Хогвартс на дистанционке

Минерва Макгонагалл неделю потратила на написание и рассылку совиной почтой важного объявления: «Школа чародейства и волшебства Хогвартс тестирует систему рейтинга среди преподавателей. Кто из учителей наберёт больше лайков от учеников, того представят к награде. Денежная премия будет выплачена виртуальными галеонами». К концу недели у Минервы тряслись руки и дёргался глаз, зато каждый ученик получил бумажное письмо. — Профессор Макгонагалл, можно же было просто на кнопочку «Массовая рассылка» нажать, — написала в чате Гермиона. На странице преподавательницы сверкнула зелёная молния, и связь с Минервой временно оборвалась. — Бывает, — написала Лаванда. — Мадам Спраут тоже долго осваивала интернет. Ничего не поделаешь, такое уж у них поколение. — Хорош флудить, давайте лучшего препода выбирать, — написал Драко. — Лично я за Люпина. — Я тоже! — И я! — И я! На премию он нам ещё конфеток наделает. — Ребята, а что насчёт профессора Снейпа? Кто-нибудь будет голосовать за него? — спросила Гермиона. — А смысл? Дизлайки-то не предусмотрены, — ответил Гарри. — Стоп, ребята, — написала Панси, — а ведь теперь каждый препод есть в интернете. Получается, аккаунт Снейпа можно слить снейпоманкам? — Вечно тебе всякие гадости в голову приходят, — у Гермионы даже буквы выглядели осуждающе. — Лучше бы поставила лайк профессору зельеварения. — Шиш ему, а не лайк, он меня протоплазмой обозвал, — фыркнула буквами Панси. — Не сильно-то и ошибся, — ехидно написал Малфой. Гермиона промолчала и сама поставила лайк. Днём позже, когда вывесили результаты, профессор Снейп пролил скупую мужскую слезу, увидев, что проиграл не всухую: у него всё же был один лайк. «Кто-то меня любит!» — подумал зельевар. «Или просто ткнул не туда», — насмешливо уточнил здравый смысл. Отследить установщика не представлялось возможным — сайт Хогвартса был недопиленный, безо всяких излишеств вроде тултипов, и профессор так и остался в сомнениях. *** — Ума не приложу, почему с таким отрывом победил Люпин, — недоумевала Макгонагалл, отсчитывая галеоны. — Он всех какими-то странными конфетками подкармливает, — сказал один из портретов. — Вот ещё не было печали, — пробурчала Минерва и взмахнула палочкой, преобразуя золотые монеты в виртуальные. — Не пойдёт ему впрок эта премия, нутром чую. Или напьётся опять, или на все деньги конфет налепит и накормит всю школу. — Или и то и другое, — ввернул потрет. — Да вот же, а мне потом расхлёбывать, — и Минерва скрепя сердце перечислила круглую сумму на счёт Люпина. Сделала она это на новом планшете, который ей только что принёс Филч взамен расплавленного старого. *** На этот раз Гермиона и компания подкараулили Амбридж в обувном магазине. Училка перемерила уже десять пар розовых туфель, и обе продавщицы сбились с ног. — Эти жмут. У этих каблук не такой. А вон те недостаточно розовые! — приговаривала Амбридж и совала босую ногу в очередную туфлю. — По-моему, у неё на пятке грибок, — скривилась Гермиона. — Никогда больше не зайду в этот магазин. Рон, ты готов подкинуть боггарта ей в сумку? — А чо сразу Рон? Что я, рыжий, что ли? — Нет, ты просто очень светлый шатен, — сказал Гарри и дал ему тычка в спину. — Готов? Пошёл! Рон мстительно поглядел на друзей и начал крадучись подбираться к Амбридж с тылу. В кулаке у него был зажат боггарт, противно извивающийся. Рон шёл так медленно, что Гарри успел рассказать Гермионе анекдот: — Прыгают с парашюта, и инструктор говорит: «Готов? Пошёл! Готов? Пошёл! Не