Это судьба

Следующие три недели прошли спокойно, если не считать того, что в магазине сломался стеллаж. Я имею в виду он просто рухнул… вместе с книгами, и нам пришлось закрывать магазин и экстренно заказывать новый стеллаж. В итоге мы, конечно, довольно быстро справились с этим, но некоторые книги все же сильно помялись, а у двух даже порвалась обложка. Дома тоже все было хорошо. Ребра у Лизы отлично зажили, и она уже ходила без повязки. После работы я уже спешила домой, но не потому что там есть кто-то, кому нужна помощь, а потому что там меня ждут. Лиза каждый день встречала меня у входной двери. Я чувствовала себя по-настоящему счастливой. До сих пор это кажется мне странным, но я рада, очень-очень рада. Когда я в очередной раз пришла вечером с работы, меня снова ждали. Лиза вышла ко мне, как только я открыла дверь. Потом мы поели и сели смотреть французский фильм. Я включила его оригинальную версию, потому что начала учить французский, и я была рада, что примерно понимала, о чем там идет речь. Лизе, кажется, тоже было интересно наблюдать за движущейся картинкой на экране. Сегодня она решила лежать у меня на коленях и, не отрываясь смотрела в экран телевизора. Когда фильм закончился, она посмотрела на меня и немного потеребила ошейник. — Что? Мне снять его? — озадаченно спросила я, а Лиза еще сильнее потянула за ошейник. Раньше такого не было, но, возможно, он ей просто надоел или мешает. Я аккуратно расстегнула сложную застежку и оставила ошейник на кофейном столике. Потом мы обе пошли в спальню: я — читать, а Лиза лежать рядом. Мне осталось буквально двадцать страниц до конца книги. Несмотря на мое хорошее настроение, я сегодня устала. Мы с Мерлен по очереди заполняли огромную стопку документов. Я даже не помню, что именно мы заполняли! Думаю, что работа с бумагами не менее сложная, чем работа в Аврорате. В общем, я так и заснула, не дочитав две страницы и даже не сняв очки. Я чувствовала, что еще не совсем сплю, а пребываю в странном полусонном состоянии. Это со мной уже не в первый раз, но всегда это так непривычно. Из того дремотного состояния меня вытянуло чье-то прикосновение к лицу. Как будто кто-то снял с меня очки, положил их на тумбочку, а потом аккуратно лег рядом. Сквозь сон я почти не обратила на это внимания, у меня большая кровать, так что мне могло и показаться, но в моей голове мелькнула мысль о том, что этого было слишком реально. И это не могла быть кошка. Она весит гораздо меньше. Я резко открыла глаза, но постаралась не дергаться. Я начинала паниковать, в моей голове со скоростью света проносились различные мысли и догадки, но я понимала, что нужно что-то делать. Поэтому я, не включая свет, тихо повернулась на другой бок. На этой стороне кровати лежала женщина с очень густыми и кудрявыми черными волосами. «Кого-то мне это очень напоминает», — пронеслось в моей голове, но… это невозможно. — Я думала, ты спишь, — сказала «незнакомка» и повернулась ко мне. «Этот голос… я узнаю его из тысячи», — мое сердце только что ненадолго остановилось, а потом бешено забилось с новой силой. — Н-не-невозможно, — прошептала я и села на кровати. Мы не отрываясь смотрели друг другу в глаза. — Дорогая, мы живем вместе уже месяц, не стоит так удивляться, — хмыкнула она, Беллатриса Лестрейндж. Только после этих слов я догадалась, кем все это время была Лиза. Мои глаза расширились еще сильнее, и я буквально не могла и слова сказать. — О, я прошу тебя, не смотри на меня так, — подразнила Беллатриса, но в ее взгляде почти отсутствовало веселье. Она была достаточно серьезна, но не агрессивна, не безумна, а просто насторожена. Некоторое время мы обе молчали, тогда я немного вышла из ступора, я заметила, что Беллатриса теперь избегала смотреть мне в глаза, но пристально следила за моими действиями. Я же хоть и была в полнейшем шоке и растерянности, но тоже старалась