новенький

Спустя три года

       Ту ночь мы запомнили на всю жизнь. Афишировать наши отношения кому-то мы не стали, считая это лишь очередной головной болью. Лишь мама все знала и понимала. Я благодарен ей за все.От моего воспитания, до того разговора с Ромой. Мы закончили школу с золотыми медалями и поступили туда, куда хотели. Рома в театральный, а я на бизнесмена. После окончания школы мы сразу же стали жить вместе. У нас конечно были ссоры, разногласия, но мы активно устраняли их. Я с пеной у рта доказывал, что хочу квадратный стол, а он твердил, что в эту комнату впишется лишь круглый. В итоге купили овальный. Но в любые ссоры мы спали вместе. Я не вынес бы и ночи без этого сопящего, вечно отбирающего у меня одеяла, чуда. Мой маленький, хрупкий мальчик. К такому сюрпризу ты точно не был готов…

***

       Через 3 месяца после поступления мне предложили подработку, на которой я довольно прилично зарабатывал. После этого меня взяли начальником крупной фирмы и жизнь стала налаживаться. Часть денег я отдавал своей маме, считая это необходимостью. Она часто отказывалась, но в конце концов просто смирилась. Так же я решил порадовать Рому и осуществил его мечту — купил два билета на Ямайку.        Моя мама была рада нашему маленькому путешествию, а отец Ромы не знал и не должен был узнать. Как бы мы не старались, он меня ненавидел и презирал, так что ничем хорошим это не закончилось бы.        Я забрал Рому из университета и мы поехали в аэропорт. Он до последнего не знал об этой поездке. Все вещи и документы я собирал самостоятельно, стараясь ничего не забыть. — Куда мы едем? , — наконец он задал этот вопрос. Новенький удивлённо смотрел на меня. Конечно он уже давно не новенький, но я так люблю его называть этим прозвищем, что надеюсь вы простите меня за это. — Поверь тебе очень понравится, — загадочно хмыкнул я, — но сейчас нужно будет закрыть тебе глаза, — я достал черную повязку и аккуратно замотал ему глаза. Я положил свои руки к нему на плечи и прошептал, — доверься мне!        Повязку Роме удалось снять только при входе в аэропорт. Сначала он недоверчиво смотрел на меня, не понимая происходящего — Что ты так смотришь на меня? Мы летим на Ямайку, — искренне улыбнулся я ему. Глаза моего мальчика наполнились детским, неповторимым восторгом, как в тот наш первый день знакомства. Он налетел на меня, целуя мои губы. — Это серьёзно? Ты не шутишь? Боже, как же я люблю тебя, — он еще сильнее обнял меня, а я прижал его к себе за талию. Каждый раз я удивляюсь насколько он у меня маленький. — Пойдем, а то без нас самолет улетит, — я крепко взял его ладонь, которая, так привычно легла в мою, и мы пошли на самолет.        Перелет прошёл хорошо, хоть и ужасно долго. За восемнадцать часов в самолёте можно повеситься. Прилетели мы днём, но пока забрали багаж и доехали, время близилось к вечеру. Ямайка встретила нас прекрасной погодой и морским бризом. Мы заселились в роскошный отель с отдельной виллой для каждого отдыхающего. Наша была самая дальняя от всех остальных. Она была просторной и очень уютной. Мы покидали чемоданы, оставив их на потом, а сами пошли в душ.        Я стоял в ванной напротив зеркала и пытался понять кого я там вижу. Это уже не тот сопляк из 9 класса, это статный парень, который может многое себе позволить. Мне нравилась эта жизнь. Ни в коем случае я не остановлюсь и пойду дальше.        Из мыслей меня вырвал Рома, вставший передо мной и соблазнительным голосом шепнул на ухо, одновременно расстегивая мою рубашку — Ты думал я оставлю тебя без благодарности за эту сказку? , — он куснул мочку уха, от чего по телу пробежали мурашки. После таких слов думать не хотелось, я плавно провел ладонью по его бедру. — И какую же благодарность ты мне устроишь? , — игриво поинтересовался я. Как же он мне нравился вот такой раскрепощенный, с румянцем на щеках, податливый. Мой сладкий мальчик. Он лишь усмехнулся и опустился передо мной на колени. Я потрепал его по голову, кладя его руки на свой ремень. Он понял все без лишних слов. Пару движений и на мне нет ничего кроме рубашки. Рома сладко облизывается и трется щекой об мой член. От этой прекрасной картины я возбуждаюсь ещё сильнее. Он теребит мои яйца своими тонкими прохладными пальцами, губами начинает обсасывать головку. Я