готов? Пошёл! Готов». Хахахах! — Баян, — бросила Гермиона. — Ой, он сейчас опять напорет… И точно: Рон потерял бдительность и, заглядевшись на молоденькую продавщицу, задел стеллаж с башмаками, и тот рухнул прямо на Амбридж. Начался визг и переполох. Ребята пулями вылетели из магазина, и вместе с ними выбежал огромный паук. — Схлопнись уже, — велела Гермиона боггарту. Паук сдулся и прыгнул к ней в косметичку. — Ну, ребята, я даже не знаю, что сказать. В следующий раз мы с вами пойдём вдвоём. — Это как? — завис Гарри. — Да по-старинке — я напьюсь оборотки и превращусь в кошку, а вы пойдёте следом и подкинете Амбридж боггарта, пока я буду её отвлекать. Осталось выяснить, куда её Мерлин понесёт. Но если и на этот раз всё запорете — я пошлю вас к Мордреду. *** В тиши уютного кабинета курились благовония. В лучах закатного солнца и клубах сизоватого дыма на атласном диванчике с полопавшейся обшивкой нежился полнеющий, лысеющий и стареющий мужчина. Вместо обычной для магов мантии на нём был спортивный костюм с пузырями на коленях, но на спортсмена этот человек совершенно не походил. Его волосы, когда-то рыжевато-блондинистые, а теперь выцветшие и подёрнутые сединой, сбились в подобие вороньего гнезда — видимо, оттого, что человек подолгу лежал на подушке,  а в бледных с поволокой глазах не отражалось ни единой мысли. Невидимый оркестр под сурдинку играл плавную медитативную музыку с уклоном в пентатонику. Повсюду валялся хлам. На прикроватной тумбочке стояла недопитая литруха красного, заткнутая скомканным куском газеты, а возле неё — широкое и глубокое глиняное блюдо, доверху наполненное неказистыми батончиками. Судя по горстке бумажек, несколько конфет хозяин уже употребил. Серый магловский прямоугольник, лежавший у него под боком, завибрировал. Через минуту до человека это дошло, и он взял планшет в руки. — Начинается урок, — констатировал он и попытался установить планшет на подставке, но тот всё время норовил упасть. Тогда человек плюнул и воспользовался магией. — Здравствуйте, ребятишки, — поприветствовал он аудиторию и помахал рукой висящему в воздухе планшету. — Сегодня мы с вами будем проходить… Забыл. Ладно, начнём с проверки домашнего задания. Что я вам вчера задавал? Тоже забыл. А, ладно. Вы все хорошие ребята и наверняка всё выучили назубок, поэтому держите по конфетке. Он вяло хлопнул в ладоши. Батончики, шелестя бумажками, поднялись вверх и стройным косяком улетели в форточку. Из планшета раздался восторженно-одобрительный гул, но учитель этого не слышал, потому что уже спал крепким сном. Планшет, более ничем не поддерживаемый, рухнул на пол и разбился вдребезги. Сегодня у Филча был очень напряжённый день. *** Вечером Гарри, Дадли и Добби сидели на полу в Гаррином чулане и играли в «дурака» на деньги. — Гарри, зачем ты его приволок? — пожаловался Дадли, стряхивая с плеч королей. — Он мухлюет. — Ты мухлюешь? — грозно спросил Гарри. — Добби — самый честный эльф в мире! — отшатнулся тот и замахал руками. — Добби не виноват, что видит карты сквозь рубашку! — Ну и смысл с тобой играть? — обиженно крикнул Дадли. — Давай твоих предков позовём, а его под кровать затолкаем, — предложил Гарри. — И будем играть двое на двое. — Ты что, с катушек слетел в своём Хогвартсе? Он же там, под кроватью, начнёт башкой биться. Они услышат стук, заглянут под койку и его увидят. И помрут со страху. — Ладно, проехали. Кому сдавать-то? Под кого ходили? С этой дистанционкой все правила позабудешь…