не спускать с нее глаз, хотя у меня было ощущение, что она ничего не сделает. Весь ее вид говорил именно об этом, но лучше было не расслабляться. Я развернулась к тумбочке, на которой стояла лампа, и тут я вздрогнула от крика Беллатрисы: «СТОЙ!» От неожиданности я резко обернулась к ней, а мое сердце бешено колотилось в груди. — Подожди, сперва я тебе все объясню, а потом делай, что хочешь, — в ее глазах явно читалась паника. Это было что-то! Никогда я не видела, чтобы эта женщина паниковала, тем более из-за меня. — Я… я только свет хотела включить, — еле выдавила я, а Беллатриса вздохнула. Эта ситуация становилась все страннее и страннее. Я почти перестала бояться ее, но все еще оставалась собранной. Мы просидели в тишине еще пять минут, но потом я не выдержала нарушила молчание: — Ты… вы хотели мне что-то сказать, — как же глупо! Я совершенно не знала, как к ней обращаться, поэтому на всякий случай выбрала «вы». Она посмотрела на меня и вопросительно выгнула бровь, но все же ничего не сказала по этому поводу. — Да, сейчас, — вздохнула Беллатриса и спустя минуту продолжила, — ты наверняка хочешь знать, что происходит, так? Я кивнула, подтверждая ее слова. Меня переполняло любопытство, но я все еще нервничала. «Что она могла мне рассказать?» — Хорошо, — сказала она и посмотрела мне в глаза, но буквально на мгновение, а потом отвернулась. — С чего мне начать? Я не ожидала такого вопроса, поэтому очень удивилась. — Может с того, как вы превратились в кошку? — аккуратно предложила я. Мне немного неловко находиться рядом с ней, еще и в моей кровати, при этом на ней надета моя футболка с Шер! Более странного сочетания я в жизни не видела. Наверное, я могла сохранять серьезной вид только благодаря тому напряжению, которым был густо пропитан воздух. — Хм, пожалуй, — согласилась Беллатриса после того, как немного обдумала мое предложение. — Мой бывший ублюдок муж каким-то образом нашел меня и решил отомстить. Тот ошейник, который ты сняла с меня вечером, на самом деле проклятое колье. Оно и превратило меня в кошку. Потом он отнес меня в магловский Лондон и бросил там. Это вкратце. — За что он так? — после ее краткого пересказа событий, я была в полнейшей растерянности. Она так просто про это рассказала. Хотя, это Беллатриса Лестрейндж, меньшего и ожидать не стоит. «Черт, она же, по идее, теперь Блэк», — подумала я. — За что? Просто потому, что он терпеть меня не может, ну и за предательство, — она слабо усмехнулась. Было так непривычно видеть ее такой. Мне реально начало казаться, что она чего-то стесняется или, может быть, это что-то другое, в любом случае ее поведение меня смущало. — Предательство? — я сказала это раньше, чем подумала, поэтому тут же закрыла рот рукой, но было, конечно же, поздно. Беллатриса громко рассмеялась на это мое действие, а потом спокойно ответила: — Именно! Я предала Темного Лорда, — сказала Беллатриса и широко улыбнулась. Этот ответ поверг меня в шок. Она предала Темного Лорда? Как такое возможно? — А-а-а, я знаю, о чем ты думаешь, — застонала она, — я все расскажу. Я не могла вымолвить и слова. Беллатриса сама готова мне все рассказать. Но почему? — Это все Цисси, — сказала она, а потом выдохнула. — Она умоляла меня сбежать, потому что думала, что если меня не убьют, то потом точно упекут в Азкабан. Я… я не могла ей отказать, — тихо продолжила Беллатриса. — Черт, она, наверное, сейчас очень нервничает. — Так вот в чем дело… — задумчиво произнесла я. — Нарцисса… ваша сестра несколько раз заходила в наш магазин после того, как я подобрала вас. Она выглядела очень напряженной и уставшей, и она смотрела книги по заклинаниям и чарам. Возможно, она хотела найти способ отыскать вас, — пояснила я, увидев вопросительный взгляд Беллатрисы. Она потерла переносицу, а потом еще раз чертыхнулась. В комнате воцарилась тишина. Я немного задумалась и