Его Яблочко

      Гон помнит их первую встречу. Прошло уже достаточно времени после того, как они встретились на втором этапе экзамена. Гон, как и все остальные, прекрасно ощущал эту ужасающую ауру, исходящую от мужчины. Даже нэн не понадобился бы, чтобы понять — Хисока опасен. Очень опасен. Но почему-то тогда, в тот момент, Гон не был убит фокусником. Мальчик думал, что ему просто повезло. Но со временем он начал полагать, что это всё-таки было не так.

***

      Хисока не изменился. Все те же янтарные глаза, лукавый взгляд, хитрая улыбка, извечные звезда и капля на лице, сильнейшая аура, из-за которой ноги отказываются двигаться, карты, появляющиеся и исчезающие черт знает как, откуда и куда. Только вот раз за разом, встречая Хисоку то у Пауков, то на Острове Жадности, чувство страха у Гона проходило и появлялось другое. Но какое? Гон пытался найти ответ, думать, но все знают, как плохо у него это получается. Единственное, что понял мальчик — ему приятно, когда Хисока зовёт его «Гончик», «Гон-кун», «Яблочко». Да, фокусник не переставал излучать опасность, но вот только Гон был уверен, что Хисока ничего ему не сделает. «Наивно так думать» — эта фраза — ответ Киллуа на долгий рассказ Гона насчёт убийцы. В тот день он ещё много выслушал упреков от своего друга, который пытался выбить всю дурь из его головы. Но не помогло. Каждая их встреча — какая-то шутка судьбы. Именно так полагал Гон. Вот и сейчас они снова встретились. На этот раз на Небесной Арене. В момент их встречи у мальчика были смешанные эмоции: злость, оттого что Хисока не давал им пройти и зарегистрироваться на двухсотом этаже, всепоглощающее чувство опасности, исходящее от него, но в то же время была и радость — они увиделись вновь. Да, что-то определенно изменилось в самом Гоне.       После того, как мальчики все же прошли регистрацию и получили ключи от своих комнат, Гон решил прогуляться. Киллуа эта идея, конечно же, не понравилась, но друг его заверил, что все будет хорошо. В холле, где на удивление никого не было, Гон сел на диван и снова окунулся в свои мысли, не заметив, как кто-то сел рядом. — Гончик~ — от знакомого голоса у мальчика напряглись все мышцы. — Что ты тут делаешь? Уже поздно, время не детское. — Хи-Хисока? — Гон был удивлён появлению мужчины и не знал, что ему сказать. — Привет. — Ты меня боишься, а, Гон-кун? Напрягся вон весь~ — на лице фокусника появилась уже привычная улыбка. — Нет, — твёрдо ответил мальчик. — Слушай, Хисока, давай сразимся! Я должен вернуть тебе должок, — в глазах Гона была решимость. — О, нет, Яблочко~ — Хисоке определенно нравилось рвение мальчишки. — Вот победишь в одной битве, и тогда я подумаю. — Я обязательно это сделаю, не сомневайся! — Ох, Гончик, а ты все такой же. После этих слов мужчина наклонился к лицу мальчика и улыбнулся. Но такую улыбку Гон видел впервые. Ему показалось? Нет, не может быть. Глаза Гона никогда не подводят. От этого действия и последующих секундных вопросов самому себе, мальчик покраснел до кончиков ушей. — Яблочко~ — Хисока был приятно удивлён реакцией мальчишки, — ты что это весь покраснел? Засмущался что ли? — ох, как же ему нравилось дразнить Гона. — Нет, это не так! — Гон вскочил с дивана. — Пока! И след простыл. «Ну что ж, Гончик, буду ждать нашей следующей встречи». Гон вихрем ворвался к себе в комнату и закрыл побыстрее дверь. Что это было? Почему ему вдруг стало не по себе? Его улыбка… Она была другой. Этой ночью Гон ещё долго не мог заснуть, размышляя, что же все-таки это было за чувство такое. Утром юного хантера разбудил стук в дверь. А потом и удар по ней. — Гон, ты чего не отвечаешь, а? — Киллуа волновался. Ведь Гон всегда просыпается раньше него. — У меня тут хорошие новости вообще-то! Гон? Ты спишь? — Да-а, — сонно растянул Гон. — Что такое? — Завтра у тебя будет первый бой! — Правда? — всю усталость как рукой сняло. — Ну все, Хисока, готовься! — мальчик улыбался во тридцать два. — Что? В смысле Хисока готовься? — Киллуа вообще не понимал, что происходит. После этого Гон рассказал другу о том, что вчера произошло. «Боже, ты самоубийца». На это мальчишка лишь снова улыбнулся. Он уже был в предвкушении.

***

      Гон увидел — Хисока наблюдал за его боем, но как он закончился — ушел. Мальчик сразу же побежал за ним. Но вот только фокусника уже нигде не было. Гон уже подумал, что ему показалось. — Гон-кун~ — мальчишка резко остановился, пытаясь отдышаться. — А ты вырос. — Боже, Хисока, не пугай так, — Гону было приятно слышать такие слова от мужчины. — Ну что, будем сражаться? — Как тут откажешь, Яблочко~ — фокусник присел на корточки перед Гоном. — Выбирай сам день. — Х-хорошо! Я потом скажу тебе! Мальчик понял, что снова заливается краской, и попытался как можно быстрее уйти. «Вот черт, да что со мной происходит?» Но убежать ему не дали — рука Хисоки держала маленькое запястье. Гон покраснел ещё больше. — Ты, ты чего делаешь? Отпусти! — Гону было неловко. — Хорошо-хорошо, — Хисока лишь снова хитро улыбнулся и начал уходить. — Буду ждать~ А Гон вот стоял как вкопанный, держась за свою руку и не понимая снова своей реакции. «Да что ж такое то? Почему я так реагирую на него?». Вечером Гон постучал в дверь к своему другу. Как только она открылась, мальчик с порога заявил: — Киллуа, я буду драться с Хисокой! — радость так и лилась из него. — Чего? — светловолосый был удивлён. Даже очень. — Заходи, расскажешь. У Гона было не много времени, чтобы подумать — надо ли рассказывать другу о том, что его реакция на Хисоку снова была странной, или нет. Ведь он знал, как Киллуа относится к фокуснику-убийце. Но решив, что нет смысла скрывать что-то, выложил все, как есть. — Гон, — Киллуа был серьёзен. — Тебе нравится Хисока? — Да что ты такое говоришь? — лицо Гона стало аки мак. — Хотя… Не знаю я. От его прикосновения у меня прошёлся табун мурашек по спине. Может ты и прав. Я не думал об этом. — Ну вот и попытайся подумать, авось получится, — Киллуа улыбнулся. — Надо будет решить, когда планировать бой. Тебе придётся тренироваться ещё усерднее, ты же понимаешь это? — Да, конечно, — Гон был рад, что Киллуа поддерживает его. — Ладно, я пойду. Спокойной ночи, Киллуа. И спасибо, — в глазах Гона читалась благодарность, смешанная с радостью. — Спокойной ночи, Гон. Только вот не нравилось все это Киллуа. Предчувствие было не очень-то хорошим.