Дача

      Ната проснулась от стука в дверь. Телефон показывал 8:03. Слишком рано, чтобы вставать после бессонной ночи. Девушка, не открывая глаз, попыталась нащупать домашние тапки, но вместо этого нащупала холодный пол. Это ее немного взбодрило. С утра привезли свежий домашний творог, поэтому вместо завтрака она побежала в магазин. Именно побежала. Сегодня ей захотелось немного утренней пробежки. Магазинчик был один на всю деревню, находился на окраине, рядом с главной дорогой, чтобы было удобнее доставлять. Несмотря на раннее время здесь было много людей, а точнее человек 7: в основном взрослые женщины. Среди них выделялась высокая худая фигура Саши. Он почти сразу заметил Наташу и помахал ей рукой:       — Наташа, я уже занял тебе место, — на самом деле он не занимал место, поэтому девушку смутило это, но она решила воспользоваться моментом, но позже выяснить обстоятельства. — Только твоя очередь подойдет — все разберут.       — Откуда ты знаешь, зачем я сюда пришла?       — Знаешь, сложно не догадаться, зачем с утра пораньше бегут в единственный магазин и именно в этот день недели.       — Я бежала, чтобы бежать.       — Запишу эту фразу в импровизированный сборник цитат, — посмеивался он.       — В любом случае, спасибо, что выручил так.       — Не за что. Здесь нужно всегда выручать друг друга. Однажды и ты поможешь мне.       — Но пока только ты меня спасаешь во всех ситуациях.       — Не страшно, мне не сложно.       Тем временем подошла их очередь. Ната купила несколько килограмм творога и молоко. Обратно они дошли вместе, разговаривая. И как обычно при прощании не договорились о следующей встречи. Придется привыкать к тому, что их встречи происходят случайно, но всегда вовремя.       Дни проходили однообразно, лишь вечер каждый раз удивлял своим наполнением. Сегодня, например, на выходе с участка, у калитки Наташа неожиданно увидела Сашу. Он хотел постучать в дверь, но его застали с поднятой рукой. Ната взглядом спросила, что он тут делает.       — Хотел позвать тебя прогуляться, — блондинка ответила милой улыбкой, и они пошли вдоль по улице.       — Покажи мне что-нибудь прекрасное, что ты видел здесь когда-либо.       — Это невозможно сейчас. Я обязательно покажу, но позже. А сейчас мы можем сходить на речку. Там сегодня малым соорудили большие качели.       Ната согласилась пойти к ним и не пожалела. На пригорке у реки росло большое дерево. Часть веток склонилось над рекой, тут любили посидеть и подумать. Другая часть веток создавала тень на берегу, тут обычно валялись дети. А на одной из веток, самой большой, были привязаны две толстые веревки, к которым, в свою очередь, была приделана отшлифованная на станке доска. На ней могли поместиться два средней комплекции взрослых или трое детей. Девушка забралась на них и с восхищение осмотрелась. Саша начал потихоньку раскачивать качели и ожидать сигнала «стоп», но его все не было и не было. Наташе нравилось пролетать над водой, над кувшинками, нравилось смотреть на облака, нравилось, когда голова немного кружилась, нравилось, когда воздух бил ей по лицу и ворошил светло-соломенные волосы. В тот момент она почувствовала себя девочкой из рассказов, что гуляют по полям в легких платьицах в цветочек и соломенных шляпах, а в корзинках у них всегда приключенческая книга, свежевыжатый сок и конфеты.       — Садись ко мне, — Саша ждал этого предложения, поэтому воспользовался моментом и запрыгнул на не остановившиеся качели, сильно пошатнул их, чем вызвал смех у Наты.       Они снова раскачались до того же темпа, и теперь парень мог наслаждаться этими видами, атмосферой, что здесь кружила, дышать свежим воздухом.       — В детстве я всегда мечтала быть бабушкой, — начала свой рассказ Наталья. — Когда я приезжала сюда, меня так восхищала атмосфера уюта, что была у моей бабули: парное молоко по утрам, свежие фрукты. Мне хотелось так же сидеть дома, встречать гостей и собирать сладкую клубнику с грядок. И пока все мечтали стать учителями, врачами и космонавтами, я мечтала стать своей бабушкой. Помню, даже сочинение про это в школе написала. Тогда все ребята смеялись, а учительница возмущалась. Мне было все равно на ее мнение, но вскоре от этой мечты я отказалась. Дальше должна быть грустная часть моей жизни, но сейчас слишком хороший день, а у меня слишком хорошее настроение для этого. Теперь, кстати, твоя очередь рассказывать про себя.       — Моя бабушка жила в городе и у меня не было возможности провести детство в деревне. Несколько лет назад, около пяти — шести, родители купили эту дачи, теперь я приезжаю сюда каждый год. Наверное, круто иметь бабушку, которая приносит тебе с утра молоко и кормит выпечкой. Моя, конечно, любила меня, но никогда так не делала. Наверное, поэтому…       — Ты такой худой, — Ната посмотрела с уверенностью Саше в глаза.       — Угадала.       — Даже не знаю, повезло тебе или нет. С одной стороны, ты многое упустил, а с другой, наверняка, у тебя были эмоции, которых не было у меня. В добавок, тебе идет излишняя худоба.       — Спасибо, но, мне кажется, так думаешь только ты.       — Не знаю, мне нравятся длинные тонкие мужские пальцы и выступающие вены на руках. У меня такого нет, — она мрачно осмотрела свои пухлые, по ее мнению, пальчики.       — У тебя есть что-то другое. Например, ямочки от улыбки, — Ната засмущалась. — Время научиться ценить себя.       Они еще долго качались на качелях и обсуждали свое детство. Вечером, когда сумрак ночи опустился на деревню, Саша, как обычно, проводил Нату до дома, и они обнялись на прощание.       — Ты гуляла с Сашей? — спросила мама девушки, когда они пересеклись на кухне.       — Да. Что-то не так?       — Нет, все хорошо. Ты вчера обещала рассказать про ваше знакомство, про прогулку.       — На речке я поранила ногу, мне было больно ходить, и Саша помог мне. Я не хотела, чтобы кто-то узнал про то, что он нес меня на руках. И вчера, и сегодня погуляли мы хорошо. Ничего подробного рассказать не могу.       Мать была не особо довольна этому ответу, но напирать не стала, из дочери все равно ничего не вытянуть. Они вместе поужинали, и Ната удалилась в свою комнату. Время до сна было достаточно, поэтому она решила перебрать старые вещи и начала с огромного деревянного шкафа. На антресоли лежало огромное количество пакетов со старыми вещами, внизу коробки с обувью, которую уже несколько лет никто не носил, но надеялся, что она пригодиться, ведь «выбрасывать жалко». На этих коробках сверху лежала макулатура: пыльные книги с потрёпанным переплетом, детские рисунки Наташи, вырезки из журналов, те самые журналы, газеты, бабушкина старая записная книжка, где хранились адреса, номера телефонов и рецепты. Девушка все внимательно разглядывала, читала и предавалась воспоминаниям. Время пролетело незаметно, и вышла она из этого «ностальгического мирка» после полуночи. Остальные вещи было принято разобрать в другие дни.