оперлась на левую руку, немного вывернув ее в сторону Беллатрисы. — Прости, — едва слышно сказала она. Сперва я подумала, что мне это показалось, но потом я проследила за ее взглядом. Она смотрела на собственноручно оставленный шрам. — А, вы про это. Да ничего страшного, — улыбнулась я. На этот шрам мне давно уже было плевать, и меня очень удивило то, что она решила извиниться за это. Беллатриса нахмурилась и слегка поджала губы, но не стала ничего говорить. Мы еще немного помолчали, думая о своем. Я совсем перестала чувствовать неловкость и даже смогла немного расслабиться. Потом я зевнула и только тогда поняла, что сейчас два часа ночи, а мне завтра на работу. «Черт!» — тихо выругалась я. — Ложись спать, — скомандовала Беллатриса. Я вопросительно посмотрела на нее, но решила не спорить, потом кивнула и уже встала с кровати, чтобы уйти спать в гостиную на диван, но она успела схватить меня за руку и спросить: — Куда собралась? — Я… в гостиную.? — Да ладно тебе, — простонала Беллатриса. — Ты же уже поняла, что спала со мной две недели. В чем проблема? — Неделю, — неосознанно поправила я ее. — Ну неделю. Разве это что-то меняет? — не унималась она. — Э-э, не знаю. Просто… я могу пинаться во сне, — мне просто очень неловко вести этот диалог. Мне просто неловко спать в одной кровати с Беллатрисой Блэк, которая за эти пять лет изменилась только в лучшую сторону. Она уже не казалась такой измотанной Азкабаном. В ее глазах не горел тот безумный блеск, но это все еще была Беллатриса, и она вела себя как… ребенок (?) Она все еще держала мою руку. — Я знаю. Но ты же не убила меня, — подмигнула она, а я почувствовала, как краснею. — Извините, — сказала я, опустив глаза в пол, но это было смешно, поэтому я негромко хихикнула. — Иди сюда, — улыбаясь, сказала Беллатриса и с силой потянула меня на кровать. Я не смогла устоять на ногах и полетела прямо на нее. Несмотря на то, что она вела себя спокойно, я все еще ожидала какой-то бурной реакции и уже успела испугаться, что, когда упала на нее, то сделала ей больно или, что она сейчас проклянет меня за мою неуклюжесть, но Беллатриса только громко и заливисто рассмеялась. А мне стало неловко. Сейчас я буквально лежала на ней, а ее руки были на моих плечах. Она перестала смеяться и теперь мы просто смотрели друг другу в глаза. Наши лица были всего в десяти сантиметрах друг от друга, и я почувствовала, как мое начинает еще сильнее заливаться краской. Я постаралась как можно быстрее слезть с нее и лечь рядом. Беллатриса никак не отреагировала, только пристально смотрела за моими действиями. «Черт, прямо как кошка», — пронеслось в моей голове. Я погасила свет и легла, стараясь не смотреть в сторону Беллатрисы. Я не могу понять, почему мне так неловко. Я же не первый раз в постели с женщиной, и сейчас мы даже не занимаемся сексом, а просто лежим. В полной тишине. «Лучше бы мы все же занимались сексом», — подумала я. Наверно, это было бы проще, потому что не было бы этой давящей тишины. Я закрыла глаза и постаралась расслабиться, но потом услышала, как Беллатриса немного поерзала на кровати. «Ну и как мне расслабиться?!» Я пролежала на спине без движения около получаса. Можно было бы дальше так лежать и не двигаться, но моя спина начала болеть. Я аккуратно повернулась на бок, лицом к Беллатрисе. Она лежала на спине, закинув руки за голову. Ее глаза были закрыты, а ее грудь вздымалась и опускалась в такт размеренному дыханию. Кажется, она уже заснула, а мне представилась возможность рассмотреть ее профиль. На ее бледном лице сильно выделялись острые скулы и прямой нос, можно было заметить, как легонько трепещут ее пушистые ресницы. А ее черные волосы, разбросанные по подушке, переливались в ярком лунном свете. «Кажется, я снова краснею», — подумала я и улыбнулась. Беллатриса очень красивая. Через некоторое время я провалилась в сон.