могу лишь стонать, оперевшись на раковину и сжимая руками его волосы. Новенький заглатывает до конца, обводя плоть языком. Наращивает темп, и я начинаю двигать бедра ему навстречу. Спустя какое-то время удовольствия, Рома отстраняется от меня и начинает дрочить мне, подставляя лицо. Так может быть только с ним. Мои стоны заполонили всю ванну, я забывал, как дышать. Эта картина была столь пошлой, что я не смог терпеть эту пытку и сильно кончил на лицо моего возлюбленного. Чуть отдышавшись, взял его за подбородок и поднял к себе. Вытер полотенцем сперму с его лица и начал целовать его. Сначала они были медленные, но потом становились все глубже и жарче. Наши языки сплелись в бешеном ритме. Схватил за задницу и притянул ещё ближе, чувствуя стоящий член моего партнёра. Я больше не мог сдерживаться, поэтому одним резким движением повернул его лицом к зеркалу, ставя раком. Рома упёрся ладонями в стекло, прогибая спину под моей большой, горячей ладонью. Оттянув его за волосы, я медленно зашептал ему — Надеюсь ты подготовился, солнышко, ведь я не удержусь и войду так, — я начал целовать его шею, чуть покусывая. — Даа, я готов, — послышался его хриплый и возбужденный голос. Ему нравились такие игры, я это прекрасно знал. Ему нравилось лёгкое подчинение. Но я бы никогда не причинил ему боль. Поэтому сейчас я смазываю стоящий колом член и пальцем проверяю насколько он готов. Этого хватит. Начинаю входить в него, придерживая за бедра. Он тихо шипит, но все равно подаётся навстречу. — Тише сладкий мой, сейчас будет лучше, — начинаю покрывать поцелуями его шею и плечи. Я чувствую, как его стенки растягиваются под давлением моего набухшего члена. Это добавляет кайфа. Знать, что он только твой, а ты только его. И никто больше не узнает об этом. Не могу больше сдерживаться беру Рому за талию и начинаю двигаться, срываясь на бешеный ритм. Он стонет и извивается подо мной. Это лучшее, что я могу видеть. Как его тонкое тело сгибается и насаживается еще сильнее, как его кулачок бьет об стену, как он просит ещё и ещё. Я меняю позу, теперь он сидел на раковине, и я продолжил трахать его дальше, каждый раз практически выходя из него. Сливаюсь с ним во влажном поцелуе. Отстранился, чтобы сохранить хоть какие-то остатки воздуха, и между нашими губами повисла слюнка, которая упала Роме на грудь. Я провел языком от этой слюнки до уха любимого и зашептал — Ты не представляешь, как развратно выглядишь сейчас, расставляя ноги все шире. О, да, мой мальчик, давай, — прикусываю мочку, а Рома, срывая голос, кончает. Его сперма покрыла наши животы. Я кончил глубоко войдя в него, грозясь порвать. Каждый раз с ним по своему особенный и прекрасный. Будь это медленно или грубо, мы понимаем чего хотим без слов, а получаем ещё больше. Опустился на пол, утягивая за собой Рому. Когда он спустился, я слизал сперму с его живота, в очередной раз, любуясь молочной кожей этого тела, каждым изгибом. Кладу голову ему на грудь и мы лежим так молча около 5 минут. Воздух постепенно возвращается в комнату, унося запах возбуждения двух влюбленных. — Маааакс, — раздался жалобный стон на всю ванну, — ты че помираешь там? Слезай, придавишь же, — он все-таки выскользнул из-под меня и пошёл в душ. Эх, удобно было. — Вот так и живем, душ важнее меня, — я наигранно сложил руки на груди и поджал губы. Обычно так делает он, но это не важно. — Ладно, иди уже сюда, — меня хватает маленькая ручка и тянет к себе в душ. Капли воды так соблазнительно стекают по его телу, проникают в самые сокровенные места. Волосы собраны в нелепый хвостик, такой умиротворенный и притягательный. Смотря на него сам пропитываюсь спокойствием.        