***

      Последующие две недели Наташа каждый день гуляла с Сашей, а он каждый раз провожал ее до дома. Они все так же не сговаривались о встрече, просто знали куда и во сколько должны были подойти. Это была их маленькая телепатическая фишечка. Они наслаждались природой, рассказывали друг другу о своей жизни и по истечению этих двух недель знали буквально все друг о друге. Им нравилось проводить время вместе.       А еще за эти две недели Наташа практический каждый день посещала двор Саши и лежала на гамаке. Теперь это было ее самое любимое место во вселенной, где она могла расслабиться и о чем-то подумать. Настолько она его любила, что даже не пускала туда лечь Саню, но он не был за это на нее в обиде, только смеялся, когда она отгоняла его с наигранно злым выражением.       Ежедневно для блондинки открывался этот мир и Саша, в частности он, по-новому. Она забыла про городских друзей и наслаждалась компанией единственного собеседника в данный момент. Наталья уже не жалела, что приехала сюда.       Природа за время смягчилась, ну либо это казалось только ей, ведь она привыкла. Смягчился и характер девушки. Родители молодых людей знали про их прогулки и с улыбками наблюдали за ними. Мама Натальи решила смягчить наказание своей дочери, чтобы та проводила больше времени со сверстником, ведь ей это несомненно шло на пользу.