Улыбка

      — Утешать ты умеешь! — хохотнул Кит, проводя раскрытой ладонью по спине чуть дрожащего Скайуокера.       Оби-Ван укоризненно глянул на наутоланина, неодобрительно цокнул языком, а потом… Потом Энакин потерял связь с реальностью.       Вернее, он ощущал всё, что происходило, но с кристальной ясностью осознавал, что этого быть не может просто потому, что этого быть не может.       Не может его бывший учитель доставлять такое удовольствие, не может вылизывать и посасывать пульсирующий член так спокойно и уверенно, словно получил докторскую степень по минету.       Не могут сильные руки консула крепко держать бёдра, не давая толкнуться в горячий рот.       — Я схожу с ума... — простонал Скайуокер, откидывая голову назад, и тем самым подставляясь под прохладные поцелуи Фисто.       Он не мог признаться даже себе, что испытывает странное, но очень острое удовольствие от ласк наутоланина.       — Восприму как комплимент, — хмыкнул Кеноби, отрываясь от сочившегося смазкой органа и облизывая покрасневшие губы.       — Не отрывайся, любовь моя, мальчику сейчас не до твоих шуточек, — улыбнулся Кит, осыпая шею тяжело дышащего юноши короткими укусами.       — То, что дипломатические миссии — мой конек, ещё не означает, что я не умею работать руками, мой друг! — огрызнулся рыцарь, скользя сомкнутыми в кольцо пальцами по твердому стволу и заставляя Энакина тихо постанывать.       До молодого джедая не доходил смысл дружеской перепалки мужчин, он толкался бедрами и пока ещё тихо стонал, перемежая тягучие звуки удовольствия рваными вздохами. Он бы, безусловно, хотел большего, хотел, чтобы Оби-Ван вновь обхватил его головку губами, прошелся по ней языком, а Фисто…       Джедай не мог решить, что он к нему испытывает: удовольствие от его действий было большим, но он совершенно не был готов довериться этому типу.       — О ловкости твоих пальцев я знаю не понаслышке, — усмехнулся наутоланин, накрывая ладонью горло Скайуокера и чуть надавливая.       Юноша всхлипнул и дернулся. Ему было безумно хорошо, но и безумно страшно. Опыта в подобных играх у него не было, и сейчас каждое движение стоящего сзади джедая словно высекало из него искры. Каждое касание заставляло вздрагивать и коситься на губы, всё так же растянутые в усмешке. Хотелось опереться на него, расслабиться, отдаться полностью, но страх и смущение мешали расслабиться.       — Не надо меня так бояться, Скайуокер, я постараюсь удержаться и не съесть тебя всего. Это будет сложно, но цел же ещё каким-то чудом твой учитель, — прошептал Фисто, попутно лаская кончик ушка джедая губами.       Наутоланин находил страх, смешанный с желанием отдаться, коктейлем крайне приятным, но всё же неправильным.       — Оби, твой мальчик меня боится, — вздохнул он, касаясь пальцами приоткрытых в стоне губ Скайуокера и другой рукой сжимая мягкие пряди темных волос.       Почему-то именно с этим человеком хотелось играть максимально жестко.       — Вижу, — вздохнул рыцарь, поднимаясь с колен и жестом прося любовника убрать руки.       Кит с сожалением отстранился, толкнувшись напоследок пахом, намекая, что еще не закончил.       — Я сделаю это сам, — прошептал Кеноби, нежно касаясь ладонью щеки ещё вздрагивающего от касаний джедая.       — Я начинаю ревновать, — тихо хмыкнул Фисто, которому было сложно спокойно смотреть, с какой любовью Оби-Ван заглядывает в глаза цепляющегося за его плечи молодого воина.       — А я с самого начала предлагал никого не впускать, — отозвался рыцарь, вовлекая Энакина в долгий поцелуй.       Еще неизвестно, кому сложнее. Кеноби любил Энакина давно, нежно и тепло, но впервые он захотел своего падавана. Возможно, потому что сейчас Энакин сам просил этого — его губы двигались, но смысл горячего шёпота не доходил до Оби-Вана.       — Сделайте это со мной, master, —шептал Скайуокер, потерявший вместе с разумом стыд, а Кеноби мог думать только о том, как приятно целовать и кусать оказавшиеся сладкими губы.       Тем не менее, взглянув на сочащийся смазкой член бывшего падавана, ощутив своё возбуждение, рыцарь решил не медлить.       Осторожно развернув обнажённого джедая к себе спиной, мужчина чуть подтолкнул его, прижимая к стене.       — Энакин, расслабься, всё хорошо, Энакин, — зашептал Оби-Ван, прижимаясь к горячей спине юноши и касаясь пальцами резко сжавшегося ануса.       — Фисто, — тихо позвал Оби-Ван, кидая наутоланину умоляющий взгляд.       Тот кивнул и быстро ушёл.       Вернувшись, он опустился на колени рядом с джедаями и, выдавив себе на пальцы немного смазки, начал аккуратно массировать плотное колечко мышц, проникая внутрь пока лишь кончиками.       — Это приятно, Эни, я сделаю всё аккуратно, тебе понравится, мой падаван, — продолжал нашептывать Кеноби, переплетая пальцы обеих рук с пальцами притихшего Скайуокера, — Энакин, это хорошо, когда с любимым, а я люблю тебя, Энакин, — рыцарь прошёлся мягкими поцелуями по плечу молодого джедая и потерся щекой о его щёку.       Кеноби повторял имя Скайуокера неосознанно, просто смакуя эти звуки, а тот, в свою очередь, всё больше расслаблялся и подставлялся под поцелуи. Своему учителю он верил безоговорочно.       — Я…тоже…нгх! ~ —недоговорив, Энакин коротко застонал и вновь сжался, старясь соскользнуть с вошедших в него пальцев.       — Расслабься, Эни, Фисто всё сделает правильно. А потом, когда я… потом тебе будет хорошо, поверь мне, Энакин, — Оби-Ван одной рукой коснулся зеленых «волос» любовника, мягко погладил их, прося любовника быть чуть нежнее.       Поймав его пальцы, наутоланин коснулся их губами.       — Я хочу тебя, — прошептал он, глядя в теплые серо-голубые глаза.       Кеноби улыбнулся.       — Я твой, как только закончишь, — пообещал он, целуя в плечо рвано выдохнувшего Скайуокера.       — Значит, ты уже мой, — улыбнулся наутоланин, быстро вставая с колен и быстро, без предупреждения входя в растерявшегося Оби-Вана.       Тот выгнулся и тихо всхлипнул.       — Мог бы и... — начал Кеноби, но Кит не дал ему возможности договорить, втянув его в глубокий, грубый поцелуй.       Мужчина легонько куснул любовника за язык, выражая недовольство, но получил в ответ мощный толчок и застонал от удовольствия, невольно вцепившись в плечи Энакина, который уже сам настойчиво потерся бёдрами о стояк джедая.       — Давай же, возьми его, — хрипло рыкнул Фисто, которому снесло крышу от тягучих волн возбуждения, исходивших от двух любовников.       Оби-Ван облизнул вновь пересохшие губы и медленно, смакуя каждый миллиметр, вошел в подготовленного Скайуокера.       Наутоланин сорвался первым. Он почувствовал яркую вспышку наслаждения, и тело само набрало бешеный ритм, вколачиваясь в рыцаря так, словно дорвалось до него впервые.       Кеноби уже не стонал, а кричал от удовольствия, разрываясь между желаниями самому поглубже войти в податливое и отзывчивое тело молодого джедая, или же замереть, сфокусировав всё внимание на том, как Фисто раз за разом задевает чувствительный бугорок внутри, вызывая томительно сладкое головокружение.       — Энакин… Фисто... — простонал генерал, срываясь и замирая, впившись пальцами в плечи Скайуокера, излившегося тут же от звуков собственного имени произнесенного так.       — Оби... —выдохнул Кит, заполняя любовника горячей спермой и сжимая его бёдра.       — Выебан, но не сломлен, — сипло молвил Энакин, напрочь разбивая романтическую атмосферу.