это не помогло. Всё, что она делала раньше, чтобы голоса молчали, больше не помогало. *** Путь к призрачному поселению занял около пяти с половиной дней. Иллюзия того, что другие выжившие находятся где-то там за лесом, полностью разрушилась, когда Кота услышал координаты, названия населённых пунктов и точное описание местности. Ради собственной безопасности, они держались подальше от городов, что сделало их путь длиннее. Из-за Томико приходилось делать частые остановки, чтобы Саэко могла накормить её. Сестрица Марикава помогала с уходом за младенцем. Пёсика тоже радовала возможность немного побегать. Элис предпочитала перевозить его в тележке, привязывая собаку к ней верёвкой. Этого оказалось достаточно, чтобы он мог отгонять своим лаем других животных. Но иногда это привлекало мёртвых. Однако те не нападали. Пару раз Такаши, Рика и Кота решились на небольшую поисковую вылазку с целью найти воду, еду, одежду или те же батарейки, чтобы иметь возможность слушать радио постоянно. Вещание со станции «Потерянное озеро», к которой они стремились, проходило три раза в день, но иногда только два. Беглецы не могли связать это ни с чем, кроме мыслей, что в том месте, куда они направляются, что-то случилось. К сожалению, им оставались только догадки. Помимо людей из «Потерянного озера» в эфир выходил кто-то ещё, говорящий на японском. Но добраться до них было сложнее, потому что они вещали с другой части Японии, где-то вблизи Киото. Остальные частоты заполняли голоса людей, говорящих на других языках. Так Кота понял, что в Париже есть выжившие, когда услышал что-то напоминающее французский. Это давало ему надежду, что он всё ещё не круглый сирота. Очень часто в эфир выходили немцы и русские. Последние вещали с кораблей, стараясь говорить на всех иностранных языках, которыми владели члены экипажей ледоколов и грузоперевозчиков, дрейфующих в океане и морях. Но сильный акцент и постоянные помехи не давали понять, что говорили эти люди. С немцами же было легче в плане языка, на что повлиял сильный прирост иностранного населения за последние тридцать лет. Однако новости от них поступали не самые утешительные. Выжившие предупреждали, что Берлин и Франкфурт полностью закрыты и не принимают больше выживших, а Гамбург полностью стал «мёртвым» из-за новой вспышки. США молчали. Как и Люксембург, Бельгия, Бразилия и многие другие страны. Но в мире остались живые. И это окрыляло. Вселяло надежду и придавало сил двигаться дальше. Сайки объехали несколько пустых деревень и достигли реки, которая должна была привести их к цели согласно карте, которую раздобыли ещё Саэко и Такаши в попытке догнать своих друзей. Первое время практически никто не мог узнать места, через которые они продвигались. И дело было не в том, что Сая или сестрица Марикава ещё не бывали здесь. Просто всё вокруг стало другим. Весь мир словно утратил что-то живое. Всё вокруг наполнились запахами одиночества и пустоты. Всё казалось потерянным. Даже люди, направляющиеся к призрачному поселению, чувствовали себя потерянными. За дорогами больше никто не ухаживал, поэтому повсюду валялись ветки, а в когда-то давно оставленных машинах роились насекомые и мелкие животные. Мусорные кучи покрывала высокая трава и другие растения. Ночью раздавались шорохи и писк крыс, из-за которых Саэко беспокоилась особенно сильно, ведь они могли напасть на ребёнка, почуяв молочный запах. Постоянно казалось, что людей в этом мире больше не осталось. А Такаши, Саэко, Томико, Элис, Сая, Кота, Шидзука и Рика – это лишь случайные гости на этой планете, так быстро сбросившей с себя надоевших ей паразитов. Жизнь их просто потеряла. Удручающие мысли усилились, когда в какой-то момент на дороге показались мертвецы. Все взялись за оружие, часть которого привезли с собой в поселение «Последняя Надежда», а другую часть создал