***

Шесть тридцать утра. Я как ошпаренная подрываюсь на кровати и в панике пытаюсь выключить будильник. Как только мне, наконец-то, удалось это сделать, в мою голову прилетела подушка. — Ты уже целый месяц хочешь перевести этот гребаный будильник на час позже! — раздался приглушенный возмущенный возглас. Я обернулась на голос. Беллатриса лежала на животе, накрыв голову другой подушкой. Я уже совсем забыла о том, что спала не одна, поэтому испугалась еще сильнее, но потом мне показалось это забавным. Я немного посмеялась и сказала: — Я больше не буду шуметь, спи. — Конечно я буду спать. Сейчас шесть утра! — так же возмущенно отозвалась она, а я рассмеялась еще сильнее. Закончив с душем, я отправилась готовить завтрак. На этот раз нужно было готовить на двоих. «Что можно приготовить на двоих?» — задалась вопросом я, но после недолгих размышлений я остановилась на шарлотке с яблоками и вишней. У меня как раз было полно яблок и, кажется, была замороженная вишня. Завтрак был готов уже через час. Я быстро поела, и мне уже пора было бежать на работу, но перед этим я тихо подошла к двери и заглянула в спальню. Беллатриса свернулась калачиком и спала в обнимку с подушкой. Я не могла сдержать улыбку, видя ее такой. Потом я ушла на работу.

***

Придя в магазин, я немного выдохнула. Мерлен еще не было на месте, и у меня была возможность передохнуть. Я все еще была в шоке от прошедшей ночи и от поведения Беллатрисы, а самое страшное, я начала понимать, что она… мне нравится. Как женщина! «Черт! Это просто нереально», — тихо сказала я и на всякий случай ущипнула себя. Кроме неприятных ощущений ничего другого не произошло… Как можно было влюбиться в нее?! Хотя, «влюбиться» довольно громкое слово, но все же! Я пребывала в каком-то трансе и даже не заметила, что начала прибираться за стойкой, а потом в магазин зашла Мерлен. — Привет! — она как всегда была в хорошем настроении. — Оу, ты выглядишь уставшей. Все хорошо, Гермиона? — обеспокоенно спросила она, подходя ко мне. — А? Все нормально, я просто не выспалась, — ответила я, но не смогла сдержать небольшой нервный смешок при воспоминании о том, что было ночью. — Да-а? И почему же? — озорно улыбнулась Мерлен. Кажется, она подумала, что ночью у меня было что-то приятное. — Читала, — просто ответила я и лучезарно улыбнулась. Мерлен громко рассмеялась своим хриплым смехом и прошла в кладовку, чтобы повесить пальто и сумку. Для Мерлен этот день прошел очень хорошо и спокойно, а я была как на иголках с того момента, как стрелка часов достигла половины четвертого. Совсем скоро мне возвращаться домой. К Беллатрисе! Весь день я думала только об этом и не обращала ни на что внимания, машинально отвечая на вопросы покупателей. Я не могла перестать думать о том, что делать дальше. Должна ли я сообщить о ее месте нахождения Гарри? Но я не хотела этого делать. Наверное, это неправильно, но… я не могу объяснить себе этот момент. Я укрываю в своем доме преступницу! Это звучит настолько же страшно, насколько смешно. По пути домой я решила зайти в Tesco и купить некоторые продукты. Пока я ходила между рядами, я четко поняла, что не буду никому говорить о Беллатрисе и выдавать ее. Конечно я как-нибудь сообщу Нарциссе, потому что она, наверняка, волнуется. Вот только, где ее найти? «Снова одни вопросы!» — я покачала головой и наконец-то взяла чертово молоко с полки, у которой стояла минут пять. Я стою у двери своей собственной квартиры и никак не решаюсь зайти. Сделав глубокий вздох, я повернула ключ в скважине. Зайдя в квартиру, я поставила сумку с продуктами на скамейку, потом я подняла глаза и увидела, что Беллатриса стоит прислонившись к косяку и смотрит на меня. На ней все еще была та футболка, которая едва прикрывала ее зад. Я немного покраснела. «Это уже начинает надоедать!» — мысленно упрекнула я себя. — Привет, ты