Когда с душем было покончено, я подхватил эту пушинку на руки и отнёс в кровать. Мы плюхнулись на нее и лежали в обнимку, смотря какой-то сопливый сериал. Вдруг я почувствовал его горячую ладонь, поглаживающую моё бедро, а потом переместившуюся на мой член. — Нееет, ненасытный мой, так не пойдет, — я хоть и обожаю, когда он ко мне пристаёт, но теперь моя очередь доставить ему удовольствие. Кладу на спину и достаю ремень из брюк. Он уже покорно подставляет руки, на что я могу лишь усмехнуться. Приматываю его руки к изголовью кровати. — Я сейчас приду, ты тут не скучай, — а сам дохожу до холодильника и достаю пару кубиков льда. Кладу в стакан и иду к своему ненаглядному. — Ну что, не скучал? — игриво спрашиваю я, залезая на кровать, и ставлю стакан рядом. — А это ещё зачем? — тревожно спрашивает Рома, хотя не предпринимает никаких попыток к сопротивлению. Целую его в нос. — Тебе понравится, ты же веришь мне? — Да, — мне нужно было это услышать. Я чувствовал, как тело подо мной расслабилось. Беру холодный кусочек и приставляю к шее, медленно обводя ключицы и спускаясь вниз. Вслед за кубиком следуют мои горячие поцелуи. Он тихо стонет, и это становится для меня музыкой. Дохожу до соска, он сразу твердеет от холодных прикосновений. Начинаю играть со вторым, а первый беру в рот чуть прикусывая. Беру еще кубик льда в другую руку и начинаю следовать по рёбрам, сводя их у него на животе. Он просит большего, хочет разрядки. Кубики касаются его аккуратного члена, обводят яйца и тают в руках. На смену льду, начинаю целовать их, засасывая в рот. Еле касаясь поднимаюсь к головке члена, обсасываю ее, причмокивая. Начинаю брать на всю длину. Рома стонет и извивается подо мной. Его тело выгибается. Чувствую, что он близок к разрядке, выпускаю ровный член изо рта и сжимаю у основания. Он жалобно скулит. — Пожаааалуйста, — просит Рома. Пытается жалобными глазками уговорить меня — Неет, — шепчу в губы. — Ты же хочешь снова чувствовать меня в себе, хочешь почувствовать, как я беру тебя, как моя сперма наполняет тебя? — Даа! — уже кричит он. Меня не надо просить дважды. Отвязываю его руки, а он садиться сверху меня, обвивая руками шею. — Теперь я буду сверху, — победная улыбка заиграла на его лице. Я взял его под упругую попку и помог вставить мой член. Он сразу начал двигаться, опираясь на мои плечи. Я сминал его ягодицы целую грудь и соски. Рома закатил глаза от удовольствия. Это самый дорогой кайф. Ты не получишь такого удовольствия от секса со шлюхой. Ты чувствуешь, что это именно твоё. Только он может так двигаться, так кусать плечо, кончая уже второй раз. Его талия идеально вылеплена под мои руки. Он чувствует меня всего до конца. Вставляю ему в рот два пальца. Они уже достаточно смочены слюной, подношу их к дырочке любимого и в момент, когда он собирается опускаться, вставляю их вместе с членом. Рома вскрикивает, прижимает меня еще ближе к себе, насаживается до упора. Стоны наполняют комнату с новой силой. От кислорода остался лишь запах секса. Понимаю, что он уже на пределе и не могу его больше мучить. Провожу пару раз рукой по его члену, и он кончает, оглушительно крича. Вынимаю пальцы и тоже срываюсь, заливаю его собой. Перевожу дыхание и аккуратно выхожу из него. Ложимся на спины и молча смотрим в потолок. — Ты как? , — спросил я у Ромы, который слишком притих. Я переживал, что ему что-то не понравилось. Он поворачивает голову ко мне, мы встречаемся взглядом. — Думаю, это будет лучший отдых, — мечтательно сказал. Кладу его к себе на грудь и понимаю, как же сильно люблю его.        — Нам с тобой надо сходить кое куда. Натяни любые штаны, нас никто не увидит. — Приподнимаюсь на локтях и смотрю ему в глаза. Сказать, что он был в шоке ничего не сказать. — Кудаа? Заччееем? — спрашивает он, лениво потягиваясь, но все же сползая с кровати. Следую его примеру и тоже встаю. — Увидишь, — загадочно отвечаю ему.        Когда мы уже выходили я завязал ему глаза. На пляже в это время никого не было. Лишь шум моря, которое всегда волновало моё сердце. Любил это величественную силу с детства. Теплый ветер обдувает лицо и поднимается под свободную футболку. Встаю на колено перед Ромой, предварительно достав коробочку. — Открывай глаза, — пытаюсь собраться, но голос предательски дрогнул. Страшно до дрожи. А если он не готов к такому? Если он мне сейчас откажет и навсегда исчезнет?        Мой любимый открывает глаза и без лишних речей, твердо и уверенно говорит — Да, да и еще раз да, — он сейчас просто взорвётся от счастья. Слеза катится по щеке. Я обнимаю его, стоя прям на коленях. Теплое чувство разливается по всему телу. Мой мальчик. Теперь навсегда мой. Чувствую, как бьётся его родное сердце. Любил и всегда буду любить. Встаю и надеваю палец на его тонкий безымянный пальчик. — Навсегда вместе, — притягиваю его к себе и вдыхаю запах его волос. -Навсегда, — слышу в ответ.        Если это не любовь, то что тогда?