Кота в мастерской, сильно рискуя, когда выносил его оттуда и прятал в доме саек. Прибавив скорости, группа прорвалась через скопления мёртвых, истратив на них приличный запас отобранных у Микагэ и его товарищей патронов. Заготовленные шумовые припасы быстро привлекли внимание зомби, позволяя путникам в самый опасный момент уехать от них как можно дальше. Никто не заметил, что мёртвые вели себя как-то иначе. Менее агрессивно. Им просто было любопытно. Они хотели подойти поближе к «ней». Но кто-то всё же последовал за ними с иной целью. И Рика быстро это поняла. - Такаши! – крикнула она. – У нас хвост! - Погоня? – решил уточнить он то, что Рика не могла знать наверняка. - Нет! Человек пришёл с другой стороны! И он быстр. Не отстаёт ни на шаг! - Стоп! – скомандовал Такаши, проверив, достаточно ли они оторвались от мертвецов. – Стоп! Приготовились! Вся процессия остановилась. Все начали оглядываться, пытаясь найти того, кто следовал за ними. Долго ждать не пришлось. С одного из деревьев спрыгнул высокий загорелый человек. По его лицу расходились белыми кривыми дорожками пухлые узоры. Такие же, как у Такаши и Саэко. - Вы в поселение «Потерянное Озеро», я так понимаю? - низким голосом проговорил он. – Нам лучше поторопиться. Сейчас здесь пойдёт «волна». Из высоких кустов вышла низкая лоснящаяся гнедая кобыла. Элис завороженно смотрела на неё, словно увидела нечто воистину прекрасное: - Мамочка, смотри, он такой красивый. Это Пегас? – указывая пальчиком на животное, спросила она у Саи, вспоминая ту сказку, которую девушка рассказывала ей на ночь. Только Пегас был белоснежным, но Элис это уже не волновало. Как и пол лошади. *** До поселения пришлось ехать ещё несколько долгих дней, поэтому снова делали небольшие остановки. Это время использовали для разговоров. Их новый спутник оказался жителем города Акинохаши, Новаки Минэ. Он сначала представился простым рыбаком, который по субботам привозил мидии на пляж, чтобы дети имели возможность с ними поиграть. Но Рика быстро его раскусила, поняв, что мужчина выдаёт себя за кого-то другого, чтобы казаться безобидным и несведущими. Но для безобидного он слишком хорошо владел оружием, рассуждал о вещах, совсем не связанных с мидиями и рыбалкой, а ещё точно знал что-то о том, что случилось с этим миром. Да и Акинохаши никогда не славился хорошей атмосферой для мирной жизни и счастливого детства. Весь город напоминал огромное скопление конструкций из железа, целью которых являлось обслуживание судов. Рыбацких, торговых, туристических или военных. Если человек не работал рыбаком, то, скорее всего, занимался добычей леса и транспортировкой сырья для горных гостиниц. В Акинохаши не рубили лес для растопки печей, в этом городе добывали лес для строительства домов, которые так лихо снесло приливной волной во время цунами. Но через Акинохаши спрессованное дерево для каминов и печей поставляли из других стран. Этот порт славился тем, что там можно достать всё, что угодно. Однако жить в таком месте хотел далеко не каждый, предпочитая уехать в Токоносу или Акиту. Особенно из-за мафии, которой город полностью принадлежал. Новаки оказался человеком, разорвавшим все шаблоны. Он переехал из великолепного Осю с его знаменитым дворцом клана Датэ в Акинохаши. А всё потому, что его спортивная карьера быстро закончилась после серьёзной травмы. Это заставило Новаки покинуть Осю и отправится работать по специальности в Акинохаши. Уже там мужчина изучал океаническое дно и сейсмическую активность вулканического кольца, часть которого пролегала под островами Японии. А по выходным он привозил мидии для детей, ссыпая их кучей на местном пляже. Так что часть его рассказа о мидиях оказалась правдой. Так, благодаря своему спортивному прошлому и глубоким знаниям, Новаки выжил, предсказав приход цунами гораздо раньше военных. - Активность