Беседы по душам

      — Чем я буду заниматься?       Ральзей задумчиво смотрит на пустую чашку, донце которой ещё влажное от выпитого чая. Ты киваешь. Тёмный издаёт протяжное «хм», всё так же пристально рассматривая витиеватый узор на стенках посуды, после чего замирает и несколько минут сидит практически без движения. В таком состоянии он больше походит на искусно сделанную статую, чем на живое существо, и от этого тебе становится немного неуютно. В голову лезут непрошенные воспоминания о музеях восковых фигур, куда тебя водили родители, или о чучелах животных в зонах торговых центров, стилизованных под лес или поле. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей и избавиться от сковывающего тело оцепенения, ты залпом допиваешь уже остывший чай и внимательнее присматриваешься к замолчавшему собеседнику.       Пожалуй, только его глаза сохранили возможность двигаться. Вглядываясь в белые зрачки, прячущиеся за зелёными дужками очков, ты практически замечаешь мысли, лениво проплывающие перед внутренним взором принца, точно облака. Завороженный, сосредоточенный, ты забываешь обо всём на свете… и вздрагиваешь от испуга, когда Ральзей резко вскидывает голову и весело улыбается.       — Извини, что заставил ждать, — пушистый тёмный осторожно встаёт с плетёного стула и расправляет полы зелёной накидки. — Не хочешь прогуляться?       Ты пожимаешь плечами. Непонятно, как это связано с вопросом о планах принца, но предложение прогуляться по другому миру с его непосредственным обитателем звучит заманчиво. Без лишних слов ты поднимаешься с насиженного места и подходишь к Ральзею. Тот кивает с довольным выражением лица, и вы медленно двигаетесь по мощеной дороге прочь от замка.       По мере удаления от здания становится всё темнее, но не настолько, чтобы не видеть пути. Время от времени по краям тропинки будто из ниоткуда возникают фонари, разгоняющие пугающую черноту своим холодным голубым сиянием. Ты присматриваешься к источникам света получше и замечаешь, что в круглых стеклянных сосудах находится ничто иное, как цельные кристаллы, с едва слышным гудением посылающие во внешний мир блеклые лучи. Ты уже открываешь рот, чтобы спросить у спутника, как они работают, но Ральзей начинает говорить первым:       — На самом деле, я не знаю, чем займусь дальше. До прихода Криса и Сьюзи, когда я жил один, я строил множество планов на будущее, но все они заканчивались одним пунктом — закрытием второго фонтана. В итоге всё произошло… немного не так, как я рассчитывал. Но мы выполнили свою миссию! А значит, жизнь удалась, — принц тихонько усмехнулся и снова ненадолго замолчал. — Я никогда не думал о том, что буду делать дальше. И сейчас… — он вздохнул. — Я немного… потерян. Больше нет конечной цели, к которой мне нужно стремиться. Я могу делать, что хочу. Но… Это меня и пугает. Знаю, звучит глупо, и всё же…       Тёмный поднимает повыше шарф, чтобы скрыть смущённую улыбку, и отворачивается.       Вы идёте дальше до тех пор, пока под ногами не начинает шуршать прохладная трава серо-зелёного цвета. Вдалеке виднеются большие ворота, на которых ты замечаешь золотую окантовку, красиво поблёскивающую в неестественном свете фонарей. Вы проходите ещё немного, минуя простенькую головоломку, и останавливаетесь прямо перед массивными дверьми.       Ральзей выдыхает. Ты смотришь на него, но не можешь понять, что именно означает выражение на его добродушном лице: плохо скрываемую грусть или некое подобие надежды.       — Не так давно мы с Крисом и Сьюзи прошли через эти ворота вместе. Не знаю, почему, но тогда мне казалось, что я ушёл отсюда навсегда. Это было так странно и непривычно, — принц вновь расплылся в улыбке под влиянием тёплых воспоминаний. — Я скучаю по ним. Очень скучаю. И я так рад, что мы с ними встретились! Что пророчество исполнилось. Что у меня появилась возможность подумать о том, чем можно заняться теперь.       