задержалась, — сказала она, а потом подошла, взяла сумку с едой и отправилась на кухню. — Мы прибирались, — крикнула я ей вслед. К счастью это была чистая правда. За неделю в магазине накопилось чересчур много пыли. — Так долго? — Всего полчаса! Мы только пыль стерли, — сказала я в свое оправдание. «И вообще, какого черта я перед ней отчитываюсь?» Ладно, это не так важно. Я сняла пальто и ботинки, а потом тоже прошла на кухню к Беллатрисе. Блять! Я снова начала нервничать и краснеть, когда поняла, что футболка, в которой была Беллатриса, ни черта не прикрывает! Я могла во всей красе лицезреть ее красивую задницу. — Как день прошел? — спросила я. — Неплохо. У тебя много интересных книг, — отвечала она, доставая продукты из сумки. — Спасибо, — улыбнулась я, но я все еще немного нервничала. Потом я пошла переодеваться. Я надела какую-то футболку, широкие пижамные брюки и вернулась на кухню к Беллатрисе. — Стесняешься? — усмехнулась она. — Прошу прощения? — недоуменно спросила я, потому как совершенно не поняла, что она имеет ввиду. «Чего я могу стесняться?» — Ты всего пару раз за прошедший месяц ходила дома в штанах, — подмигнула Беллатриса. И сейчас мне реально стало неловко! «Просто, как она это делает?» — Значит, это будет третий раз, когда я хожу дома в штанах, — ответила я. Нельзя было ударить в грязь лицом. Только не сейчас. Она широко улыбнулась и отпила чай из кружки. Потом мой живот услужливо напомнил мне о том, что последний раз я ела сегодня утром… Я закатила глаза, когда Беллатриса, услышав звук, улыбнулась еще шире, а я прошла к холодильнику и достала оттуда овощи. Потом я поставила на плиту чайник и быстро сделала салат. — Будешь салат? — поинтересовалась я у нее. — Нет, я уже поела. — Хорошо. Закончив с приготовлением еды, я села за стол напротив Беллатрисы. Она спокойно пила чай и читала одну из моих книг. Я была рада, что она не обращала на меня внимания, пока я ела. Иначе я смущалась бы еще сильнее. Я встала, чтобы вымыть посуду и, пока я мыла посуду, Беллатриса тихо подошла ко мне сзади. Мое сердце начинало биться все чаще и чаще. Сперва она просто стояла сзади меня, прислонившись к столешнице. Я уже начала было немного успокаиваться, но потом она прижалась ко мне, обняв за талию. Я невольно вздрогнула от этого и хотела было отстраниться, но отходить было некуда. Я чувствовала ее дыхание на своей шее. Стараясь не дергаться, я выключила кран с водой и развернулась в ее объятиях. Я была плотно зажата между раковиной и Беллатрисой. Мы были очень близко друг к другу. Она, не произнося ни слова, немного наклонилась ко мне и поцеловала меня. Сперва поцелуй был очень осторожным, почти робким, но потом, когда я не оказала сопротивления, он становился все более требовательным. После того, как я не ответила ей, она отстранилась и уже было хотела совсем отойти от меня, но я схватила ее за руку и впилась в ее губы жестким поцелуем. Я не думала о том, правильно ли я поступаю или нет. Мы ведь с ней совсем не знакомы. В этот момент я четко осознала только то, что я хочу ее. Прямо сейчас. Я запустила руки в ее густые волосы, а потом я услышала, как Беллатриса негромко застонала. Ее руки скользнули под мою футболку и немного оцарапали мою спину. Не прерывая поцелуй, я зашипела от боли, а она только сильнее прижалась ко мне. Беллатриса ловко развязала шнурок, на котором держались мои штаны, и они тут же спали с меня. — Вот видишь, — задыхаясь сказала она, — зря ты их надела. — Если бы я только знала, что их придется снимать… — договорить мне не дал очередной глубокий поцелуй. Губы Беллатрисы были очень мягкими и сладкими. Не помню, чтобы у кого-то еще из моих бывших любовниц были такие же вкусные губы. Прервав поцелуй, Беллатриса слегка укусила мою нижнюю губу, а я не удержалась и сильно потянула ее за волосы. — Пойдем, — разрывая поцелуй, сказала я