мы регистрировали давно, - поведал он, поделившись своей скромной, но очень разнообразной едой, которая привела сестрицу Марикаву в неописуемый восторг. – Недели за две до начала всего кошмара. - Значит, это не из-за атомной бомбы? – не выдержала Сая. – Нет, я, конечно же, понимаю, что бомбой такое не вызовешь, но я думала… - Нет-нет, чтобы спровоцировать сейсмическую активность, одной бомбы будет мало, - запротестовал Новаки. – Но с цунами - это печальное совпадение. Или же холодный расчёт. - Что? – теперь не выдержала Рика. – Бомба и цунами, чтобы точно добить? И кто такое мог задумать? Больше похоже на то, что просто воспользовались ситуацией. Мы засекли подлодки, подходящие со стороны Китая… Новаки пожал плечами: - Не знаю, что больше похоже на правду, но активность мы наблюдали давно. Не мы одни. Наши коллеги из Америки подтверждали все прогнозы, что учащающиеся толчки могут привести к цунами. Мы не сразу нашли его эпицентр, и обманулись тем, что активность на какое-то время стихла, - объяснил он, разводя руками, по которым струились бело-жёлтые вены. Один их вид вызывал лёгкую тошноту, ведь они порой слегка пульсировали. Сестрица Марикава и Элис старались не смотреть на руки своего нового спутника. – Так и верили, что это было простым землетрясением в море. А потом всё рухнуло. Появились «эти». И мы уже не дискутировали о цунами, а просто пытались спастись. Нам крупно повезло, что на своём пути цунами встретило именно нас. Токоносу и Акинохаши. Если бы волна пошла с другой стороны острова… - Атомная станция «Томари», - закончила за него Сая. – Я всё ломала голову, когда же рванёт атомный реактор? Рика понимающе смотрела на девушку. Эту тему они обсуждали, так что каждый успел подумать о прекрасной атомной электростанции, благодаря которой много лет часть Японии наслаждалась электричеством. - Эти уроды припеваючи живут себе на АЭС, - как-то недобро проговорил Новаки. – Рванёт у них, как же. - Что? – Сая чуть не вскочила на ноги от негодования. - Припеваючи? – разделил её гнев Такаши, помня о трудностях с электричеством в поселении «Последняя Надежда». - Именно, - кивнул Новаки. – Мы даже пару раз сталкивались с ними. А всё из-за профессора Такимуры. Видите это? – мужчина указал на белые вены на своём лице и шее, оттянув горлышко кофры, чтобы все могли разглядеть затянувшийся след от укуса на его шее. – Такой же, как у вас двоих. Да? – обратился от к Саэко и Такаши. – Конечно, такой же. Я же вижу, и вы тоже. А это всё вакцина Такимуры. Он нас привил. Теперь в шоке были все. Даже самые стойкие. - Погоди, - беспомощно махнула рукой Рика. – Давай по порядку. Мы сбежали из поселения «Последняя Надежда». И там доктор Такана, уже померший, пытался найти вакцину. Поэтому вот эти орлы, - она указала на молодую часть их группы, - каждый месяц сдавали ему кровь, потому что они иммунные. Не спрашивай, как. Такана кормил нас ложью, что исследовал антитела. Но оказалось, что мужик просто пытается обратить в человека одного из «этих», потому что тот его сынишка. За это моя девочка его и пришила, - Рика указала глазами на Саэко. – Но никакой Такимура в этой истории не фигурировал. Такана по его «сказке» искал вакцину, о чём нам и поведал. Новаки поёжился, посмотрев на молодую мамочку внимательнее. Она сразу не показалась ему милой и нежной девушкой. Что-то во взгляде Саэко чудилось ему сильно знакомым, что доставляло не самые приятные ощущения. Ему не нравилось, когда на ум приходили странные сравнения. С матерью. - Если в общем, Такимура занимался разработкой вакцины против вируса смерти. А Такана участвовал в разработке вируса под руководством Синдзи Карасу. Это… Карасу создал вирус. И если вы из старшей Фудзими, то я не удивлён, - губы Новаки словно тронула саркастическая улыбка. - Синдзи Карасу? – Кота ошеломлённо выдавил из себя эти