Он смеётся. Ты смеёшься вместе с ним. Непросто, наверное, ему сейчас. Можно сказать, исполнение пророчества разрушило стену, отделявшую его от бесконечного набора вероятностей и возможностей. От жизни в привычном её понимании. Вскоре вы разворачиваетесь, решив, что пора возвращаться. У тебя пока нет желания идти дальше, в этот неизведанный мир (да и Ральзей пока не ответил и на десятую часть накопившихся вопросов!), а сам Мальчик-зубная паста, похоже, особо не стремится покидать своё пустое гнёздышко.       Когда вы проходите аллею с фонарями, ты всё же спрашиваешь о светящихся кристаллах, в ответ на что тёмный принц с охотой выдаёт целую лекцию о разных источниках света в тёмном мире и принципах их работы. От словесного потока кружится голова, и ты успеваешь понять и переварить лишь малую его часть.       — …Свет кристаллов основан на магии, которая в них содержится… Магией они напитываются от стен пещер, на которых растут… Это место само по себе наполнено магией, что за вопросы!.. Они светят слабо, потому что магии в них не так уж много… Зато долгожители!.. Их здесь очень много… Не везде, но недалеко от замка… Я сам попросил сделать кристальные фонари!..       Наконец, монолог тёмного подходит к концу. Вы оба с облегчением выдыхаете, и тишина, царящая во владениях принца без подданных, вновь оказывается нарушена, но на этот раз громким смехом.       Немного успокоившись, переведя дыхание, вы продолжаете свой путь обратно ко дворцу, однако теперь на ваших лицах сияют довольные улыбки, которые в любой момент готовы открыть дорогу новому приступу смеха.       — Это Лансер приказал установить здесь фонари, — вдруг произносит Ральзей.       Ты удивлённо смотришь на пушистого собеседника, и тот отвечает тебе удивительно чистым взглядом, не затуманенным сомнениями или воспоминаниями.       — Он же прислал сюда работников, которые занимаются восстановлением замка, — продолжает тёмный. — Сегодня у них выходной, так что вряд ли кто-то остался у меня. Скорее всего, они на распродаже выпечки, — быстро добавляет он, как бы отвечая на незаданный вопрос. — На самом деле, сразу после ухода Криса и Сьюзи Лансер предложил мне остаться с ним в качестве второго советника. Но я отказался. Было… Было несколько причин, — Ральзей замялся и отошёл немного в сторону, сделав вид, что обходит камень. — Так или иначе, я всё ещё думаю над этим… А Лансер старается, как может, чтобы мне не было одиноко. Иногда он даже приходит сюда, тогда я готовлю его любимый пирог, — на миг на лице тёмного появляется беспечная улыбка, но тут же уступает место задумчивой тоскливости. — Возможно, мне действительно стоит покинуть это место… И, вероятно, я именно так и поступлю. Но не сейчас, — Ральзей вновь поворачивается к тебе и тихонько хихикает. — Если я уйду, кто же тогда будет отвечать на твои вопросы?       Ты с усмешкой киваешь, и вы продолжаете шагать в молчании. Когда вдалеке обозначаются высокие шпили замка принца, тот вдруг прочищает горло.       — Скажи… — ты замечаешь ярко-розовый румянец, пробившийся сквозь чёрную шёрстку на щеках. — У тебя есть кто-то, кто тебе нравится?       На миг между вами повисает неловкая пауза, но Ральзей, как бы извиняясь, поспешно добавляет:       — Я просто не смог придумать, какой ещё вопрос задать! Как-никак, я не так часто общаюсь с кем-либо — тем более со светлыми!       Смущённый принц выглядит настолько забавно, что ты непроизвольно начинаешь смеяться. А позже коротко отвечаешь на его вопрос, перебирая в уме варианты, о чём позже спросишь сам.