и потянула ее в сторону спальни. — Моя кровать гораздо удобнее, чем кухонный стол. — Конечно, — ответила она с хищной улыбкой на губах, потом толкнула меня на кровать. — Твоя кровать очень удобная. Беллатриса прижала меня бедрами к матрасу, а потом припала губами к моей шее. Я усмехнулась, почувствовав, что она оставила несколько засосов. Потом я начала стягивать с нее футболку, а после я резко подалась вперед и, в конце концов, смогла оказаться сверху. Глаза Беллатрисы были совсем черными от желания. Я быстро сняла свою футболку и откинула ее на пол. Я снова поцеловала ее и сжала рукой ее грудь. Она обвила ногами мою талию и крепко вцепилась в мои волосы. Я зашипела и, не разрывая поцелуй, потянулась к ее промежности. Я не стала долго ходить вокруг да около и буквально сразу же вошла в нее двумя пальцами. Мою руку встретила горячая влажность между мягких складок. Беллатриса громко застонала и выгнула спину навстречу моей руке. Я сделала несколько ритмичных и глубоких движений, а потом большим пальцем легонько дотронулась до ее клитора. Она застонала еще громче и укусила мое плечо. Я вскрикнула от боли, но не остановилась, а начала еще быстрее входить в нее в устойчивом ритме. Беллатриса что-то неразборчиво прошептала куда-то в мои волосы. Могу только догадываться, что это было какое-то ругательство. Спустя еще некоторое время я почувствовала, что она близка к оргазму, и я сделала несколько особенно глубоких движений и аккуратно надавила на ее клитор. — Черт возьми, Гермиона! — громко выкрикнула она и сильнее прижалась ко мне всем телом пока ее трясло от пережитого оргазма. — А ты хороша в этом, — выдыхая, сказала она. — А ты сомневалась? — довольно улыбнулась я и опустилась на кровать рядом с ней. Она усмехнулась и покачала головой. У меня было какое-то странное чувство удовлетворения от проделанной «работы». Было очень непривычно видеть Беллатрису такой… довольной. Но совсем скоро на ее лице заиграла хищная улыбка и она быстро оказалась сверху. Я совершенно не ожидала, что все произойдет так быстро. Беллатриса уже снова прижимала меня бедрами к кровати и втянула в глубокий и страстный поцелуй. Мои руки блуждали по ее спине, а потом спустились ниже и я сжала ее задницу. В ответ Беллатриса сильно укусила мою губу. Она по-собственнически раздвинула мои ноги и, проведя рукой от шеи до лобка, устроилась между ними. Я почувствовала тяжесть внизу живота и сильный жар между ног, а потом легкое прикосновение горячего языка к складкам. Я невольно застонала и выгнулась, но Беллатриса, властно положив руку мне на живот, прижала меня обратно к кровати. Она еще раз дотронулась языком до меня и это было похоже на электрический разряд. Я дернулась, но ее рука крепко прижимала меня к матрасу и не давала двигаться. Она всячески избегала касаться клитора, будто играла со мной. Это было невыносимо! Я громко застонала, однако стон был больше похож на всхлип. Как ни странно, но это сработало, Беллатриса сжалилась надо мной и несколько раз провела языком по самой чувствительной точке тела. Я чувствовала, что до пика мне оставалось совсем немного, и Беллатриса добавила два пальца. Я снова начала выгибаться и крепко сжала в руках простыни. — Белла! — вскрикнула я в тот момент, как меня накрыло волной оргазма. Потом я, прерывисто дыша, опустилась на простыни. Беллатриса легла рядом и, положив руку на мой живот, медленно и глубоко поцеловала меня. — Ну что, это было достаточно хорошо? — игриво спросила она. — Да, неплохо, — устало улыбаясь ответила я, а она толкнула меня в бок. Мы некоторое время просто лежали и обнимались. Но я задумалась. — И что дальше? — спросила я, обращаясь скорее к себе, нежели к Беллатрисе. — А чего ты хочешь? — задала она встречный вопрос и повернулась так, чтобы смотреть мне в глаза. — Я… я не знаю. Просто все вышло так неожиданно. — Хм, дорогая, это