два слова. Сая просто онемела, потому что хотела сказать сразу всё, но это всё просто застряло в её горле твёрдым комом. Казалось, что Саэко, Такаши и Рика остались спокойными, но им лишь каким-то чудом удалось сдержать вырывающиеся наружу эмоции. - А вот этот кусок дерьма живее всех живых, - почти прошипела Шидзука, редко говорящая в такой манере. - Так почему вас, господин Минэ, не удивляет, что мы можем оказаться из старшей Фудзими? – недовольно спросил Такаши. - Просто Новаки. Я уже отвык от формального обращения по фамилии, - попросил мужчина, расценив такую реакцию своих новых спутников на имя Синдзи на свой лад. Он понял, что этот человек успел доставить всем собравшимся немало хлопот. - Такана тайно провёл над этой школой эксперимент, - сказал Новаки то, что и без него все знали. – Изначально он хотел вакцинировать учащихся, а затем опробовать на них свой вариант вируса Карасу. Он пытался создать новую версию, которая бы не убивала так быстро и не всех. И Фудзими не единственная… экспериментальная площадка. Мы просто не знаем, увенчались ли успехом его эксперименты. Сестрица Марикава испуганно вздохнула. - Я… я не знала, что прививки… это… вот это, - дрожащим голосом проговорила она, поднося руки к лицу. – Я всего лишь медсестра… - Шидзука, - позвала её Рика, зная, что сестрица Марикава до сих пор крайне болезненно воспринимала эту тему. – Всё хорошо. Дети живы, благодаря этому. А ты ни в чём не виновата, - внушающим голосом проговорила женщина. - Ты ничего не знала, потому что тебя просто обманули. Понимаешь? Мы все обмануты, - она смотрела в глаза своей подруги, пытаясь добиться от той полного внимания. - Я думаю, мне не стоит спрашивать, что за обман вы подразумеваете? – задал вопрос Новаки. На это Кота отрицательно покачал головой. - Сестрица Шидзука была нашей школьной медсестрой. Вот и всё, - сказал он. – И мы узнали в поселении об эксперименте Таканы. Но так, будто он пытался всех спасти. - Вернёмся к теме, - настояла Рика. – О профессоре и вакцине в вашем поселении. - Да, - как-то тяжело выдохнул Новаки. – Но сначала я хочу сказать, что очень благодарен вам. За смерть Таканы. Эту мразь надо было пришить ещё в нашу первую вылазку к «Последней Надежде». Жаль, что мы не добрались до Синдзи. Его хорошо охраняют, когда-то сам император приставил к нему военных. - Император? – хор голосов выразил общее удивление. - Давайте по порядку, - теперь о порядке просил сам Новаки. Он ещё раз тяжело вздохнул, собираясь с мыслями, к которым примешивалась новая история: – В общем, в «Потерянном Озере» живёт профессор Такимура. Он во время эвакуации захватил с собой плоды своей многолетней работы, которыми сразу привил некоторых из нас, - мужчина поморщился, не желая говорить, что в первой линейки привили и его. - Выжили не все, но... В общем, он указал нам на лабораторию, где хранились его первые опытные образцы, над которыми работали Наусима и Сакаяма. Лаборатория до сих пор находится рядом с АЭС, что позволило сохранить всё в целости. Мы образцы эти достали, а затем нам стало понятно, что идти больше некуда. Мир… вы и сами видели, - он окинул взглядом всех, понимая, что объяснять здесь нечего. – Так мы остались рядом с Томари. И сейчас в нашем поселении не осталось не привитых. К сожалению, некоторые погибли после введения вакцины. Такимура объяснил это тем, что в их крови… ну, вроде не справляется… - Новаки впервые дал понять, что в этой области он до конца не разбирается, потому что всё, что он говорил, было грубым пересказом и обобщением многочасовых разговоров с профессором Такимурой. А тот любил приукрасить порой, углубившись в мечты о новом будущем. - Предрасположенность выше, - помогла ему сестрица Марикава. – Или же они когда-то болели иммунными заболеваниями, что не позволило их организму выработать достаточное количество антител. - Да, именно так, наверное, - согласился Новаки, немного глуповато кивая головой. – В общем, не каждый может выжить после вакцины. Есть те, кого паразиты жрут сразу, убивая. Но если паразиты очень слабы, а тело сильно, но не настолько, чтобы убить их, например, после болезни, то они вступают в симбиоз… Вроде так это называется. Когда эти паразиты становятся одним целым с телом и мозгом, - он указал пальцем на голову. – Там какие-то ядра образуются. Саэко напряглась сильнее, вспоминая разговор между доктором Таканой и Синдзи. Но всё равно общая картина всё ещё не складывалась в её голове. - Погоди, паразиты? – переспросила сестрица Марикава. - Такана говорил о вирусе, - Сая нахмурилась, не понимая, кто же водит её за нос. Новаки пожал плечами, будто извинялся: - Я не смогу много рассказать об этом. Знаю только то, что нам попытался объяснить профессор. Просто я понял, что идея вирусов слишком популярна, поэтому все и схватились за неё. Но паразиты тоже не всегда черви толщиной с палец. И эти очень маленькие. Элис с отвращением сглотнула. Она ненавидела червей. - Мы как-то проводили двойную вакцинацию пару лет назад, - напряжённо сказала Шидзука. – Тогда многие заболели после первой партии, мы даже закрывались на карантин, потому что практически все ученики слегли. И переболевшим не провели вторую вакцинацию. Только тем, кто перенёс первую без явных последствий. Отделались чувством слабости или лёгким недомоганием. - Я тогда пропустила занятия по кендо из-за тошноты, - проговорила Саэко. - И я был сам не свой, будто в тумане ходил, - мрачно добавил Такаши. - Я тоже помню этот момент, - кивнула Сая, посмотрев на Коту, который просто промолчал. – Мои родители даже хотели написать отказ от повторной вакцинации. Но я напомнила им о том, что это важно. Да. Напомнила. Все напряжённо замолчали, но Рика решила нарушить эту паузу. Они должны были узнать всё, что знал Новаки. Ведь среди них находились те, кто носил в своём теле то, из-за чего мир умер. И с этим предстояло как-то жить дальше. - Это тяжёлая правда для нас, - сказала она, видя то, как сестрица Марикава виновато смотрит на Такаши, Саэко, Саю и Коту. – Но мы должны её узнать. Хотя бы для того, чтобы понять, что с нашими детьми. Новаки немного нервно сглотнул. Воцарившаяся атмосфера давила на него. Ведь обычно эту часть истории рассказывал не он, а кто-то другой. Но в этот раз его напарник поехал другой дорогой, не повстречав на ней никого. Озёрники прочёсывали свою территорию постоянно, надеясь, что на их зов придут люди, желающие найти мирное место и начать новую жизнь. Мужчина потёр руки, раздумывая, стоит ли выкладывать всё? Но в «Потерянном озере» царило правило абсолютной правды. Профессор Такимура желал, чтобы люди узнали о том, что произошло с ними, со всем человечеством. Только зная правду, они могли наметить себе новую цель, чтобы достичь её вместе. Объединившись. Став одним целым. «Войти в разум роя», - пронеслось лёгким шелестом в голове Саэко. Она напряглась каждой мышцей своего тела, её руки, державшие дочь, словно окаменели. Девушка встретилась глазами с Новаки. «Расскажи мне всё», - подумала она, видя сомнение на его изуродованном белыми венами лице, которое ей казалось прекрасным в своём безобразии. Новаки задержал дыхание на несколько секунд, словно услышал что-то и перестал дышать, чтобы не упустить миг, когда звуки повторяться снова. Но они затихли. Только взгляд Саэко настойчиво, но ласково смотрел на него. Во всяком случае, Новаки показалось, что он увидел ласку. Как будто на него смотрела его мать. Иллюзия длилась лишь несколько секунд, но для мужчины они продлились дольше. Он собрался с мыслями и продолжил: - Я на самом деле хотел бы рассказать больше, но не могу. Просто не всё знаю. Ни об этих ядрах, ни о том, как именно образуется симбиоз, его влияние на