судьба, — улыбаясь сказала она. — Ты нравишься мне так же сильно, как я нравлюсь тебе. И не спорь со мной, — сказала она прежде, чем я хотела ответить, — ты прекрасно знаешь, что я права, так что не вздумай отрицать этого. — Я не отрицаю, просто… — я не могла сформулировать, что именно меня смущало. Меня не волновало, что она бывшая Пожирательница Смерти, что она когда-то причинила боль мне и моим друзьям. Сейчас Беллатриса была такой… нежной. Ее прикосновения были не только властными, но и по-настоящему нежными и приятными. — О, Мерлин, — она в миг стала серьезной и села на кровати, не отрывая от меня взгляд. — Только не говори мне, что тебя смущает разница в возрасте! — Что? Боже, конечно нет! Как ты вообще об этом подумала? — удивленно сказала я. Разница в возрасте — это последнее, что может волновать меня в такой ситуации. — Тогда в чем проблема? — обеспокоенно спросила Беллатриса. — Сама не знаю, — ответила я и потерла переносицу. Я села на кровати, позволяя одеялу сползти вниз. — Я… я просто не уверена. Мы совсем незнакомы и… Черт! Беллатриса, видя мои жалкие попытки сформулировать адекватное предложение, придвинулась ко мне, приобняла за плечи и поцеловала в висок. Я смущенно улыбнулась на этот ее жест. Вся эта ситуация была какой-то нереальной, абсурдной, но при этом такой… естественной. Мне было комфортно рядом с ней, даже спокойно. Как будто все так и должно быть, но что же делать? Я понимаю, что рано или поздно нужно будет рассказать об этом Мерлен и Гарри с Роном. Но если Мерлен меня хотя бы выслушает и, может быть, даже оценит такой поворот событий, то Гарри… никогда. Беллатриса убила его крестного, а я с ней спала и мне плевать на то, что было… На поддержку Рона тоже не стоит рассчитывать. Он просто вспыльчивый и идет на поводу у своих эмоций, так что он даже слушать не станет. А самое забавное то, что они имеют право меня ненавидеть, а я не могу злиться на них за это! «Я же еще никому ничего не сказала! Откуда столько паники?!» — укоризненно подумала я. Много раз на собственном опыте я проверяла, что нельзя делать поспешные выводы, но тут… такая сложная ситуация. — О чем ты думаешь? — спросила Беллатриса, прижимаясь щекой к моей голове и не выпуская меня из объятий. — О том, что теперь со всем этим делать. — Ты же сама говорила, что любишь меня, — подразнила Беллатриса. Я вопросительно посмотрела на нее, думая, в какой момент это произошло. — Да ладно, — она немного отстранилась и вытаращила на меня глаза. — Ты не помнишь? Ах, точно. Вы же напились тогда. — А, — кажется, я начала что-то такое припоминать, но с того вечера в моей памяти осталось совсем не так много событий, как хотелось бы. — Хочешь отказаться от своих же слов? — выгнув одну бровь, с вызовом сказала Беллатриса. — Это провокация! — стала защищаться я. — Но… от этих слов я не отказываюсь, — уже тише закончила я, а потом подняла на нее взгляд. Черт! Она улыбалась как ребенок. Потом она подалась вперед и, обняв меня за шею, горячо поцеловала меня. — Но я по-прежнему не знаю, что делать! — прерывисто дыша после долгого поцелуя, воскликнула я. — Ну-у, — Беллатриса театрально поднесла палец к губам и сделала вид, что задумалась. — Ты можешь написать Нарциссе и сказать, что я здесь, а потом мы вместе попросим ее разрешения на то, чтобы ты жила с нами, — широко улыбнулась Беллатриса, явно довольная этой идеей. — Я думаю, ты сама сможешь написать ей и объяснить ситуацию. Беллатриса не ответила, а только неопределенно хмыкнула. Потом она резко накинулась на меня и повалила на кровать. В итоге я лежала под ней с прижатыми к кровати руками. — Ты невозможная! — недовольно прошептала я, попытавшись высвободиться из ее крепкой хватки, но я все же не смогла сдержать улыбку. — Кажется, тебе это и нравится, — хищно улыбнулась Белла, а потом снова втянула меня в долгий поцелуй.