организм. Это всё осталось в стадии исследований и разработок, как сказал профессор, - его голос звучал искренне и капельку иначе, чем когда они встретились. - Это и есть то, над чем в итоге работал Такимура, пытаясь усовершенствовать свою вакцину. Чтобы у людей вырабатывался иммунитет, а не создавался симбиоз. Но ему пока что не удалось сделать что-то лучшее, чем было. Однако это никак не повлияло на наше решение, и мы прошли вакцинацию. Ведь никто не хотел стать «этим». А после мы отправились на поиски выживших. В это время нам удалось создать небольшое поседение, наладить хозяйство и даже восстановить повреждённые линии электропередач, так что у нас есть электричество. Это помогает делу. - Невероятно, - прошептал Кота, видя новые возможности для себя и своего увлечения. А Сая подумала о ванне с горячей водой, хотя она не знала, как в таинственном поселении обстояли дела с водой. Она исходила из названия места, куда они стремились. Если там есть озеро, есть и вода, которую можно прокипятить, а затем принять расслабляющую горячую ванну, сколько бы банально это не звучало. - Мы сразу же установили связь с материками, - продолжил мужчина, говоря чуть быстрее. - Первыми дали о себе знать выжившие немецкие коммуны в Канаде. Посторонних туда не впускают, что в итоге спасло их. Норвегия вышла на связь чуть позже, но у них всё оказалось куда плачевнее, чем мы думали. Люди из соседних стран бежали от опасности, ведя мёртвых за собой. Затем передачи с Камчатки и Сахалина, - рассказал Новаки, не вдаваясь в подробности трудного общения с теми, кого они едва могли понять. – Со стороны Камчатки к нам прибывали ледоколы, сошедшие со своих рейсов, предлагали уехать с ними. Говорят, что Камчатка и Колыма чисты. Как и Гренландия. - Пф-ф-ф, - Сая снова не выдержала. – Могу себе представить причины этому. - Это несложно, - согласилась с ней Саэко. – Там всегда было мало людей. И сообщение с этими регионами так себе. Мой отец был на Камчатке, когда захотел спуститься в вулкан. И отказался от поездки в Магадан, потому что минус сорок семь ему показались слишком экстремальными. - Вот-вот, - закивала головой Сая. – Уровень заселённости там очень маленький, поэтому я не удивлена, что они остались чистыми. Пустыня Гоби, наверное, тоже без «этих». И… Камчатка… если это граница, то военные должны охранять это место иначе… Новаки улыбнулся. Ему нравилось говорить о таких вещах. Ведь последнее время все в его поселении озаботились тем, что АЭС-ники начали выступать против них. И поселенцы из других лагерей захотели пойти войной на соседей из-за электричества и налаженных линий передач. До дележа земли осталось лишь несколько шагов. Не до разговоров об остальном мире. - А с другими связывались? – внезапно спросил Кота. - У меня отец в Аргентине, а мать в Париже были на момент… когда «эти» появились. Я о них так ничего и не смог узнать за это время. Радио в «последней» использовать не разрешали. - Связывались, пытались, - вздохнул Новаки. – Но почему-то ответили только канадцы, немцы, норвежцы и русские. Франция вещает, но не отвечает на запросы. Было паро сеансов связи с Америкой, но… те, кто был на связи, скорее всего, погибли. Америка молчит уже несколько недель. Я думаю, что АЭС-ники давно на связи с другими. Просто… эти уроды… - мужчина попытался подавить свой гнев. Вены на его руках в ту же секунду сильно надулись. – Просто когда-то давно АЭС оборудовали всем необходимым. Начиная от столовой и заканчивая парикмахерской. У них под боком самая настоящая плантация с системой гидропоники, поэтому им не надо выходить наружу. А нам остаётся ждать, когда они сойдут с ума и поубивают друг друга. - Милые намерения, - оценила Сая, поглядывая на притихшую Элис. Девочка сильно устала в дороге и нуждалась в отдыхе. - Сколько бы ни пытались, мы не смогли войти в АЭС, - вздохнул Новаки утомлённо. – Ни переговоры, ни предложение обмена… У них достаточно оружия, чтобы просто нас всех перестрелять. Что они отчасти и сделали с другими выжившими, приходившими на штурм. Но даже если и без оружия, стены и двери там настолько толстые, высокие и прочные, что штурмовать мы их можем годами, пока просто не передохнем прямо под ними. В общем, мы нейтральны с АЭС-никами. Они всё-таки наши непосредственные соседи. Нам важно то, что у нас есть электричество. Особенно для поддержания лаборатории. Но не все так думают. Например, есть те, кто закрылся в недостроенном бункере под горами. Говорят, там и сидит наш великий император. Но недавно они выползли наружу. Вроде продвигаются к югу. Мы потеряли их отряды из виду несколько дней назад. - Ну, так мы приходим к вопросу, почему в «Последней Надежде» никто не знает о поселении «Потерянное озеро»? – спросила Саэко, покачивая Томико. – Я понимаю, что нас искусственно изолировали от остального мира. Но вы же знали о нас? - Вроде того… - вздохнул Новаки, не привыкший так много говорить. – «Последняя Надежда» - это место военного полевого госпиталя, медики и военные которого решили нас обстрелять, когда наши поисковые отряды наткнулись на них. И… я не знаю, но мне кажется, что там просто скрывают информацию о том, что выжил кто-то ещё. Не более. И я не понимаю этого. Совсем не понимаю. - Тогда позволь тебе объяснить ещё раз, - усмехнулась Рика, поглядывая на Саэко. – Моя девочка пришила чувака, который «этому» переливал кровь наших детей, пытаясь вернуть ему жизнь. И прикрывал это всё тем, что пытался найти лекарство. Как думаешь, смог бы он дальше это делать, если бы люди поняли, что есть другое поселение, где уже существует вакцина? И само то, что поселение «Последняя Надежда» - это типичный трудовой лагерь, где дети умирают от голода, когда медикам достаётся всё… ты думаешь, эта система могла бы долго сохраниться, узнай о ней кто ещё? Новаки несколько секунд смотрел в поблёскивающие от боли на сердце глаза Рики. Пусть она и выглядела, как женщина, закалённая длинной дорогой из войн, но то, что ей пришлось увидеть в «Последней Надежде» причинило ей глубокие страдания. И её глаза задавали всего лишь один вопрос, где были озёрники всё это время, зная о том, что «Последняя Надежда» существует? - Убедила, - махнул он рукой, понимая, что скрывать дальше нет смысла. С каждой минутой ему всё больше и больше казалось, что он нашёл союзников. И профессор завещал говорить правду. – Ладно. Профессор Такимура рассказывал, что создание вируса было государственным проектом по заказу самого императора Хиро Хито. - Только не говорите, что это было из области «make Japan great again», - с каким-то чувством омерзения попросила Сая. - Да, нет, кажется, что именно так всё и было, - вздохнул Кота, не веря, что что-то подобное может оказаться правдой и причиной глобальной катастрофы для всей планеты. - Именно, - подтвердил Новаки. – Подающий прекрасные надежды Синдзи Карасу под крылом профессора Такимуры создал свой первый «вирус», который тут же попытался продать. - Он совсем чокнутый? Продать биологическое оружие в условиях жестокой слежки за ним? – скривилась Сая. – Это же скандал мирового уровня, где Япония агрессор. Тут «make Japan great again» возможно лишь в обратную сторону. - Мафия всё ещё может провернуть такое. Но покупателем оказался человек из дворца, - пожал плечами Новаки, будто ничего не мог поделать против этого факта. – После чего лаборатория получила неожиданное финансирование и новый проект. А Карасу оправдался тем, что нуждался в деньгах на свадьбу. Только невеста его стала первой жертвой и пациенткой Такимуры. Пока тот пытался понять, как сделать вакцину, Карасу работал над своими паразитами, которые должны были сделать обычного человека чем-то вроде идеального сверх существа. Королевой группы. Разум роя, или что-то в этом роде из компьютерных игр. И это существо должно было стать во главе сети, где остальные на уровне рефлексов, чуть ли не мозговых импульсов становились частью его разума. Но только объяснить это более научно с ядрами и прочим, я, увы, не могу. Все вопросы к профессору. Саэко почувствовала, как ей стало дурно. Глаза Такаши заметно расширились, а дыхание стало тише. Ведь он успел поговорить со своей женой о том, что та увидела в лаборатории, когда они отдыхали в ночлежке в пути. И он прекрасно знал о голосах в её голове, подозревая, что является одним из них. - Представители из дворца повезли первых «рабочих пчёлок» на презентацию в другие страны с намерением получить деньги для расширения проекта. Вот, расширили, когда число подопытных резко подскочило, - усмехнулся Новаки. Горько. Гнев больше не вырастал подобно цунами в его груди, как раньше, когда он говорил об этом. Сил на гнев просто больше не осталось. Ведь они уже ничего не могли изменить. - Так, что же пошло не так? – тихо спросила сестрица Марикава. - Этого мы уже не узнаем. Такимура читал лишь наскоро составленные отчёты и видел записи с камер наблюдений, где ценные экземпляры пожирали инвесторов. И заражение пошло дальше, потому что искусственно выведенные «рабочие пчёлы» сильно отличаются от тупых, медленных мертвецов, что ходят сейчас где-то рядом с нами. Мы убивали таких. Мы видели, как быстро они пожирают других, иногда мутируя дальше, - Новаки чуть не передёрнуло от нахлынувшего воспоминания. - Но то ли это удача, то ли ещё что, а неподготовленные люди превращаются в тупых мёртвых. Не все, но в основной массе это работает примерно так. Выведение «рабочей пчелы» длится около двух-трёх лет. А «королева группы»… это вообще что-то, что я не понимаю. Что-то на грани фантастики, как говорит профессор… её вроде нельзя вывести искусственно, этому должна соблаговолить сама природа. Она особенная, как сосуд для разума роя. Их первая королева умерла… новая невеста Карасу скончалась ещё в лаборатории, не выдержав «связи» с «рабочими пчёлами». И мы тоже больше не встречали ни «рабочих», ни тем более «королеву», - мужчина рефлекторно коснулся раны на шее под плотной тканью одежды. Он больше не мог говорить об этом. Это причиняло боль. – Ладно, если захочется узнать больше, то доктор Такимура расскажет, что знает, когда вернётся. Поехали дальше, нам ещё предстоит длинная дорога. Эм... Саэко? Да? - Да, - подтвердила Саэко, что это её имя, быстро подавляя подступившую тошноту. Ей было дурно от услышанного. И она ещё много раз задалась вопросом, хотела ли она знать эту правду? - Ты с дочкой в домике этом вашем на колёсах лучше останься, - мужчина указал на часть конструкции, которая использовалась в качестве ночлежки. - И малявку захвати, - он кивнул в сторону Элис. - А я на педали, пока лошадь рядом поскачет. Пойдёт? – спросил Новаки. - Не откажусь, - ответил за Саэко Такаши. – Всё-таки это мои жена и дочка, - в каком-то маленьком порыве ревности расставил он всё по своим местам. - Лучше Сая пусть идёт, - предложила Саэко. – Только Томико возьми? – обратилась она к девушке. - Не надо мне, сама иди, - начала отпихиваться Сая. - Мне в форму надо приходить, - Саэко похлопала себя по бокам. – А тебе больше отдыхать. Сая хотела что-то возразить, но не успела. - Новаки? – Рика задержала всех ещё на пару секунд. – Кто стоит во главе лагеря? Ну, может, я знаю их, - объяснила она причины своего вопроса. Рика предполагала, что очередной военный создал этот лагерь. Они могли оказаться её знакомыми. – Я служила в армии, поэтому… - Мастер Бусуджима, чета Такаги и отшельник Комуро, - быстро ответил Новаки. - Что? – воскликнула Сая. - Отец? – голос Саэко вздрогнул. Такаши просто замер на месте, не смея пошевелиться. P.S. Глянула Dead Space, понравилось.